* * * Ах, эти далекие, милые годы, Которым и не было равных, и нет. Припомнилось: в детстве упал я с подводы, Мне было всего лишь пять лет. Вставать оказалось и больно, и трудно, Но встал, побежал, на подводу залез. И кучер, пожав мою детскую руку, С улыбкой сказал: «Молодец!» А после лихие подводы по свету Возили и вновь возвращали назад. И падать с подвод приходилось мне этих И снова на них залезать. Не все удавалось постичь и осилить, Дорог — ни одной — не встречалось прямых. Случалось, подводы меня подводили, Но что обижаться на них? Вникая во все, но не все понимая, Надеясь, как многие, лишь на авось, Я думал, что все же найдется прямая, Увы, таковой не нашлось. В далекой дали теперь детские годы, Но кажется мне — и сейчас я бегу, Бегу и бегу за спешащей подводой, Вот только догнать не могу. |