Подведены итоги конкурса "Самый яркий праздник года-2024". Ознакомиться можно в рубрике на главной странице портала "Обзоры и итоги конкурсов"
Лана Гайсина
Ошибка мага











Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Новогодний Литературный конкурс "Cамый яркий праздник года - 2024"
Положение о конкурсе
Информация и новости
Произведения в Прозе
Произведения в Поэзии
Форум жюри
Буфет. Истории
за нашим столом
День кошек
Лучшие рассказчики
в нашем Буфете
Татьяна Ярцева
Шальной листопад
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты
Визуальные новеллы
.
Произведение
Жанр: Любовно-сентиментальная прозаАвтор: Нина Роженко
Объем: 13223 [ символов ]
Выведите мне лошадь!
- Ты готов?
 
Вопрос в никуда. Без имени. Холодным, равнодушным тоном. Жена стоит перед зеркалом, подкрашивает губы. Блеском. Никогда не понимал, почему женщины так уверены, что блеск на губах необыкновенно эротичен. По-моему, это все проделки глянцевых журналов. По мне губы с блеском вызывают ощущение нечистоты, словно дама поела сала и забыла вытереть рот.
 
- Ты готов? - жена повторяет вопрос и выводит меня из задумчивости.
 
- Да.
 
Мой ответ так же лаконичен, как и ее вопрос. Конечно, я мог бы добавить к своему "да" слово "дорогая" . Но я не делаю этого. Мы давно уже свели общение к минимуму. Несколько дежурных фраз, позволяющих поддерживать бытие под одной крышей. Завтракать будешь? Купи хлеба! Вынеси мусор. Прогуляй собаку. Буду поздно. Вот, пожалуй, и все.
Жена, глянцево сияя сальными губами, теперь пудрит шею и плечи. Глубокое декольте вечернего платья оставляет голой всю спину. Сейчас она попросит меня припудрить спину пудрой с блестками.
 
- Попудри мне спину.
 
Я методично вожу пуховкой по спине, размышляя, что еще три года назад я был готов отдать жизнь за эти торчащие, как у цыпленка- табака, лопатки. За синюшного оттенка кожу, усыпанную мелкими ржавыми пятнышками. Тогда, три года назад, я называл ее веснушки золотыми, а кожу - снежным шелком. И ведь искренне называл. Куда все делось? Тогда мне казалось, что вся она пахнет странной смесью свежести и трав. Ни одна женщина в мире не пахла так возбуждающе прекрасно, как она, моя Мила, Милочка. Теперь запах ее кожи вызывает у меня раздражение. Так же, как и ее чересчур крепкие, назойливые духи.
 
- Ты пудришь мне платье, - голос жены скрипуче-жесткий, им можно резать листы железа. Неужели я сходил с ума от ее голоса? Звонил ей каждые полчаса, чтобы только услышать ее. И как теперь жить с женщиной, у которой голос, как у железного дровосека? Может, мне подменили жену? Или подменили меня?
 
- Сегодня Гелька приведет своего. Бойфренда, - жена произносит последнее слово через паузу, с коротким смешком, стараясь поймать мой взгляд. И я с трудом подавляю внезапное желание ударить ее. Наверное что-то мелькнуло в моих глазах, потому что улыбка сползает с ее лица. Она краснеет и лихорадочный румянец неровно проступает сквозь румяна искусственные.
 
Жена набрасывает пальто, мы выходим из дома. Молча. И я даже благодарен ей за это молчание. Мы отправляемся в соседний дом в гости к старинному моему приятелю Глебу. С Глебом мы дружим со школы. Вместе поступили в политех, вместе закончили. И продолжаем дружить. У нас давно сложившаяся компания. Чужих мы не любим. И вот сегодня Геля приведет в нашу компанию своего жениха. От этой мысли мне хочется пнуть деревянного гнома с дурашливой улыбкой на глупой деревянной морде. Мы как раз проходим мимо детской площадки. Каблуки жены стучат по асфальту как-то особенно сердито. Острый подбородок вызывающе вздернут. Волосы цвета моркови взбиты в какой-то нелепой прическе, обильно политы лаком. В сыром, напоенном дождливой свежестью воздухе, химическая вонь лака особенно слышна. Господи, где же были мои глаза? Бабушка моя любила повторять: "Бачили очі що купували! Тепер їжте хоч повилазьте!"
 
Я тащусь за женой, чуть приотстав. Геля. Ангелина. От звучания ее имени у меня сладко замирает сердце. Я даже не знаю, красива ли она. У нее печальные серые глаза. Прекрасные, как ночные бабочки. Прядь коротких светлых волос все время падает на глаза, и она как-то по-детски смешно встряхивает головой. От этого трогательного движения у меня теплеет на душе. Мне хочется самому убирать эту непослушную прядку, касаясь шелковистых волос и изящного розового ушка. В ее присутствии мои губы расползаются в радостно-тревожной улыбке, но я быстро мрачнею и больше молчу.
 
С мужем у Гели что-то не срослось, он исчез из ее жизни давно. Наши дамы со снисходительным участием озаботились ее судьбой, подыскивая ей жениха. И вот, кажется, нашли.
 
В гостиной у Глеба уже полно народа. Наши стародавние друзья. Но почему сегодня меня раздражают их лица? Я еще не вижу Гели, но знаю, что она здесь. Я чувствую ее присутствие, как будто радаром улавливаю. Геля стоит у окна в ярко-алом платье. Как изысканный экзотический цветок среди полевой шушеры. Пока жена ахает и трется напудренной щекой о другую такую же напудренную щеку, совершая ритуал приветствия, я не отрываю глаз от Гели. И снова мои губы дрожат в улыбке, и я делаю усилие, чтобы подавить свою щенячью радость от того, что она здесь, на расстоянии вытянутой руки. Что я вижу ее.
А это что еще за крендель рядом? Жених? Слово-то какое дурацкое. К моей Геле оно не может иметь никакого отношения. Стоп! Как ты подумал? "Моя Геля"? Твоя? Идиот! Она никогда не была твоей. И судя по всему, никогда уже не будет. А ведь, когда ты, придурок, женился на этом морковном недоразумении, Геля уже была одна. Она была свободна. Почему, ну почему я тогда не замечал ее? Эх, чего теперь душу-то рвать? Настроение портится окончательно. Фальшиво насвистывая и невпопад улыбаясь, я здороваюсь, с кем-то обнимаюсь, кого-то хлопаю по плечу, но сердцем и мыслями я там, у окна, рядом с ней. С Гелей.
 
Глеб, тянет меня к окну и через секунду я жму руку жениху. Рукопожатие у нового знакомца вялое, немужское. Подержал ладонь холодной, влажноватой, как рыбье брюхо, ладошкой и выпустил. Мерзость! И этакими влажными ладошками он будет ласкать ее! Такую горячую, такую живую. Невыносимо!
Я рассматриваю будущего мужа Гели с нарастающим чувством возмущения. Неужели никто не видит, что он ей не пара. И дело даже не в том, что претендент не красавец. Я тоже не Том Круз. Но видно же, что не стОит он ее. Не стОит. О чем это он? Я сосредоточился на словах жениха.
 
- Я знаете ли возмущен. Мы с Ангелиночкой рассчитывали культурно провести вечер. Культурное мероприятие, знаете ли. Билеты, между прочим, по две тыщи штука.
В его голосе звучит нескрываемая гордость: не каждый позволит себе выкинуть четыре тысячи за билеты в театр. Я быстро взглянул на Гелю. Она с бесстрастным лицом смотрит куда-то в сторону, и только по тому, как пальцы нервно теребят кольцо, я догадываюсь, как ей сейчас не по себе.
 
- Ах, Виктор! Оставь. Ну, кому это интересно? - Геля прикоснулась к плечу разволновавшегося спутника, но того уже не остановить.
 
- Ангелиночка, моя позиция гражданина не позволяет мне молчать. Это же форменное безобразие. Куда смотрит департамент культуры? Я обязательно напишу письмо директору департамента. Это просто издевательство над зрителем. Они дерут с трудяшихся бешеные деньги, а сами экономят на декорациях.
 
Он упивается своей речью. Его рокочущий голос, исполненный важности, звучит все громче.
 
- Представляете на сцене - одни стулья. И ничего больше! Сорок стульев - я пересчитал! И всего два артиста! А в труппе - 80 человек. Я узнавал. Берут две тыщи за билет за какие-то сорок подержанных стульев. И на артистах пожадничали, только двоих выпустили. Экономят фонд заработной платы. Это же нонсенс!
 
Геля встречается со мной взглядом, быстро отводит глаза, но я вижу, я успел увидеть. Ей стыдно. Она стесняется своего спутника.
 
- Позвольте! - вмешивается улыбающийся Глеб.- Но это же, если я правильно понимаю, Ионеску? Спектакль так и называется "Стулья". Я прав?
 
Геля молча кивает.
 
- Так там по замыслу ничего и не должно быть, кроме стульев, голубчик! - Глеб уже откровенно веселится. - Автор так задумал свою пьесу. И позвольте, любезный мой, возразить. Как же можно выпустить на сцену 80 артистов, если автор написал пьесу для двух действующих лиц?
 
Глеб продолжает резвиться. Но Виктора не так-то просто смутить.
 
- Да бред полный этот ваш спектакль. Бегают по сцене, размахивают руками, не понятно что говорят, не понятно с кем говорят. Мура! Дерьмо!
 
Я не выдерживаю:
 
- Простите, но Ионеску в некотором роде классик. И спектакль этот ставили ведущие театры мира, великие актеры играли в нем. Это рассказ о горьком одиночестве двух стариков. Никому в целом свете не нужных.
 
- Ерунда! - с апломбом прервал меня жених.
 
- Прости, дорогой, я выйду на балкон, мне что-то душно.
 
Не дожидаясь ответа, Геля устремляется к балкону. Ее алое платье, как огонек, скользит, мелькает и исчезает за балконной дверью. Я провожаю ее взглядом, у меня пропало всякое желание что-либо объяснять своему собеседнику. Но тот хватает меня за рукав:
 
- Я понимаю так! Если вы берете по две тыщи за билет, извольте сделать мне красиво. Чтобы девочки в юбочках сплясали , чтобы цветомузыка и актрисы в блестках. Я в Москве был в Большом театре - так там на сцену живую лошадь выводили. У артистов костюмы сверкают, все сплошь из парчи. Вот это я понимаю. Выведите мне лошадь! За это и пять тыщ отдать не жалко. А платить две тыщи за подержанные стулья....
 
Но я уже не слушаю.Развернувшись, я иду к балкону. Краем глаза вижу, как жена провожает меня недовольным взглядом, но мне уже все равно.
 
Геля , облокотившись на перила, задумчиво смотрит вниз, где в лужах на асфальте плавают кленовые листья. Вся моя решимость мгновенно исчезает. Я становлюсь рядом и молчу, лихорадочно соображая, как начать разговор.
 
- Он добрый, - тихо произносит Геля, - только в театре совсем не разбирается. А так он хороший.
 
Я беру ее холодные пальчики, целую их и шепчу:
 
- Милая, нежная, славная! Он погубит тебя! Понимаешь? Он же чурбан бесчувственный. Бревно! А ты - ты такая необыкновенная.
 
Ее глаза округляются в изумлении. Печальные серые глаза, похожие на прекрасных ночных бабочек.
 
- Игорь, что с вами?
 
-"Быть может, Вы моих иллюзий плод,
Тогда зачем Вы снитесь мне ночами?
И образ Ваш в моей душе живет,
Как божество в давно забытом храме,
Где хор уже церковный не поёт?"
 
Голос мой срывается от волнения, я стискиваю ее пальчики и наслаждаюсь ее близостью, еле уловимым ароматом ее духов. Склонив головку, она внимательно слушает.
 
"И сладок мне любви самообман,
И радостно душевное волненье,
Как гость желанный из далеких стран,
Приходите в моё Вы сновиденье,
А поутру уходите в туман.
Из чрева ночи вновь рассвет кровит,
Заря, как рана с рваными краями.
Быть может, между нами нет любви,
Тогда зачем Вы снитесь мне ночами,
И думы занимаете мои?"
 
- Какие удивительные стихи! Это ваши? - Геля улыбается. И я готов жизнь отдать за эту улыбку, чуть тронувшую ее нежные губы.
 
- Нет, это стихи моего хорошего приятеля. Очень талантливого поэта. Я Вас обязательно познакомлю.
 
- Хорошо! Но давайте вернемся. Нас, наверное, уже ищут.
 
- Дайте слово, что вы не выйдете за него замуж, - мрачно говорю я.
 
Дверь распахивается и на балконе появляется Мила.
 
- Игорь, что здесь происходит?
 
За спиной жены маячит надутая физиономия жениха.
Геля осторожно высвобождает пальцы и отступает к перилам. Она обхватывает плечи руками и отрешенно смотрит в сторону. Мои руки без ее теплых пальчиков сразу оказались без работы, и я засовываю их в карманы, чего моя жена терпеть не может. Она тут же свирипеет, как бык при виде красной тряпки. Лицо покрывается нервными красными пятнами. Она повышает голос, в нем появляются противные истеричные нотки:
 
- Я спрашиваю, что ты здесь делаешь с этой?
 
Я молча смотрю на ее губы с расплывшимся блеском, на ее искаженное злостью лицо. Бог мой, где были мои глаза, когда я на ней женился? Три года мы вместе, а так и не стали по-настоящму близкими. Ну ели, ну спали в одной кровати, занимались сексом. И все. Два совершенно чужих человека. Мы еще более одиноки вдвоем, чем раньше, когда только собирались пожениться. Горькое одиночество, так виртуозно воплощенное Ионеску в образы пустых стульев, заманило нас в ловушку. Бедные старики, уставшие от одиночества, в конце концов выбрасываются из окна. А что ждет нас с Милой?
Я оглядываюсь на Гелю. Она смотрит на меня понимающе. По крайней мере,мне так кажется.
 
- А старики были не так уж и одиноки. Они ведь были друг у друга. Он - у нее, она - у него, - Геля произносит эти слова для меня. Я это понимаю. Какую-то секунду я смотрю с балкона вниз и представляю, как мое искалеченное тело впечатается в асфальт. Секундная блажь. Глупость.
 
- Мила, ну что ты кричишь? - я беру жену за руку и веду в комнату. Она неохотно идет за мной. - Что ты шумишь, Мила? Скажи мне, жена, а мы будем друг у друга через семьдесят лет? Или мы тоже будем расставлять в нашей комнате пустые стулья, спасаясь от одиночества?
 
Мила молчит. Но что-то мелькнуло в глубине ее глаз, какая-то растерянность.
 
Через год мы с Милой разошлись. Тихо. Без скандала. Иногда мы встречаемся, и даже выпиваем по чашечке кофе в ближайшей кафешке. И я радуюсь, что ребенка мы не завели. И кроме собаки делить нам особо нечего. Я пешком возвращаюсь в пустую квартиру, иду бульваром, фонари отражаются в лужах, а в голове звучит почти забытое:
 
"И образ Ваш в моей душе живет,
Как божество в давно забытом храме,
Где хор уже церковный не поёт?"
 
Я иду не спеша и думаю о Геле. Она вышла замуж через месяц после той злополучной вечеринки. И любитель живых лошадей на театральной сцене увез ее во Флориду. Надеюсь, через семьдесят лет им не придется расставлять пустые стулья в гостиной своего уютного особняка...
 
Стихотворение "Быть может" Владимира Милова http://www.stihi.ru/2009/06/01/2529
Дата публикации: 27.12.2010 20:22
Предыдущее: Вот возьму и приснюсь!Следующее: Свидание

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Геннадий Розенталь
ДИАЛОГ
Наши авторы на Youtube
Любовь Санько
Одуванчики
Наши новые авторы
Валков
Старики
Сафиулин Максим Сергеевич
По маршруту Успех - Забвение
Устав, Положения, документы для приема
Билеты МСП
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Литературные объединения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России
Наградные билеты МСП
"Новый Современник"
Николай Вуколов
Валентина Тимонина
Сергей Малашко
Ол Томский
Дмитрий Долгов
Сергей Ворошилов

Как стать автором книги всего за 100 слов
Положение о проекте
Общий форум проекта