Осень надо жить долго. Неторопливо жить, вдали от города, в деревне, смотреть на небо, на реку, на лес и пить чай на веранде. Чай крепкий, горячий, и пить его тоже долго, нежно, едва касаясь, чтобы не обжечься, из большой, как всё это небо, чашки. И чтоб тишина была, только лёгкий ветер и всё. И слышно, как паук плетёт свою сеть. И иногда чьи-то голоса с того берега – то ли рыбаки, то ли грибники.

 

И тепло ещё, можно в майке сидеть, и в следующую чашку чего-нибудь терпкого капнуть – ликёра или бальзама, на травах настоянного. И дышать осенью, и гладить кота, и пусть от ветра чуть поскрипывают качели. И задуматься – а какой день сегодня? И решить, что не важно. Осень.

 

Она везде, осень – в комнатах, пахнущих почему-то смородиной, в траве, в облаках, даже бальзам какой-то осенний, летом его вообще не хотелось. Летом хотелось на реку, доплыть до острова и лежать там на песке, и ни о чём не думать... А осень, она домоседка, она в старом буфете, в скрипучем шкафу, в ночных дождинках на стекле, в журналах из прошлого века – взял почитать, а между страниц жёлтый лист. Тронешь – рассыпется, этому листу лет сорок, наверное…

 

Кресло-качалка это тоже осень. Огонь, плед, тихая музыка, в руках бокал с вином... И больше никого, только ты и осень. Сидишь, пьёшь эту осень, осень дымит в камине, ты накрыт осенью и даже играет для тебя осень. Ни лето, ни весна для тебя играть не будут, а осень играет – торжественно и грустно.

 

Осень любит, когда с ней разговаривают. Молча, без слов, в мыслях. «Ну что, золотая? Может, в карты сыграем?». «Нет» - отвечает осень порывом ветра за окном: «Цеди меня, как это вино. Любуйся мною, как любуешься огнём. И встряхни меня, когда встанешь, как этот плед…». И ты послушно цедишь, и любуешься, и встряхиваешь…

 

Осень обманчива, как женщина, и легкомысленна. Она ветрена - прикоснётся нежно, тепло и вдруг обидится, надуется, заплачет и исчезнет куда-то. И ты ходишь, ищешь её – у пруда за домом, в роще, в овраге… А она появится неожиданно, туманная, загадочная, красивая… «Ты где была, золотая?». «На том берегу… Видишь, там всё уже жёлтое…». Ты смотришь – действительно, жёлтое. А ещё вчера зеленело…

 

Осень надо жить долго. Вся наша взрослая жизнь – осень. Лето осталось где-то там, в школе, на море с родителями, в том стареньком поезде с юга, в котором ехал с женой… С той женой, которая давно ушла в вечное лето…

 

Это плохо, если осень короткая.

 

Илья Криштул