Земля раскрыла голубое око, Глядит в небес распахнутую синь, И нет границ - ни рубежей, ни сроков - Есть только первозданность: янь и инь. За озером вдали чуть различимо Цепочка дальних пиков - белый сон. Тянь-Шань хранит на их вершинах зимы Пока внизу царит другой сезон. А возле гор печальные балбалы Глядят на мир, считая сотни лет. Века плетут то буйно, то устало Свой прихотливый и лихой сюжет. День убегает быстрый невозвратный, Всё ярче в темном небе звездный свет. Вон над горой всплывает аккуратный Медведицы знакомый силуэт… Рассвет коснется отсветом багряным Снегов, вершин и выведет из тьмы Петроглифы и сакские курганы, Могилы древних данников чумы, И многое, что позабыто втуне, Что время разметало словно сны. Монголы, тюрки, древние усуни - Где эти грозные властители страны? Теперь уже и ночь скользнула мимо, Иному дню мелодия своя, И защемит в груди неутолимо От малости людского бытия… А между тем в теснинах Барскоона, Где в юрте кочевой привычный быт, Где кони вдоль реки бредут по склону, Дух этих мест от странника не скрыт. Увидишь вдруг, как в каменной постели, Спит время утомленное, до срока. В пушистом пледе из тянь-шаньской ели Под ровный шум бегущего потока… | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
