Только и слышишь отовсюду:

- "Новые русские", "новые русские"!!!...

У меня один знакомый, из "новых", - человек сплошь, положительный. Зовут его Лехой.

Сам худой как велосипед, но духу в не-е-ем!... Бывало, в бане раскинет пальцы веером - "телки", только, ахают. А как тут не заахаешь?... Пальцы в перстнях, тело в наколках, на шее цепь золотая, а на ней крест, размером с кувалду. Леха из-за этого креста как-то, даже, чуть в ванной не утонул. Хорошо догадался пробку сливную выдернуть... Все достаточно интеллигентно себя с Лехой вели. Уважали. А как тут не зауважаешь?... Что ни по нем, как начнет пальцами трясти - братва часа два его успокоить не может ...

Но речь, даже, не о том, каким Леха был "крутым", а о том, что у нас в Тюмени "новые татары" появляться стали.

По телеку показывали: катит "новый татарин" на джипе, весь из себя, пальцы веером и поет, о чем-то на тюркском. Тут, им дорожно-постовая служба заинтересовалась. Непонятно им стало - о чем татарин поет. Останавливают. А он авоську достает, а в ней…кассеты с его песнями. Не привыкли наши менты, чтобы с ними так обращались, не деньгами, а кассетами расплачивались на дорогах. Стоят, рты раскрыли и не знают что делать, а татарин прыг в свой джип и покатил дальше. А потом еще по сотовому телефону со своей "кралей" перепеваться стал ...

Леха, как такое зрелище увидел: рожа покоричневела, глаза стеклянные, руки сами понимаете, - даже пальцы свело ... Сидит как манекен - не шелохнется. Хоть, бери и в музее восковых фигур, за отдельную плату, выставляй ...

А татарину все ни по чем - поет ...

Как, только, понемногу с Лехи столбняк спал, он как затрясется. Такие вензеля стал пальцами выгибать, что вся "братва" в панике засуетилась, никак успокоить его не могут. И понять Леху не трудно, - кому охота перед "братвой" авторитет терять ... Ведь, Леха, кроме всего прочего, только пьяный на своей тачке "телок" катал, а петь ему как-то в голову не приходило.

Ну, "братва" по понятиям прикинула - не порядок получается. Вызвали этого татарина на "стрелку"... А он приходит, такой, дверь открывает и с самого порога поет о чем-то, на тюркском. У Лехи аж пальцы завяли. "Братва" в шоке. А он так небрежно из карманов кассеты на стол выгружает. Вроде того, сказать хочет: "Приобщайтесь братва к великому татарскому искусству, и петь не мешайте...". Видно, татарин решил попасть в элитный взвод музыкантов десятилетия.

Ну, "братва", как такую кучу кассет увидела - так про все понятия забыла. Все сразу подобрели, и Леха успокоился. Говорят: "Пой, уважаемый, если охота ...".

А татарин, все поет и поет. День поет. Два поет. Неделю поет. Конца и края его песни не слышно. Достал всех своих пением. Тут уже не только "новые русские" не выдержали, а даже какой-то "новый хант" из тундры телеграмму прислал. Пишет: "Забери, однако, свои "кассеты", надо будет, сам спою ... А то олешки от твоих песен джип по тундре таскать не хотят. Совсем авторитет теряю ...".