* * * Квадрат Малевича в окне, пить чай неплохо в тишине и о хорошем помечтать, хотя судьбы не предсказать. Осенний лист попал в стекло, прилип и просится в тепло. Впущу, поглажу утюгом и в книгу Пришвина потом. Там может автор рассказать про лето красное опять. * * * Число тринадцать на календаре, и донимает скука в октябре. Убавил свет в окне осенний день, то солнышку теперь светится лень. Но «Майский чай» слегка убавил грусть и я опять в прошедший май вернусь, где мне казалось будущее ясно, где незабудки ей дарил напрасно. * * * На тополе дрожит последний лист, «Алиса» заиграла, это Лист. Уравновесит нервную систему, «Как без нее?» -решаю теорему. * * * На небе ярок солнца круг, сверкают струйки у фонтана… «Какие девушки идут!»,- воскликнула душа Ивана. Он, как юнец, расправил клеть, «Помолодеть бы лет на двадцать, чтоб снова страстью заболеть и никогда не поправляться!» * * * Сентябрь и пора листопада, и золотом пары шуршат, динамики старого сада еще о любви говорят. Пусть дождик затеял интригу, а я все иду и иду и осень читаю, как книгу до первого снега в саду. * * * Слова ее, будто иголки, мне в полюшке легче страдать, диктует совет перепелка какой-то, мне трудно понять. Лишь слышится мне приказное, в мелодиях песенок тех. Мы встретились с нею весною, а в мае весна не для всех. |