Когда наши дети были маленькими, купили мы для них на птичьем рынке попугайчика. Назвали его Кешей. А через некоторое время появилась у нас кошка Симка и клетку с попугаем пришлось поднять повыше, так как Симка ходила вокруг с горящими глазами, нервно подёргивая хвостом. Или садилась возле клетки, прищуривалась и не мяукала, а мявкала вот так : «Мя-а-а-а-а!».

Что в переволе с кошачьего языка, видимо, означало: «Мя-а-гонь-кая такая птичка, дос-та-ать бы только!»

Попугай в таких случаях замолкал, сидел притихший, даже в зеркальце своё любимое не смотрелся. До того ли, когда такая зверюга на тебя уставилась и хвостом поигрывает!

Но выпускать попугая полетать всё таки было нужно. Мы закрывали кошку в кладовке, и когда он летал по всей комнате, разминая крылышки, Симка, сидя в «КПЗ», громкими воплями выражала протест против насилия, совершённого над ней.

Налетавшись вдоволь, попугай, юркнув назад, тщательно закрывал клювиком за собой дверцу в клетке (мало ли что!), а мы освобождали нашу «арестантку». Та выскакивала рассерженная и начинала нервно вылизывать свою шёрстку, недовольно поглядывая на виновника своих бед. «Ух, и доберусь же я когда-нибудь до тебя!»

Однажды я, как всегда, выпустила Кешку полетать, предварительно препроводив Симку в «камеру» для отсидки. Но не прошло и десяти минут, как мне позвонили с работы и срочно попросили прийти. Как же быть с попугаем? Две попытки загнать его в клетку окончились неудачей. Надо было как-то выходить из положения. День выдался жарким, и я, подумав, решила обманным путём заманить упрямца в клетку. Налила в «бассейн», то есть в небольшую квадратную ёмкость, воды и поставила вглубь клетки. Сама села на диван, сделав вид, что мне всё безразлично и что попугай меня совершенно не интересует. Искушение одержало верх: Кешка быстро заскочил внутрь клетки и стал торопливо бултыхаться в воде, искоса поглядывая в мою сторону...

Я осторожно приподнялась со скрипучего дивана, но не тут-то было! Бдительный попугай заметил мой хитрый манёвр. Мгновение — и он уже на дверце! Вертит, как ни в чём ни бывало головой и весело чирикает: "Ну, что? Вот он я! Лови теперь!"

Ещё несколько раз попыталась поймать его и посадить на место — для его же блага! Но ничего не вышло... Запертая кошка орала уже хриплым и осипшим мявом, а услышав донёсшиеся до неё звуки нашего с Кешкой противостояния, стала ещё интенсивнее проситься на волю, царапая дверь и желая принять самое активное участие в поимке пернатого хитреца.

Но как ни крути, а мне срочно нужно было уходить. Что делать? Орущую кошку взаперти не оставишь (соседям-то это вовсе ни к чему). Выпустить Симку, не загнав в клетку Кешку? По возвращении одного из них точно не досчитаюсь. Волнистый «планерист» тем временем (перья бы ему повыщипать!), продолжая дразнить меня, снова залетев к себе домой, шумно плескался в «бассейне», не забывая зорко наблюдать за мной, и дверцу закрывать за собой совсем не собирался.

В конце концов моё терпение лопнуло. Для того чтобы изловить это «чудо» в перьях, пришлось решительно применить жёсткий метод - набросить покрывало и водворить на место. На такое бесцеремонное обращение Кешка отреагировал так же жёстко: больно клевался и кричал по-птичьи то, что я поняла и без перевода: «Не выкр-ручивай кр-рылья! Свободу пер-рнатым!»

Ну, крылья то ему никто, конечно не выкручивал, это он видно так, с досады, что поймали... Из кладовки (наконец-то!) пулей вылетела кошка и, спрятавшись под кроватью, затихла, приходя в себя от такого потрясения. Я тоже (наконец- то!) выбежала из дома — нервная и раздражённая. Потому что опаз-ды-ва-ла!