Взволнованная актриса подошла к занавесу с кулис... Все внутри не клокотало, а за занавесом клокотал зал. Ей хотелось провалиться сквозь дощатый настил, но в то же время хотелось парить над ложей бельэтажа, ощущая ногами струящиеся турбулентные потоки воздуха.

Она в этот момент хотела быть другой, не собой-театр предоставил эту возможность актрисе. Именно для таких моментов и существовала игра на сцене для нее. У нее несомненно был талант, но удачной роль получалась только тогда, когда состояние такого парения-падения находило на нее за секунду до выхода на сцену. Блеск игры и перевоплощения был обеспечен:будь то французская фрейлина, испанская танцовщица фламенко, любовница средневекового рыцаря или современная "бизнес-вуман" -в любом образе она бывала хороша.

Говорили о всепоглощающей широте ее натуры, но натура ее скорее была слишком узка, чтобы поглотить целиком какой-то образ, играя в него всю свою жизнь. Она довольствовалась обрывками жизней, творя витки лоскутного существования на сцене и в жизни. Единственный раз за день она не была актрисой-как раз в момент вдохновения перед выходом на сцену. Но состояние это продолжалось несколько секунд, а потом опять осколки, осколки, осколки...

Она жила,как живут миллионы людей, притворяясь ежеминутно, обманыя постоянно даже саму себя, но разница была в том. что за это ей еще и рукоплескали, она снискала небесную славу черни и похвалы знатоков искусства.

Сказать же по правде самыми счастливыми мгновениями в ее жизни (но она никогда себе в этом не призналась из гордости) был именно предсценический честный порыв даже не души, ЛИЧНОСТИ, когда ОНА снимала маску и ... летела... Только тогда она была настоящая, как улитка, показавшаяся из панциря, не боясь быть съеденной кем-то.

Жаль только,что актрису в эти минуты никто не видел...