Кофе здесь варили отвратительный. Мерзкого бурого цвета, со всплывающими комками нерастворившихся, плохо перемолотых зёрен. Называлось это – «Кофе по-восточному», стоило раза в три дороже обычного растворимого, и другого тут не продавали. Останин пытался заполучить простой кипяток (стик-пакетики были у него с собой), но блёклая буфетчица неопределённого возраста равнодушно пресекала все его попытки, несмотря на магическое, как он полагал, «я же заплачу!» Пришлось признать своё поражение, снова взять два одноразовых стаканчика гнусной пародии на благородный напиток и отнести их на скамейку в зале ожидания, где сидел с вещами его напарник – худой, жёлчный Леонид Савельевич. Увидев выражение лица Останина, несущего то же пойло, что и час и три и шесть часов назад, он криво улыбнулся и покачал головой. Они сидели в этом капкане сельской автостанции уже больше полусуток. Вот ведь, понесла их нелёгкая возвращаться автобусом вместо поезда – билеты, видите ли, были только в общий вагон! Древний «Икарус» чадил, натужно выл на подъёмах, еле таща своё, переполненное провинциальными пассажирами с их торбами и баулами, нутро. Однако дотащить его удалось только до этой самой автостанции в какой-то окраинной Глухоманьевке Богозабытского района Тьмутараканской области. Здесь хмурый толстый водитель нелюбезно сообщил, что автобус поломался. Уже вечер, аварийка приедет в лучшем случае утром, пассажиры могут ждать ремонта, а особо нетерпеливые – пробиваться на попутные рейсы. Разумеется, денег за неиспользованные километры никто возвращать не собирался. Как позже выяснилось, ночью здесь проходило только два попутных автобуса, на которые им пробиться не удалось – слишком велика была конкуренция. Они захватили скамейку в углу грязного, продуваемого сквозняками зала ожидания и коротали время, попивая отдалённо напоминавшую кофе бурду – чтоб глаза не слипались. Засыпать в этом чужом, неприветливом месте было рискованно, да и приходилось следить, не подъедет ли какой-нибудь автобус. Был ещё вариант – уехать на машине, но наглые таксисты держали монополию и заламывали такую цену, словно предлагали заморский круиз. Хотелось поскорее добраться до цивилизации, до их почти мегаполиса с широкими улицами, высотными домами, магазинами и кафешками; позвонить шефу, доложить, что вернулись из этой паскудной провинциальной командировки, испросить законный отгул и отправиться по домам – к горячему душу, свежим постелям и ароматному, настоящему кофе! - Вот ведь дерьмо! – выругался Останин, передавая стаканчик с горячим (единственный плюс!) напитком напарнику. – Двадцать первый век, дикий капитализм, казалось бы, за деньги тебя должны с ног до головы облизывать, а поди ж ты, приходится пить бурду, и твои капиталы никакой силы не имеют! Автор приносит читателям свои извинения, но таково требование редакции. | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
