Подведены итоги конкурса "Самый яркий праздник года-2024". Ознакомиться можно в рубрике на главной странице портала "Обзоры и итоги конкурсов"
Лана Гайсина
Ошибка мага











Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Новогодний Литературный конкурс "Cамый яркий праздник года - 2024"
Положение о конкурсе
Информация и новости
Произведения в Прозе
Произведения в Поэзии
Форум жюри
Буфет. Истории
за нашим столом
День кошек
Лучшие рассказчики
в нашем Буфете
Татьяна Ярцева
Шальной листопад
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты
Визуальные новеллы
.
Разбор произведений прозы в проекте критики "Платон мне друг..."
К темам проекта
Автор:Галина Пиастро 
Тема:Сергей Постылый "Эй, Рыжик, стакан-бетон", прозаОтветить
   Жанр: Рассказ
   Автор: Сергей Постылый
   Объем: 15284 [ символов ]
   ====================­==========­
   
   Эй, Рыжик, стакан-бетон
   
   Эта история – вымысел автора и любые совпадения с реальными событиями –
   случайность.
   
   Когда дверь, обитая розовым одеялом, распахнулась, и в землянку проник звук
   работающего снаружи генератора, Одуванчик как раз прикуривал от уголька. Есть у
   него такая странность, если рядом горит костер, или, как сейчас, потрескивают
   поленья в буржуйке, он никогда не воспользуется зажигалкой. Обязательно добудет
   себе раскрасневшийся уголёк, или поймает огонь на кончик щепки, от него и
   прикурит.
   Алексей с позывным Волк, старательно пригибая голову, вошёл в землянку. Он
   захлопнул за собой дверь и выключил рацию, торчащую на груди из специального
   кармашка разгрузки. Сутулясь, оттого, что его каска касалась досок, которыми был
   обит потолок, Волк некоторое время смотрел на блестящую лысину Одуванчика и
   щурился от яркого, после ночной темноты, света матовой лампочки. Потом хмыкнул
   над его ритуалом и повесил автомат на вбитый в стену гвоздь. Рация, качнувшаяся
   на соседнем гвозде, противно пиликнула и зашипела:
   – Орёл, Орёл, я пост пятнадцать – прием!
   – Орёл на приёме, – ту же прошипело в ответ.
   Одуванчик наконец затянулся и улыбнулся так, словно в его лёгкие проник не едкий
   табачный дым, а благодатный аромат райских садов. Случайно он встретился
   взглядом с Волком и тут же опустил глаза. Взгляд у Волка тяжёлый, от которого
   мурашки по спине, глаза темные и бездонные, в них чёрный дым от горящих колонн,
   в них блеск от разрыва снарядов. В них скорбь и отвага.
   Звук мощного взрыва пронесся по прибрежному ночному лесу, залетел в увенчанную
   пустым цинком трубу и через приоткрытую дверцу печи проник в землянку:
   – Буф-ф!
   – Орёл, наблюдаю выход на два часа, я пост пятнадцать, приём. – шипела рация на
   стене.
   – Принял тебя пятнадцатый. Работаем!
   – Слыхал как наш пост работает? – Волк глянул на часы, прикинул, что до выхода на
   пост у него ещё есть полчасика.
   – Молодцы ребята. – с уважением в голосе проговорил Одуванчик и выпустил
   струйку дыма в приоткрытую дверцу буржуйки.
   – Буф-ф! – будто оскорбившись погрозила печка и стены землянки слегка дрогнули.
   Одуванчик поморщился и, на всякий случай, отодвинулся от буржуйки подальше.
   – Всё ближе к нам приходы идут, – приметил Волк настолько ровным голосом, будто
   речь шла о кучевых облаках, приближающихся по небу.
   Одуванчик молча кивнул, он только проснулся и ещё не до конца пришел в себя.
   Спать два-три часа в сутки – кажется к этому невозможно привыкнуть.
   – Ничего, – подмигнул Волк, сел на чурку, заменяющую табуретку и вытянул левую
   ногу, – Сейчас наши ответку дадут.
   – Буф-ф! – на этот раз стены дрогнули сильнее.
   Чайник от тепла буржуйки затянул какую-то заунывную песню. Волк не долго думая
   подхватил его и наполнил железную кружку на небольшом, сколоченном из досок
   столике.
   – Не закипел ведь ещё!
   И что? – Волк отправил чайник на прежнее место, – Само то, чтоб пасть не обжечь.
   Это раньше, когда ты прошлый раз заезжал – из реки набирали, тогда да, старались
   кипятить. А сейчас-то привозная – и так нормально.
   – А-а, – протянул Одуванчик, – Но я лучше подожду пока закипит, сам понимаешь в
   дороге…
   – Буф-ф!
   Из топки вылетело немного лёгкого пепла, а дверь, обитая розовым одеялом
   дернулась, будто её рванули за ручку снаружи.
   – Подожди, подожди, – и Волк улыбнулся так, что казалось он в первую очередь
   хвастает своими белыми и ровными зубами, а только потом улыбается.
   – А, чуть не забыл, – тут же добавил он. – Паром-то уже на подходе, буди своего
   напарника. Вам же ещё движок прогреть надо, наверное. Так что, увы, чаёк-то под
   угрозой.
   – Василиск, Василиск, я Орёл – прием! – зашипела на стене.
   – На приеме!
   – Готов записывать?
   – Диктуй!
   – Антон, Пётр, Борис, Екатерина. Теперь низ: Борис, два Владимира, Николай.
   – Есть, проверяй: Антон...
   Одуванчик заглянул за край прибитого к потолку пёстрого ковра, который частично
   скрывал нары, и вздохнул. Рыжик безмятежно сопел. Его веснусчатое молодое лицо
   изображало какое-то необычно детское выражение, и казалось, будто ему снится
   что-то про его первое сентября.
   Волк шумно отхлебнул чай из кружки:
   – Хорош вздыхать, буди давай. И моего Могилу толкни. Мне скоро пост сменять,
   пусть просыпается помаленьку.
   – Рыжик, – вполголоса позвал Одуванчик, потрепал его по ноге и повторил уже
   громче: – Эй, Рыжик, стакан-бетон! Вставай давай.
   Рыжик подскочил и, вертя по сторонам головой, пытался понять где он находится.
   – Тах! Тах! Тах! Тах! Тах! Тах! – немного тише, но отчётливее разразилась печка.
   – О-о-о! – Волк оживился и глаза его блеснули. – Пошло-поехало. Щас хохлы
   прикурят!
   – Что уже стакан-бетон? – сонно забормотал Рыжик в то время как его руки успели
   натянуть на ноги берцы и сами собой завязывали шнурки.
   Выражение стакан-бетон, означало, что паром причалил к берегу, и Рыжик спросонья
   решил, что прозевал переправу.
   Волк посмотрел на Рыжика и поморщился:
   "Это же надо быть таким рыжим... рыжим до того, что смотреть – глазам больно".
   – Ну, не то что бы уже, – ответил Одуванчик Рыжику, – Но собираться пора. Волк, мы
   термосок-то с собой наберём?
   – Всегда пожалуйста, – и Волк снова улыбнулся своей фирменной улыбкой. – Ты же
   знаешь: моё бунгало – твоё бунгало.
   Потом нахмурился и крикнул, повернувшись к ковру:
   – Эй, Могила, вставай, мне на пост пора!
   – Эх, – выдохнул Рыжик.
   Перестав спешить, он сел и упёрся взглядом в наскоро сколоченный стеллаж, как
   будто увидел его впервые.
   На нем вещмешки, как шуточно называли их меж собой солдаты: "образца тридцать
   девятого года" разместились бок о бок с трофейными рюкзаками зарубежных
   брендов.
   Потом перевел взгляд на маленькую подвесную пластиковую полочку, подобранную
   где-то и отремонтированную при помощи двух сосновых веток, на одной из которых
   всё ещё держалось несколько хвоинок. Чай, кофе, коробка с сахаром, пара железных
   кружек и, без преувеличения достояние землянки – настоящая чайная ложечка.
   – Эх, – повторил он снова.
   – Василиск, я Орёл – приём!
   – Василиск на приёме.
   – Есть, есть поражение цели! Надо ещё! Ещё пять – север пятьдесят!
   – Принял: пять - север пятьдесят. Я Василиск.
   – Орёл – да!
   Волк кивнул в сторону рации:
   – Чего приуныл? Слыхал? Наши-то попали! Щас ещё дадут!
   – Да я не про то, если б вы знали, что мне сейчас снилось, вы бы меня и будить не
   стали!
   Рыжик мечтательно улыбнулся.
   Волк поморщился снова: "Черт меня дери, когда он улыбается, он становится ещё
   рыжее!" Отведя взгляд на левую ногу, Волк несколько раз, будто разминая, согнул и
   разогнул её в колене.
   – Что же тебе снилось? – повел бровью Одуванчик.
   Мне снилось – будто я попал домой! – воскликнул Рыжик. – Но не просто попал.
   Будто кончилось всё! Будто – победа и я – герой. Вы представляете себе я – герой? –
   в голосе рыжика зазвучали одновременно нотки радости и удивления. – И так явно
   всё – будто на самом деле. Девушка моя со мной рядом… Будто мы едем, знаете,
   есть такие, детские паровозики? И вот, мы в этом паровозике едем по нашему
   парку. А я одной рукой её обнимаю, а в другой у меня мороженное. Представляете –
   наше российское – из "Пятерочки". А я чуствую – война закончилась! И всё-всё, что
   мне нужно теперь от этой жизни – у меня уже есть. Не просто есть – оно у меня в
   руках!
   Рыжик замолк на секунду и перевел взгляд с Одуванчика на Волка. Их лица застыли.
   Они не слушали рассказ, они впитывали его, дышали им.
   – А Ленка моя… – сбавив тон продолжил Рыжик. – Она так рада, что я вернулся. Вы
   себе не представляете, я ей в глаза смотрю, а они прям светятся счастьем, и мне от
   этого ещё радостней становится. Вот это сон! Вот это да! Я как вправду дома
   побывал!
   Рыжик тряхнул головой и просиял. Волк зажмурился. Пытаясь избавиться от
   неприятных ощущений, он снова вытянул ногу. Один из мелких осколков, залетевших
   в неё ещё весной, так и оставался внутри. Медиков тогда нехватало, латали друг-
   друга как умели. Два осколка удалось достать сразу, а этот вошёл глубоко, так и
   зарос.
   " Обязательно займусь им, – в очередной раз пообещал себе Волк. – Схожу как-
   нибудь на крестик, скажу, чтоб доставали". Успокоившись этими мыслями Волк
   решительно поднялся:
   Ну что готовы – пойдем. На пост мне ещё рановато, но ничего, вас провожу, покурю
   пять минут на свежем воздухе.
   – Нора, Нора, я Лагуна – приём.
   – Могила, ты там встал – нет?
   – Да, уже, – послышался сонный голос из-за пёстрой ширмы.
   Волк махнул рукой и ответил сам:
   – Нора на приёме.
   – Волк, это Лагуна, там у тебя два карандашика. Высылай их. Стакан-бетон.
   Волк подхватил со стены автомат:
   – Слышали, корандашики, стакан-бетон.
   – Да что мне теперь эта переправа! – усмехнулся Рыжик. – Пустяк! Тут и речки-то –
   переплюнуть можно!
   Волк включил рацию на груди, распахнул дверь, обитую розовым одеялом и шагнул в
   темноту. Рыжик и Одуванчик шагнули следом. Сонный Могила закрыл за ними дверь
   сильнее.
   – Будешь хорохорится, – шутливо пригрозил Рыжику Одуванчик, – сам наш
   десятитонник на паром загонять будешь.
   – Да что там на паром, я щас хоть прямиком на ихний Майдан заеду! Я ж теперь,
   будто в отпуске побывал, даже ещё лучше! Я уже их раз победил. Теперь дело за
   малым.
   – Время чуть есть, – сухо проронил Волк. – Постоим пару минут – глаза привыкнут, и
   двинем.
   – Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! – Четко отрабатывал Василиск по корректировке Орла.
   Звук на верху был заметно громче, отчётливее, а в темноте приобретал жутковатые,
   но вместе с тем обжигающе-реальные нотки.
   Волк молчал. Он всегда недолюбливал рыжих и новый напарник Одуванчика,
   давнего приятеля Волка, не был исключением. К тому же, Волк настороженно
   относился к таким девятнадцатилетним контрактникам, не одобрял и даже не мог
   понять как и зачем они оказываются здесь.
   И всё же, нужно отдать должное Рыжику. Его рассказ, а в большей степени тот
   внутренний огонь, с которым он говорил, впечатлили Волка. Более того, вся эта
   история будто сдвинула что-то в его устоявшихся убеждениях. И пусть неосознанно,
   но Волк уже проникся симпатией к этому до одури рыжему пареньку.
   Волк вспоминал его рассказ по дороге. Думал о нем, когда стоял на высоком берегу,
   пока машина Одуванчика и Рыжика спускалась вниз к парому.
   Он видел как уверенно, без лишних маневров, Рыжик загнал десятитонник на паром
   и сразу же четко встал на нужное место. Волк даже отметил про себя, что врядли бы
   какой-то водитель, с многолетним стажем, смог бы заехать лучше. Волк улыбался
   когда другой, последний на этот паром грузовик, не смог стать рядом с
   десятитонником с первого раза. Неуклюже сдал назад, вырулил и только потом, кое-
   как, вполз на паром.
   "А Рыжик-то может!" – подумал Волк и затянулся, пряча огонек от сигареты в рукаве
   бушлата. Он вспомнил как радостно и удивлённо Рыжик говорил о том, что он будто
   стал героем и, вдруг, будто что-то щелкнуло у Волка в голове. Словно невидимый
   пазл встал на нужное место и Волк в одночасье понял не только Рыжика, но и других
   таких девятнадцатилетних парней. Услышал, о чем, до срыва, кричат их голоса.
   Понял, что хотят доказать они сами себе и всему миру.
   "Ты герой, Рыжик. Уже герой!" – прошептал Волк, глядя на десятитонник, стоящий на
   краю парома.
   Затянувшись последний раз, он затушил окурок слюной, чтоб искры не выдали его в
   темноте и подумал, что наверное так происходит всегда: человек сначала становится
   героем где-то внутри самого себя. А потом, бывает, случается событие, которое
   только проявляет это, уже укоренившееся, качество. Вот тогда герой становится
   видим для всех.
   Волк поглядел вслед отчалившему парому и вдруг поймал себя на мысли, что был бы
   совсем не против, если бы его сын, разумеется когда как следует подрастет, стал
   немного пожожим на Рыжика. И затрясся от беззвучного смеха: "Надо же, я хочу чтоб
   мой сын был похож на рыжего! У меня скоро тут окончательно крыша съедет!"
   Пиликнула рация на груди:
   – Выход на одиннадцать! Я пост пятнадцать.
   – А-хх. – неспеша докатился звук далёкого выхода.
   У Волка замерло сердце. По каким-то, не различимым для уха обычного человека
   ноткам, Волк понял, что зрачок ствола далёкого орудия глядит прямо на него.
   – З-ю-ю! – черканул снаряд по небу и тут же – Пта-тах! – казалось само пространство
   раскололось, а из образовавшегося разлома ударил ослепительный свет.
   Волк сам не понял, как оказался на земле. За время, проведенное на войне, он
   научился выживать. А в моменты крайней опасности его телу уже не нужны были
   команды, оно научилось действовать быстрее импульсов мысли. Просвистели
   осколки. Волк подкатился ближе к обрыву и глянул вниз. Рвануло на берегу. Волк
   автоматически прикинул направление и радиус разлета осколков.
   Паром едва отчалил и тягочи по обеим сторонам ревели и пенили воду, стараясь
   увести грузовики из-под обстрела. Они были похожи на два больших плавучих
   мотора, к которым припаяли маленькие кабинки для штурвальных. Десятитонник и
   неуклюжий грузовик стояли на краю, ближе всех с месту взрыва. "Наверняка туда
   залетели осколки, подумал Волк дёрнув щекой. - Ненавижу паромы! На них, как на
   блюдце. Интересно, на открытом месте они были или всё-таки в кабине? Кабина, всё
   же, какая-никакая защита от осколков."
   – Пятнадцатый, я Орёл. Ты не прошёл, – шипела тем временем рация. – Повтори! Ты
   не прошёл!
   – Орёл, я пост пятнадцать, повторяю: выход на одиннадцать. Ещё выход! Повторяю:
   выход на одиннадцать.
   – А-хх! – донеслось по реке.
   Волк откатился от обрыва, положил автомат на грудь и посмотрел на клочок
   звёздного неба. Лёгкий ветер коснулся его лица и поспешил на берег. К реке.
   – З-ю-ю-Та-тах! – звук был другим.
   Волк не мог сказать чем именно этот взрыв отличался от предыдущего. Но он чётко
   услышал – звук был другим.
   Не успели просвистеть осколки как Волк уже покатился к обрыву – десятитонник
   вспыхнул, как спичка.
   – Да ну! – неповерив глазам прошептал Волк.
   Паром уже отошёл от берега и, продолжая набирать скорость, уходил всё дальше.
   Волк не мог разобрать, что именно происходило на пароме. Только неясные тени и
   блики от огромного факела-десятитонника­ мелькали на пароме между другими
   машинами.
   – А-хх!
   "Может они всё-таки были снаружи?" - и тут Волк заметил, что языки гигантского
   пламени как будто не беспорядочно мечутся к небу. Ему показалось, что их очертания
   складываются во что-то целостное – в большое и рыжее, сияющее счастьем лицо
   Рыжика.
   Волк зажмурился. А когда он открыл глаза снова - увидел как пылающий
   десятитонник содрогнулся, рванул с места и задним ходом, сошел с парома огненной
   кометой на чёрное зеркало реки.
   – Л-ту-ф-ф-ф! – из реки взметнулся гигантский фонтан брызг и водяной пыли.
   Когда десятитонник погрузился полностью, на реке снова стало темно – огонь не
   успел перекинуться на другие машины. Только несколько мелких обломков догорали
   на пароме, там, где прежде стояла машина Одуванчика и Рыжика.
   Сбросив с себя оцепенение, Волк вскочил. По едва заметной тропинке, огибающей
   обрыв, он бросился к реке. Пока он мчался, ещё два или три снаряда подняли столбы
   водяных брызг. А когда Волк добежал, на ночном берегу уже установилась тишина.
   Странная, тягучая, неестественно пустая и безразличная тишина. Только монотонно
   шипела рация на груди. Только усталый голос всё твердил:
   …Елена, Антон, Павел, Олег. Теперь низ…
   ====================­==========­=====
   
   Copyright: Сергей Постылый, 2023
   Свидетельство о публикации №405140
   ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 22.02.2023 20:46
Галина Пиастро[04.03.2023 17:00:11]
   Галина Пиастро
   
   РЕЦЕНЗИЯ
   на рассказ «Эй, Рыжик, стакан-бетон». Автор: Сергей Постылый
   http://www.litkonkurs.com/?dr=45&tid=405140&pid=0
   
    Вводная часть
   Военная проза. Она в целом мне интересна с давних пор. Правда, больше документальная. Но есть и художественные произведения, которые не просто читаю – перечитываю.
   Один из вопросов, который меня мучает при этом: как удавалось выдержать, как можно осознавать, что в любой момент может быть тот самый прилёт, который нацелен именно на тебя… на тебя!
   В самом слове война мне слышится вой снарядов. И ужас.
   В книгах мне интересны характеры воюющих, возможная достоверность – конечно, на уровне моих знаний и пониманий – происходивших событий, описание вооружения.
   И ещё очень важное: текст, язык текста. Образцы последнего для меня это И. Бабель, В. Пикуль, В. Богомолов и некоторые другие.
   Вот и в этом рассказе я искала то, что частично перечислила выше.
   
   Одним из самых тяжёлых моментов было понимание, что речь идёт о военных событиях настоящего времени. Только в двух местах я увидела прямое указание на это:
   «Пошло-поехало. Щас хохлы прикурят!» и «– Да что там на паром, я щас хоть прямиком на ихний Майдан заеду!»
   Замечу, слышала, будто в некоторых подразделениях всех бойцов ВФУ называют немцами.
   Но это к слову.
   
   У меня есть чёткое и довольно давно сформированное мнение о причинах, приведших потом к СВО. Есть мнение и о геополитике недавнего прошлого и настоящего.
   Но автор, кроме двух приведенных мной цитат, не затронул эти проблемы. Поэтому и я здесь не буду в них углубляться.
   
    Герои. Обзор
   Все герои обозначены их позывными, которые выбраны, похоже, на основании характеров или внешности персонажей. Имя упомянуто только у одного.
   
   Волк. «Алексей с позывным Волк». Основное повествование ведётся как бы от его имени, даётся его восприятие происходящего.
   «Взгляд у Волка тяжёлый, от которого мурашки по спине, глаза темные и бездонные, в них чёрный дым от горящих колонн, в них блеск от разрыва снарядов. В них скорбь и отвага» – это очень удачный фрагмент.
   Был серьёзно ранен в левую ногу – «Один из мелких осколков, залетевших в неё ещё весной, так и оставался внутри». Потому нога даёт знать о себе.
   У меня создалось очень благоприятное впечатление о Волке: знающ, спокоен, уверен.
   
   Рыжик. Рассказ посвящён именно ему, его подвигу.
   «Рыжик безмятежно сопел. Его веснусчатое //правильно: веснушчатое // молодое лицо изображало какое-то необычно детское выражение». Ему 19 лет. Он контрактник. Водитель большегрузного автомобиля – десятитонника, как он назван в рассказе (возможно, речь о КАМАЗ-53212 с шестиметровой бортовой платформой – уточняю, чтобы оценить дальше мастерство водителя).
   
   Одуванчик. Напрямую о нём очень мало в тексте. Он «напарник» Рыжика, похоже, второй водитель десятитонника. Он, вероятно, старше и опытнее Рыжика. У него «блестящая лысина».
   Вот ещё про него: «давний приятель Волка».
   Обоих – Рыжика и Одуванчика – называют «карандашиками» (армейский жаргон: солдат или сержант в армейском радиоэфире – “карандаш”).
   
   Могила. Этот персонаж только упомянут. Обитает вместе с Волком в землянке. Потом он закрывает дверь за уходящими из землянки теми тремя. И всё.
   
    Военная терминология
   Есть две крайности при описании специфики боевых действий и связанного с этим.
   Бывает перенасыщение спец. терминами (это с точки зрения гражданского читателя).
   Бывает вынесение любого спец. понятия в подстрочник и подробные разъяснения.
   Здесь же, на мой взгляд, ни того ни другого: всё в меру понятно из самого текста.
   Военный сленг приведен так, что внушает и достоверность разговоров, и вызывает (у меня вызывало) желание читать дальше.
   «Приходы». «Ответки». Это вполне понятные термины.
   «Схожу как-нибудь на крестик, скажу, чтоб доставали» /это о застрявшем в ноге осколке – Г.П./, а «крестик» – медсанбат, вероятно. Хорошо сказано.
   
   Даже непонятная шифровка «Антон, Пётр, Борис, Екатерина. Теперь низ: Борис, два Владимира, Николай» мне пришлась по вкусу – мало ли, что это значит. Надо – так надо.
   
   Непонятное стакан-бетон. Посмотрела: это строительная арматура. И что?
   А кто его знает. И это мне очень понравилось. Пояснено так:
   «Выражение стакан-бетон, означало, что паром причалил к берегу».
   
   Позывные исполнителей стрельбы, наблюдателей, все эти Василиск, Орёл, Нора, Лагуна – воспринимаются вполне органично.
   
   Хорошо исполнены звукоподражания: «Буф-ф!», «З-ю-ю-Та-тах!», «Л-ту-ф-ф-ф!»
   Просто, но наглядно:
   «Рация, качнувшаяся на соседнем гвозде, противно пиликнула и зашипела».
   
    Описание быта
   Землянка описана относительно подробно: нары, буржуйка и проч. Но…
   Но здесь у меня есть придиры. Придиры! Вот:
   - «…сел на чурку, заменяющую табуретку». //Лишнее уточнение – а чем ещё она могла служить?//
   - «Из топки вылетело немного лёгкого пепла» //а что, бывает тяжёлый пепел?//
   - «он сел и упёрся взглядом в наскоро сколоченный стеллаж» //откуда Рыжику, гостю, известно, что наскоро?//
   - «перевел взгляд на маленькую подвесную пластиковую полочку, подобранную
   где-то…» // и это откуда ему известно? Да и к чему уточнение?//
   - «дверь, обитая розовым одеялом». Само по себе это запоминающееся описание двери.
   Но это выражение встречается (скопировано) трижды!? Ладно бы, если бы дверей было несколько (одна обита синим одеялом, другая…))). Но здесь-то одна дверь, одинёшенька.
   
   - Разбавлю придиры – а вот это отлично: «…и, без преувеличения достояние землянки – настоящая чайная ложечка».
   
    Волк и Рыжик. О рыжих
   - «Волк посмотрел на Рыжика и поморщился:
   "Это же надо быть таким рыжим... рыжим до того, что смотреть – глазам больно"».
   - «Волк поморщился снова: "Черт меня дери, когда он улыбается, он становится ещё
   рыжее!"»
   - «Он всегда недолюбливал рыжих…»
   
   И это всё мысли вполне взрослого человека, сурового воина, да и просто, как хотел, наверное, представить нам автор, отличного мужика.
   Зачем же так настойчиво представлено это отношение “чернявых” к рыжим?
   Это другое, это ещё понятно: «Волк настороженно относился к таким девятнадцатилетним контрактникам, не одобрял и даже не мог понять как и зачем они оказываются здесь».
   
   Что ж, скажу прямо: а это всё для того, чтобы потом, после того как Рыжик совершает подвиг, выявился контраст между его данными: внешность-возраст и сила духа.
   Ново ли такое? Нет, конечно. Скажу обидное: почти избитый приём.
   Да, у Р. Рождественского есть подобное, полувековой давности:
    «На Земле
   безжалостно маленькой
   жил да был человек маленький…»

   Ну и концовка:
    «…А когда он упал –
   некрасиво, неправильно,
   в атакующем крике вывернув рот,
   то на всей земле
   не хватило мрамора,
   чтобы вырубить парня
   в полный рост!»

   Но ведь КАК сказано!
   
    На заклание
   Знаю, что написала отвратительный заголовок для последующего текста, но это предположение о трагичной участи Рыжика в самое ближайшее время возникло у меня сразу при прочтении рассказанного им сна. Опять избитый приём: если перед боем или выходом на задание (военное, милицейско-полицейск­ое­ и др.) герой (под диктовку автора, простите) несколько торжественно обещает вернуться или, как здесь:
   «– Да что там на паром… Я уже их раз победил. Теперь дело за малым» – это означает, что я и написала в заголовке.
   
   Смерть, гибель героя, пусть и литературного, уже шок, удар по восприятию читающего. Потому подобная “подготовка” посмертного образа не по мне. Ни новизны, ни тонкости замысла я здесь не увидела.
   Ну и такое:
   «И всё же, нужно отдать должное Рыжику. Его рассказ, а в большей степени тот внутренний огонь, с которым он говорил, впечатлили Волка. Более того, вся эта история будто сдвинула что-то в его устоявшихся убеждениях. И пусть неосознанно, но Волк уже проникся симпатией к этому до одури рыжему пареньку».
   Главное, я не увидела тонкости описания. Не на мой вкус оно здесь в отличие от многого другого, чему я радовалась выше.
   И это меня очень разочаровало.
   
    Подвиг
   И опять я читаю с удовольствием – с горьким удовольствием – это о погрузке на паром десятитонника, о том, как, после попадания в него снаряда
   «… пылающий десятитонник содрогнулся, рванул с места и задним ходом, сошел с парома огненной кометой на чёрное зеркало реки».
   Именно это «рванул с места» чётко показывает, что не сам грузовоз покатился – это водитель, тот самый Рыжик, понимая опасность для соседних автомобилей, а возможно, и для всего парома, принял такое решение. Возможно, вместе с Одуванчиком…
   Вся эта часть опять описана строго, как бы деловито и просто – от этого и мурашки по коже.
   
   Но… Вот это, приведенное мной выше: «И всё же, нужно отдать должное Рыжику». …и т.д.
   И это: «Волк в одночасье понял не только Рыжика, но и других таких девятнадцатилетних парней. Услышал, о чем, до срыва, кричат их голоса. Понял, что хотят доказать они сами себе и всему миру».
   
   Если по большому счёту, если, что называется, на полном серьёзе, то я не уверена, что именно такими довольно-таки высокими словами и нужно передавать мысли мужчины, сурового участника боевых событий, чуть ли не его потрясение от рассказа молоденького бойца-шофёра о своём сне.
   Да и сам сон, вернее, его пересказ Рыжиком (под диктовку автора)), простите, для меня “сладковат”, а итоговые заявления Рыжика – опять же для меня – несколько высокопарны.
   Я не почувствовала того вкуса к слову, который проявлен почти во всех других эпизодах.
   
    Мелочи и не совсем мелочи
   Когда начала читать, показалось, что уж с грамотностью здесь полный порядок.
   Обрадовалась (!!), что прямая речь везде корректно оформлена – главное)), именно тире везде,
    а не обрубки-дефисы. Да и вообще, орфография и пунктуация на высоте. Но увы.
    Навыписывала – объясню.
   - «…потрепал его по ноге» – //по щеке, по плечу, но по ноге?//
   
   - «Его веснусчатое молодое лицо изображало какое-то необычно детское выражение
   будто ему снится что-то про его первое сентября». //веснушчатое – это уже исправляла выше.
   Изображало выражение – это он что, прикидывался?
   Про какое именно «первое сентября» в череде других у бывшего школьника идёт речь?//
   
   - «На нем вещмешки, как шуточно называли их меж собой солдаты: "образца тридцать
   девятого года"».
   «Будешь хорохорится, – шутливо пригрозил Рыжику Одуванчик, – сам наш десятитонник на паром загонять будешь». //Правильно здесь: хорохориться.
   И насчёт авторского пояснения в обеих фразах: «шуточно» и «шутливо». Я предпочитаю, чтобы сами фразы вызывали у меня улыбочку-усмешечку, а не подсказка автора. Кстати, оба предложения и так меня чуть улыбнули))//.
   
   - «Волк даже отметил про себя, что врядли бы какой-то водитель, с многолетним стажем, смог бы заехать лучше». //правильно: вряд ли. Убрать БЫ)) первое «бы»//.
   
   - «Он вспомнил как радостно и удивлённо Рыжик говорил о том, что он будто стал героем и, вдруг, будто что-то щелкнуло у Волка в голове.//Два «будто» это перебор))//
   
   - Услышал, о чем, до срыва, кричат их голоса. //Кричат люди, а голоса слышны//.
   
   - «Интересно, на открытом месте они были или всё-таки в кабине?» //Нельзя подобный вопрос, даже риторический, в подобном эпизоде начинать с любопытствующего «Интересно»//.
   
   
   Дам в скобках правильное написание:
   мороженное (мороженое); чуствую (чувствую); нехватало (не хватало); корандашики (до этого верно было: карандаши); Будешь хорохорится (хорохориться); Звук на верху (наверху); врядли(вряд ли); неспеша (не спеша); тягочи (тягачи); неповерив (не поверив глазам); немного пожожим на Рыжика (исправить описку).
   С препинаками хуже – текст надо в чистку отдать)).
   
    Резюме
   Скажете, что я слишком придирчиво прошлась по тексту – это так и есть.
   Оправданием мне может служить то, что я не рассматриваю этот рассказ как среднестатистический­)).­ В целом он для меня – как я это называю – по большому счёту.
   Вот потому понизить бы некоторые “высокие” слова и фразы, о которых я упомянула, убрать “подсказки”, почистить.
   Но, как обычно говорю – это требование моего вкуса к слову, с чем автор волен согласиться или нет.
   
    Галина Пиастро,
    /член Когорты Критиков проекта «Платон мне друг…»/
Сергей Постылый[05.03.2023 19:32:50]
   Спасибо большое, Галина, за развернутую рецензию! Очень разные чувства (где-то даже взаимоисключающие)))­ одолевают меня после её прочтения. Сказать по правде – поспорить хочется. В то же время спорить здесь, где каждое замечание подкреплено вполне себе устойчивым основанием, не вижу смысла. Спор ради спора (жизнь ради жизни, любовь ради любви...) м-м-м – не моё это! Поэтому, опустив глаза молча киваю. Тем более, что есть места, где меня чуть не захвалили (кажется я почти покраснел (как минимум дважды) пока читал).
   
   И тут же стоит признать, помимо всего прочего, есть пара мест в тексте, которые выглядят так, будто я переписал их из сочинения какого-нибудь пятиклассника (если абстрагироваться от ошибок, разумеется))) Но до того умело и точно я был ткнут в них носом, что я чувствую, как мой покер-фейс превращается во что-то, напоминающее морду нашкодившего питомца.
   
   Однако мне понравилось! Мотаю на ус)))
   
   Спасибо вам большое за Ваше внимание, Ваш труд.
Вадим Сазонов[04.03.2023 20:04:28]
   Этакий ремейк фрагмента фильма "Живет такой парень" переложенный на фон войны.
   В фильме герой Леонида Куравлева этот подвиг совершал в мирное время.
Сергей Постылый[05.03.2023 19:37:13]
   Спасибо, Вадим! Люблю такие реплики. В них особая соль: конечно, подвиги в мирное время это то, чего нам всем очень не хватает, “впрочем, это уже совсем другая история".
Галина Пиастро[06.03.2023 11:20:43]
   Сергей. Рада, что хоть что-то, возможно, Вам пригодится.
   Насчёт "спора". Да, ради перепалки)) этот процесс ни к чему (мы ж с Вами не такие!)).)
   Но если есть в чём-то несогласие с моими выводами-доводами -- об этом обязательно скажите (вслух!))) -- мне же тоже полезно подобное.
   
   Спасибо за хорошие слова в мой адресок (он тыловой, конечно:))
Сергей Постылый[08.03.2023 21:29:51]
   Галина, ещё как пригодится, не сомневайтесь.
   И если мне найдется что-то возразить – скажу настолько прямо, насколько это возможно. Ведь мне очень хочется быть вам хоть как-то полезным))) Пока же... Пока же, пользуясь моментом поздравляю Вас с праздником! С 8 марта! А заодно и всех женщин, той половины мира, в которой сегодня настоящие мужчины имеют возможность поздравить настоящих женщин. Но Вас, конечно, в первую очередь! Вы очень здорово сказали про Ваш тыловой адрес. Это действительно так. И я понимаю, что я не один такой, нас таких "героев" – тьма! Вечно убегаем куда-то творить свои подвиги(мирные и не очень))) А Вы нас терпеливо ждёте. И мы обязательно возвращаемся (а куда нам деваться от себя-то не убежишь))) и всякий раз с очередной историей. У Вас от них, быть может, уже оскома, но Вы всегда встречаете нас с улыбкой. Внимательно выслушаете, где-то погрозите пальчиком, за что-то простите, найдёте за что похвалить. И вот мы снова полны сил и уверенности, расправляем свои воробьиные крылышки – ну без малого орлы!)))
   Спасибо Вам, Галина, за это!
   Ещё раз с праздником и всего наилучшего!
Галина Пиастро[09.03.2023 08:05:08]
   Сергей. И все наши мужчины -- да, главное: возвращайтесь!!
   
   Спасибо за поздравление. Передам его всем женщинам, кому только смогу --
   ждут вас всех которые.
Геннадий Розенталь
ДИАЛОГ
Наши авторы на Youtube
Любовь Санько
Одуванчики
Наши новые авторы
Валков
Старики
Сафиулин Максим Сергеевич
По маршруту Успех - Забвение
Устав, Положения, документы для приема
Билеты МСП
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Литературные объединения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России
Наградные билеты МСП
"Новый Современник"
Николай Вуколов
Валентина Тимонина
Сергей Малашко
Ол Томский
Дмитрий Долгов
Сергей Ворошилов

Как стать автором книги всего за 100 слов
Положение о проекте
Общий форум проекта