Наши юбиляры
Татьяна Ярцева
Поздравления юбиляру
И это все о ней.
Информация к размышлению








Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные блоги    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Мнение. Критические суждения об одном произведении.
Читаем и критикуем.
Презентации книг
наших авторов
Анна Гранатова
Фокстрот втроем не танцуют.
Приключения русских артистов в Англии
Конкурсы Клуба Красного Кота
Мой смешной любимец
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Справочник писателей
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Калужская область
Воронежская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Нижегородская область
Пермский Край
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Город Севастополь
Республика Крым
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Новосибирская область
Кемеровская область
Иркутская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Литвы
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Журнал "Фестиваль"
Журнал "Что хочет автор"
Журнал "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.

Просмотр произведения в рамках конкурса(проекта):

Конкурс/проект

Все произведения

Произведение
Жанр: Детективы и мистикаАвтор: Илья Майзельс
Объем: [ строк ]
Вместилище душ.
После окончания художественного училища Марина несколько месяцев прожила в Москве. Продолжая образование, она ходила по музеям и выставкам, а зарабатывала рисованием портретов – на Арбате, в Измайловском парке или в других местах, где праздношатающаяся публика могла потратить на эти портреты немного времени и денег.
Сначала, как и другие практикующие здесь художники, она непроизвольно угождала клиентам и рисовала их такими лапочками – будто сахару им давала перед позированием. Затем – не столько для клиентов, сколько для себя, – она стала рисовать характеры: какими видела их, такими и рисовала.
 
А глаз у нее был особый… За пятнадцать-двадцать минут она наносила на бумагу лишь основные, на ее взгляд, черты характеров, а все прочее оставляла в коротких штрихах-намеках. Эти портреты – она называла их психологическими – получались порой довольно жесткими, но успехом пользовались большим.
Однажды на старом Арбате к ней подсел человек на вид мягкий и улыбчивый. Марина посмотрела на него и сказала: «Могу нарисовать вас на открытку для Деда Мороза. Но хотите – нарисую таким, какой вы есть на самом деле. Пригодится – для истории болезни…» Мягкий и улыбчивый человек растерялся, губы его исказились в кривую линию, в сузившихся глазах заметался страх. Таким и стала она его рисовать. Однако, недосидев двух или трех минут, клиент вскочил с места и исчез. Его почти завершенный портрет так и остался у Марины.
К концу дня, возвращаясь с работы, она поймала на себе взгляд его нервных, бегающих глаз – он ехал в одном с ней вагоне метро. Марина поняла – это не случайно...
На следующей остановке она вышла из вагона. Боясь оглянуться, переходя из одного потока людей в другой, она очутилась на другой станции и на бегу, перед самым закрытием дверей, успела вскочить в вагон поезда. Отдышавшись, осторожно оглянулась вокруг: клиента, которому она так неосмотрительно намекнула на его болезнь (что-то пугающе ненормальное увиделось ей и в глазах, и в выражении лица этого человека), в нем не было.
Проехав пару остановок, Марина выскочила из вагона, прошлась взад-вперед по перрону и успокоилась: подозрительный незнакомец исчез.
Однако на другой день она увидела его снова – у лотка напротив, среди людей, рассматривающих матрешки с ликами советских и российских вождей. «Ну, ладно», – взъярилась Марина и принялась за новый портрет вчерашнего клиента, теперь уже в полный рост. Особо отметила сутулость, детали одежды, золотую, с черным камнем, печатку на пальце и продолговатую сумку из темной ткани.
В середине дня Марина перекусывала в небольшом кафе; в один из моментов – за стеклянной витриной – она заметила знакомую фигуру. На обратном пути Марина подошла к лотку с галантереей и купила маленькое зеркальце; пока рассматривала его, в зеркальце не раз мелькала все та же фигура – человек с мягкой внешностью следовал за ней в некотором отдалении…
Спустя полчаса Марина попросила соседку-художницу присмотреть за этюдником и как бы ненадолго ушла по своим делам, взяв с собой свернутые в рулончик портреты незнакомца. Она поняла, что не зря его явная ненормальность показалась ей такой пугающей: кожей ли, затылком, особой ли способностью видеть она решила, что человек этот – опасный псих.
Через подземный переход Марина вышла на другую сторону улицы, забежала в два-три магазина, затем свернула за угол и оказалась в каком-то проулке. Наконец она уверовала, что даже профи не мог бы за ней проследить, и зашла в телефонную будку. Справочная сообщила ей телефон дежурного по близлежащему отделению госбезопасности.
Минут через двадцать Марина вошла в ничем не примечательное здание (только окна первого этажа были чем-то затемнены, но вывески на двери – никакой). Коридоры, разделяемые автоматически захлопывающимися дверями, дежурные офицеры за столиками с лампами под абажурами... Наконец, ее ввели в помещение со скучными обоями, где неулыбчивые люди в штатском стали задавать ей вопросы – кто она, что с ней стряслось и почему она не обратилась в милицию.
Но разговор не клеился: Марине, преследуемой опасным психом (а он мог быть и преступником-маньяком), трудно было найти контакт с этими неулыбчивыми людьми.
Нелегко было объяснить, почему она не обратилась в милицию. Марина ненавидела ее люто. Где бы ни ставила она свой этюдник, тут же появлялись менты и гнали ее, как приблудную собаку, – пока не просветили, наконец, добрые люди: кому из ментов надо дать и сколько, прежде чем идти на хлебное место. Марина послушалась их совета, и вчерашние гонители тут же перестали ее замечать.
– А если и он платит ментам? – ответила она вопросом на вопрос, и гэбэшники не стали требовать уточнений (как и милиционеров, сотрудников госбезопасности она также именовала на жаргоне, но относилась к ним с почтительным страхом).
– Посидите пока, – сказал один из них, с кем-то созвонился по телефону и, взяв портреты предполагаемого маньяка, вышел из комнаты…
Ближе к вечеру Марина свернула этюдник, взяла в руки папку для бумаг и спокойно, не торопясь, направилась к метро. Вышла на станции «Измайловская» и, не оглядываясь, пошла по тенистой тропинке. Наконец, сзади послышались торопливые шаги.
– Здравствуйте, мой замечательный доктор!
Это был вчерашний незнакомец, с продолговатой сумкой из темной ткани, которую она заметила еще днем.
– Ах, это вы? А я было так напугалась… – Марина остановилась и, точно артистка, перевела дыхание. – Думала, кто это так спешит? Хотела уже кричать…
– Зачем кричать? Кричать не надо, а то и поговорить не успеем…
– Почему не успеем?
– Когда кричат, мне становится нехорошо, и я плохо контролирую свои действия. Вам ли не знать это, доктор. Вы такой замечательный врач – диагноз ставите с одного взгляда… Кстати, совсем забыл – я ведь не рассчитался за ваши услуги. Вот беда – все забываю. Не сердитесь на больного человека, со мной это бывает. Но если уж вспомню про должок – то плачу. Сполна плачу, до последней капли…
Марина вся содрогнулась: она поняла, что значило это «до последней капли». И в то же время обрадовалась – значит, она все же была права. Ей показалось, что гэбэшники с некоторым сомнением отнеслись к версии о преследующем ее опасном психе (или преступнике-маньяке), но теперь они сами во всем убедятся – Марину снабдили разными штучками и, конечно, ее разговор они должны были слышать.
– Вы хотите сказать – до последней копейки?
– Какие копейки? О чем вы? Копейки, рубли, доллары… Для меня это – тьфу, грязь навозная. Я сказал: «до последней капли…» И вы знаете, что я имел в виду. Ведь вы так проницательны. Как, кстати, вас звали?
– Марина. Но что значит – звали?
– Потому что Марина – это ваше прежнее имя. Так звали вас раньше… Как раньше меня звали Николаем. Но теперь я перенесу вас в другую жизнь, и как там будут вас звать, одному Богу известно…
– Где это – там, Николай?
– Сначала этим там буду я – после того, как глотну вашей крови. Вместе с ней вы войдете в меня, как во вместилище душ.
– Кажется, я поняла… – Марина вела опасную игру, но сейчас она и вправду была как врач, беседующий с больным. – Но что будет потом?
– Потом меня возьмет Космос. И вместе со мной возьмут и вас, а также тех, кто вошел в меня раньше вас и войдет позже...
– И многих вы уже взяли с собой?
– Без вас я вмещаю в себе три души, вошедшие в меня своей кровью.
– Что ж, это вполне возможно. Но вы знаете, я должна кое-что уточнить. Я все же доктор…
Марина опустила на землю этюдник и папку с бумагой, затем показала незнакомцу указательный палец правой руки и сказала:
– Так, Николай, посмотрите на этот палец. Хорошо, теперь раскройте глаза пошире. Еще шире…
Затем в эти безумные, широко раскрытые глаза она выстрелила струей газа – из баллончика, который оказался у нее в руке.
Раздался крик…
Спустя считанные секунды к ним подбежали несколько человек. Николая скрутили. В его сумке, в аккуратных матерчатых чехлах, обнаружили хорошо отточенный топорик и длинный хирургический нож. Кроме того, в сумке оказались пара больничных клеенок, литровая банка, выкрашенная в красный цвет, и пластмассовая воронка, тоже красного цвета…
На следствии он снова говорил о «вместилище душ» и в деталях пояснял, как «вбирал» в себя эти души – глушил жертву обухом топора, затем укладывал бесчувственное тело на пеленки и, вскрыв сонную артерию, выпускал кровь в банку через воронку. Первые порции – в них, как он считал, выходили страсти – Николай выливал на землю. А последующие порции, в которых, по его теории, выходила душа, он наливал в принесенную с собой банку…
Но все, больше не могу. Хватит этих кошмарных подробностей. Я не специалист по производству детективов. От меня не требуют крови на каждой странице, чтоб читатель, не пережевывая, мог проглотить зараз всю книгу – все ее двести или триста граммов, не впустив в себя ни единой мысли – а значит, и не выпустив не единой. Хватит еще и потому, что такие книги (как и фильмы) с сюжетами на крови да ужасах и рождают, наверное, психов, подобных Николаю.
В психбольницу он попал впервые перед призывом в армию – врачи заподозрили у него отклонения и направили туда на обследование. Он и рад был: страх оказаться на афганской войне (а она отняла уже немало жизней!) буквально истомил Николая: во всех военных он подозревал сотрудников военкомата, которые выслеживали его как будущую жертву этой ужасной бойни.
Причиной страха стала гибель знакомого, учившегося с ним в одной школе, двумя классами старше. Из армии его вернули обратно в цинковом гробу: попав в засаду, он и несколько других воинов-десантников отбивались до последнего патрона. Несколько дней их тела, изувеченные душманами, пролежали под палящим афганским солнцем…
Лекари в психбольнице все подсовывали ему таблетки – якобы для лечения нервов. Но на самом деле это были средства для потери памяти – чтобы он забыл о своей болезни и сам напросился в Афган. Выявив эту уловку, Николай и виду не подал, что все понял, а таблетки стал отдавать Виктору, соседу по койке, в обмен на лекарства, которыми пичкали его, излечивая от бреда ревности.
Да какой там бред, смеялся над горе-психиатрами Виктор, если жена его по дороге в булочную успевала забежать к любовнику, отдаться ему и, как ни в чем не бывало, вернуться домой с авоськой хлеба. Да она изменяла ему даже в автобусе, по дороге на работу: однажды Виктор специально проследил, что в переполненный автобус она села в последнюю дверь и ехала, прижимаясь к какому-то мужчине.
Этот мужчина и был ее любовником; никто в толпе и не догадывался, с чего бы это они прижимались так друг к другу...
А с другим любовником она работала на одном режимном учреждении, куда, как ни стремился, Виктор попасть не мог: пропускной режим был очень строгим. Но однажды ему все же удалось там побывать. Это было зимой, во время эпидемии гриппа, когда все вокруг сморкались и кашляли. Жена его также заболела и осталась дома.
По ее пропуску, да в ее шубе и шапке (один нос его торчал на виду, весь красный), Виктор прошел-таки через проходную и оттуда – на ее рабочее место, в комнату, где вместе с женой работали двое мужчин и одна женщина. В той комнате была небольшая перегородка, за которой они пили чай, а кто хотел, и обедал. Увидев перегородку, Виктора аж затрясло – столько увидел он тут возможностей для измены.
Кроме жены, в тот день отсутствовал и еще один работник из этой комнаты, мужчина. Узнав об этом, Виктор едва не потерял сознание: так и есть, они это специально подстроили и, пока он здесь, они милуются, быть может, даже в его собственной квартире…
Виктор стремглав бросился бежать по коридорам и лестницам, расталкивая проходящих мимо людей. Не добежав до проходной, он поскользнулся и упал, сильно ударившись головой. Ему помогли подняться; тут-то и выяснилось, что на режимный объект проник неизвестный мужчина, переодетый в женскую одежду…
Хорошо, в первом отделе учреждения смилостивились над его женой и не стали глубоко копать: ее мужа лишь поместили в психбольницу – с бредом ревности: идиотским, по мнению самого Виктора, диагнозом.
И ох, как смеялись они с Николаем – над лекарями и их лечением! Ведь таблетки от ревности глотал Николай, который и женщин-то еще не знал, а таблетки для армии глотал Виктор, демобилизованный из нее лет десять назад.
В тот раз Николаю удалось-таки освободиться от армии: как ни изворачивались лекари, меняя одни таблетки от памяти на другие, он не забыл, что болен и его не забрали в Афган. Но позднее все большее беспокойство стали вызывать в нем репортажи из горячих точек: значит, для армии вновь требовалось пушечное мясо.
И странные явления стал замечать он тогда вокруг себя. Странные люди шли ему вслед или навстречу, странные взгляды ловил он на себе, или наоборот, кто-то очень странно прятал от него глаза. А потом он поймал взгляд, показавшийся ему знакомым. Это было в метро; он успел заметить пожилого мужчину, который почему-то быстро отвернулся от него и сошел на первой же станции…
Николай забеспокоился – поведение мужчины было ему явно подозрительным; не успокаивало и то, что он вышел из вагона: незнакомец вполне мог сесть в этот же поезд, даже в этот же вагон, только через другие двери. Да, скорее всего, так и есть, он едет в самом торце вагона и думает, что околпачил Николая.
Николай осторожно повернул голову и посмотрел в конец вагона. Людей там было много, всех и не разглядишь. Ладно, пусть думает, что его не видят. Посмотрим, как он поведет себя дальше.
Перед следующей станцией Николай придвинулся ближе к выходу, делая вид, что будет выходить. И точно: едва двери вагона открылись, он вышел было на перрон, но тут же юркнул обратно. Теперь он хорошо видел всех, кто стоял в другом конце вагона. Ну вот, он опять всех околпачил – подозрительных лиц там не было. Значит, тот, кто следил за ним, просто не успел заскочить в вагон.
Но кто же он, этот преследователь, чей взгляд показался Николаю таким знакомым?
И тут его осенило: ну, конечно же, это был он! Лекарь из психбольницы по фамилии Сичкин! Не зря вспомнился Николаю Виктор, сосед по больничной койке; спасибо этому бедолаге – он тоже, наверное, был чьей-то жертвой.
Несколько дней Николай провел около психбольницы, пока его не приметил кто-то из медперсонала. Доктор Сичкин, пояснили ему, работает в другом учреждении, но в каком, не сказали. Ах, вот оно что? – подумал Николай. Значит, Сичкин работает в секретном учреждении, а в больнице проводил над ним эксперименты, которые продолжаются и сейчас…
Ну, и так далее... Немало продежурил он потом около учреждений, которые, на его взгляд,могли быть секретными, пока, наконец, его не задержали какие-то люди в штатском. Оказалось, что ненароком он и в самом деле потревожил гнездо какой-то спецслужбы. Но отпустили его так подозрительно быстро, что стало ясно – об экпериментах над ним не ведают и спецслужбы.
 
И Николай задумался – кто же проводит над ним эти эксперименты? И в чем их цель? Может, он просто инструмент в чьих-то всесильных руках? А доктор Сичкин – лишь темная лошадка?
На экранах кино в то время уже шло нашествие ужасников о маньяках и вампирах, фантастических триллеров о пришельцах, переселяющихся в людей, о всемогущем Космосе, о всех этих коконах… Интервенция ужасников началась и с книжных прилавков.
И Николаю открылось-таки истинное знание! Великий Космос – вот кто подвергал его столь долгим и тщательным испытаниям! И теперь ему доверили великую миссию! Он избран быть вместилищем душ и…
И так далее…
В расследовании убийств, совершенных этим «избранником», Марина участвовала не только как свидетель. После задержания Николай много говорил о Великом Космосе, но потом закрылся и отказывался давать какие-либо показания – пока в комнате, куда его привели на допрос, не увидел Марину. Точно врач, она была в белом халате.
– Здравствуйте, Николай, я рада снова вас видеть. Правда, теперь, как видите, я совсем не художник… Вы все поняли?
– Не совсем…
– Скорее вникайте, у нас с вами не так много времени. Мне поручено…
– Кем поручено? – глаза Николая стали расширяться, и Марина ненадолго смутилась, вспомнив, как в эти так же раскрытые глаза ей пришлось выстрелить струей газа.
– Вы сами знаете, кем, – Марина возвела глаза к небу, а потом положила перед ним карту звездного неба, изъятую у Николая в квартире. Марина провела по ней рукой; на одном из ее пальцев он увидел перстень с черным камнем, таким же, что был и на его печатке.
– Вам все понятно? – продолжила Марина. – Повторяю, у нас с вами не так много времени.
– Понятно… – тихо прошептал Николай и тревожно оглянулся вокруг. Наконец-то он принял ее за свою (чего и добивалась Марина, действуя по заранее подготовленному сценарию).
– Тогда расскажите мне о тех, кого вы уже взяли с собой, где вы это делали и когда…
Так и получилось, что Марина – художник, мастер психологического портрета, не только выявила и помогла обезвредить человека, совершившего три убийства, но и активно содействовала их раскрытию. Никто не думал тогда, чего это ей стоило – ведь только Марине, словно отчитываясь о проделанной работе, Николай с ужасными подробностями рассказывал о совершенных убийствах. И она вынуждена была выезжать на места, где он «вбирал в себя другие души», и слушать, сдерживая тошноту и охватывающий все ее существо ужас, – как он выпускал у жертвы кровь, как принимался потом за топорик…
В один из таких моментов она не выдержала и упала в обморок. С нервным срывом Марина неделю провела в больнице, затем лечилась в санатории, но так и не избавилась от ставших навязчивыми, влезающими и в явь, и в сон, отголосков пережитых кошмаров…
Copyright: Илья Майзельс, 2005
Свидетельство о публикации №34923
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 07.02.2005 02:25

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
Евгений Бунин[ 19.10.2006 ]
   Мне очень понравился рассказ,Илья...Спаси­бо.­
 
Илья Майзельс[ 20.02.2013 ]
   Этот рассказ - глава из моей книги "Вместилище душ".
Лазарева Людмила Викторовна[ 17.03.2009 ]
   Действительно... Мистика. Холодная, до дрожи. До мурашков по коже...
    И почему , и отчего так происходит, Что страх притягивает. Манит. И ужасает. Есть вещи, которые трудно объяснить. Легче прочувствовать.
    Людмила
 
Евгений Бунин[ 20.02.2013 ]
   Спясибо!

Конкурсы на премии
МСП "Новый Современник"
   
Буфет. Истории
за нашим столом
Мы в ответе за тех,кого приручили
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
2020 год
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
2019 год
Справочник литературных организаций
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
2020 год
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Патриоты портала
Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Альманах прозы Английского клуба
Отправить произведение
Новости и объявления
Проекты Литературной критики
Атрибутика наших проектов