Мужские ноги в коричневых туфлях подошли к ней вплотную, сверху появились худощавые незагорелые руки, аккуратно взяли её за поросший чёрной шерсткой животик, и подняли на уровень долго небритого, худого и доброго лица. Губы растянулись в широкой улыбке, глаза тупо уставились на неё.

- Нам пора, Барбара. Пора, моя хорошая... – он нежно гладил её по головке.

- Мяу... – лишь выдавила из себя она, и подумала “Доигрались... Теперь меня порежут, бля... Сама виновата, дура!”.

Губы ещё больше растянулись, приблизились ближе к её мордашке, и поцеловали в мокрый, холодный нос.

Одна рука держала её, вторая же тянулась к столу, за салатовой, пластиковой клеткой, в которой она и должна была путешествовать до ветеренарной клиники и обратно.

Открыв дверцу клетки, рука осторожно засунула Барбару в клетку, и закрыла на замок. Ещё раз улыбнувшись, мужское лицо исчезло, а правая рука взяла клетку за ручку, и направилась к двери.

 

Путь в ветеренарную клинику был долгим и нудным. Кошка спокойно сидела, и следила за мелькающими дамами и фонарями. Он сидел на левом сидении, время от времени поворачиваясь к кошке и улыбаясь.

“Зачем? Ну зачем это надо? Ну что я ему сделала? Почему? Вечно мне, бля, не везёт... Что б его перекосило!” – думала кошка, спокойно следя за происхлдящим по ту сторону автомобиля.

 

- Какая красавица! – наиграно улыбнулся ветеринар.

“Какая красавица, твою мать! Что б тебя псы сожрали!” – злостно подумала Барбара, опускаясь лапами на операционный стол. Мужское лицо последний раз улыбнулось, и исчезло за дверью. Перед ней предстало мужское лицо номер два, с красными от алкоголя глазами, жёлтыми от никотина зубами, и синим от холода носом. Помещение не обогревалось. Последние остатаки улыбки, на мужском лице номер два, исчезли безвозвратно.

- Ну что, сучка, начнём... – усмехнулся он набирая в шприц какой то жидкости.

Перед её глазами всё поплыло. Она заснула.

 

“Ух ты! Жрачка! Есть хочу...” радостно подумала она, почувствовав мягкий аромат варёного мяса. Хромая, и пытаясь не замечать боль в промежности, она побежала на кухню.

- Ну что, моя хорошая, проголодалась? – сказало вечно улыбающееся мужское лицо номер один – Иди... Иди сюда... Вот!

Руки наложили ей в миску несколько кусочков варёной говядины.

Барбара счастливо замурлыкала, и принялась жадно поедать ужин.