А В парке. В парке скамейки вросли в позвонки друг друга. Кашляет колокол. Птичье многоголосье слышится вне, в отдалении, с неба, с юга. Что-то апрель с февралем заигрались в кости, птицы сбиваются в стаи, летят по кругу, птицы летят и не помнят: домой ли, в гости. * Если их двое, то, Господи, дай им вечер, скажем, в апреле, на том самом месте, в восемь. Им - одинаково разным, случайным встречным - дай повидаться единожды. Пусть он спросит: "Долго до осени?" Пусть она скажет: "Вечность", если он спросит про вечность, ответит: "Осень". Дальше пускай, как положено: дети, внуки.. Осень придет незаметно с листвою рыжей. Бывшая девушка станет седой старухой, вскоре она вдруг поймёт, что старик не дышит. С церкви закашляет колокол - звонко, гулко, только они ничего - даже собственный вздох - не слышат. ** Нет. Всё не так. Ты, конечно, лишишь их речи. Он не успеет спросить, далеко ли осень; в восемь она позабудет про слово "вечность". Кружатся птицы - продрогшей весне не гости, Только скамейки врастают друг другу в плечи. --------------------------- --------------------------- Б Прости... Как будто бы стервятник-кречет боль неба клювом нанизал и камнем!.. Помню нашу встречу, твои блестящие глаза... Мы ехали в одном вагоне, казалось, рядом благодать. Там, на последнем перегоне, я не успел тебе сказать, что никогда такой не встречу, что добротой твоей согрет... Как бес шептал: «Ещё не вечер!» Я струсил и порвал билет... Наш поезд потерпел крушенье и ты погибла... Все пути укором без тебя... Прощенья молю, что не сберёг: «Прости... Прости, что не сомкнул объятья, что не кружил нас в вальсе бриз...» Чтоб ты жила, жизнь мог отдать я – мне без тебя – какая жизнь?.. | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
