Бывают воспоминания грустными. Бывают веселыми,. бывают, если можно так выразиться, курьезными.

Такой курьез и произошел со мной в прошлом веке. Кто не знает, сообщу: Учился я в то время в медицинском институте. Не по призванию, но не о том речь.

Зимняя сессия, кажется третий курс. Экзамен по фармакологии вызывает беспокойство: полно названий лекарств, да надо еще знать их дозировки. Я способный, но память у меня не такая, как, скажем, у компьютера.

Попадается мне билет под номером тринадцать.

А там такой вопрос, что волосы «встали дыбом», а их у меня было немало, я не сверкал лысиной, как какой-нибудь современный киноартист.

А вопрос зверел так: «Первая помощь при отравлении барбитуратами» ( т.е. снотворными).

Я что-то пробормотал экзаменатору, потомку иудаистов Лазарю Абрамовичу Шварцу, ядовитому, как мухомор, а внешне привлекательному, как белый гриб. Это я о его светлом пиджаке. Фамилия его совпадала с чернотой волос. Они окаймляли розовое блюдце лысины. Глаза угрожающе поблескивали в щелках припухших век.

«Пьет, наверно, - предположил я,- и не опохмелился».

«А что у вас в ванной? -услышал я т.н. «наводящий вопрос».

-Ну. Мыло, зубная паста, пемоксоль…

« Неправильно, нужно дать отравленному соду, растворив ее в воде».

После этого он вручил мне зачетку. Двойки не ставятся, просто необходима пересдача.

Этот замысловатый предмет завалил не я один.

И вот через несколько дней я, с группой таких же неудачников, стою у двери кафедры фармакологии.

Подошла моя очередь. Беру билет и опять тот самый тринадцатый. В моей студенческой голове молнией сверкнула радость: «Уж сейчас-то я поражу эрудицией экзаменаторшу, эту седую даму с ехидной физиономией.

И совсем, как отличник, восклицаю: -Нужен содовый раствор!

Ожидаю выражение восторга у этой ученой дамы.

Увы, она возопила: «Ни в коем случае, вы погубите больного!!!» И даже швырнула мне зачетку, едва не попав в мое молодое, красивое лицо.

«Как же так,- думал я, шагая по хрустящему снежному тротуару. Раздвоение мнений какое-то, как у шизофреников».

И я обратился за разъяснение к к профессору, заведующему кафедрой психиатрии..А тот хмыкнул и перевел разговор на другую тему, не касающуюся дебилизма.