Литературный портал "Что хочет автор" на www.litkonkurs.ru, e-mail: izdat@rzn.ru Проект: Все произведения

Автор: Михаил ЛезинскийНоминация: Просто о жизни

О псах Вафле и Чонкине, Эльдаре Рязанове и Фаине Раневской... ( Рассказывают братья наши меньшие )

      ПЁС ВАФЛЯ, ЧОНКИН И ЭЛЬДАР РЯЗАНОВ
   ( Из газеты “Тараканья правда” )
   
   - Есть, есть на свете счастливые собаки! Недавно к нам приезжал Эльдар Рязанов...Между прочим, тоже человек пишущий, как и ты, Мишаня, но гораздо талантливей тебя...Не обижайся только...Не обиделся, лысенький?..
   - Не обиделся. Давай дальше гавкай!
   - Так я с ним разлаялся и Эльдар Александрович...
   - Он ... что... собачий язык понимает!?
   Пёс Вафля скривил морду:
   - Ты же понимаешь! А он...
   - Ну, ну, - примирительно сказал я, нисколько не сомневаюсь: с собаками жить по-собачьи выть! - Давай, Вафля, гавкай дальше! Так что тебе пролаял дядька Эльдар?
   - Эльдораша рассказал мне, что живёт он душа в душу со своим ризеншнауцером, у которого кликуха - Чонкин. Улавливаешь, красавец ты собачий, откуда ветер дует? Лаю по раздельным звукам: Чо-о-н-ки-н! Да что я тебе нагавкиваю, всё-таки, сознайся, старикашечка, языком диких людей ты владеешь намного лучше, чем нашим! Вот я тебе и подкину магнитофонную запись! Правда, задать вопросы ты ему не сможешь, а вот получить ответ - гав-гав, пожалте бриться!
   И пёс Вафля поставил на старенький магнитофон свежую ленту. И я услышал голос, который не спутаешь ни с каким. У талантливого человека и голос талантливый. Двумя словами, - СВОЙ ГОЛОС.
   .
   ..”Замечательный парень мой Чонкин. Ему скоро 12 будет (запись конца 2000 года - М.Л.). Какая он умница, мальчик мой. Честно признаться, он знает больше меня... Ну, если не больше меня, то точно больше любой собаки. Он знает слова “санаторное питание”, - я ему после этих слов перед сном наливаю в миску стакан кефира. Между прочим, то что и себе! Мы с ним очень похожи.Во всём. Он любит поесть и я люблю. Он стал глохнуть и я стал хуже слышать - разница только в ушах: у него совсем не слышит левое ухо, а у меня - правое! Мой Чонкин любит гостей и я их люблю. Я затрудняюсь ответить, кто на кого похож стал, он на меня или я на него...Нас даже моя жена Эмма перестала различать и в мясном отделе покупает сразу же две мозговые косточки и кладёт их в две одинаковые миски. Вроде, однажды говорит, что перепутала, где чья миска...Но мой любимый пёс Чонкин не был на неё за это в обиде...Вообще, если честно, то я его так люблю, что готов есть из одной миски...”
   Пёс Вафля даже всхлипнул и скупая собачья слеза выкатилась из его стареющих глаз.
   
   ФАИНА РАНЕВСКАЯ И СОБАКА
   
   ( Полностью дневники Ф. Раневской опубликованы
   в газ. “Тараканья правда” )
   
   Дневники Фаины Раневской нельзя читать без слёз. Особенно те места, где она пишет о нас собаках:
   
   “Принесли собаку, старую, с перебитыми ногами. Лечили её добрые собачьи врачи.
   Собака гораздо добрее человека и благороднее. Теперь она моя большая и, может быть, единственная радость. Она сторожит меня, никого не пускает в дом. Дай ей Бог здоровья!”
   “ Не наблюдаю в моей дворняге тупости, которой угнетают меня друзья-неандертальцы­.­
   А где теперь взять других?..”
   “... Сижу в Москве, лето, не могу бросить псину. Сняли мне домик за городом, и с сортиром. А в мои годы один может быть любовник - домашний клозет.
   Одиноко. Смертная тоска.
   Читаю Даррелла, у меня его душа, а ум курицы. Даррелл - писатель изумительный, а его любовь к зверью делает его самым мне близким сегодня в злом мире”.
   “... Мой подкидыш в горе. Ушла нянька, которая была подле него два года (даже больше). Наблюдаю псину мою...А она смертно тоскует по няньке. В глазах отчаянье, ко мне не подходит. Ходит по квартире, ищет няньку. Заглядывает во все углы, ищет. Упросила няньку зайти повидаться с псиной. Увидел её - упал, долго лежал не двигаясь. У людей это обморок. У собаки - больше, чем обычный обморок.
   Я боюсь за него, это самое у меня дорогое - псина моя. Человечная.”
   
   Когда покинула свет Фаина Раневская, - эта еврейка гордость земли русской! - все собаки выли в голос , а вместе с ними выл и автор этих строк.
   
   Старческие глаза дряхлеющего Вафли увлажнились, - мудрый пёс понимал, что и его собачий век скоро кончится и безвучно плакал, понимая, когда его оставят последние силы и он не сумеет больше лаять, то не будет у него прощальных дней - свезут заблаговременно на живодёрню – увы не все же эльдары рязановы фаины раневские!
   
   Да и мне взгрустнулось. Своего любимого и очень умного пса Микку – Микаэля, эту благороднейшую дворнягу я похоронил в Севастополе и долго-долго не мог смотреть ни на каких других четвероногих… И уже здесь, в Хайфе, у меня появилась собачечка, как и у меня, с больным сердцем… И не я её выбрал , а она меня , подошла и больше не отходила! Я дал ей имя, как и первой, но так как она была женской породы, то стала Миккой-Миккаэлой… Умерла она при операции – я сам принёс мою малышечку, на собственных рука и самолично положил её на операционный стол…
   И не только в вафлиных глазах слёзы появились слёзы , но и у меня точно такие же - люди-человеки , как и собаки , тоже умеют плакать…
   
   Я и сейчас плачу, когда вывожу эти строки, а Пёс Вафля тихонько поскуливает, слизывая с моего лица солёные слезинки…
   
   Для "Тараканьей правды" перевёл с собачьего Михаил Лезинский .

Дата публикации:29.12.2005 18:38