… нельзя преданнее любить женщину,

чем любил свою Фанни бедный Бенвик,

и нельзя сильнее мучиться от страшной

утраты.

Джейн Остен “Доводы рассудка”

 

Они повстречались на берегу, нет, не моря, и даже не прелестно зеркального озера, а на берегу реки, которая не несла свои воды по изначально установленному руслу, а просто дремала под немного грубоватым одеялом льда.

Её имя обозначало бурный поток или же, по другим источникам, живой поток, но больше она любила именно замерзшую пустынно-тихую минуту зимы. Может из-за того, что внутри тоже была режущим льдом, который может приносить столько же несчастья, сколько и радости.

Он не подошел, не завел банальный разговор, а просто так получилось, что они познакомились. Наверно, можно назвать это судьбою, а, может, это было наградой за все то, что пришлось ей пережить за свои недолгие лета, и за его стремление, чуждое современному миру.

Долгие прогулки и беседы, последовавшие после, его чуткость и его появление в её жизни смогли растопить внутренний холод, существовавший в ней. И, может, внешних изменений и не произошло, но теперь, по праву, она могла говорить, что она – бурный поток. Он подарил ей ощущение бескрайних возможностей, а она стала ему живительной влагой, которая так необходима была для жизни.

Они так же жили суетой и бытом, как и другие люди, и проблемы бывали и ссоры, но что-то отличало их от иных, не таких.

Она подарила ему вселенную, то, что люди так бережно охраняют от посягательств со стороны, то, что лелеют и чем гордятся в минуты нахлынувшего осознания, приоткрывают порой, но, боясь повредить, снова прячут от посторонних глаз; она подарила ему себя. А он научил её чувствовать их счастье, и понимать, что не было другой такой любви.

 

Что же было дальше? Я не знаю.

Может, эта история еще не написана на кинопленке жизни, а, может, её повествование уже началось.

А Вы, читатель, как думаете: что же было, есть или будет?