БЕЛОГОРСК Белая скала на Черной речке. С высоты ее мы – человечки. Дуб, который помнит, гой еси, Времена Крещения Руси. Это древо, – говорит ботаник, – Вечности неторопливый странник. Желудями осыпает нас В тысячу одиннадцатый раз. Белые рабы на Черной речке, Белая гора подобна свечке. Солнышко горит на фитиле. День за днем проходят по земле. На камнях и на коре – насечка. Зарастает человека след. Остается дерево и речка Белая земля и Белый свет. 22.10.12 БУРУЛЬЧА Не больше ручья – Бурульча. Мерцает, как шкурка гадюки. Ее берега на поруки Когда-то взяла алыча. В тени ее речка струится, Ночует пролетная птица. Лавируя между камнями, Она обрывается в ямы, Живет в них живая вода, Отары поит и стада. Чуть слышно течет сквозь года, Невнятно сквозь сон бормоча Названье свое «Бурульча!» Бежит себе. Но иногда, Нежданым гонимая штормом, Большая, как небо, вода Наполнит ее, и тогда Выходит она из себя. И мчится, круша и губя Строенья, дороги, ограды… Отпора ей нет и преграды. И мчится, как поезд курьерский, И слышится рев ее зверский, И кровь холодит – изуверский… Деревья и камни, корчуя, Земли под собою, не чуя, Как будто мотором рыча, Свирепствует Бурульча. Годами таимое эго Помножит усердное эхо. Восстав по границам долины, К реке подойдут исполины. С почтеньем шепча: «Бурульча!» 19-21.10.12 *** Славе Ложко «Мужику обижаться негоже!» – Говорю, как молитву вслух. Повторяю одно и то же За тобою, мой мудрый друг. Обижать никого негоже. То же самое так же и то же, А порою чего и похуже Ты в ответ получаешь тут же. Обижать, обижаться, похоже, Не суметь мне, хотя б иногда! У других получается, Боже! Почему у меня никогда?! 22.10.12 Белогорск-Судак-Феодосия | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
