Литературный портал "Что хочет автор" на www.litkonkurs.ru, e-mail: izdat@rzn.ru Проект: Литературный конкурс "Вся королевская рать". Этап 3

Автор: Валерий БелолисНоминация: Стихотворения в прозе

Начало возбуждения

      Елена Малкова.
   Ийвэ.
   / роман /
   
   Уход
    изКалленойе.
   Дуют теплые июльские ветры Рюппике над озерным краем Калленойе.Взлохмачив­ают­ темно-зеленые кроны красноствольных высоких сосен.Весело перешептываются с листьями берез, осин и ольхи.Раскачивают тонкие гибкие ветви задумчивых ив и старых ракитрастущих ио берегам небольших речек и прудов.Анева любил эти ласковые ветры. Но они могли запросто переме-ниться, стать ли/хими и озорными, будто мальчишки-подростки.­ Авот зимние ветры Урригэ напоминали вечно недовольных стариков,с насупленными бровями, с длинными косматыми бородами и несущиеследом ледяные дожди с ненастной погодой.
   Анева плыл на спине по лесной речке Матейя наслаждаясь чистойпрохладной водой и любуясь лазурно-голубым небом с редкими белы-ми облаками.
   Над головой хиила проноси/лись птицы щебеча что-то на ходу, синиестрекозы с фиолетовыми глазками и бледно-желтыми крылышками. Однапопыталась устроиться на лоб хиила и спокойненько отдохнуть под-ставив спинку солнышку.
   Анева поморщился от щекотного прикосновения тонких лапок стрекозыи нырнул поглубже в реку. Стрекоза лишась своего временного при-станища улетела на длинные ветви ближайшей ивы.Под водой, между колышущимися стеблями водорослей, шныряли взади вперед серетели, куньки, а пучеглазые номы, нисколько не боясьхиила, степенно и важно проплывали мимо.
   
   2.
   Вынырнув из воды, Анева услышал жалобный голос поющий страннуюдля него песню.
   Речка, речка, ЗлатенечкаОбронила в ней колечко.
   Красноперки мимо плылиИ кольцо мое схватили.
   Рыбки, рыбки, не спешите,И назад кольцо верните,В глубину не уплывайтеИ уииву не давайте.
   Мокрый, мокрый, водянистый,Приплывет­ он очень быстроВ темный замок заберет,Что стоит среди болот.
   - Что за чушь? - невольно вырвалось у хиила.
   Услыхав незнакомый голос с р/еки, пастушка Ийвэ перестала петь ииспуганно взвизгнула увидев унива, который по-пояс высунулся изводы,
   Ийвэ от страха присела на корточки пытаясь спрятаться за белыешаровидные зонтики дягеля. " Вот дуреха! - обругала она себя. -Накликала песней беду. Чесался же у меня язык петь про униваоколо воды. Теперь точно заберет в болото или куда там еже по-хуже".
   - Ужасная песня и плохая. - недовольно продолжал хиил и совсемвышел из реки. - Эй, горе-певунья, не прячься. Я все равно тебявижу. Не бойся, я не утащу в болото или омут. Мы подлинные хо-зяева озер, рек и родников. А вот злого и коварного обманщикаКандираса и его слуг надо остерегаться и близко к ним не подхо-дить. Вот они-то действи/тельно могут напустить туману и завестинеосторожного­ путника в трясину. Ты мне вот что скажи, почему вынас унивами прозываете, что за глупое прозвище?
   Ийвз робко выпрямилась и заикаясь от волнения и испуга, еле слыш-но ответила:
   - П-потому, что вы подводные жители, водяные, мокресы...
   - Фу! - презрительно фыркнул Анева, - Странная у вас, людей, фанта-зия. Мешаете всех в одну кучу, хороших и плохих. Словно отличитьне можете, где черное и белое.
   Бедняжка Ийвэ теребила тонкими пальцами красный выцветший перед-ник и не знала, то ли домой бежать со всех ног, то ли продолжать
   
   3.
   выслушивать обидные слова унива.
   А тот перестав сердится повнимательней рассмотрел пастушку одетуюв платье беловатого цвета, чуть ниже колен, распущенные до плечволосы - золотистые, с палевым оттенком. Испуганные серые глаза,черные, загнутые к верху ресницы, прямой нос, маленькие аккуратныегубы. Простая красота девчушки понравилась хиилу. Годика черезтри пастушка станет очень даже привлекательной и обаятельной.Хиил присел на гладкий валун, одна сторона которого опускаласьв воду и обросла нитями водорослей, а другая выходящая на берегпокрылась зеленовато-бур/ым мхом у подножия камня.Вместо ожидаемого рыбьего хвоста Ийвэ увидела обыкновенные ноги.На них красовались сапожки цвета красных плавников серетелей. Уз-кие штаны и рубашка из ткани напоминающая мельчайшую серебристуючешую и белый блестящий пояс с перламутровой пряжкой.
   - У меня есть еще и плащ. - сказал хиил, заметив как пастушка егоразглядывает во все глаза. - Сегодня жарко, я решил искупаться,плащ остался в лодке, которую я спрятал в тростнике.
   - А ты всегда купаешься в одежде? - осторожно спросила Ийвэ продол-жая рассматривать хиила.
   - Нам одежда не мешает. - весело ответил хиил и его зеленоватыеглаза задорно сверкнули на юном лице.
   - Меня зовут Анева, то есть Вечерняя Роса. Я частенько заплываюв Матейю, по нашему Линника. Обычно берега лесной речки малолюд-ны, чаще дикие животные приходят на водопой и я очень удивилсяуслышав твой печальный голос поющий о таких нелепостях... - тутАнева не удержался и посмотрел на девчушку с упреком.
   Ийвэ сильно покраснела и опустила глаза, готовая провалитьсясквозь землю от придирок хиила. Но тут Анева неожиданно рассме-ялся, подчерпнул горсть речной воды и брызнул в лицо Ийвэ.
   - Ладно, не смущайся. Ты не виновата в своем невежестве. Давайдружить и быть может я покажу замок моего отца Инглиса, хозяинаозера Навелл. И наш замок не темный, среди болот не стоит. Онсветлый, как день и просторный, как поле. Видела бы ты, какие мыустраиваем водные праздники, когда наступает полнолуние.
   - У нас говорят, - неожиданно перебила его Ийвэ, - что если ктоувидит вас танцующих и поющих на берегу озера или реки, то на-всегда превратится в противную жабу.
   Анева перестал улыбаться, лицо хиила перекосилось будто в
   
   4.
   - Да, я ви/жу, у вас Маложивущих не только дурацкие песни, но иповерья. Ничего путного вы про нас не сочиняете.
   - Прости меня Анева, если я опять не так что-то сказала. Но тог-да почему около озеран Рэнни трое наших р/ыбаков бесследно ис-чезли? Раньше всегда с уловом приходили: полосатые щекосты, уса-тые сонмелии, к тому же еще и водяные орехи собирали. А теперьтуда охотников порыбачить никаким золотом не заманишь. Опасноеместо, нехорошее, худое.
   - Вообще ты права. Неспокойно становится в нашем озерном краю Ка-лленойе. Моему отцу Инглису начали поступать тревожные сигналы ивести. Я сегодня же скажу, чтобы у Рэнни дозори поставили, а тослишком вольготно повели себя слуги Кандираса. Пусть не думаютмерзкие твари, что мы потеряли бдительность. Я примерно догадываюсякто начал воду мутить и но чьему наущению.
   - Так значит, вы унивы, ой извини, хиилы, не виноваты в гибелирыбаков? - спросила Ийвэ с тревогой смотря на посуровевшее лицоАневы.
   - Нет. - твердо ответил он.
   - Тогда, - Ийвэ протянула руку и сказала: - Я согласна дружитьс тобой. Меня зовут Ийвэ Дратт. Я - сирота, но у меня есть при-емные родители и две старшие сестры. Ты не думай, что меня оби-жают или оскорбляют. Нет, нет. Отец и мать любят и заботятся ни-чуть не хуже, чем за родными дочерями, Сестрам и мне одинаковозаготавляют­ приданое. Кстати, самая старшая Ганиэ скоро выйдетзамуж. Работаем от зари до зари, никто не ленится и не ноет оттяжелой работы. Наш глава семьи, Купин Дратт никому поблажки недает, сам работает за троих. Только дождливой зимой и отдыхаем.Вот пасу наших троих коров. Хорошо здесь у реки, душистые тра-вы, цветы, зеленые листочки на деревьях трепещут от лесного ве-терка, и знаешь Анева... - Ийвэ запнулась и странно посмотре-ла на хиила, А тот сразу догадался, что пастушку тревожат ка-кие-то думы.
   - Говори, не бойся. - поддержал ее Анева. - Доверься мне, Ийвэ.
   - Я..., я все чаще задаю себе вопрос: кто же мои настоящие роди-тели? Есть ли братья, сестры, какое настоящие имя мое? Когда яспросила отца, где нашли меня, Купин ответил, что однажды воз-вращаясь с женой с поля обнаружили маленькую кроху, крепко спя-щую в льняных пеленках в их доме на стола. Никаких знаков на
   -
   5.
   ведь в диковинку подкидыши. И почему именно Купину Дратту третьюдевочку подкинули у которого и так уже две дочери.? Могли и без-детным Телешам подбросить, но не подбросили же. Вообще, унас в деревне эту парочку недолюбливают. Телеши скуповаты и гру-боваты, да и гостей не очень жалуют. Может оно к лучшему, что уКупина я выросла, а не у этих крохоборов*
   Раньше меня не тревожили мысли о моем рождении. Я всегда считаласемью Дратта своей родной семьей. Но прошлой весной, когда разра-зилась первая и сильная гроза, я проснулась от страшного сна уви-денного очень четко и ясно.
   Горная местность, сквозь вечерние серые сумерки проглядывает пяти-ярусная крепость с высокими башнями. Внизу у ворот, под толстымистенами кипит бой. Осажденные сражаются не на жизнь, а на смерть.От подоженных осадных лестниц, факелов, сверкают доспехи, щиты,наконечники копий, мечи и клинки. Мечутся кони без седоков, крики,яростный вой нападающих врагов на крепость, стоны раненых. Блестятсеребром и зрлотом полотнища стягов, знамен, обеих враждующихсторон. И кажется осажденные начинают побеждать на-падавших. Вдруг бой прекратился. Все услышали безмолвный приказостановиться. Защитники крепости, их враги с нарастающим ужасомсмотрели в одну сторону, в сторону мрачной скалистой гряды. Из- завысоких вершин гор поднималась Туча. Черная, как тьма подземныхпещер , она вспухала, росла на глазах и такой смертельный холодвеял от Нее, что оружие посыпалось из рук воинов. Мигом была за-быта вражда, теперь думали о том, как бы спастись от такой напас-ти. Никто не спасся... Черная Туча накрыла своим брюхом горы, кре-пость, людей, затушила все огни...
   Я открыла глаза и никак не могла прийти в себя от жуткого сна.Моя комнатка освещалась ярким светом молний, от раскатов громаказалось треснет сам небосвод, струи дождя хлестали по стеклуокна. Я никогда не боялась остаться одна, а тут стало очень страш-но. Я чувствовала связь между мной и той погибшей крепостью. Этоощущение, эта невидимая нить не покидает меня и сейчас. Не желаяостаться одной, потихоньку спустилась вниз, в гостиную, там уочага лежала овчарка Литта. Я позвала собаку к себе в комнату,вдвоем веселей. Ну, а дальше гроза пошла на убыль, ливень сме-нился на равномерный перестук капель. Я успокоилась и заснула.И веришь ли, Анева, я тот сон никогда не забуду.
   Анева внимательно слушала расказ пастушки. Многое поразило и
   
   6.
   грозу и он тоже помнил. Отец со старшими братьями прислушива-
   ли/сь к разбушевавшейся стихии и говорили, что такая невиданная
   гроза не к добру.
   Желая успокоить новую знакомую разволновавшуюся от своего рассказа,
   Анева ласково погладил Ийвэ по золотистым волосам.
   Ийвэ неожиданно вздрогнула от прикосновения хиила:
   - Надо же! Я думала у тебя руки холодные и влажные, как у лягушки,а оказывается - нет. Твои пальцы подобно теплому дождичку пробе-жавшему по моим волосам. Это так приятно и необыкновенно...Анев­а­ фыркнул, потом улыбнулся. Дескать, что с вами поделать вы-думшиками на всякие вздорные истории и вымыслы, затем хиил гля-нул прямо ей в глаза.
   Голос Аневы заставил насторожиться Ийвэ:
   - Ийвэ, я хотел проникнуть в твои самые заветные мысли и не смог...Мы - хиилы обладаем даром читать чужие мысли. Это наследие звезд-ных Тивнарелей. Мы никогда не использывали полученные знания имудрость в плохих целях. Но после того, как Тивнарели покинули нас,а на далеких северных островах пробудилось Зло, среди нас нашел-ся один пожелавший стать единоличным хозяином всех водных просто-ров. Он пренебрег Законами Тивнарелий. Тебе его имя знакомо - Кан-дир/ас. Мы свободолюбивые хиилы с позором изгнали изменника от себя,Кандирас поклялся страшной клятвой отомстить нам. Только мы всегданачеку, а его угрозы и выходки нам не страшны.
   - Знаешь Анева, если во мне притаилось что-то злое, темное, онобы сразу показало себя и проявило в поступках и действиях. Толькодо сих пор ничего подобного за мной не замечалось.
   Однако Анева не удовлетворился ответом, красивое лицо хиила сталосеръезным и озабоченным.
   - Нет, неспроста я не смог узнать твои думы. Кому-то надо сберечьтвои сокровенные мысли, тайну рождения. Простой пастушке не сде-лают этого. Вот ты сама говорила, отдали Купину Дратту, а не Теле-шам. Будто заранее знали в чьи надежные руки отдать и выраститьтебя.
   - Значит я... - у Ийвэ перехватило дыхание, - ... королевская доч-ка?
   - Нет. - грустно покачал головой хиил. - Короли не подкидываютсвоих детей направо и налево. Есть у вас людей другие знатные ро-ды и дома. Я сегодня расскажу о тебе отцу, ему ведомы многие тай-ны, тайны которые вам, Маложивущим недоступны.
   -
   7.
   - У нас сохранились кое-какие летописи о старине. - попыталасьвозразить Ийвэ.
   - Летописи о старине ? - иронически воскликнул Анева. - Ну я при-мерно представляю каки/е. Наверно, то время, когда жил королькоролей, Ульпин Еди/ноборец. Храбрый, бесстрашный муж не побоял-ся бросить вызов самому Собирателю Тьмы, Рагруоту Великому. Да,нелегкие были тогда времена, времена Черных Лихолетий. А что, докороля Ульпина, о тех забытых эпохах, есть у вас записи или хро-н/ики?
   - Нет, нету. Даже историй и легенд не сохранилось. - печальновздохнула Ийвэ. - Может, кто и знает, да только не я. В деревняхкнижками особо не балуют, а разговоры в основном об урожаях, опогоде, кто женился, кто родился, кто мельницу построил, кто овецкупил, ну и прочее.
   - Ладно, Ийвэ. Не огорчайся. У меня странное предчувствие, что те-бя ждет что-то необыкновенное. Что именно не могу пока сказать...А сейчас мне нужно домой.
   - Да, да. - всполошилась Ийвэ. - И мне тоже. Ты только не забудьспросить отца. Я ведь не могу каждый день приходить сюда. Купинвсе время дает разную работу.
   - Так ты приходи вечером.
   - Что ты, нельзя. Кто меня малолетку на ночь глядя отпустит? Нахороводки еще рано, через год, да и от компании не отойдешь. Сра-зу прилипнут с вопросами , куда и зачем? У нас лишь бабка Костя-ниха может вечером или ночью ходить, травы целебные собирать, ко-решки полезные выкапывать.
   - Хорошо, я сам подам тебе знак, когда приходить и куда.
   - Только ты как-нибудь по-осторожней и незаметней, в деревне мно-го любопытных глаз,
   Анева усмехнулся на слова пастушки, затем без шума и всплескаисчез в синих водах реки.
   Ийвэ некторое время столбом простояла у камня, где сидел хиил ве-ря и не веря в увиденное и услышанное сегодня. Ей было жутковатои радостно почему-то. От неспокойных, взбудораженных мыслей от-влекло требовательное мычание Однорожки, корова позвякивая коло-кольцем на шее настойчиво звала молодую хозяйку домой.Солнце клонилось к западу, за Туймаринские леса. Тени от деревьевудлинились, по-вечернему зазвенели, зароились столбики мошкары.Кисейные струйки тумана поползли из камышовых зарослей. Где-тона ветке ели хухукнула сова тейпа. Однорожка видя, что Ийвэ не
   
   8.
   двигается с места, медленно подошла и тихонько ткнулась мордойв плечо молодой хозяйки.
   - Уф-ф, пуф-ф! - раздалось над самым ухом Ийвэ. Она ласково по-гладила корову, пощекотала за ушами, вызвав тем самым восторг уОднорожки.
   - Ну идем милая, идем. Нас дома ждут не дождутся, да гадают приэтом, почему так задерживаемся.
   А дома действительно поджидали мать Энота и дочь Ганиэ с подойникамв руках. Мать приставив ладонь к глазам прищурясь глядела надорогу. Ийвэ что-то припозднилась с коровами. Лежащая рядом ос-троухая овчарка Литта не проявляла беспокойства. Она только по-водила чуткими ушами прислушиваясь к вечерним звукам деревни. Вотсобака приподнялась на передние лапы и радостно гавкнула. Из-заповорота дороги обсаженной старыми вязами и ивами послышалиськолокольч­ики.­ Впереди степенно и важно шла бднорожка, за ней Ноч-ка и Рыжка. Бока коров лоснились и округлились.Мать с дочерью переглянулись, доить придется долго и крикнули наподмогу Даниэ.
   Покончив с дойкой, налив две миски молока двум терпеливо ожида-ющим кошкам Муньке и Шуньке, мать и дочери пошли в дом. Ведь скородолжен вернуться с полей Купин с двумя нанятыми работниками.Ийвэ накрыла стол клетчатой скатерью, расставила тарелки, кружки,ложки, нарезанный кусками черный хлеб на деревянном подносе. Сест-р/ы принесли из кухни горшок с гороховой похлебкой, тушеное мя-со с картошкой, пироги с рыбой и острый сыр.На дворе залаяла Литта, послышались мужские голоса, заскрипелацепь у колодца, раздалось довольное фырканье, возгласы: "подлейеше!" Это сам Купин и работники обливались и умывались колодез-ной водой, смывая с себя пыль и пот после тяжелого дня рабо-ты в поле. Утеревшись белыми домотканными полотенцами они вошлив дом.
   Ужинали молча и только тогда, когда хозяйка разлила черное пивопо кружкам, все начали делиться впечатления дня и делами какиесделали. Ийвэ конечно умолчала о странной встречи уреки. Она сказала лишь о том, что травы вдоль берега Матейл вы-махали по-пояс и пасти коров там одно удовольствие. ХозяйкаЗнота подтвердила слова Ийвэ сегодняшним хорошим удоем, да, немешало бы там почаще коров пасти.
   На слова жены Купин ничего не сказал. Он только слегка нахмурилброви и залпом допил кружку с пивом. Работники тоже допили пиво,поблагодарили хозяев за сытный ужин и пошли на сеновал, где онилетом всегда спали.
   
   9.
   Постучавшись в дверь, вошел жених Ганиэ, Лелет, сын друга Купина,мукомола Чарина. Светловолосый, смешливый, с веселой россыпью вес-нушек на носу, принаряженный, Пелет поздоровался со всеми, и сталподжидать Ганиэ. Та н е скрывая счастливых глаз, побежала перео-деваться, чтобы успеть н а гулянку устраи/воемой молодежью наПачигорке. За сестрой пошла принаряжаться и Даниэ, ей недавно ис-полнилось шестнадцать лет.
   Ийвэ вздохнула им вслед и пошла помогать матери мыть посуду.Купин заметил грусть на лице приемной дочери и ласково похлопал
   по плечу широкой мозолистой ладонью.
   - Ничего, дочка, потер/пи. В следующем году и тебе разрешим ходить
   н а хороводки.
   Ийвэ улыбнулась Купину и ушла на кухню, а он сел в кресло сделан-ное еще дедом Тинном, подлил в кружку пива и задумчиво поскребпальцами щетинистый подбородок.
   Одну новость не сказал Купин семье. Приходил на поле кузен Паттинживущий неподалеку в деревне Каменники и сказал, что у него околополудня пропало пять лучших овец. Когда овечье стадо проходиломимо Стыльников, остатки погребальных курганов, некогда жившихздесь людей - могучих витязей Бантерегов при короле Ульпине, выползпромозглый, холодный туман и поглотил овец прямо на глазах у двухпастухов. Собаки, лучшие свирепые овчарки завывая от страха, с под-жатыми хвостами, умчались в ближайшие кусты. С чего бы это мертвымовцы понадобились? Ерунда какая-то и только. Но пять пропавших тон-корунных овец не ерунда. А может Паттин сам прохлопал своих овец итеперь пытается свалить на туман из Стыльников? М-да, неспокойностановится­ в нашей тихой и мирной округе. Тут еще слухи поползли,что в хоженые, перехоженые леса у Парупятья невозможно зайти. Столь-ко в них всякой нечисти развелось. Да и в самих-то Светлых Земляхмного инородцев всяких объявилось, все чего-то высматривают, при-глядывают, а некоторые тал запросто и селятся, как будто на своихисконных землях. Да-а, надо заглянуть в лавку Тиббса, послушатькакие там новости.
   Хитрюга Тиббс к своей лавчонке пристроил маленький трактирец, по-местному - дернуга. Там, в небольшой уютной комнатке собиралисьместные болтуны, поговорить о том, о сем. Худощавый, подвижныйТиббс вместе с сыном Уйнэ едва успевал разносить кружки с пивом.В дернуге Тиббса можно вылить не только отменного пивца, но ивкусно, сытно поесть. Жена Тиббса, Дела, отлично готовила. К нейприбегали иногда хозяйки за рецептами, как приготовить, то, илииное блюдо.
   
   10.
   Купин очнулся от невеселых мыслей, перед ним стояла Ийвэ и же-лала ему спокойной ночи. Он поцеловал приемную дочку в мягкиеволосы и тоже пожелал спокойной ночи.
   Глядя, как та уходит от него и поднимается по лестнице к себенаверх в комнату, Купин запустил пятерню в седые волосы и поду-мал: " Не пущу завтра Ийвэ пасти коров у реки. Пусть идет состаршими дочерьми на свекольное поле, там свеклы не видать из-засорняков. А коровок соседский мальчишка, подпасок Тинок попасетна Заросных лугах. Небезопасно теперь молоденькую девчонку на це-лый день к Матейи отпускать. Эх, что говорить, хороша там трава!Однако могут и унивы выплыть да утащить к себе под воду. ЭтихДолгоживущих частенько стали видеть по берегам рек и озер."Твердо решив не пускать Ийвэ завтра насти коров, а дать другуюработу, Купин облегченно вздохнул, отнес пустую кружку на кух-ню и пошел спать.
   А Ийвэ в ночной дли/нной рубашке отдернула кружевную занавескуу окна, выглянула на улицу. В летней ночи доносились с Пачигор-ки смех, песни, музыка, радостные и задорные вскрики. Около кост-ров мелькали тени. Вся местная молодежь собиралась там. Приходи-ли погулять и из Каменникей. Тамошние девушки славились озорнымиподковыристы­ми­ припевками и частушками. Некоторые сочиняли пря-мо на ходу, если нессмеринские парни подначивали их. И тогда имв ответ такие частушки неслись, что сконфуженные ухажеры посмеи-ваясь отходили в сторону от языкастых девок.Ийвэ подняла глаза к небу и голубой звездный свет отразился вних. Белая Коса ночной девы Мельпути с вплетенными жемчугами звездпротянулась через весь небосвод. Зеленым кошачьим глазом свети-лась на западе звезда Тэ, горбатым змеем изогнулся серебристый лукДинвэ. Теплый ветерок пахнущий свежескошенной травой ласково по-гладил лицо Ийвэ, будто пальцы Аневы коснулись ее...Как вечером задумал Купин не пускать младшую дочь так и сделал.Рано утром, после завтрака, необращая внимания на вопросительныевзгляд­ы­ дочерей, он выпровадил их за дверь.
   - Почему ты Ийвэ не отправил пасти коров? У девочек полно работы,а ты им еще и свекольное поле добавил? - удивилась Знота встрево-женно вглядываясь в лицо мужа.
   - Много лихого люда появилось в наших краях. Не лежит у меня насердце пускать Ийвэ к лесной речке. Мало ли, что может случится.
   - Да что может случи/тся-то? - недоумевала Энота. - Ийвэ девчонкашустрая, смелая, не даст себя врасплох застать. И у реки она не
   -
   11.
   одна, то рыбаки, то пастухи, лэсник Тревчил с сыновьями тоженеподалеку...
   - Эх, жена, жена. - тяжко вздохнул Купин и нервно затеребилвойлочную шляпу в руках, - Не стал я вам вчера эдакую страстьрассказывать на ночь глядя, а то спать плохо будете. Невыспетись
   и утром не поднимешь. Только вот до сих пор вижу перед собой тря-сущегося от страха Паттина, его побледневшие лицо и выпученныеглаза. А ведь этого медведя фиг чем испугаешь, а тут ровно сту-день колышется, еле слова выговаривает. - И Купин рассказал женео пропавших овцах в тумане возле Стыльников.
   - Ий-е,и/й-е! - испуган/но восклицала Знота слушая мужа.
   - Они расстаяли в тумане не оставив ни следов, ни клочка шерсти,Ты ведь знаешь собак Паттина? Не собаки, а звери. Один пес с двумяволками справится, а тут от тумана убежали поджав хвосты. Стыль-ники в двух днях ходьбы отсюда. Можно сказать под боком. Сегодняовцы пропадут, а завтра люди начнут пропадать. Давно ли с озера Рэнни братья Нулли не вернулись с рыбалки? И удочек не на-шли! Немного погодя, дед Тилькун не пришел вечером домой с прокля-того озера.
   - Ох и навариста была уха из полосатых щекостн, - прервала мужаЭнота, вспомнив белое аппетитное мясо рыбы.
   - Уха! - оборвал ее Купин. - Теперь рыбаки сами попали кому-то вуху. Халевские коневоды видели ночью на Рапяу и Матейе унивовплывущих на трех белых лодках. Они горланили свои водяные песниникого и ничего не боясь. Про клюквенные места у Кейнвийских бо-лот лучше вообще позабыть. У Каменного Пояса великаны айноги объя-вились. Обереги не успевают прогонять с приграничных земель кон-ные отряды ченгов, татней и кадавлаков. Вот женушка, зарылись мывсе по уши в свой навоз и не видим, что Север вновь начал тем-неть.
   - Да, муженек, - грустно произнесла поникшая Энота. - Налицо всепризнаки нового Лихолетья. Пусть будет проклят Каргал и Тот сидя-щий в Бараге, не хочу осквернять свои губы Его именем,
   - И правильно женушка. Видно настает время не косы и не серпы то-чить, а клинки и мечи. Я не собираюсь быть рабом...
   - Т-с-с-с! - предупр/еждающе приложила палец к губам Знота.
   - Тьфу ты, так и лезет проклятущее имя на язык. Ну ладно, пошеля, работники уж заждались меня.
   Нахлабучив порядком измятую шляпу на голову, глава семьи поспешно
   
   12.
   выскочил за дверь. Он знал, Энота непременно обежит соседокрассказать о Паттиновой пропаже и через час уже все Нессмери бу-дут знать об этом.
   Да и сама Энота поняла почему муж не пустил Ийвэ к реке коровпасти. Она хоть и подкидыш, но любил он ее ничуть не меньше род-ных дочерей. И из-за плохих вестей не хотел рисковать жизньюИйвэ.
   Вечером, когда предзакатная синь неба налилась желтизной уходя-щего солнца, а узкие сизые облака заполыхали алчм огнем, верну-лись с поля Ганиэ, Даниэ и Ийвэ, уставшие, но довольные работой.Отцу можно гордится работящими и не ленивыми дочерьми.Никто в этот вечер из домашних не заметил легкую грусть в глазахИйвэ. Она поднялась к сабе в комнатку, быстренько скинула платье,переоделась в ночнушку, легла в постель, но сон не шел. Жалко,что ее сегодня не пусти/ли к реке. Вдруг Анева приплыл бы, о мно-гом ей рассказал. А если отец о чем-то догадался? Ну да на вряд ли.Строгий Купин не любит ходить вокруг да около. Сразу спросит на-прямик, чего, да как и что.
   Переворачиваясь с одного бока на другой, вздыхая и охая, Ийвэ за-былась легким сном. Молодой месяц серебряным лучиком коснулся ееподушки. Ровное и спокойное дыхание Ийвэ говорило о том, чтолегкий сон сменился на крепкий. Давала знать усталость после про-полки полей. Кружевная занавеска тихонько колыхалась от ночноговетерка. На маленьком столике, в зеленой стеклянной вазочке кра-совались полевые цветочки , неказистые, зато приятно пахнущие.В трудах и хлопотах по хозяйству промелькнули две недели. Ничегоособенного не произошло за это время. В дернуге у Тиббса завсегда-тые основательно и не спеша обсудили происшествие с овцами Пат-тина. Каждый высказал свое мнение и предположение по поводу слу-чившегося. Не забыли припомнить случаи у озера Рэнни. Новостейдобавил плотник Рэйве вернувшийся после двухнедельного отсутствияв Нессмери. Он вздумал навестить какую-то дальнюю родню живущихза Раиманой, на холмах в Аппери. Он самолично видел воинов обе-регов, которые разъе/зжали по селениям и набирали в свои рядысамых рослых и сильных парней. А раз обереги начали такое дело,значит близится новое Лихолетье. И нам самим, мол, не мешает пе-ресмотреть и перебрать оружие: не затупились ли мечи, не заржа-вела ли кольчуга. Да, конечно не хочется, чтобы Тьма с севера
   затемнила белые вершиным Каменного Пояса, не накинула мрачный са-ван на Светлые Земли , н е проникла в озерный край Калленойе, да
   
   13.
   и не только в Калленойе, во многие другие края и области. Потомуподготовиться к предстоящей битве никогда не помешает.Сегодня ранним утром Ийвэ подойдя к колодцу опустила ведро и ужехотела подымать, как послышался шорох из-за рябины и тихий свист.
   - Ийвэ! - знакомый голос Аневы позвал ее.
   - Тише, тише! - с опаской озираясь по сторонам, чтобы никто издеревенских не видел, шикнула на хиила Ийвэ. Ей вовсе не хотелосьоправдыватьс­я­ перед Энотой и Купином за подозрительную дружбу сунивом. - Ты узнал о моем происхождении и кто мои настоящие ро-дители?
   - Узнал. Тебе сегодня ближе к полуночи, надо обязательно прийтик реке, где мы встретились в первый раз. Мой отец хочет видеть ипоговорить с тобою сам.
   - Ладно Аиева, жди меня у камня. Приду с собакой, с ней не страш-но в темноте идти.
   - Хорошо, я буду ждать. - ветка рябины прощально колыхнулась вответ.
   С бьющимся сердцем от неожиданной встречи, Ийвэ отошла от колод-ца. Вот так-так, сегодня в ночь тащиться к реке, уй-ер! Боязно истрашнова-то. Но ведь что любопытно, замок хазяина озера Навеллдействительно светлый, как день, и просторный, как поле? Правдали хиилы расскажут ей о родителях, где она родилась? И вообще,с чего бы это вдруг Долгоживущие какой-то смертной заинтересова-лись? Ах, она еще совсем девчонка, долго ли обмануть и посме-яться над сиротой.
   День пролетел в бесконечных домашних делах. Чем ближе подвигалосьдело к вечеру, тем беспокойнее становилась Ийвэ. Еще бы! Это ведьне в гости к родственникам сходить и поговорить о дамашних и де-ревенских новостях за обильным угощением. Сам отец Аневы,Инглис,будет вести речь с ней.
   Ийвэ изо всех сил старалась придать лицу безразличный вид. Однакоза ужином лихорадочный блеск глаз все таки уловила Энота: " Уж неперегрелась ли на солнце, егоза, когда в поле на прополке была?Мои-то головы платком обвязывают, а эта не любит. Вот с блажьюдевка!"
   После ужина, Ийвэ помогла матери убрать со стола, помыть посуду,и уже собралась уйти из кухни, как Энота достала из буфета бу-тылку и стакан.
   
   14.
   - Подожди, доченька. - наливая смолки в стакан сказала Энота. -Выпей, полезно для здоровья. Мне за ужином твой подозрительныйблеск в глазах не понравился. Думаю, не заболела ли ? Солнцеднем вон как пекло, а ты без платка целый день*
   Ийвэ молча и послушно выпила. Смолка - налиток из отжатого сокачерной смородины настоенного на меде.
   - Матушка, я совершенно здорова. Вам показалось, спокойной но-чи.
   Невинный, без всякого блеска взгляд Ийвэ успокоил Эноту, но не-ясная, тревога все же осталась в душе женщины.
   - Ну хорошо, родная, и тебе спокойной ночи. Ступай спать. - Энотапоцеловала в щеку приемную дочь и ушла к себе в спальню,
   Ийвэ лежа в кровати стала ждать темноты. Летний июльский ве-чер не торопился перейти в ночь. Солнце давно село, а бледно- пе-пельный сумрак никак не хотел окрашиваться в черно-фиолетовые то-н/а. Наконец, сиреневый окрас неба изменился на темный сурик.Первые звезды алмазн/о засверкали складываясь в привычные со-звездия. В деревне потихоньку гасли огни в окнах. С Па-чигорки все реже доносились веселые молодые голоса. Уже и там на-чали тушить костры. Ийвэ поднялась с кровати, одела рубашку, по-верх нее, тонкую замшевую куртку-безрукавку, штаны, а ноги обулав цюли - кожаные тапочки со шнурками. Идя в мягких цюлях, их ещеназывают "кошачьи шаги", тебя и собаки не услышат. Лишний шум ненужен был Ийвэ.
   Присев на узкий подоконник, Ийвэ отодвинула рукой кружевную зана-веску. Пачигорка укуталась темнотой и тишиной. Изредка, кое-гдепоскрипывали калитки: последний влюбленные парочки расходились подомам.
   Две летучие мышки живущие под крышей над самым окном Ийвэ вылете-ли поохотиться на мошек. За их зигзагообразным полетом проследи-ли зеленые кошачьи глаза. Мунька и Пунька не считали их добычей,пусть летают. Другие мыши интересовали ночных охотниц: с самымобыкновенным хвостиком, глазками-бусинками и бурой шерсткой. Вечногрызущие и портящие хозяйское добро. Вот достойная добыча, а неэти с крыльями*
   Ийвэ чутко прислушалась. Тихо кругом, время близится к полуночи,самая поза уходить.
   Она перекинула одну ногу за подоконник и задержалась окидывая тре-вожным взглядом свою комнатку. Первый раз в жизни, вот так в тихоря,
   
   15.
   без спроса старших тайком покидать дом...Но Ийвэ твердо обещалахиилу прийти, ведь дело касалось ее прошлого. Сколько же можножить в неведении ?
   Взгляд продолжал скользить по стенам и потолку отделанные доскамииз сосны. Смоляной, сосновый дух до сих пор не выветрился из ком-наты. На стенах висело пять картин с засушенными листьями и цве-тами, сделанные самой Иивэ. На полу два половика, столик с неиз-менной вазой, сундук, удобная кровать с теплым одеялом.Покидать этот уголок ночью, ну просто кощунство! Да, Купин умелстроить . Вроде бы все просто, без всяких там вычурных хухлей-мухлей, а уютно, душу греет, глаз радуется и сны светлые снят-ся.
   Прыгая вниз Ийвз не могла представить, что уже никогда не вернет-ся сюда на рассвете. Только не об этом думала приемная дочь Ку-пина уходя задами и огородами, перемахивая через плетни и ограды. Следом, серой лохматой тенью трусила собачьей рысцойверная Литта, недоумевая куда несет молодую хозяйку в полуночныйчас. А молодая хозяйка спешила навстречу тайне, раздвигая на хо-ду ветви кустарников и деревьев. Сердце у Иивэ стучало так, чтоона не сразу услышала кваканье лягушек* и плеск речной воды.У песчаного бережка виднелась узкая лодка и стройная фигурка Ане-вы поджидающего у валуна. Литта вздыбила шерсть на загривке,глухо зарычала, приготовилась к прыжку, но хиил быстро протя-н/ул руку и погладил собаку по голове. Зеленые, злые огоньки по-гасли в глазах Литты. Она отряхнулась словно от капель воды по-павших на шерсть и приветливо завиляла хвостом.
   - Я думал ты не придешь, - обратился к девушке Анева.
   - Ты же видишь, я пришла. - ответила Ийвэ. - Честно говоря, боюськ твоему отцу ехать. Мы - люди, вы - унивы,ой, прости - хиилы.
   - Ничего, я прощаю тебя. Садись скорее в лодку. Твоя собака ужесидит, а ты все мнешься на берегу, и мой отец не Кандирас, чтобытрястись перед ним от страха.
   - Уж больно лодка не надежна на вид. Выдержит ли? - засомневаласьИйвэ подозрительно оглядывая лодку хиила.
   - Выдержит, садись. Если мы будем медлить, то и до утра не доплы-вем. А ты наверно на рассвете должна быть дома?
   - Да, Анева.
   Хиил помог Ийвэ сесть в лодку. Литта по-свойски устроилась впе-реди, словно всю собачью жизнь каталась на лодках хиилов.Анева оттолкнулся от берега веслом, встал сзади Ийвэ и быстро на-чал грести. Вода весело зашумела забортом, легким ивовым листиком
   
   16.
   неслась лодочка хиила.
   - Почему ты тогда пела речка Златенечка, а не Матейя? - спросилАнева. - Разве у лесной реки два названия?
   - Можно сказать что да, но тут другое. Когда-то давно, здесь на-шли желтые камешки похожие на золотые самородки. Их показалигъелам. Гъелы отлично разбираются в камнях и горных породах. Ка-менный народец рассмеялся увидя самородки. Они сказали, что этопустышки обманки. Настоящие золото надежно припрятано в земле и до-быть его не так-то просто. Незадачливые золотоискатели отдали назабаву детишкам камешки. Мы зовем их лучики, они до сих пор по-падаются по берегам реки Матейя.
   - А-а, тогда понятно. Мне тоже попадались эти камешки, но я не-придавал им особого значения. - Анева умолк и принялся еще силь-нее грести.
   И вот впереди показался Разбегай - Камень. Он лежал на серединер/ечки тяжелой каменной тушей и делил ее на два русла. Левое ру-сло текло в озеро Навелл бойко и радостно, а правое неспеша и не-хотя в заболоченное озеро Рэнни. Чистый прозрачный голосок ре-чушки стихал в черных илистых водах. Берега стали топкими, бо-лотистыми. Подгнившие, расшатавшиеся мостики и рыбацкие насти-лы никто не чинил. Вместо рыбаков, выползали на доски мокрохвост-ки - черные, извивающиеся всем мерзким телом твари, похожие напиявок. Болотные птицы, тоже избегали зловещее место, предпочи-тая жить и вскармливать птенцов в более спокойном уголке леса.Огибая Разбегай-Камень Ийвэ с опаской поглядела в правую сторону,Литта оскалила клыки, а Анева сурово сдвинул брови.Ночь летела над ними распахнув длинный звездный шлейф, но ещебыстрее летела лодка хиила.
   Росшие по берегам Матейи осинки, березки и ольха начали сменять-ся соснами, и здесь речка внезапно нырнула в широкое озеро Навелл,Лодка вылетела стрелой на озерный простор.
   На середине озера кружили/сь лодки хиилов и светились серебрис-тым светом. До слуха Ийвэ донеслись песни и смех. Увидев Аневу,три лодки понеслись к ним навстречу.
   Ийвэ во все глаза разглядывала хиилов:молодых, задорных, неуныва-ющих, живущих очень долго и помнящие древнюю старину, о которойони - Маложивущие давным-давно забыли. Забыли даже союзы с Долго-живущими во время Лихолетий, так остались кое-какие воспоминаниязаписанн­ые­ в хрони/ках Вставса и все.
   Хиилы поздоровались с Аневой, с Ийвэ, и с песнями поплыли обратно продол-жать веселиться на середину озера, ведь летняя ночь так коротка.
   
   17.
   Анева улыбнулся своим поющим собратьям и еще усерднее заработалвеслом.
   Лодка огибала гранитные выступы и обрывы. Раскоряченные сосныупорно держались корнями за скалы. Анева свернул в маленькую, не-приметную бухточку уходящую в гранитный туннель. Туннель сразуосветился невидимыми голубоватыми огнями,
   - Разве дворец твоего отца Инглиса не под водой? - спросила удив-ленно Ийвэ оглядываясь кругом.
   - Нет. - загадочно ответил Анева. - Сейчас сама увидишь.
   Нос лодки ткнулся в глухую гранитную стену вставшую поперек тунне-ля. Случайно заплывший рыбак или просто любопытный путешественникрешил бы, что заплыл в тупик и повернул обратно, не догадываясь очертогах Инглиса спрятанных за гранитным баръером.На владения хозяина озера Навелл наведены вуалепы - чары Самой Пер-вой Воды.
   Анева неслышно что-то прошептал, край стены отодвинулся и они по-плыли по туннелю дальше. Остановившись у гранитной пристани, хиилпомог Ийвэ выбраться из лодки, а Литта одним прыжком очутилась награнитных плитах и подбежала с серебряным воротам.Хотя серебряные ворота чересчур грубо сказано. Ведь мягкий сереб-ряный свет излучали они сами, пульсируя словно живые. Свет молодо-го месяца показался бы мертвым по сравнению с этим живым сиянием.Найиле - назывались эти ворота, то есть Встречающие восход, ПомимоНайиле существовали еще одни ворота - Вайиле, Уходящий Свет, а такмножество потайных ходов и туннелей. На всех них лежали вуалепы,ни один вражий лазутчик не мог попасть незамеченным во владенияИнглиса.
   Анева и Ийвэ подошли к Найиле. Они раскрылись, как лепестки вол-шебного цветка. Тотчас же к ним подошли два воина хиила. Статные,красивые, с ясными проницательными глазами, молчаливые и не улы-бающиеся. Да, стражи не походили на тех беспечных и веселящихсяхиилов на озерной глади Навелл. Закованные с головы до ног в го-лубовато-синюю кольчугу и доспехи, с длинными мечами, воины про-водили их в центральный зал.
   Посередине зала ярко сияющего янтарно-золотистыми бликами, сиделив креслах двое мужчин..Подле их ног находился небольшой рукотвор-ный водоем. В нем цвели необыкновенные цветы розово-белого окрасасреди круглых зеленых листьев. Благоухание цветов коснулась носаИйвэ, и она с наслаждением вдохнула незабываемый аромат. Надо бу-дет спросить у Аневы, как называется это розово-белое чудо.Мужчин/ы перестали переговариваться между собой и взглянули на гость
   
   18.
   Первый был Инглис. Одет хозяин озера Навелл в темно-зеленые мер-цающие одежды, высокого роста, с широкими плачами, сильные рукипокоящиеся на коленях. Открытое, мужественное лицо, умные и вни-мательные серые глаза. Прожитые столетья отразились лишь в ред-кой седине черных, вьющихся волос до плеч и тонких морщинках на лбу. Старческая немощь не коснулась крепкого тела.На груди, на золотой цепочке переливался радужными красками ма-гический кристалл - Белиссэ. Оставшись без Белиссэ, Инглис непотеряет своей магической силы. Кристалл только прибавлял, а неотнимал силу. Враги не могли воспользываться Белиссэ. В черных,недобрых руках он рассыпался пеплом. Добро не служило Злу.Рядом с Инглисом, у Ийвэ захватило дух, сидел сам Дилогор.Могучий старик уставился пронзительным взглядом на Ийвэ, и ейсразу стало как-то не по себе.
   Седые волосы старика стянуты золотым обручем, белая борода опус-калась ниже пояса и всю фигуру вековечного Дилогора облегал про-сторный, рыжевато-коричневый плащ, придающий сходство с горойприсевшей в кресло.
   Ийвэ поклонилась обоим Долгоживущим и с замиранием сердца поду-мала: " Что сейчас скажут мудрейшие? И как потом дома не прого-вориться, кого увидала за одну ночь. Нет, лучше всего молчать,пусть останется моей тайной."
   Дилогор перестал рассматривать стоящию перед ним неказистую де-ревенскую девчушку.
   - Сомнений быть не может, - глухим, рокочущим голосом произнес он. -Это она - Ёллин Ональ, дочь славного витязя Ластинефа из рода Она-лей. Твой брат Мескинев искал тебя, пока ему не был дан знак.Сейчас старший сын Инглиса, Наилис, приведет его сюда.И действительно, после слов вековечного старика послышались быст-рые шаги и в янтарном свете зала показался Наилис. Глаза хииласверкнули подобно холодной струе воды под лучом зимнего солнца.Черные, длинные кудри завязаны сзади хвостом, чтобы не мешались.За ним следовал молодой мужчина двадцати пяти лет, с не-пр-икрытой головой, в дорожном плаще из под которого виднелисьзапыленные сапоги. Несомненно незнакомец походил чертами лица наИйвэ. Давно не стриженные, палевого цвета с золотистым оттенкомволосы, голубые глаза, прямой нос, красные губы, отросшие в дорогеусы и борода.
   Ийвэ стояла на месте не смея подойти к брату. А тот, как и Дилогороглядел ее с ног до головы и вздохнул с облегчением, сказав одно
   
    19.
   слово:
   - Она.
   Вытянув обе руки для объятий, Мескинев пошел к сестре широкимишагами , но та вдруг резко увернулась от объятий брата.
   - Чем докажешь, что ты мой родной брат? - недоверчиво спросилаИйвэ. - Ведь когда меня подки/нули Драттам, не было никакогознака в пеленках, ни украшения, ни талисмана по которому можноопознать наше родство. И сказать после стольких лет разлуки: " ятвой бр/ат", может каждый.
   Мескинев в недоумении опустил руки и переглянулся с Инглисом иДилогором, потом так же недоуменно воззрился на сестру, которойвдруг потребовались доказательства родства.
   - Подойдите оба сюда к водоему, посмотритесь внимательно в него,а ты Ийвэ Дратт, Ёллин Ональ, говори в/слух, что увидишь в отра-жении. - повелительно приказал Дилогор.
   Брат и сестра подошли к водоему.
   Сначала прозрачная вода показывала лишь их отражения. Неожиданноотражен/ия­ поголубели , по поверхности воды пробежала едва за-метная р/ябь. И увиденное дальше заставило Ийвэ раскрыть рот отуди/вления.
   - Не молчи же, Ийвэ Драт, говори. - потребовал Дилогор.
   - Вокруг моей головы, - несмело начала Ийвэ, - золотое сияние.На груди золотой знак в виде круга. В круге рука держащая мечпохожи/и на молнию, по краям круга непонятные мне письмена.
   - Так. - прервал ее Дилогор. - Что видишь у брата?
   - У него такое же си/яние вокруг головы, только серебристого цвета,и крут на груди серебристый, а в нем рука с мечом, по краямкруга теже странные письмена.
   - А знаешь ли ты, о чем говорят эти странные для тебя письмена? -строго спросил Дилогор Ийвэ, которая смутилась и оробела передотражениями в водоеме.
   - Нет, не знаю.
   - йот о чем письмена говорят. Брату твоему суждено бросить вызовРагруоту. Мескинев начнет собирать войска и возрождать забытыесоюзы Долгоживущих и Маложи/вущих. Твой золотой знак указывает -ты свергнешь Собирателя Тьмы и изгонишь его Черный Дух в Запре-делы.
   - Я?! - вскричала, бледная Ийвэ. - Я, свергну Рагруота?!
   - Ты не дослушала меня, - оборвал Ийвэ, Дилогор, нахмурив брови. -Сияния над вашими головами золотое и серебристое означает, чточто вы Избранные и кроме вас никто не сделает. У Мескинева в круге
   
   20.
   Пелегами, а не письменами, как ты сказала, записано: " Избран-ному бросить вызов Мраку.", в твоем круге: " Избранной развеятьМрак."
   Ийвэ оцепенела и похолодела от страшных слов Дилогора. Ей, дев-чонке выросшей в де/ревне, сразиться с Самим Ужасом? Где ж взятьтакую Силу? Может Дилогор навел на нее чары? Долгоживущие этоумеют: околдовать, одурманить, пустить пыль в глаза, да многоли еще?
   - Если я навел на тебя чары, - прочитал ее мысли вековечный ста-р/ик, - если ты не веришь и сомневаешься в каждом нашем слове, то-гда пусть Анева проводит обратно в деревню, куда ты должна вер-нуться н а рассвете. Но учти, через определенный срок рассветавообще не наступит. Тьма из Каргала саваном накроет Светлые Зем-ли. Все мы, Долгоживущие и Маложивущие станем вечными рабами Раг-р/уота.
   Щеки Ийвэ заполыхали румянцем. Она отошла от водоема, смело гляну-ла в темные, как горные провалы, глаза Дилогора, которые смотрелина Ийвэ с укоризной и даже с пренебрежением.
   - Подождите звать Аневу, мудрейший Дилогор. Я еще хочу знать,мои..., то есть наши родители знали о том, что я и брат Избран-ные?
   - Знали, и знали до вашего рождения. До того, как Усвин напал на крепость Пестболл, а Зган разрушил ее. Твоему дяде, бра-ту твоего отца Наскелефу было дано три раза видение. После гибеликрепости ему надо отнести племянницу в глухой край Калленойе, кземледельцу Купину Дратту, ибо Купину и его жене суждено выраститьтебя и назвать другим именем.
   - А почему я раньше не видела у себя на груди золотого знака и си-яния?
   - Значит так положено, деточка. Не каждый пруд, озеро или речка по-казывают золотые и серебристые знаки. Шпионы и соглядатые Рагруо-та повсюду, а это могут быть не только люди, а звери и птицы. Намне нужно, чтобы тебя преждевременно схватили и доставили в Каргал,в крепость Бараг на расправу Рагруоту.
   - Как же обереги охраняющие наши Светлые Земли пропускают вражес-ких лазутчиков?
   - Оберегов становится с каждым годом все меньше и меньше, поэтомубольшие участки границ остаются без присмотра. К тому же у Рагруо-та есть чернолатники , рыцари Мрака, а Зган самый главный из них.Наливулы могут быстро передвигаться по земле и еще быстрее летать.
   
   21.
   - Собиратель Тьмы знает о нас, Избранных? - тихо спросила Ийвэ.
   - Пока не знает, и мы сделаем все чтобы не узнал.
   Крепкие пальцы Мескива несильно сжали плечо Ийвэ. Он с улыбкойпосмотрел на лицо сестры:
   - Теперь ты веришь нам?
   - Да, - прошептала Ийвэ. - Когда мне нужно убить Рагруота?
   - Не спеши, не спеши детка, - сказал Дилогор. - Всему свой срок.Нужно сначала дорасти тебе до восемнадцати лет.
   - Как велше Челесс? - воскликнула Ийвэ.
   - У велши Челесс было свое Предназначение. Лесная дева торопилась,а в сердце у ней кипела одна месть. Ты же должна действовать об-думанно и без спешки. К сожалению, в Нессмери, ты никогда не вер-нешься. Тебе многому надо научиться за три года. За этот малень-ки/й срок ты должна обрести побольше знаний, навыкой и уметьдержать меч в руках. Может случится так, что останешься одна встране врага и некому будет помочь тебе. Значит, рассчитывай лишьна свои силы. Сейчас ты с братом отправишься в Раиману, в замокМалорк, где будешь жить и учиться. К/стати, в Малорке родилась
   и выросла твоя мать, Олиге.
   - А мать и отец давно умерли? - спросила Ийвэ.
   - Давно, в крепости Пестболл, после нашествия Згана. Вспомнисвой сон: битва под стенами крепости, а потом Черная Туча накрыв-шая все под себя. Вас малышей спас дядя Наскелеф убежав из по-верженной крепости по тайному ходу с горсткой воинов. Сначала онпривез девятилетнего племянника в замок Малорк к родителям Олиге.Они сумели вырастить и воспитать внука до его совершеннолетия. Те-бя же, доверяясь видениям и не искушая судьбу, Наскелеф отнес вНессмери, незаметно подкинув Драттам. Однако возвращаясь в Малорк,заблудился в густом тумане неподалеку от Кейнвийских болот. По ука-зу Кандираса, болотн/ая нечи/сть заманила Наскелефа в самую тря-сину и утопила там.
   Дилогор умолк и неприятная тишина повисла в янтарном зале.Вспомнив трагическиеи случаи с нессмеринскими рыбаками, Ийвэ пер-вая нарушила молчание:
   - Теперь в трясинах погибают не только бесстрашные герои, как дядяНаскелеф. Слуги Кандираса не брезгуют и простыми рыбаками. У озераРэнни пропали без следа трое наших жителей. А ведь Рэнни почти ря-дом от озера Навелл. - Ийвэ вопросительно посмотрела на молчали-вого Инглиса.
   
   22.
   Наилиои перехватив взгляд Ийвэ, сделал шаг вперед, прислонил пра-вую руку к груди и громко доложил:
   - Отец! Пост из пяти лучников сидит в засаде у Рэнни. Пока не былазамечена ни одна болотная тварь Кандираса.
   - Хорошо, Наилис. - сказал Инглис. - Хиилам подручные Кандираса
   не страшны. Конечно, на все трясины и болота не наставишь дозоров.Но, где только сможем, будем уничтожать и давать достойный отпорслугам Кандираса.
   - И древний курганы Бантерегов кто-то тревожит. - мрачно пророко-тал Дилогор. - Ладно, я сам наведаюсь в Стыльники. Не позволю, чтобы всякая нечисть нарушала покой славных витязей и гремела их кос-тями.
   - Что ж, раз мы здесь кое-что выяснили и узнали, - произнес Мескинев
   - То мне и сестре пора в Малорк. Я очень благодарен вам за оказан-ную помощь в поисках сестры. - Мескинев и Ийвэ поклонились Долго-живущим.
   - Это мой долг, сынок. - благодушно усмехнулся в бороду Дилогор.
   Я помню, как начинался род Оналей и в ва-шей семейной библиотеке не все записано о ваших родоначальниках.Но я навещу Малорк возвращаясь после осеннего праздника с гор Хай-Хьё, мне по пути будет.
   - Мы с нетерпением будем ждать тебя, Дилогор. - радостно сказалМескинев.
   - Наилис, - обратился Инглис к сыну. - Проводишь гостей до Малорка.
   - Слушаюсь, отец.
   - А мне можно Ийвэ и Мескинева проводить? - попросил Анева.
   - Нет, сынок. Замок Малорк находится не близко. Ты еще молод дляталого путешествия. Здесь тоже найдутся важные и полезные дела,где понадобится твоя помощь. Со временем, я разрешу тебе навес-тить Малорк, а сейчас нет. Останешься тут.
   - Хорошо, отец. Мой долг повиноваться тебе.
   Поклонившись еще раз Инглису и Дилогору, брат с сестрой собралисьпокинуть янтарный зал, как неожиданно Ийвэ озабоченно спросила:
   - Подождите, а как же приемные родители мои Купин и Энота? Оникинуться искать меня и вся деревня присоединится к ним.
   - Я об этом уже подумал. - сказал Дилогор. - Жители Нессмери за-будут о тебе, как только пропоет первую зарю самый горластый пе-тух у Купина. Даже твоя комната перестанет быть жилой и будет
   
   23.
   вроде кладовой или чулана. Поверь мне, никто не вспомнит о прием-ной дочке Дратта, ровно и не жила ты в Нессмери. Теперь идите,ночь на исходе, самые быстрые кони ждут вас.Наилис, Мескинев, Ийвэ ушли из зала.
   Когда стихли их шаги, Инглис сумрачно поглядел на Дилогора и ноткасомнения зазвучала в его голове:
   - Так значит ты точно уверен, что Еллин Ональ с братом Избранные?
   - Но ты сам видел их отражения! - изумился Дилогор. - Какие темныеводы просочились в тебя, Инглис? Ты перестал верить Древним Про-рочествам?
   - Нет, я верю Древним Пророчествам. Просто... - тут Инглис немногозамялся, - просто не верится, что сестра Мескинева, такая хрупкая,совсем еще ребенок и от нее зависит наше будущее...
   - Да, зависит! - твердо ответил Дилогор. - Пока она молода, нонужные для нее знани/я и опыт получит в свое время. Так что отбросьсвои сомнения, Инглис, и верь в Избранных.
   
   Раимана.
   Небо на востоке начинало слабо наливаться голубовато-розовыми то-нами. Просыпались первые птицы, пробовали для разминки свои голо-са, но тут же умолкали от приближающегося конского топота. Троевсадников направлялись в сторону Туймаринских лесов: Мескинев впе-реди, Ийвэ посередине, хиил Наилис сзади.
   Ийвэ очень понравился конь по кличке Барай. Рыжей масти, с хоро-шо развитой грудью, массивным костяком, голова крупная, шея мус-кулистая - высоко поставленная, поясница широкая, ноги среднейдлины - крепкие и быстрые. Ход у рыжего скакуна легкий, плавный.Под Мескиневым и Наи/лисом, кони были гнедой масти. Да, такихкрасавцев не видали поди и на ярмарке в Тайваре. У деревенскихжителей большой популяр/ностью пользовались тяжеловозы, понии обыкновенные лошадки - работяги.
   - Какой породы эти скакуны? - спросила Ийвэ у брата.
   - А разве ваши халевские коневоды не знают о таких?
   - Нет. Если бы увидели, посчитали колдовскими.
   - Все-то у вас колдовство. Родина этих славных коней Ланнигир,что значит Серебристые Луга, за Утанским Хребтом.
   - Далековато от Калленойе... - задумчиво протянула Ийвэ. - А намдо Раиманы долго еще ехать?
   - Пять дней, но мы избе/рем другую дорогу и займет она около се-ми дней. Подальше от многолюдных мест и любопытных глаз. Ты ведь,сестра, знаешь теперьи Кто мы.
   - Знаю. У меня появи/лось ощущение будто на мои плечи свалиласьтяжеленная ноша и ее просто так не сбросищь, как к примеру, кор-зину с яблоками.
   - Да, корзину с яблоками проще простого скинуть с плеч. Однакопостарайся Ённаль, пока меньше думать о нашем назначении.
   - Легко говорить. Хотя, Мески , твоя ноша не тяжелее моей, и зна-ешь не называй меня Ённаль. Имя наверно, древнее и благородное,
   но ближе и роднее - Ийвэ.
   
   25.
   - Будь по-твоему сестра, и Ийвэ Ональ неплохо звучит.
   - Мески, а вот Дилогор говорил, что Рагруот не знает о нас.Тогда нападение Згана на крепость Пестболл случайное или пред-намеренное? В те времена нас малышей легко можно было убить. Отецс матерью, если знали о нашем предназначении, зачем же они ока-зались в той злосчастной крепости? Лучше бы спрятались в каком-нибудь другом тайном убежи/ще.
   - Теже самые вопросы и я задал Дилогору, когда он рассказал мнео прошлом. Что начертано в Древних Пророчествах, того не из/ме -нить, а тайные убежища рано или поздно становятся открытыми.Отца назначили капитаном крепости Пестболл. Лучшего укрытияр/одители и не могли сыскать. Грозная, пятиярусная крепостьхорошо оснащенная и вооруженная. Крепко и неделимо стоящая в уз-кой скалистой долине у подножия Утанского Хребта.
   Зган не нападал преднамеренно. Просто Собиратель Тьмы отомстилза разбитые полчища татней и кадавлаков в приграничных земляхЭскувелла. Отец с лучшими воинами помог оберегам разгромить вра-гов. Ты думаешь король Усвин, ни с того ни с сего напал на Пест-болл? Это опять Рагруот постарался. Его шпионы-нашептыватели­ поль-зуясь приемами черной магии сумели склонить упрямого Усвина идтипоходом на крепость, бесконца напоминая ему о неправильном разде-ле земель наших предков. Земли было сколько угодно, но Усвин тре-бовал обжитые края, а не дикие. Рагруотовы нашептыватели внушилиУсвину коварный план . Сначала он осадил Пестболл, а потом, якобыустрашившись яростной защиты осажденных, отступил назад. Воиныкрепости ринулись за нападавшими, этого и ждал Зган притаившисьза Утанским Хребтом. Он уничтожил всех: отца, воинов, жадного,тщеславного Усвина поверившего нашептывателям из Каргала. Матьнаша тоже погибла ища отца среди раненых и мертвых, Черный УжасЗгана коснулся и ее... - Мескинев умолк на мгновение, грусть иболь отразились на его лице. Ийвэ отвернулась, украдкой смахну-ла слезу, брат продолжал дальше. - Наш дядя Наскелеф никому несказал о трех вещих снах. В первом говорилось обо мне,в двух других о тебе. Ведь до этих снов дядя Наскелеф понятияне имел, где находится Калленойе, Нессмери, и тем более никомунеизвестный Купин Драят. Конечно, наш дядя мог с честью и досто-инством погибнуть защи/щаясь вместе с братам. Но после трех ве-щих снов, он не имел право умереть не выполнив предназначенного
   
   26.
   для него долга. Ибо заранее предчувствовал, что его прежде-временная смерть понесет за собой более страшные последствия.
   - Дядя Наскелеф никому не говорил о вещих снах, а Дилогорзнает о них. Откуда?
   - Таким Долгоживущим, как Дилогор все ведомо. - неожиданновмешался в беседу Наилис. Сны Наскелефа для него не секрет,если б он не знал о них, вам никогда не довелось встретится.
   - Выходит он знал и о смерти дяди?
   - Знал, но не имел права вмешиваться. За тобой же, Ийвэ, велосьтайное наблюде/ние в деревне. Дилогору нужно полностью удосто-вериться, что ты это действителдно Ёллин Ональ и никто другая.
   Брат твои до поры до времени не знал, где ты находишься и у кого жи-вешь. Кал только Анева рассказал нам о втреченной им пастушке,и о ее странном, загадочном сне, все сомнения Дилогора разом от-пали. Только одной единствен/ной мог приснится этот сон.
   - М-да, чтобы мы делали без Дилогора. -потеребил пальцами бо-роду Мескинев. - Я не удивлюсь, если он принадлежит анварам.
   - Скорей всего он и есть самый настоящий анвар. Их осталосьсчитанные единицы в Светлых Землях.
   - А кто они, анвары? - поинтересовалась Ийвэ впервые слышатаинственное названием.
   - Самые Главные Обереги стерегущие Светлые Земли от Мрака сСевера.
   - И их осталось считанные единицы? Что же произойдет, когдани одного Главного Оберега йе останется? - встревожилась Ийвэпристально посмотрев на брата и хиила. Те одновременно усмех-нулись и Наилис ответил:
   - Будем защищаться собственными силами, а Древнее Пророчествогласит: " ... анвары возраждаются в простых смертных." Вполневозможно, новые Обереги скоро могут объявится, ведь ты с бра-том - Избранные.
   - И я стану анваром? - восхитилась Ийвэ.
   - Кто знает, может быть... - уклонился от прямого ответа хиил.Остановку сделали в полдень, у самой опушки Туймаринского леса.Спешившись, по едва заметной тропинке, троица спустилась в ов-раг заросший ивняком и ольхой, и по дну которого шустро бежалпрозрачный ручеек.
   Верная Литта тяжело дыша, сразу припала к ручью с жадностьюлакая прохладную водицу. Ийвэ с жалостью потрепала собаку по
   
   27.
   загривку и обратилась к брату разжигавшему костер:
   - Если мы будем так быстро продвигаться вперед, Литта все лапысотрет до Малорнка.
   - Надо было отправить собаку обратно в Нессмери. За нашими ска-кунами не то что Литта, волки и чоулени не угонятся. Тяжело при-дется бедняжке.
   Ийвэ обняла овчарку и ре/шительно сказала:
   - Я не расстанусь с ней.
   - Хорошо. - вздохнул Мескинев. - Сделаем из плаща нечто вродемешка, привяжем к седлу. Время от времени собака будет сидеть внем. Конечно для псины не очень удобно, но лучшего я не могу пре-дложить.
   - А лучше и не надо. - радостно согласилась Ийвэ. - Чем я могутебе помочь?
   - Ничем сестра, отдыхай. Обед я сам приготовлю.
   - Сам?
   - А то как же. Настоящий мужчина должен все уметь. В глухом без-людье, дальнем походе, рассчитывай на собственные силы и умение.Не будешь же всегда таскать за собой слуг, чтобы они обихаживалитебя.
   - Здесь не такое уж безлюдье. - возразила Ийвэ. - Насколько мнеизвестно неподалеку находятся три хутора и четыре деревни у озе-р/а Кулоть.
   - Я знаю. От Атварского моря до Южных гор в течении шести лет ис-ходил я Светлые Земли вдоль и поперек. Довелось побывать и у По-ножина. Старое название Каменного Пояса. Переводится с языкагьелов, как Держащие Небо. Я слышал, там живет дочь Дилогора,Медела.
   - За Каменным Поясом ты не бывал?
   - Нет. А ты хочешь туда побыстрее попасть? Не спеши. В определен-ный срок уйдем в Вечный Сумрак ты и я. - Печаль и даже затаенныйстрах уловила в словах брата Ийвэ, и неприятный холодок пробежалу ней по спине.
   Мескинев тем временем сварил вкусную похлебку, постучал дере-вянной ложкой по котелку и сказал:
   - Обед готов, прошу к столу.
   Столом послужила зеленая трава, а скатеркой льняное полотенце.Пообедав, Ийвэ подстелила плащ под кусты ивняка, брат тоже укла-дывался рядом, хиил Наилис ушел побродить по оврагу вдоль ручья.Уже засыпая, Ийвэ сонно проговорила:
   
   28.
   - Скажи, мы до Малорка будем обедать в оврагах, а спать в кустах?
   - Нет. По пути встретятся трактирчики, где можно спокойно пере-кусить и переночевать. К тому же, у меня есть друзья, их дверидомов всегда открыты, а у рек и озер хиилы окажут нам радушныйприем. Как ни/как нас провожает старший сын Инглиса, Наилис.Спи спокойно, сестренка, пока я рядом, тебе не о чем беспокоится.До Раиманы добрались без каких-либо трудностей и приключений. Этотобширный край мало чем походил на Калленойе. Привчные глазу сос-ны и ели заменялись буковыми лесами, большими дубравами. Озер ма-ло, зато преобладали реки и многочисленные речушки с водопадика-ми.
   Сложенная из серо-бурого камня, дозорная зубчатая башня Малоркавнезапно выросла из-за пригорка обросшего буками, молодыми дубками,и кустами рябины. Земляной грунт дороги сменился на каменный. Краснокоричневые булыжники были выложены ровными рядами. По обочинамдороги возвышались посаженные в строгом порядке старые могучиелиственницы, вплоть до самого замка. Только что прошел теплыйдождь и мягкие зеленые хвоинки смолисто пахли.
   Тяжелые дубовые створ/ки обитые кованным железом со скрипом откры-лись. Всадников заметили еще с дозорной башни и поспешили открыть.Встречал желанных гостей сухопарый, седовласый старик, одетыйкак воин. Длинная кольчуга с широкими нагрудными пластинами, чер-ный кожаный пояс с клинком и лезгом, коричневые сапоги выше ко-лен. Серые глаза пожи/лого воина заволокла слезная дымка. Старикзаморгал глазами и протянул руки к Мескиневу;
   - Мески, мальчик мой! Ты вернулся и не один!
   - Кто это? Наш дед? - быстро шепнула Ийвэ на ухо брату.
   - Нет. - так же быстро шепотом ответил Мескинев. - Это Багранеф,лучший друг деда и верный товарищ. Наши дедушка и бабушка умерличетыре года назад и Багранеф остался в замке друга. Он хочет, что-бы после смерти его похоронили рядом с нашим дедом. Кстати, сес-тренка, Багранеф обучит тебя военному ремеслу. Ох, не женское де-ло держать в руке меч, клинок или арбалет, ну уж видно в такиеопасные времена мы родились.
   Мескинев, Ийвэ, Наилис спешились с коней и слегка размяли затек-шие от длительной езды ноги.
   - Эх, эх, не дождали/сь Растал и Гева внучки своей. - Багранефприжал к себе Ийвэ и та подивилась железным мускулам старика. -
   
   29.
   - Похожа, похожа, особенно на покойницу, мать Олиге.
   Багранеф распеловал в обе шеки Ийвэ, отчего та смутилась и покрас-нела.
   - Ну хватит. старина, уймись. - попытался остановить Мескинев рас-чувствованного встречей пожилого воина, но тут же сам очутился вкрепких объятиях старика. Окониив обнимать и тискать, словно про-веряя не призрак ли перед ним, Багранеф отпустил Мескинева и слег-ка склонил голову к хиилу:
   - Уж не сын ли Инглиса, Наилис, пожаловал к нам в гости?Наилис утвердительно кивнул головой и шутливо ответил:
   - Он самый, дружище Багран. Имел честь проводить от озера Навеллтвоего дорогого мальчика вместе с его сестрой. Оберегал, охранял отвсяких чудовищ и лихи/х тварей.
   Все четверо рассмеялись, потом направились во внутренний двор зам-ка. Стены первых двух этажей сплошь заросли темно-малахитовым ков-ром плюща и хмеля. Стены верхних этажей без зелени, голо смотрелисьсеробокими­ камнями. Вездесущий цепкий плющ уже не мог завоевыватькаменные высоты.
   У раскрытых дверей, на пороге появились две женщины пожилоговозвраста в длинных светло-коричневых платьях. Они улыбались ис любопытством глядели на Ийвэ и хиила.
   - Готов ли обед, молодушки ? - хитро и лукаво прищуривая левыйглаз крикнул им Багранеф.
   - Готов, готов. Не изволь беспокоится, сокол ты наш. Уж мы-толучше тебя знаем, как встречать и принимать гостей,.
   С левой стороны, где находились хозяйственные постройки и конюш-ни, спешили взять под уздцы уставших коней трое конюхов.
   - Познакомься, Ийвэ. - указывая на первого приземистого, широкого
   в плечах, лысыватого мужчину. сказал Мескинев - Глава семейства Наттелей, чтоживут здесь. Это Карев, с ним два его сына, Минал и Элеф. У дверейего жена Зома со своей сестрой Зетой. Женщины готовят еду, следятза порядком в доме. Мне ведь некогда следить, я постоянно вразъездах.
   Стоявшая рядом с Ийвэ овчарка Литта оскалилась и зарычала на нез-накомых мужчин.
   - Вот наша новая молодая хозяйка прибыла. - шумно пыхтя сказалподошедший Карев Наттель, внимательно и цепко осматриваяИйвэ.
   
   30.
   - Ну, какая я хозяйка. - потупилась Ийвэ, чувствуя, как краскасмущения заливает все ли/цо. - Я обычная деревенская девчонка.Вы уж тут со мной по-простому, без церемоний.
   - А вот не скажи, - назидательно поднял корявый палец Карев. - Выхозяйка, пускай и выросли в деревни, где все по-простому и безцеремоний, а должны знать, что принадлежите к роду Оналей. А родОналей это...
   - Узнаю милого Карева. - засмеялся Мескинев. - Без наставленийминуты не проживет. Появись здесь сам король, ты не замедлить иему поучительную нотацию прочитать.
   - Без наставлений нельзя. Вас, молодежь, денно и нощно надо учить.Едва оперившись, норовите сразу выше облаков взлететь. Советыстарших для вас - пустой звук. Дескать, пусть старичье зудит од-но и тоже каждый день, мы, мол, все равно по-своему сделаем. -при этом ое повернулся вправо и с укором глянул на старшего сынаМинала. Здоровенный Минал, выше отца на целую голову, и судя поплечищам сильнее родителя в два или три раза, как провинившийсямальчиш­ка­ шмыгнул носом и стыдливо отвел глаза от отцовского взгля-да.
   - Ты глаза-то не отводи, н е отводи. Слушай отца, пока он жив...Тут Литта не выдержала "наставлений" конюха, громко гавкнула.Карев замолчал и скосился на остроухую овчарку, скалящей на негогрозные клыки.
   - Ваша собачка, хозяйка?
   - Моя, Литтой зовут.
   - Ага, Литтой. Хорошая собачка, сразу видно из сторожевых. Ничего,для нее найдется место и работа. Бдительные сторожа с отличнымслухом нам нужны.
   Тяжелая, растопыренная, с огрубевшими мозолями пять, опустиласьна голову собаки. Литте очень хотелось цапнуть чужую ладонь, ноне могла! Уж больно привычными запахами пахло от нее: лошадинымпотом, сеном, овсом, сыромятной кожей и землей.Приняв коней, Наттели пошли к конюшням, а Мескинев, Ийвэ, Наилиси Багранеф в дом, где их ждал вкусный обед.
   В светлой, просторной столовой стоял длинный стол накрытый розо-вой скатертью с золотистой каймой. Чего только не было на нем!Вареного, печеного, домашних солений, сладких пирогов, ну и ко-нечно разнообразных наливок и вин.
   Ийвэ от обильной еды и вина потянуло в сон. Она не помнила, ктопроводил ее до спальни и уложил на мягкую, широкую постель.
   
   31.
   Проснулась Ийвэ в фиолетовой полутьме вечера. На столике го-рела лампа-ночничок, рассеивая вокруг себя приятный желто-оран-жевый свет. От этого света в спальне было по-особенному уютнои приятно. Ийвэ совершенно не чувствовала себя здесь чужой.С наслаждением потянувшись, Ийвэ поднялась с кровати и увиде-ла стул. На стуле висело красивое синие платье с золотым поясом,а под стулом голубые туфли расшитые серебристыми нитками. Тут женаходилась скамеечка с полотенцем, кувшин с водой поставлен-ный в таз.Дверь открылась, вошла жена Карева, Вома.
   - Как спалось, хозяйка? - улыбаясь всеми морщинами лица, поинте-ресовалась Вома.
   Ийвэ передернуло от слова "хозяйка". Выросшая в деревне в нелег-ком, но честном труде у Дратта, привыкшая больше подчинятся,чем приказывать, нелегко сразу свыкнуться с мыслью, что к нейобращаются, как к главной - с почтением и уважением.
   - Знаешь, Вома, не называй меня хозяйкой. Л понимаю твое вос-хищение перед благородством Оналей, только ты зови меня Ийвэ ивсе, и никаких хозяек.
   - А разве у... - Вома неожиданно умолкла. Однако смекнув, разновой хозяйке нравится странное имя Ийвэ, а не первоначальноеЕнналь­,­ которое не раз упоминалось в стенах Малорка, то пустьостается Ийвэ.
   Вома помогла умыться и одеться. В синем платье до по-ла, с золотым поясом, с причесанными волосами, Ийвз удивитель-но похорошела и повзрослела.
   - Вылитая Олиге, вылитая. - тяжко вздохнув произнесла Вома,поправляя воротник на платье Ийвэ.
   - А ты помнишь мою мать?
   - Еще как помню, голубка моя. Но это длинный разговор, а я нехочу утомлять тебя перед ужином. Время у нас будет, я все чтопомню расскажу о твоей матушке, теперь же посвешим чай пить.
   В столовой сидели лишь Багранеф и брат, хиил Наилис отсутствовал.Багране­ф­ уже переоделся в тонкую шерстяную рубашку, темно-се-р/ые штаны и черные замшевые полусапожки. Мескинев одет так же,только вместо шерстяной рубашки, тонкая шелкавая сорочкаматово-белого­ цвета, с широким воротом.В бронзовых кандах горели свечи, в чашках дымился чай.
   - Наили/с отдыхает еще? - спросила Ийвэ брата.
   - Наилис уехал на озероБелых чаек - Паноле, к мудрому хиилу
   -
   32.
   отшельнику Лаутису. Он должен договориться с ним об обучении те-бя языка Либбов и многому другому.
   - Ну те/перь начнется зубрежка каждый день. - недовольно пробур-чала Ийвэ.
   - Вовсе нет. Лаутису с первого взгляда будет ясно чему учить тебя,а чему нет. Не защищенные чарами избыток знаний окажется для вра-га ценным подарком. Езди/ть в сопровождении Багранефа к Лаутисуначнешь со следующей недели и по определенным дням, я потом ска-жу каким. А сейчас садись, чай стынет.
   Дни в Малорке потекли быстро и незаметно. Ийвэ обследовала замокот винного погреба до пыльного чердака с разным хламом, совами илетучими мышами. Потом подсобные помещения, хозяйственные построй-ки и конечно конюшни. Каждое утро Ийвэ навещала своего любимца Ба-рая, угощала коня изюмом или кусочками сахара.
   - Нельзя так, хозяйка, нельзя. - кряхтел за ее спиной Карев. -Избалуете вы коника. Разве я не пою, не кормлю лошадок отборнымкормом? Все лучшее им! Карев похлопал рукой по лосняйщейся шееБарая.
   - Ты уж не обижайся, Карев. Горсточка сухофруктов не повредит та-кому скакуну.
   - Как знать, хозяйка, как знать. - не успокаивался Карев.
   Ийвэ выходила из конюшни, а следом неслось тоскливое ржание Ба-р/ая явно скучавшего без хозяйки.
   Четыре дня в неделю Ийвэ ездила с Баграном к отшельнику Лаутису.Остальные три дня уходили на изучение и освоение военного ремес-ла.
   Поначалу Ийвэ казалось легким делом держать в руках лезг и махатьим направо и налево. Но если владеть мечом целый день, то руки на-чинали н/еметь, а пальцы дрожать. Багранеф не жалел сил и терпения,порой сама уставал, однако не подавал виду перед ученицей.Красная, вспотевшая, сверкая глазами словно дикая кошка, Ийвэ вновьи вновь поднималась за выбитым ловким ударом Баграна лезгом икидалась на учителя в надежде хоть раз победить.Закаленный в битвах опытный воин втихомолку улыбался глядя на не-удачные попытки Ийвэ одолеть его. Только один раз ему было не сме-ха.
   Сидя вер/хом на коне Ийвэ с тайной радостью заметила, что Багра-неф соверненно не умеет управлять ногами... Нет, что ни говори,старый вояка был отменннм наездником. Такого выбить из седла могдалеко не каждый.
   
   33.
   Ийвэ незаметно, носком пр/авого сапога мягко надавила под реб-ра Бараю. Конь послушно повернулся направо," Ай умница мальчик! - мысленно поблагодарила Ийвэ коня. - За-помнил Барай мои утренние и вечерние прогулки."Теперь обе руки свободны. Крепко сжав рукоять лезга, сдавив каб-луками бока Барая, Ийвэ ринулась на Багранефа и выбила таки мечи з руки воина.
   Хорошо закаленная сталь глухо звякнула. Сам Багранеф едва не вы-валился из седла, но вовремя удержался. Ийвэ издала громкий, ли-кующий клич и внезапно умолкла увидя изменившиеся лицо Баграна:сначало удивленное, а потом разъяренное и жестокое.Быстрее броска змеи метнулась правая рука воина. Пальцы железны-ми тисками больно сжали запястье Ийвэ, да так, что у той непро-извольно выступили слезы, а из посиневших пальцев выскользнуллезг и упал на землю р/ядом с мечом Багранефа.
   - Яу-ка девонька, колись, кто тебя таким штучкам научил? Думаешь,раз я старый дурак, значит и одурачить меня можно? Сначала я непонял, почему ты ноги и з стремян освободила, а теперь оказыва-ется вот оно что.
   - Пусти-и... - жалобном взмолилась Ийвэ. - Тут никакой хитростинету.
   Багранеф разжал пальцы, Ийвэ машинально принялась растирать крас-ное запястье.
   - У нас в Нессмери, каждый мальчишка умеет ногами управлять ко-н ем. Сама не раз с подружками бегала на луга, там ребята нас инаучи/ли.
   - А ребят ваших кто?
   - Говорят переняли у халевских коневодов и пастухов, а что, развеэто плохо?
   - Хорошего здесь мало. Такое управление конем называется - нох.Пришло оно из далеких степей Сумархана. Всадники Рагруота отлич-но владеют нохом и подло используют в битвах, притворяясь сначалабудто н е знают ноха. Я сам не раз видел сколько погибло храбрыхнаездников поверивших, что ченги или татни не владеют нохом.Твой мальчишески нох не так уж и совершенен и отработан, как уврага, но вижу Барай знает самые основные команды. Коня ты выучи-ла во время прогулок, н е так ли?
   - Так. - еле слышно проговорила Ийвэ, утирая слезы. - проститеменя, Багранеф. Вы брату ничего не говорите, пусть он не думаетобо мне плохо.
   -
   34.
   Старик достал из кармана платок, вытер слезы своей подопечной.
   - Мески владеет нохом не хуже вражеских всадников. Я тебя про-щаю. Ведь ты сделала это из-за тщеславия и моей муштры. Эх, де-вонька ты моя, когда-нибудь скажешь спасибо за мое нелегкое обу-чение. Теперь подними мечи, начнем все сначала. И еще, дав креп-кое слово воина, что ни одна душа не узнает о твоем бесчестномпоступке. Действительно, никто потом в Малорке не узнал об этомнеприглядном случае.
   Пролетел август, наступил сентябрь, но осень была где-то в путии не спешила вступать в свои владения. Лиственные леса по-преж-нему зелены, хотя кое-где уже замелькал желтый и багряный лист.Солнце светило мягко, умеренно, на полях, в садах и огородах со-бирали урожай. В один такой те/плый, ясный день, смахивая иног-да паутинки с лица, Ийвэ сидела вместе с братом на дозорной баш-не осматривая окрестности.
   Мескинев только что вернулся из очередной облавы на уска-оборотня.По местным весям и округе поползли тревожные слухи. Лесничие ви-дели подозрительные следы не схожие ни с одним звериным следом.Кому-то из охотников показалась жуткая тень похожая на человека,но с волчьей головой, с горящими красными глазами.Были тщательно проче/саны самые темные уголки букового леса, оврагиложбины, ямы. Вспугнули лишь две волчьи стаи, которые охотилисьна своих территориях и ничего общего с уском- оборотнем не имели.О пропаже людей пока ничего не сообщалось.
   " Затаился гад. - с тревогой думал Мескинев. - Давно такой напас-ти не появлялось в наших лесах. Случайно это или нет? Неужелиищейки из Барага что-то пронюхали? Только оттуда мог прибыть уск-оборотень. Страшное порождение колдунов ильгенов. Ильгены и ихподручные ученики стуны отлавливали обычных серых волков, и послепревращали в черных, злобных тварей. Может уск—оборотень при-нял облик одного из следопытов или охотника, и сам принимаетучастие в облаве. Ату, его, ату! А сам, мерзавец, посмеиваетсяпро себя. Ловко, дескать, я их одурачил."
   - Что за горы там в дали? - махнула рукой на северо-восток Ийвэ.-Почему я их раньше не видела?
   - А? - переспросил Мескинев, не сразу расслышав вопрос сестры из-за тревожных мыслей.
   -
   35.
   - Что за горы виднеются н а северо-востоке?
   Брат прищурил глаза, пальцами смахнул паутинку с ресницы.Далекие дымчатые дали , как бы приподняли свои серо-голубые зана-весы, показав таинственную черную зубчатую линию.
   - Это край Утанского Хребта, который тянется далеко на север.У его подножия когда-то находилась крепость Пестболл.
   - Я не думала, что они так близко.
   - С высоты расстояние кажется ближе. На самом деле до них на-до долго добираться. Обычно те горы не видны, только в ясные,сентябрьские дни можно разглядеть острые пики Утанского Хребта.
   - Мы туда когда-нибудь съездим?
   - Наври ли. Я бы туда и в мирные дни не поехал, не стоит лиш-ний раз рисковать. Да и что там смотреть? Жалкие руины некогдамогучей крепости? Нет, сестра, не думай об этом. К тому же ты незабыла, что пора к Лаути/су ехать? Багран сопровождает тебя?
   - А как же, Мески. По дороге туда и обратно он не перестаетучить меня владеть ле/згом. Некоторые приемы я знаю, могу по-казать.
   - Не сейчас, сестрен/ка. - усмехнулся Мески. - Я обучался годами,а ты всего два месяца.
   Ийвэ покраснела и обиженно надула губы:
   - Я свое наверстаю! - пообещала она брату и поспешила вниз пошершавым каменным ступенькам.
   - Совсем еще девчонка. Хорохорится, как молодой ястребок! - рас-смеялся Мескинев, однако мысли о не пойманном уске-оборотне за-ставили его вновь нахмуриться.
   Возращаясь обратно от пещеры хиила Лаутиса, Ийвэ посмотрела наБагранефа и негромко прои/знесла:
   - Тебе не кажется, Лаутис сегодня странно меня напутствовал и ос-терегал: " Береги себя, будь осторожней. Рагруотовы лазутчикихитры и коварны." Сколько дней мы к Лаутису ездим, ничего такогоя не слышала от хиила. Чего он испугался? Мы неплохо вооружены,ты всегда рядом. Да и оборотня никто толком не видел. Помере-щилось кому-то в темн/оте, глаза совы за иуска-оборотня приняли.
   - Опытный охотник, лесник или следопыт никогда не спутает сови-ные глаза с глазами н ечести. - сказал Багранеф, внимательно ози-р аясь кругом. - А тебе и брату совсем никчему, чтобы в нашихокрестностях шастал уск-оборотень.
   Внезапно, в буковой чаще, с левой стороны послышались четкие,
   
   36.
   громкие звуки охотничьих рогов и отдаленный лай гончих. Тотчас справой стороны прозвучали ответные сигналы, но поглуше.Багранеф облегченно вздохнул:
   - По крайней мере, мы не одни в лесу, а раз не одни, давай повторимвчерашний урок.
   Багранеф не договорил последнего слова, как лезг уже сверкал стальюв руке Ийвэ.
   - Неплохо, девонька, неплохо. - похвалил воин свою ученицу. Нолишь мечи скрестились, из-за кустов орешника неожиданно выскочилина лесную поляну семь испуганных косуль. Их большие черные глазаизлучали страх, совсем близко раздался звук рога, а тут еще двоелюдей с мечами... Однако самая старшая рискнула. В четырех шагахот Багранефа пролетели рыже-коричневые мускулистые тела и скрылисьв зарослях молодых кленов. Рука ветерана непроизвольно дрогнула.Лезвие меча коснулось большого пальца Ийвэ, та вскрикнула от бо-ли.
   - Ах ты нелегкая мен/я возьми! - тихо выругался Багранеф. - Под-вели меня старого остолопа рыжие бестии. Беги скорей к ручью, смойкровь. Л наберу подорожников.
   Ийвэ морщась слезла с Барая и поспешила к ручью журчавшего непода-леку в маленьком овражке.
   Уск-оборотень устав от многочисленных облав, быстрого бега и изнываяот жажды прокрался к ручью и начал лакать воду." Почему за мной бешенную охоту устроили? Всполошились ровно переднашествием черных клещей. У-у, жалкие смертные! - с ненавистью по-думал уск-оборотень, облизывая красным языком желтые острые клыки.-Сколько наших внедрилось в эти противные светлые леса и ни за однимтак не гонялись, как за мной. Что-то здесь не так. Ничего, уляжетсясуетня и беготня, разузнаю до мелочей. Мне бы только добраться допасеки Цопака. Старик живет один, семьи нет, торгует медом. Фу, ка-кая гадость мед! Убить старого пасечника, принять его облик, атам хоть все деревья с корнями повыдергивайте, меня вам не найти.Дайте срок, я напьюсь вашей красной крови и до отвалу нажрусь ва-шего мяса!" Уск-оборотень проглотил голодную слюну вместе с водойи резко поперхнулся. Он судорожно схватился за. горло пальцами об-росшими жестким черным волосом, острыми когтями чуть не разорвалсебе глотку. Уск-оборотень отплевывался и задыхался, язык вспухи посинел. Все нёбо жгло будто от колдовской кислоты. Едва неиспустив дух, выпученными глазами он уставился на прозрачную во-ду ручья. Придя немного в себя, уск-оборотень наклонился, понюхалводу. Пробовать еще раз он не стал, уже и так было ясно.
   
   37.
   Кто-то, выше по течению ручья промывал рану. Кровь простогосмертного, но какая кровь!
   Жесткая шерсть встала дыбом на загривке уска-оборотня. Кровь,даже сильно разбавленная водой, едва не принесла ему смерть!Впервые в жизни уск-оборотенъ испугался. Ни с чем подобным онне сталкивался. Надо проследить, Кто промывает рану.Каргальский лазутчик начал осторожно красться по берегу ручья,хоронясь в густом вербняке и лопухах. Вот сорока помешала ему.Белобокая застрекотала сигнал тревоги на весь лес. Красные глазауска-оборотня посмотрели на птицу, стрекот оборвался. Безжизненнымкомком черно-белых перьев упала сорока на землю." Так-то лучше!" - злобно ощерился уск-оборотень продолжая ползтина брюхе к желанной цели и цель была увидена.
   На узком песчаном бережку сидела на корточках молоденькая девушкав мужском охотничьем костюме. Вот она выпрямилась, обметала бе-лым платочком раненый палец.
   " И эта соплячка могла убить меня и испугать до смерти не хужеогненной ямы в Бараге?!" - уск-оборотень еле сдержал ярость и же-лание набросится на девчонку, чтобы растерзать ту на мелкиеклочки. Пусть он и издох бы от ее крови! Нет, надо обождать. Тер-пение, еще раз терпение. Терпеливых всегда ждет награда. Черныекогти глубоко вошли в дерн разрывая и обнажая желто-белые ко-решки растений и трав.
   Уск-оборотень проследил девушку до поляны, где находились дваконя и пожилой воин . Кровожадный злыдень недобро усмехнулся:" Не так уж вы и страшны, стар, да млад. Я не я, если не за-маню вас на пасеку Цопака."Ийвэ с Багранефом скакали по утоптанной лесной тропе.
   - Не сильно болит? - сочувственно спросил Багран, косясь на пе-р/еревязанный палец подопечной.
   - А, пустяки. - отмахнулась она. - Ты ничего не чувствуешь, Баг-ранеф, кажеться дымом пахнет?
   Багранеф остановил коня:
   - И правда пахнет дымом. Тянет со стороны Чернотропья, где нахо-дится пасека Цопака. Неужели у него ульи загорелись?
   - Надо скорей помочь старику затушить огонь. -забеспокоилась Ийвэ.
   - Ты права, нужно помочь. Дождей давно не было, лес сухой сто-ит. Лесной пожар быстро разгорится.
   Пришпорив коней, они помчались в сторону Чернотропья.
   
   38.
   На обширной поляне полукругом возвышались тридцать колод-уль-ев. Три из них горели ярким пламенем. В сизо-белом дыму мета-лась фигура пасечника Цопака. Он вопил и жалобно причитал, ноего крики заглушал гул растревоженных дымом и огнем пчел.Багранеф с Ийвэ оставив коней, принялись спасать колоды. Ийвэ но-сила воду из колодца, Цопак поливал, Багран засыпал землей язы-ки огня. Дружными усилиями пламя затушили.
   Все трое воззрились н а обгорелые колоды и многочисленные тру-пики пчел.
   Сивые брови, усы, борода Цопака опалены огнем, тонкие губы дро-жали, а из мутно-голубых глаз текли слезы:
   - Старый я пень! Ну как меня угораздило! Детки, мои детки. Мне,трухлявому, надо сгореть вместо вас!
   - Да как же ты оплошал, Цопак? - удивился Багран. - Более уме-лого, опытного пчеловода не сыщешь в здешней округе.
   - Как, как. - вскричал сквозь слезы Цопак. - Верно люди говорят:"старость не радость". Сколько я годков кукую тут один в глуши
   и не сосчитать! Всегда в наших лесах тихо было, а тут гляди-ка:в рога затрубили, собаки разлаялись. Я тем временем дымком детококуривал, ну и я старый дурень рот раззявил, уши развесил, дес-кать че/го они расшумелись, пчелок моих пугают. Пока думал, даприслушивался, видно уголек и попал на колоду. А она старая- пре-старая, суше соломы, вот и занялась. Кинулся к колодцу за водой,вторая и третья колода занялась. Горе мне, старому, горе!Хитрый уск-оборотень сам поджог ульи, а настоящий, но уже уби-тый Цопак лежал зарытый под корнями большой липы.
   - Что ж, бывает и хуже, да мертвых пчел не вернешь. - принялсяутешать Багранеф пасечника и обратил внимание на пчел, которыеуже не раз ужалили своего хозяина.
   Заметив подозрительный взгляд пожилого воина, уск-оборотеньснова вывернулся:
   - Пойдем-те скорее в дом. Я вас медом угощу, а то детки мои нена шутку разозлились. Да, я виновник! Так мне старой раззяве инадо! 0-ох, каких пчелок загубил.
   Ийвэ и Цопак вошли в дом. Багранеф увел коней под летний навес,подальше от разъярен/ных пчел.
   Казалось деревянные стены дома Цопака пропитаны запахом меданасквозь, пахло и засушенными травами. Особенно выделялись аро-маты душицы, мяты, липового цвета. На столе, на льняной скатер-ти красовалась расписн/ая глиняная посуда. В мисочках золотился
   
   39.
   мед, из широкой плоской чаши выглядывали порезанные ломти белогохлеба.
   - Садись нежданная спасительница, угощайся. Медок у меня, во! -глаза Цопака закатились от восхищения под самый лоб.
   Ийвз уже успела проголодаться и у ней невольно набегала слюна привиде цопанского угощения. Однако по непонятной причине Ийвэ нехотелось есть ни меда, ни хлеба.
   - Не обижай старика, дочка. Съешь кусочек, не растолстеешь. Тебеполезно, вон какая худенькая, ровно тростинка у воды. Да и знатьпора, что в меде вся сила. Пчелки мои на славу потрудились.Перестав­ колебаться, Ийвэ села на лавку, придвинула к себе мисочкус медом, обмакнула хлеб, потом откусила кусочек и улыбнулась.Старый пасечник не врал и не преувеличивал. Мед был восхитительный!Подли­вая­ Ийвэ в кружку медвяного налитка, Цопак подбадривал гостью:
   - Ты не стесняйся, ешь побольше, когда вы еще ко мне загляните.
   В последнее время, все спешить куда-то начали. Дела, дела, говорят.И обрастай тч старый Цопак мхом до земли. Хотя, что я говорю. Сре-ди пчелок моих мне не скучно.
   Под воркотню Цопака Ийва съела еще ломоть хлеба обмазанного медом,в это время распахнулась дверь, вошел Багранеф.
   - Давай, Багран, по кружечке пивка выпьем. - обратился к пожило-му воину Цопак. - Сам варил, сам настаивал. Готов поспорить на всесвои улья, такого пива ты нигде не пил.
   - Любишь ты Цопак загнуть. - шумно садясь рядом с Ийвэ, веселосказал Багранеф. - Давай наливай, да кружки побольше тащи!
   - Сейчас, сейчас. - засуетился Цопак.
   На столе вмиг возникли две обливные глиняные кружищи и бочонок спивом.
   Сделав первый внушительный глоток Багранеф охнул, крякнул и удовле-творительно причмокнул языком:
   - Закусай тебя, шершень, лесная ты шельма. Славное пивцо, так всегои пробрало насквозь. Надо к тебе почаще заезжать.
   - Всегда буду рад гостям. - осклабился Цопак, а у самого внутривсе кипело и переворачивалось от злости.
   После третьей кружки пива, веки БагранеФа отяжелели, неожиданный сон
   навалился на него, и старый воин громко захрапел. За столом
   спала и Ийвэ держа в руке недоеденный хлеб с медом.
   " Вот глупцы! - радостно потер руки уск-оборотень Цопак и глаза
   его загорелись красным огнем. - А эта дура со своей кровью не
   почуяла, что я сонное зелье в пиво и в мед подмешал. Хотя колебалась
   
   40.
   маленько, да голод свое взял. Интересно, догадывается девчонкакакая у нее кровь или нет? Очень подозрительно для смертной.Надо кое-кому весточку передать, пусть потом в Бараге разбира-ются, что к чему. А я попробую тем временем на нашу сторону дев-ку перетянуть. Посмотрим как ее кровь с моими чарами справится."Уск-оборо­тень­ осторожно раздвинул ранку, плюнул туда три разашепча злобные наговоры. Затем проколов острием ножа свой палецнадавил капли черной крови в ранку девушки и завязал обратноплатком.
   Ийвэ проснулась с неясным шумом в голове, в глазах плыло, ногипочти не держались.
   - Давай милая, собирайся домой. - услышала она знакомый голоспасечника Цопака.
   - У меня в глазах плывет все.
   - А это от дыма должно быть, угорела ты немножко.Цопак выпроводил Ийвэ за дверьи и усадил на Барая.
   Странно повел себя конь. Он перестал слушаться, норовил сброситьхозяйку, укусить ее за ногу. Ийвэ мгновенно воспылала ненавистьюк своему любимцу. Не бравшая никогда плетки, Ийвэ прямо остерве-нилась. Сломав гибкую ветку орешника, принялась нахлестывать бо-ка коня, злобно приговаривая при этом:
   - Не слушать меня, упрямая тварь! На вот тебе за брыкание! Навот тебе за кусание! На, на!!
   Барай завизжал от боли , взвился на дыбы. Ийвэ не удержалась ишлепнулась об толстый коре/нь бука. Заорав от ушиба и ярости,выхватила лезг из н/ожен и кинулась в догонку за конем. Да кудатам. Обезумевшее от побоев и страха животное неслось быстреелесного оленя.
   Сгущались тихие сентябрьские сумерки. Пора давно вернуться до-мой Ийвэ да старине Багр/ану. Но они почему-то не возращались.В замке встревожились и забеспокоились. Мескинев приказал сед-лать коней и отправляться на поиски. Тут часовые услышали кон-ский топот. Открыв ворота, увиде/ли несущегося Барая без Ийвэ,не было и Багранефа с Аддаем.
   Конь испуганно заметался по двору, он жалобно ржал и не давалсяв руки.
   Выскочившая из сарая Литта глухо взвыла глядя на мечущегося Ба-р ая.
   Кареву и Миналу удалось поймать коня за уздцы. При виде окровав-ленных боков Барая, Карев в ужасе всплеснул руками:
   
   41.
   - Это что же делается? Бедного коника исхлестали до крови, загнали
   до полусмерти. Какая паскуда сидела на нем? Ах ты бедняжка! На-каскорее сладенькое, успокойся, все будет в порядке. Я тебя, славно-го, в обиду не дам, а твоего обидчика самолично выпорю кнутом безвсякой жалости.
   Барай перестал рваться в стороны, но продолжал вздрагивать всемтелом. Отец с сыном отвели коня в конюшню.
   - Стой, кто идет! - закричали часовые заметив среди лиственницодинокую Фигуру.
   - Я. - донесся голос Ийвэ.
   - А Багранеф где?
   - Понятия не имею. Шляется поди по лесу, старый хрен. - грубо от-ветила Ийвэ.
   Литта услышав голос хозяйки бросилась навстречу, но зло уска- обо-р/отня идущие от Ийвэ остан/овило собаку и заставило яростно за-рычать и оскалиться.
   - П-шла! Брысь, негодная! - накинулась на овчарку Ийвэ. Она бызверски избила собаку, однако та отбежала на безопасное расстоя-ние и разразилась злым, захлебывающим лаем.
   - В чем дело, сестра? Ты не заболела? - подбежал Мескинев и вужасе отшатнулся. Лицо Ийвэ приобрело бледно-меловой оттенок, се-рые глаза омертвели, в черных, расширенных зрачках полыхали недоб-рые багровые огни. Рот дико перекосился. Из левого уголка рта тек-ла тонкая струйка слюны.
   - А, братец дорогой. - прохрипела Ийвэ медленно вытаскивая лезгиз ножен. - Ты говоришь обучался годами, давай померимся силами,посмотрим кто- кого.
   Страшно закричав Ийвэ бросилась на брата, целясь острием лезгапрямо ему в сердце. Лишь многолетняя выучка и мгновенная реакцияспасла Месикнева от страшного удара сестры.
   Часовые бросились на выручку Мескинева. Поймав на лету брошенныйчасовым меч, он принялся отражать яростный натиск сестры.С жалостью и страхом смотрел Мескинев на озверевшую ИЙвэ, та про-должала с неженской силой биться, задавшись одной целью - убитьего.
   На дикие, истошные крики и звон стали спешили из конюшни Наттели.Карев догадался прихватить широкую плотную лошадиную попону. Ми-нал нес веревки в руках. Выбрав момент, старый конюх набросил намолодую хозяйку попону, а Минал привычными движениями крепко свя-зал ноги и руки Ийвэ. Даже связанная, она мычала и хрипела сквозь
   
   42.
   попону, продолжая крутиться и выворачиваться.
   Страшная догадка пронзила Мескинева, он не хотел этому верить,
   увы, зло было налицо.
   Отдав меч часовому, выте/рев мокрый от пота и напряжения схваткилоб, Мескинев крикнул Миналу, чтобы тот быстрей стрелы мчался кЛаутису.
   Он единственный ближайший хиил мог снять чары уска-оборотня.Только­ у него хранились ценные редкостные травы, которые в Свет-лых Землях давно стали легендами.
   Белый, грязный платок на большом пальце сестры привлек вниманиебрата. Едва тот протянул руку, чтобы развязать узел, чей-товластный голос приказал ему остановится:
   - Не смей развязывать, Мескинев!
   Синие, как озерные волны, глаза Лаутиса сверкали грозным преду-преждающим огнем. Нагнувшись над несчастной, хиил осторожно при-нялся развязывать платок. Прошептав отводы, снял платок, потомтут же самолично сжег его. Далее, острым ножичком сделал надрезв ранке. Поначалу хлынула черная кровь, затем красная. Ийвэ за-стонала, перестала би/ться.
   - Я знал, я предчувствовал. Хорошо, что вовремя пришел и Миналуне надо ехать за мной.. - заговорил Лаутис завязывая тонким, го-лубым лоскутом ранку пострадавшей. - Я же предостерегал обоих. Да,это наговоры, слюна и кровь уска-оборотня. Как он мог обмануть Ий-вэ, тем более старого опытного Багранефа?
   Все в недоумении молчали и никто не ответил на вопросы хиила.
   - Самое странное, - продолжал Лаутис, распутывая веревки и снимаяпопону с головы притихшей Ийвэ, - уск-оборотень оставил ее в жи-вых и сделал все возможное, чтобы зло вошло в девушку. Обычно этитвари убивают, разрывают на куски тех, кто попадается им на пути.А тут оборотень явно что-то почуял в Ийвэ. Постойте-ка, пальцыдевушки пахнут медом...
   - Медом?! - вскричал Мескинев. - Самая близкая пасека у Цопака вЧернотропье. Каким ветром сестру и Баграна занесло туда?
   - Черным ветром из Каргала. Нужно немедленно проверить пасеку.Мне кажется у Цопака творится неладное. - сказал Лаутис. - Езжай,Мескинев, я присмотрю за сестрой.
   Отряд из десяти воинов во главе с Мескиневым поскакал в темнотулеса освещая себе путь факелами. По дороге им встретился дозорлесных хиилов-маинехов. Те спешили с радостной вестью в Малорксообщить об убитом уске-оборотне, которого всюду разыскивали.
   
   43.
   Мескинев в свою очередь сообщил о несчастье постигшем его сестру
   и о пропавшем БагранеФе. Хиилы-маинехи предложили свою помощь в
   розыске пожилого воина и повели отряд более короткой дорогой к
   Чернотропью.
   Под летним навесом обнаружили растерзанные останки коня Аддая.
   Самого Багранефа в доме, на полу, с разорванным горлом. Труп Цо-
   пака нашли лесные хиилы под большой липой.. У старого пасечника
   тоже было разорвано горло.
   Мески упал на колени перед Багранефом, не веря, что он мертв.
   Пожилой воин бчл так же дорог для него, как и строгий дед Растал.
   - Бедный старина Багран . Ужасная, нелепая смерть. Он хотел по-гибнуть в честном бою, н о на деле подло и коварно убит уском-оборотнем. Я же все равно похороню тебя с великими почестями, какположено заслуженному воину, рядом с твоим лучшим другом, моим де-дом. Готовье носилки , срубите для них крепкие сучья деревьев! -обернулся он к воинам, те немедленно принялись исполнять приказа-ние Мескинева.
   Вернувшись в Малорк, Мескинева ждала еще одна неприятность.Лаутис ничего не скрывая сообщил, что дела у Ийвэ обстоят намногохуже, чем он думал.
   - Кровь уска-оборотня я вывел до последней капли, а вот слюна ус-пела глубже проникнуть в тело и частичка зла осталась там. Срочнопосылай гонцов к Дилогору, к горе Мак-Хъё, у медных рудников Крае-хара. Мудрый Дилогор древнее меня, он один сумеет полностью исце-лить Ийвэ. Сейчас она спит, но сон может затянуться и перейти вдлительное забытье из которого твоей сестре трудно самой выйти.Если вовремя она не очнется, то я не ручаюсь, что Ийвэ проснетсячеловеком.
   Слушая горькие слова хиила, Мескинев не мигая смотрел на бледноелицо сестры, на хищно оскалившийся рот, на заострившийся подборо-док.
   - Не медли, Мескинев! - прикрикнул Лаутис, видя что тот не двига-ется с места.
   От окрика хиила, Мескинев вздрогнул и быстрыми шагами пошел к себев комнату. Написав послание Дилогору, сам отобрал надежных, вынос-ливых воинов и те не мешкая умчались на самых быстрых конях в ночь.
   ... Прозрачный сентябрьски/й день пахнущий прелым листом, яблокамии медом, неожиданно сменился тусклыми, дымчатыми сумерками. Откуда-топотянуло холодком, сыростью. Сладкий залах меда и яблок переменился
   
   44.
   на тошнотворно-гнилостн­ый.­
   Босая, с распущенными волосами, в длинной белой рубахе, Ийвэ недо-уменно озиралась по сторонам.
   Кругом темные, зловешие курганы окутанные прозрачными белесоватымиполоскам­и­ тумана. Старые могилы с треснувшими от времени надгроб-н/ыми плитами. Жуть и остуда пробрала Ийвэ с головы до пят, зубызастучали от холода и страха. Живо вспомнились страшные историио мертвяках, которые она слышала дома в Нессмери." Где я? куда попала?" - с нарастающим ужасом подумала бедная Ийвэ,переминаясь с ноги на ногу на одном месте и боясь сделать хотьодин шаг в сторону.
   - К нам..., к нам! - вдруг послышались везде и всюду глухие ши-пящие голоса идущие снизу из под черной рыхлой земли, курганов имогил.
   Неясные тени замаячили перед Ийвэ. Не то желтенькие огоньки то-неньких свечек, не то зеленые глаза ночных хищников засветилисьв сгущающихся сумерках.
   Не понимая как она сюда попала и еще тем более не зная, как вы-браться из этого жуткого места, Ийвэ захотелось кричать и пла-кать от бессилия и беспомощности. Но крик не шел из горла, а слезыпревратились в льдиночки застыв на ресницах.
   Высокий черный призрак выделился из клубящихся теней и подошел уполумертвой от страха Ийвэ. Некогда призрак был статным, сильнымвитязем. На нем сохранились погребальные одежды, позолоченные латы.
   - Ты, новенькая, иди за мной. - приказал Ийвэ призрак.
   - Нет, я не могу. - еле слышно пролепетала она немеющим языком,
   с ужасом глядя в аспидный провал шлема, где мерцали два зловещихголубоватых огонька, которые потихоньку наливались красным гнев-ным светом.
   - Можешь! - угрожающе прошипел призрак и подтолкнул Ийвэ вперед. -Иди, не бойся. Ты не пожалеешь. Я должен показать тебя нашему хо-зяину.
   - Да, да, да! - зашипели повсюду голоса мертвяков. Нашему славно-му хозяину. Иди, иди к нему. Он сделает обряд посвящения и ты ста-нешь наш-шей, наш-ш-шей...
   Смутные, расплывчатые тени замельтешили, закружились, взлетеливверх, завыли, застонали, закричали.Ийвэ даже расслышала слова какой-то песни:
   
   45.
   Кто в Немару попадает,Тот обратно не вернется.Бе/лый свет пусть забываетИ в земле здесь остается.
   Череп, кости, крышка гробаМы сведем с ума любого.Черви, плесень и туманЭто вовсе не обман!
   Содрогнувшись от жуткой песни, Ийвэ попыталась шагнуть. И странноедело! Босые ступни по щиколотку погруженные в рыхлую землю, как-тосами собой высвободились и почти не касаясь поверхности Ийвэ за-скользила прямо, без всяких усилий, туда куда подтолкнул призракв латах.
   Тонкие струйки тумана раздвигались перед ними. Черная, жирная по-чва шевелилась, словно кто-то внизу разгребал над собой землю, пы-таясь вылезти наружу. Все чаще попадались разбросанные тут и тамжелто/белые человеческие черепа и кости.
   Вот Ийвэ плавно опусти/лась на две широкие из черного мрамораплиты. Ледянющий холод пронзил голые пятки, судорогой свел колени.От плит вниз вели десять ступеней и кончались у две-рей склепа...
   Обитые проржавевшим железом, двери склепа сами со скрипом раство-рились.
   - Кто там? Кто посмел меня потревожить? - донесся из непрогляднойтемени склепа злобный голос, от которого Ийвэ задрожала и упаланиц. Но еще больше ей захотелось подчиниться этому ужасному нече-ловеческому голосу.
   Черный призрак в латах спустился по ступеням вниз:
   - К нам прислали новенькую. Она из Маложивущих.
   - Зачем шлют такую мелочь?
   - Это не мелочь. Девчонка особенная, так говорит заклятие на нейналоженное уском-оборотнем.
   - Особенная? - загремел устрашающе голос. - А ну веди ее сюда, на-до разобраться в чем тут дело.
   Повинуясь мысленному чужому приказу из склепа, Ийвэ поднялась с ко-лен и только занесла ногу на первую ступеньку, как чей-то очень зна-комый голос шепнул ей в самое ухо.
   - Не смей, иначе погибнешь!
   - Да я и так уже умерла. - равнодушно ответила Ийвэ.
   -
   46.
   Большой палец правой ноги почти касался холодного мрамора первойступени.
   - Чего она медлит? Живо спускайся! - яростно закричал ужасный го-лос из склепа.
   Волна невыносимого холода, страха, немедленного подчинения захлест-нула и потащила ее вниз. Вдруг падение прервалось ярчайшей вспыш-кой. Еще не потеряв окончательно сознание и волю, Ийвэ заметила,как с грохотом закрылись двери склэпа, как истошно взыли голоса,посылая вслед проклятия и обещая за ней вернуться вновь, как тош-нота подступила к горлу и весь желудок вывернулся наизнанку...Почувств­овав­ на лбу крепкую теплую ладонь, Ийвэ с трудом приот-крыла веки. Сначала показалось, что над ней склонился Купин Дратт.
   - Купин... - прошептала она.
   - Нет, это не Купин, детка. Это я, Дилогор. Давай просыпайся. Тыдостаточно долго слала. - мягко пророкотал голос вековечного Ди-логора.
   Ийвэ широко раскрыла глаза. У кровати, на стульях сидели Дилогор,брат, Лаутис, Вома и Зета.
   - Пить хочу. - слабым голосом сказала Ийвэ.
   Вома с Зетой мгновенно встали, принялись обихаживать больную хо-зяйку. Зета подправила подушки под головой Ийвэ, а Вома поднеслак самым губам воды в кружке. Сделав несколько глотков, Ийвэ безсил откинулась на подушке .
   - 3, нет деточка, не расслабляйся. - произнес Дилогор. - Придетсятебе выпить еще и мое лекарство.
   Ийвэ с трудом выпила странное лекарство из хрустального кубка, по-хожие на красное вино. Тотчас пропала вялость, сонливость, уста-лость. Хотелось вскочить, заплясать от радости, и от нового при-лива свежих сил. Однако Ийвэ сдержала бурное волнение в крови иеще раз оглядела всех.
   - Почему я не вижу Багранефа? - спросила она.
   - Его убил уск-оборотень. Этот же оборотень заколдовал и тебя. -мрачно ответил Дилогор.
   - Как же так? Я помню мы возвращались обратно от Лаутиса, в буковомлесу трубили охотничьи рога, потом Багранеф нечаенно задел мечоммой палец, кровь я смыла в ручье. Затем тушили пожар на пасеке Цо-пака и, и... - Ийвэ запнулась тщетно напрягая память. - Нет, даль-ше не помню, только какие-то жуткие курганы, могилы, призраки,ужасный склеп со страшным голосом зовущим меня... Приснилось это,или было на самом деле?
   -
   47.
   - На самом деле, деточка. Расс/казала ты все правильно. Но напасеке вы видели не настоящего Цопака, а уска-оборотня. Он жесам и поджог ульи, чтобы дымом пожара привлечь вас. Старого па-сечника он успел убить и зарыть под корнями большой липы, а вмед и пиво добавить сонного зелья.
   - Почему он убил Багранефа, а меня в живых оставил?
   - А потому детка, что когда ты промывала кровь в ручье, ниже потечению утолял жажду оборотень. Он сразу почуял неладное в твоейкрови и догадался - ты не простая смертная. В ранку на пальце уск-оборотень добавил своей слюны и крови. Решил переманить тебя насторону темных сил, чтобы потом ты служила Рагруоту.
   - В том склепе не сам ли..., - Ийвэ не договорила, боясь осквер-нить лишний раз язык страшным именем.
   - Нет. Собиратель Тьмы не покидает Каргал. Он неотлучно сидит вБараге, смотрит в Черный кристалл Сенклет. Хотя Сенклет позволяетвидеть на небольшие расстояния. Однако следует учесть, что Рагру-оту служит целая армия лазутчиков, шпионов, ищеек, животные иптицы. С каждым днем число подручных Рагруота растет с пугающейсилой.
   - Я слышала песню про Немару, что за жуткое место?
   - Это древнее захоронение Надолимов, родственная ветвь Бантере-гов. Красивые, мужественные люди не уступающие оберегам и хиилам.
   - А далеко отсюда захоронение Надолимов?
   - Ровно два дня конного пути, строго на север.
   - И выходит я там была из-за чар уска-оборотня?
   - Да, вернее твоя душа.
   Ийвэ задумалась что-то быстро соображая, но шум дождя за окном за-ставил ее отвлечься и посмотреть на окно.
   - Какой сейчас месяц? - удивилась она глядя на голые ветви де-ревьев.
   - Начало ноября, деточка.
   - Разве?! Еще вчера был сентябрь. Мески, ты помнишь, мы сиделина дозорной башне и даже разглядели край Утанского Хребта!Брат открыл рот, но за него ответил Дилогор.
   - Несомненно Мески все помнит. Злые чары перенесли твою душу в Не-мару, а тело осталось здесь. Время застыло там подобно стоячей во-де в болоте. Тебе казалось пробыла пять минут в Немаре, но в Ма-лорке пролетели недели.
   -
   48.
   - Ужасно! Эти пять мин/ут для меня, как пять долгих лет! Никогдане забуду, особенно тот страшный голос из склепа. Он заставлялповиноватьс­я­ себе, против моей воли. Эх, жалко, жалко, Багранефа!-Ийвэ судорожно всхлипнула.
   - А ведь я вас предупр/еждал. - заговорил Лаутис. - Надо было мнес вами тогда поехать.
   - Ни вини себя, Лаутисв. - прервал хиила Дилогор. - Видно испыта-ния начались раньше, чем мы предпологали. Нужно теперьдругое спокойное убежище. Из Малорка придется уехать. На сменууску-оборотню может прийти другой, более умный и изворотливый.
   - Я думаю съездить к Ювину. - задумчиво изрек Мескинев. - Он со-гласится принять нас, и дом у него, что крепость.
   - Это тот самый Ювин Аимон из западных рыцарей в Кауманде?
   - Тот самый. - подтвердил Мескинев.
   - Что же, я не проти/в. Пусть Ийвэ поправляется, набирается сил,а в декабре отправляйтесь а Кауманд.
   - Я отправлюсь вместе с ними. Ийвэ не дом конца знает общий языкЛиббов. Остальными успехами я ее доволен, но знает она пока оченьмало.
   - Тебе не жалко оставлять свою пещеру, где столько лет провелв уединение и покое? - усмехнулся Дилогор пристально глядя нахиила.
   - Покой и уединение кончились, когда на пороге моей пещеры по-явился сын Инглиса, Наилис, и я сразу понял о чем он попросит.Я прожил два Лихолетья. Знаю, что Рагруот вновь копит силы длявойны, и я знаю, война эта будет решающая: Свет или Тьма, поэтомуне хочу оставаться в стороне и тем более отсиживаться в пещере
   не замечая ничего кр/угом.
   - Не сердись, Лаутис. Я только испытал тебя. - ободрил хиила Ди-логор.
   Лаутис улыбнулся и встал со стула, его примеру последовал Мескинев.Дилогор пожелав еще раз Ийвэ побыстрее выздоравливать, тожеушел следом за ними. В комнате остались заботливые Вома и Зета.
   
   В доме у Бвина.
   Как и до Раиманы, до Кауманда добирались скрытыми тропинками идорогами. В промокшем от ледяного январского дождя плаще с капю-шоном, Ийвэ задумалась о том, что если уже сейчас в Светлых Зем-лях приходиться таиться, всячески избегать даже малолюдных по-селений, то как же потом придется пробираться среди чужедальнихкраев и земель. И ведь самое главное куда придется пробираться?Не в соседский огород за сладким горохом, а в далекий, мрачный,наводящи/й ужас на все живое и светлое - Каргал, обиталище Ра-груота, Собирателя Тьмы.
   Ийвэ поежилась от неприятных раздумий и холодные капли с капюшонапотекли ей на нос. Но в данный момент опасаться было нечего.Ехавшая в середине конного отряда из пяти вооруженных лучников,брата и хиила Лаутиса, Ийвэ чувствовала себя спокойней и защищенной.Не хватало только Литты и Барая. Животные остались в Малоркепод присмотром Наттелей. Несмотря на ласковые уговоры и лаком-ства, Барай помня перржитый страх в лесу, по-прежнему боялся ипугался Ийвэ. Пришлось оставить коня в покое и заменить Натраем,статью и мастью не уступающий Бараю. Лишь верная Литта, послеисцеления Ийвэ, обли/зала своей хозяйке руки и лицо, а Ийвэ ог-лядев округлившиеся бока овчарки, печально вздохнула. 3 такомположении собаку в Кауманд не возьмешь. Карев сказал, что в на-чале октября, в Малорк, пару раз заезжал лесничий Даркеф, а Дар-кефа всегда сопровождает здоровущий, черный пес Акран...Внеший вид дома Ювина Аимонн почему-то не понравился Ийвэ.Каменное жилище рыцаря смахивало на замок - крепость между двуххолмов обросших густым хвойным лесом. Так и чудилось, что в замке, ну непременно должны водится жуткие приведения.Однако при дальнейшем знакомстве с самим хозяином и его домочад-цами, никаких призраков в большом доме не оказалось.
   
   50.
   Наооборот, внутри было тепло, уютно и светло. Больше всего по-ражала библиотека находящаяся в трех залах. Все стены от пола допотолка уставлены книгами и свитками в деревянных футлярах по-крытые томным лаком. Не одно поколение Аимонов собирало библиотеку, а потому очень гордилось и дорожило ею.Ийвэ с Лаутисом проводили часы занятий в третьем зале библио-теки, где находился камин, удобные мягкие кресла и три низкихстолика.
   Иногда Лаутиса заменял хозяин дома - Ювин. Он выше Мескинева,хорошо сложен , имел благородные черты лица: высокий лоб, гус-тые ровные брови, серые сияющие глаза похожие на дымчатый кварцобмытый озерной водой, прямой с легкой горбинкой нос, красивыйрот и властный подбородок с маленькой ямочкой посередине. Длин-ные волосы цвета коры каштана зачесаны назад, ни бороды, ни усов,в отличии от Мескинева, Ювин никогда не отращивал.Из рассказов рыцаря Ийвэ узнала, что род Аимонов происходит откадинхоров. Сам Ювин является наследником королей Кресстинидов,властит­елей­ северо-западных земель Наутмана. Прапрапрадед Ювина,Неустрашимый Лраматин, основал Орден Западных Рыцарей, которыепомогали оберегам охранять северные границы Светлых Земель отвражьих набегов.
   Ювин Аимон старше Мескинева на два года. Рыцарь объездил Свет-лые Земли вдоль и поперек. Сталкивался в пути с немалыми труд-ностями и опасностями. Один раз побывал за Каменным Поясом.Правда о том путешествие, Ювин упомянул вскользь и не оченьохотно. Да и у самой Ийвэ не было желания подробнее об томрасспрашивать. Она еще успеет уйти в сумеречные страны, где ца-рит ненависть, зло и жестокость.
   В последнее время Ийвэ часто ловила себя на том, что она непросто восхищается рыцарем, его рассказами и подвигами. Повое,неизведанное чувство, ласковыми, теплыми струйками вливалосьв душу девушки при виде Ювина, а сердечко радостно замирало,когда он задерживал на юной гостье взгляд серых, прекрасныхглаз.
   Поздно ночью, лежа в кровати, Ийвз мечтала о своем избраннике.Сон не шел, а пылкое воображение рисовало яркую картину:
    ... Красавец Ювин с короной на голове, полном рыцарском об-лачении, с развевающимся те/мно-синем плаще, на великолепном
   
   51.
   белом коне, и она - Ийвэ, сидящая рядом и положив голову на грудьЮвину.
   Но вспомнив какое бремя легло на ее и брата плечи, картина гасла,образ молодого короля Ювина тускнел и совсем пропадал." Буду любить тайно ото всех, - решила Ийвэ. - Никто не узнает моюмаленькую тайну". Только в скором времени маленькая сердечная тай-на Ийвэ неожиданно вырвалась наружу.
   На место зимних, холодных, пронизывающих ветров Урригэ, прилетеливесенние Лассире, Они прогнали последние остатки северных лохма-тых туч, вычистили, вымыли, отполировали доблеска голубое небо.Одели деревья нежно-салатовой листвой, нарядили унылую, промокшуюземлю зеленой травой, разбудили насекомых, и они зажужжали, запор-хали над первыми весенними цветами, а в полях, лугах и лесах ра-достно загомонили, защебетали птицы.
   В начале апреля Ийвэ отметила шестнадцатилетие. после ее дня рожде-ния, Ювин с большим отрядом рыцарей отбыл в дальний поход за горыХай-Хьё, в край Туусве.
   От Ийвэ не укрылся тоскливый взгляд брата провожающий всадников.Она уже знал, что Мескинева домоседом не назовешь. Тот большепредпочитал проводить время в седле, чем в кресле у камина.Стараясь отвлечь брата от невеселых мыслей, Ийвз спросила его:
   - Почему Ювин уехал сейчас? Ведь он хотел отправиться в июне.
   - Ювин должен навестить Реистэ.
   - Это еще кто?
   - Его невеста. В ноябре они сыграют свадьбу.
   - Как свадьбу? - Ийвэ вытаращила глаза на брата. - Разве у Ювинаесть невеста? - Новость сказанная Мескиневым так сразила и ошело-мила Ийвэ, что та уже больше не находила слов, а дыхание сдела-лось шумным и учащенным.
   Посмотрев на растерянное и озадаченное лицо сестры, Мескинев тихозасмеялся:
   - да все в доме знают, почему ты-то не знаешь?
   - Но не ты, не Ювин не говорили мне про эту, эту Реистэ.
   - Я не говорил потому, что Ювин должен сам тебе сказать. Почемуон умолчал о свадьбе, ч не знаю.
   - Ах, какая эта Реистэ счастливица! - в отчаянии крикнула Ийвэ,и слезы ручьями потекли из ее глаз.
   Улыбка сошла с лица брата:
   - Ийвэ! - строго одернул сестру Мескинев. - Не забывай о Главном!
   
   52.
   Да, Ювин красив, умен , силен и отважен. К тому же он достойныйпотомок королей Кресстинидов. Немудрено, что он любой девушкеможет вскружить голову с первого взгляда, а уж тебе-то и подавно.Я кажется догадываюсь. Ты втайне полюбила его и надеялась видетьсвоим будущим мужем. Пойми, милая сестренка, сейчас обстоятельствасложил­ись­ так, что мы должны думать не о себе, а о той Задачевозложенной на нас. И у меня есть любимая девушка живущая в Так-ворах неподалеку от Малорка. Красавицей не назовешь, но у неелюбящие и преданное сердце. Я хотел жениться на Ливе, так зовутмою любимую. Однако в Малорк приехал Дилогор и у меня был с нимдолгий и тягостный разговор. Свадьбу пришлось отложить и надол-го, а может быть и совсем ее не будет.
   Ийвэ захлебываясь слезами бросилась на шею брату. Вот оно как ока-зывается, значит и Мески имеет возлюбленную, некую Диве, а онаи не знала о ней. Ийвэ тут же припомнила слегка встревоженныелица Багранефа, Вомы, Зеты и старого конюха Карева, когда Мескиневуезжал в сторону Такворов. Вот причина и разгадка их тягостныхвздохов. Зерно они знали и жалели бедного Мески, что он не мо-жет жениться на Ливе.
   - Прости, прости меня, братец. Я глупая, наивная дура, хотя развемы из-за Этого не должны любить, пусть и тайно?
   Мески ласково и нежно прижал плачущую сестру к груди:
   - Любить нам никакие Силы не запретят. Любить можно и тайно. Толь-ко от Ювина тебе придется отказаться. В его сердце живет Реистэ.Он освободил ее из плена усуханов, те хотели выгодно продать по-хищенных девушек в рабство кадавлакам. Помощь подоспела вовре-мя. Реистэ оказалась самой красивой, самой обаятельной, и в товремя тихой и скромной...
   - И конечно, освобожденная из плена прекрасная незнакомка, сразупокорила, очаровала благородного Ювина. Ну совсем, как в сказ-ке: храбрый рыцарь спасает красавицу от страшных злыдней. - сгоречью и даже досадой проговорила Ийвз продолжая всхлипывать,но уже все тише и тише.
   - Ийвэ, любимая и единственная сестреночка моя. Я понимаю твоипервые чувства, самые ранимые и уязвленные, похожие сейчас напобитые утренником розовые лепестки цветов розолов. Ты ведь зна-ешь, какие у них нежные лепестки? Да, правду говорят: первая лю-бовь никогда не забывается. Я сам принадлежу к однолюбам и своюЛиве никогда не забуду. Пусть пока мы не будем ни мужем, ни женой.Все равно мы счастливы, потому что любим друг друга. Время и
   -
   53.
   расстояние нам не помеха. Ийвэ, твоя зависть и ревность неуместны.Я хорошо знаю Ювина, его честность, прямоту и благородство ду-ши, знаю, как сильно он любит Реистэ. Не стой между ними, поста-райся ничем не выдать себя, что ты его любишь. Если не сможешьпреодолеть себя, мы вынуждены тогда покинуть дом Ювина Аимонаи искать другое пристанище.
   Всхлипнув в последний раз и утерев слезы ладонью, Ийвэ чистыми,ясными глазами посмотрела прямо в глаза брата:
   - Не надо искать другого пристанища, милый братец. Тебе со мноювыпало уже немало хлопот. В Малорке уск-оборотень, здесь неждан-ная любовь... Я соберу все свои силы и Ювин никогда не узнает омоей любви. Я буду еще старательней учиться, Лаутис обещал сво-зить меня в загадочный лес Доболол. Ювин теперь мне станет дру-гом, и если ты хочешь, еще одним братом. Любимым, я его и мыс-ленно не назову. Пусть Ювин возьмет в жены Реистэ и счастливозаживет.
   - Я рад, что ты все поняла. Нелегко тебе сразу отказаться отпервых чувств, но мужайся, набирайся сил и терпения. В случаечего, обращайся сразу ко мне .
   Ийвэ улыбнулась и еще крепче обняла брата..
   Незаметно пролетел апрель, и первым солнечным июньским утром хи-ил Лаутис вместе со своей ученицей отправился в Доболол.На опушке странного леса росли деревья похожие на ели и березы,дубы и липы, бук и каштаны. Зато подальше в глубь и вовсе чудныеи необыкновенные.
   Стройные, прямые, как колонны в королевском дворце, тянулись кголубому небу темно-серые, коричнево-охряные стволы деревьев.Чуть слышно шелестели на гибких ветвях ярко-зеленые листья с сине-ватым оттенком, длинные и узкие.
   - Вот эти деревья, -Лаутис ласково хлопнул потемно-серой кореи Ийвэ почудился легкий звон идущий изнутри дерева, - называ-ются йий. Когда светит молодой месяц, йий напоминают светящиесясеребро в хрустальной оболочке и тогда у подножия Йий расцве-тают прелестные маленькие цветы - феллкуты, звездные фи-алки. Осторожней Ийвэ, ты едва не наступила на их лепестки. Сей-час утро, они закрыты. Как-нибудь мы придем полюбо-ваться йий и звездными фиалками. В ущербную луну, йий не све-тятся, А эти статные красавцы с оранжевой корой называюся юэлл,
   
   54.
   то есть солнечные.. При восходе и закате, юэллы вбирают в се-бя солнечные лучи и тоже начинают светиться, как янтарь на бе-регу моря ранним утром.
   Издревле, до лихолетий, на побережье Атварского моря процвета-ло могучие государство Двианолл. Живущие там кадинхоры слави-лись своим мастерством и искусством, к тому же они были отлич-ными корабелами.
   Они приезжали к Обширным Лесам, Доболол - это то, что от нихосталось. А раньше, Обширные Леса простирались далеко за горыХай-Хьё.. Древние корабелы выбирали более старый юэлл. Они пе-ли дереву прощальную песню-пеллему, в которой просили солнеч-ную древесину послужить надежными мачтами для кораблей, чтобыв темную ночь мачта освещала дорогу в бурном море. Если деревоне хотело отдавать себя для постройки мачты, то шли к другому.Насилие никогда не применяли, нужна была добровольная сдачаюэллов в руки корабе/лов.
   Обычно юэллы редко отказывались и сразу откликались на пелемму.Древесина их темнела, но своих светящихся качеств не теряла. Ногоре тем невеждам и негодяям, которые без пелеммы рубили юэл-лы. У таких дэревоубийц корабли, лодки неожиданно тонули, илибыстро воспламенялись даже при сильном дожде и сгорали без ос-татка. И вот уж совсем не думали, что используем юзллы для ору-жия, деревья тоже не хотели этого. Однако когда Тень с северастала накрывать Светлые Земли, юэллы разрешили делать луки, стре-лы и копья. - Лаутис тяжко вздохнул и задумался о чем-то своемдалеком и прошлом.
   А Ийвэ же с восторгом глядела на дивные йий и юэллы. Н а миг де-вушке показалось, что деревья дружелюбно махнули ей ветвями,или это ветер потревожил их?
   По узкой тропинке хиил и Ийвэ продолжали идти пока не вышли наполяну по краям которой росли большие деревья похожие на дубы.Сразу из-за них вышли строги, лесные хиилы, ушедшие в незапа-мятные времена в Обширные Леса и ставшие хозяевами деревьев.Себя они еще называли - Ватеннаа.
   Глава строгов, высокий седовласый старик в длинном зеленом оде-янии с золотисто-коричневым­и­ разводами, и опирающийся на резнойпосох сделанный из юзлла. Внимательно осмотрев пришельцев, за-говорил приятным, глубоким голосом:- Приветствую тебя , брат Лаутис. Давненько ты не бывал в моих
   
   55.
   владениях. Сказывали мне птицы, ты сидел отшельником в пещере,у озера Белых Чаек, Паноле, и вдруг покинул ее.
   - Приветствую и тебя, лесной брат Хномм. Да, пришлось мне поки-нуть свою уедененную обитель. А сказали ли тебе птицы о потемнев-шем севере за Каменным Поясом, что вновь грядет Лихолетие, при-чем очень опасное и смертельное. Если падет Тьма из Каргала наСветлые Земли, беда не минует тебя.
   Твой лес почернеет и изменится. Станет уродливым и страшным,убегут животные, улетят птицы. Вместо них поселятся и расплодятсяхищные, ужасные обликом твари.
   - Печальные вести ты мне принес, брат Лаутис. До меня доходиликое-какие слухи, но наш разговор еще в/переди. Ты не представилмне гостью.
   - Ийвэ Ональ. Ей предстоит с братом Мескиневым уйти во Тьму.Они -Избранные.
   Ийвэ поклонилась главе строгов. Хномм едва заметно улыбнулсясквозь бороду.
   - Л сразу догадался кто ты самом деле, юная дева выросшая в Ка-ленойе, но рожденная в крепости, которая теперь давно разруше-на. Ты необычная смертная и великое дело предстоит тебе с бра-том. Хотя, я вижу, некогда зло прикасалось к плоти твоей и пыта-лось завладеть тобой.
   Хномм уставился на правую кисть Ийвэ. Ийвэ почему-то покраснелаи спрятала руку в карман длинной шелковой безрукавки расшитой покраям серебристыми узорами.
   - Не стыдись своих промахов и ошибок. - успокоил смущенную уче-ницу Лаутис и обращаясь уже к Хномму продолжил дальше:
   - Благодаря Дилогору, сестру Мескинева удалось исцелить и спастиот чар и злых наговоров уска-оборотня. - Лаутис рассказал печаль-ную историю случившуюся в Малорке.
   - М-да, видно действительно растет мощь и сила Рагруота, раз еготвари проникают в глубь Светлых Земель и с их чарами не могут ужесправится такие мудрецы, как ты, брат Лаутис. Но я и сам многое
   не знаю того, чего известно Дилогору. Очень мне хочется повидатьсяс ним. На западной границе Доболола мои дозорные видели его спятью гьелами. Они очень торопились на осенний праздник. Но по-сле праздника Дилогор мог бы и проведать меня, старика. Ведь зна-ет, что давно не был у меня в гостях.
   - Не обижайся на Дилогора, брат Хномм. Могучий покровитель гье-лов знает о тебе и помнит. Только он в последнее время сильно
   
   56.
   занят неотложными делами. При первой же встрече я скажу Дилого-ру о тебе.
   - Всегда-то Дилогор был чем-то занят и озабочен. Нигде-то он наодном месте не посидит спокойно. Ну да ладно, прошу ко мне в гос-ти, столы под деревьями накрыты, а в кубки налит ламенном.
   - Как, тот самый легендарный и неповторимый ламенном? - восклик-нул Лаутис радостно сверкнув синими глазами.
   - Он самый. - довольно улыбаясь ответил Хномм. - Вы-то наверно вкуси цвет ламеномма забыли.
   - Этот чудесный напиток остался лишь в песнях и воспоминаниях.Варят у Инглиса эйтименн на летнее равноденствие, но то слабоеподражание ламенному.
   После незабываемой встречи со строгами, Лаутис не раз водил Ийвэв лесные владения Хномма. И не только днем. В месячные ночи при-ходили они любоваться деревьями йий и феллкутами.Глядя на ночное диво Ийвэ забывала о печалях и горестях, у ней заспиной словно вырастали крылья. Крылья поднимали над серебристымийий прямо к звездному небу и вновь опускали в пульсирующие сияниейий, к ослепительно-белым фиалкам - феллкутам. Ийвэ после ночныхпрогулок в Доболол чувствовала себя обновленной и вроде даже не-весомой. Все предстоящие опасности и трудности казались пустяка-ми, а сердечная боль - любовь к Ювину утихла, успокоилась, вродеи не было ее вовсе.
   Строги немалому научили Ийвэ. Конечно, в свои самые сокровенныетайны ученицу Лаутиса не посвящали, однако необходимые навыкипреподали. Научили ходить посушняку, чтобы не треснула не однаветочка, не шурхнул ни один опавший лист. Как подкрадываться косторожной птице или чуткому зверю. Различать их голоса и повад-ки, а так же много сведений о грибах, ягодах, травах и корень-ях.
   Ийвэ и не заметила, как июнь сменился июлем, а за июлем пришелавгуст.
   И вот туманным августовским утром дом рыцаря Ювина нежданно по-сетил хиил Наилис. Он приехал один и привез кое-какие новости.За завтраком хиил сообщил о скором возращении Ювина и с ним, по-мимо рыцарей, еще одни гости. Какие? А вот это сюрприз.
   - Для тебя, Ийвэ, большой привет от моего младшего брата Аневы.Он недавно тайно побывал в Пессмери. Там пока тихо и спокойно.Жизнь в деревне идет заведенным порядком. Старшая сестра Ганиэвышла замуж и родила мальчика. Другая сестра тоже осенью собира-
   
   57.
   ется, Энота и Купин потихоньку готовятся к свадьбе.Ийвэ обронила слезу. Милая деревня, милые дорогие имена: Купин,Знота, Ганиэ, Даниэ... Они со временем начали забываться, но по-сле слов Наилиса, ожили, стали еще роднее, дороже. Пусть они иприемные родители, пусть по одному мановению Дилогора враз за-были Ийвэ, но она-то и х не забудет. Память надолго сохранит лю-бовь, ласку, доброту, и простой деревенский уклад семьи Драт-тов.
   - Я кажется зря сказал о Нессмери, Ийвэ? - Наилис участливо по-
   смотрел на нее, та продолжала утерать слезинки,.
   - Нет, не зря, Наилисш. Л знаю, они обо мне не помнят, а я помню.И я счастлива, что Гаяиэ родила Купину внука, и Даниэ осенью вый-дет замуж. Я тоже бы хотела заиметь семью. Однако у меня другиеобязанности и есть долг, который надо выполнить, даже ценою соб-ственной жизни..Хиил Наилис с нескрываемым уважением взирал на Ийвэ. Перед ним сиделане та робкая, боязливая, деревенская девчонка, а повзрослевшая,серьез­ная­ девушка, знающая цену своим словам и поступкам.Заинтересо­ванный­ так изменившейся Ийвз, Наилис решил подольше за-держаться в доме рыцаря Ювина и заодно дождаться приезда его са-мого.
   Мескинев часто видел теперь сестру и Наилиса вдвоем, то гуляющихпо саду, то верхом на конях, то сидящих на берегу тенистых пру-дов заросших белыми кувшинками.
   Подойдя однажды к Лаутису перебиравшему редкие травы подаренныеХноммом, мескинев спр/осил:
   - Наилис не мешает учебе Ийвэ?
   Лаутис перестал перебирать травы от которых шел тонкий чуть пря-ный аромат и ответил Мескиневу:
   - Знаю, что за тревога вновь одолевает тебя. Не волнуйся за Наили-са с Ийвэ, То чувство вспыхнувшие у твоей сестры к Ювину не пе-рекинется на сына Инглиса. Наилисш напоминает мне, горный, хо-лодный поток текущий из вековых горных льдов. Не горячие сердцеИйвэ нужно ему, а прохладу озерных дев живущих у Тиллаэта.
   Он просто хочет разо/браться, что за Силы начинают просыпатьсяв хрупкой фигурке Ийвэ, вчера еще бывшей пастушке, а сегодня неуступающей бесстрашной и мудрой королеве Талнагар.
   - Но Наилис знает, что мы Избранные и потому начинаем менятся, еготруд напрасен.
   
   58.
   - Я с тобой согласен. - улыбнулся Лаутис. - Он даже предста-вить себе не может, какие перемены произойдут с вами в даль-нейшем, мне и то неведомо. Рано или поздно Наилис поймет это.Пусть они сейчас будут вдвоем, сыну Инглиса есть что расска-зать интересного твоей сестре.
   Неожиданно со стороны северной дороги послышались боевые зву-ки рогов, один звук рога был сильнее и громче других.Хиил прислущиваясь замолчал, но зато Мескинев обрадованно вос-кликнул:
   - Рыцарь Ювин едет и с ним обереги! Только рог оберегов можеттак звучать! Вот и р/азгадан сюрприз Наилиса. Да где же он самс сестрой?
   - Я видел они отправились в сторону мелководного Ренуйского озе-ра. Ничего, боевой рог оберегов далеко разноситвя по округе.Услышат, поспешат обратно. Не беспокойся о них, пойдем встре-чать Ювина и его гостей.
   Через немного погодя, с шумом, гамом, бряцаньем оружия, радостны-ми криками, ржанием коней и лаем местных дворовых собак, наобширный двор въехал Ювин Аимон с верными рыцарями и трид-цатью воинами оберегами.
   Алые плащи оберегов с золотой окантовкой по краям ни чуть непоблекли и не вылиняли от дождей, грязи и пыли. Ярко сверкалина солнце остроконечные шлемы, доспехи, кольчуги, овальные щи-ты. На наконечники копий вообще больно смотреть глазам. Словноупавшие с ночного неба звезды навеки впаялись в острия копии.Немудрено, что враги издали заметив алые плащи и нестерпимыйсвет копий спешили убраться от границ Светлых Земель. Не следу-ет однако думать будто из-за плащей, доспехов и оружия недругибоялись оберегов. Одинм воин шутя мог расправится с пятью чен-гами. Обереги отличались не только могучей силой, но и умом,смекалкой, хитростью.
   Обереги вели начало от Долгоживущих Людей - Оберунов, жившихнекогда на берегу Атварского моря вместе с кийтами и кадинхо-рами, в славном государстве Двианолл.
   Когда разразилось первое Лихолетие, на битву были созваны луч-шие из лучших. Основное число составляли оберуны, показавшиесебя в войне более сильными, храбрыми, смелыми. В мирные вре-мена оберуны звашие себя уже оберегами не бросили ратное дело.Они проходили большими дружинами по рубежам Светлых Земель.Строили дозорные башни - высколы и неприступные охранные крепости.
   
   59.
   В последнее время истинных оберегов становилось все меньше и мень-ше. Приходилось пополнять полки из местного населения. Причем при-нимали только рослых, обладающих недюжинной силой, выносливых исообразите/льных.
   В большом гостеприимном доме рыцаря для всех нашлось место. Правда,командир отряда оберегов Илидил сказал, что долго здесь не задер-жится, всего на один день. Дескать и рады отдохнуть, да дела неждут и враг не дремлет.Рыцарь Ювин обняв Мескинева, спросил:
   - А где же твоя сестр/енка? Хиила Лаутиса я вижу, а его ученицынет.
   - Ийвэ должна вот-вот приехать. Здесь у тебя гостит еще один гость.Сын Инглиса, Наилис.
   - Редкий гость. - изумился Ювин. - Я слышал о сыновьях Инглиса,но ни разу их не видел.
   - Сейчас увидишь, Смотри, вон они.
   Ювин обернулся в сторону дороги уходящей к Ренуйскому озеру. Двоевсадников галопом мчались по хорошо утоптанной дороге и у самогодвора резко осадили копей.
   Мескинев с улыбкой глядели на веселые лица сестры и Наилиса.Ийвэ прижимала к груди букет лотосов или как их называют хиилы -лиитены. Те самые когда-то виденные в первый раз, в янтарной залеу хозяина озера Навелл, Инглиса.
   Именно за лиитенами уехали Ийвэ с Наилисом ранним утром на мелко-водное Ренуйское озеро. Там они пробыли бы до вечера любу-ясь лотосами и белыми цаплями с серыми хохолками на голове, норог оберегов и рыцарей позвал домой.
   Переведя взгляд на Ювина, Мескинев невольно содрогнулся. Красивоелицо рыцаря будто накрыла какая-то зыбкая странная тень. Можно по-думать, Ювин не обрадовался, а огорчился, видя хиила с Ийвэ вместе,да еще такими радостными и счастливыми,
   " 0 нет, только не это! - мысленно ужаснулся Мескинев. - Едва уда-лось отговорить сестру от любви к нему / да отговорил ли?/, кактеперь Ювин сам влюбился. Эх дружище, подводишь ты меня, ох и под-водишь. Наверно точно придется уехать из твоего дома, чтобы не былобеды, ли/шних страдани/й и слез."
   Мескинев незаметно сжал руку Ювииу. Тень быстро слетела с лица ры-царя. Широко улыбнувшись, как и положено гостеприимному хозяину,Ювин представился хиилу:
   - Ювин Аимон, прошу быть моим гостем.
   
   60.
   - Наилис, сын Инглиса, из Калленойе. Хоть я и приехал, когда хо-зяин отсутствовал, я с удовольствием приму твое предложение ос-таться гостем, правда на малый срок. В нашем краю хватает заботи тревог, немало беспокойства причиняют болотные твари Ханди-раса.
   - Я понимаю твои заботы и тревоги Наилис, сын Инглиса. - сказалЮвин. - Конечно, хотелось чтобы ты погостил подольше. Двери моегодома всегда будут открыты не только перед тобой, но и перед все-ми хиилами проезжающими мимо Кауманда.
   - Да, нам ж лишь и осталось, что проезжать мимо этих благословен-ных мест. Раньше Кауманд назывался по иному - Наитимм. Из-за Ли-холетий большинство хи/илов покинуло навсегда Наитимм. Одни Ва-теннаа остались в Добололе...
   Ювин почувствовал в словах хиила горечь утраты некогда ЗолотыхДней, а заодно и упрек. Дескать, сначала не маложивущие заселя-лись и жили на Первых Землях, а Кауманд древняя земля...Поняв оплошность, рыцарь открыл рот чтоб исправить ошибку и из-винится перед хиилом, как внезапно появившийся за спиной Ийвэмолодой широкоплечий оберег подхватил девушку на руки и подбро-сил ее в воздух.
   Ийвэ от такого неожи/данного обращения громко взвизгнула и ужеочутившись в могучих ручищах оберега, радостно вскрикнула:
   - Мески, Ювин! Смотрите кто пожаловал, сын Карева Наттеля, Минал!Вот так здорово!
   - Ну, чего уж там. - смущенно забасил Минал, опуская Ийвэ на зем-лю. - Я теперь принят в отряд оберегов, вот поэтому я и здесь.
   - Так-так. Значит ты теперь оберег, - подошел к Миналу Мескиневрассматривая­ сына конюха с головы до ног. - Его, плечищи - во ка-кие! Того гляди кольчуга лопнет да рассыпется на колечки. Отцаподи, одним мизинцем сможеть поднять. Как же тебя этот ворчуни-ще отпустил?
   - А вот взял и отпустил. Поначалу, конечно, покряхтел, поохал.Видит, меня не пере/говорить, не уговорить. Тут еще командир от-ряда Илидил ему говорит: мол, такого богатыря на конюшне застав-ляешь работать. Не те времена эдакого молодца при себе держать.Отцу деваться некуда и разве он не знает о надвигающейся угрозеиз Каргала? Прекрасно знает. Я никогда не видел отцовых слез, акогда прощался, тут и увидел. Но кроме меня, и сына Нефа Крателя,Рунева взяли, из Такворов он.
   Мескинев при упоминании Такворов заметно побледнел, но тут же
   взял себя в руки и продолжал внимательно слушать гутящий бас Ми-
   
   61.
   нала:
   - Я с Руневым частенько боролся на молодежных сходках. Силен вихрас-тый Кратель, но и я не слабак. Ох, чуть не забыл. Ийвэ, я на Ба-рае сюда приехал. У собаки твоей пять щенков: четверо серых и одинчерный. Скучает она без те/бя, однако и к отцу моему привыкла. Онпочему-то тоже к овчарке привязался. Так везде вдвоем по Малорку иходят, за порядком следят. Эх, братцу Элефу, за двоих придется слу-шать нравоучения отца.
   - Ну этого, у твоего батюшки не отнять. - засмеялся Мескинев. - И яне забыл его нотаций и советов. Но что ни говори, мужик он хозяй-ственный, дельный.
   - Где Барай? - спроси/ла Ийвэ, начав лихорадочно рыться у себя в кар-манах в поисках чего-нибудь вкусненького. В кармане заваляласьгорсть изюма, который она сама любила поесть.
   - Да кон/я уже в конюшню отвели .
   Мескинев, Нйвз, Минал и Наилис отправились туда, а Ювин, извинив-шись пощел в дом, надо было занятся оберегами.Подойдя к стойлам, Ийвэ тихо позвала своего бывшего любимца:
   - Барай.
   Конь скосил в сторону голоса фиолетовый глаз и испуганно всхрапнул.Ийвэ, несмотря на испуганный всхрап, быстро протянула ладонь сизюмом к морде коня. К великой радости девушки, Барай осторожнокоснулся бархатными губами лакомства и съел его.
   - Признал, наконец-то пр/изнал . - Ийвэ обняла коня за. шею, взлохма-тила гриву. - Жаль, не твоя я теперь хозяйка. Минал твой хозяин.Служи ему, коник верно, не подведи в беде.
   Ийвэ повернулась к Миналу:
   - Давай иногда Бараю, что-нибудь вкусненького, он любит.
   - То, что Барай сластена, я знаю. Отец про эту лакомку все уши про-жужжал. Не беспокойся за него, Ийвэ. Горсть сухофруктов или кусо-чек сахару у меня всегда найдется. Только вот, я гляжу, коням ужекорма задают , а для нас обед когда подадут?
   - Скоро, скоро. - обнаде/жил Мескинев Минала. - Потерпи, дружище.
   3 доме моего друга Ювина кормят вкусно и сытно, и сразу из-за сто-ла не встают..
   - Верю. - пробасил Минал и Ийвэ краем глаза успела заметить, каксын конюха, незаметно вытащил из левого рукава кольчуги неприметныйсверток и отдал его Мескиневу. Брат не спрашивая, сразу понял откого сверточек. В глазах его сверкнули радостные огоньки.
   
   62.
   В большом зале до позднего вечера рыцари и обереги сидели, ели ипили, пели песни, вспоминали былое, говорили о наступающей Тьме изКаргала. О больших участках границ никем не охраняемой, о разру-шающихся дозорных башнях, о дерзких набегах ченгов и кадавлаков.У северных отрогах Утанского хребта разгромили шайку великанов ай-ногов. Айноги раньте из-за Каменного Пояса носа боялись высунуть,а тут гляди-ка, объявились. Почувствовали за своими погаными спи-нами новую, грозную силу, вот и осмелели.
   Гул разговоров не стихал за обильными столами. Мескннев прислуши-вался то к одним, то к другим. О какой радостью и охотой уехал быон с храбрыми оберегами, или рыцарями. Впрочем, незачем убиватьсяпонапрасну,­ что руки держат сейчас кубок с вином, а не меч. Бу-дет, будет впереди битва и нужно немало сил собрать для решающегоисхода. О Дилогором надо многое обдумать. Мудрое слово Долгоживу-щего сильнее острого меча, Мескинев медленно обвел взглядом зал.Наилис с сестрой сидели рядом и тихо переговаривались. На них ни-кто не обрашал внимания. Все были заняты едой, вином, песнями иразговорами. Лишь чьи-то глаза нет-нет, да и косились в сторонуИйвэ и хиила. Глаза принадлежали Ювину Аимону.Мескинев подсел к другу:
   - Я забыл спросить, Ювин, как поживает твоя Реистэ?
   - Что? - переспросил рыцарь, очнувшись от каких-то занимавших егомыслей.
   - Как Реистэ поживает, здорова ли она. и все ли в Ханекоре благо-получно и спокойно?
   - Я заезжал к ней. В ноябре привезу Реистэ сюда. В самом Хо-некоре не так уж и благополучно, как в прежние дни, но относительноспокойно­ Жители сами набрали две дружины по охране и порядку. Кре-постные стены замка Дульве надежно оберегают мою любимую.
   - Ну, будем готовиться к свадьбе. Почаще думай о любимой. А то по-чудилось мне, не о Реистэ ты думал сейчас, но о ком-то другом. Ужне о мой ли сестре?
   Ювин недоуменно, даже испуганно глянул на Мескинева. От прямого,острого, проникающего прямо в душу взора друга ему стало не посебе. Рыцарь опустил голову и не поднимая глаз на Мескинева, мед-ленно проговорил:
   - Не почудилось тебе , Мески, не о Реистэ я думал. Не знаю, чтосо мной случилось. Когда я видел тебя с Ийвэ или ее учителем, ябыл спокоен. Но увидев Наилиса смотрящего на Ийвэ, как жених наневесту, все внутри перевернулась у меня. Свет белый померк в глазах.
   
   63.
   Словно черный дракон дохнул на меня. Образ Реистэ вдруг стал нетаким уж ярким и сильным, а ведь ее так любил... Нет, нет, что яговорю, я по-прежнему люблю Реистз, но понимаешь, Мески...
   - Я все понимаю, Ювин. Запомни, Ийвэ никому не сможет принадле-жать, те/м более стать чьей-то женой. Ты знаешь моей сестры удел.Если мы свергнем Рагруота и разгоним его полчища, даже в том слу-чае, не имей виды на нее. Сердце подсказывает мне, сестра навсегдапокинет Светлые Земли. Но как эио случится и когда, пока мне неве-домо. Так что думай лучше о Реистэ. Более подходящей жены тебе ненайти. Мой совет, Ювин , разберись в своих чувствах. Я верю в тебя,ты меня не подведешь.
   - Я постараюсь Мески, я обязательно постараюсь.
   - Вот и хорошо, Ювин. Раз ты понял мои слова, давай закрепим ихэтим бокалом вина.
   Ювин с благодарностью глянул на Мескинева и друзья выпили чудесноекрасное вино из южных солнечных краев Турема.На следующий день, ближе к вечеру уехали обереги. Вслед за нимипостепенно разъехались рыцари по своим домам и замкам. Большой домопустел и затих. Непривычная тишина установилась в комнатах и за-лах.
   После ужина Паилис сказал Ювину, что завтра утром и он покинетгостеприимный­ дом,
   - Хорошо, - ровным спокойным голосом ответил Ювин. - Я не имеюправа с силою заставить тебя еще погостить. Пойдем, я покажу ору-жейную залу. Среди мечей, лезгов и клинков, висит знаменитый лукмоего прадеда Кавина Аимона.
   Пройдя в оружейную залу, Ювин снял со стены древнее оружие:
   - Лук, стрелы сделаны из солнечной древесины юэлла. Загорами Хай-Хьё, в глубокой пещере Ортог спал много лет огнедышащийдракон Хамфар. Внезапно он пробудился и начал сжигать и разорятьместные края, особенно доставалась гъелам. И вот как-то гонцы гъе-лов пришли в Доболол просить у строгов помощи. Старейшина Хноммпообещал помочь им, ибо гонцы сказали, что дракон может сжечь иОбширный Лес.
   К Кавину Аимонну пришел старейшина Хномм, вручил лук со стрелами,и сказал ему, что только рукой смертного воина можно сразить Хам-фара. Нужно взобраться на высокую гору Эвол в Наростене, и со ска-листой вершине попасть стрелой в единственный глаз чудовища.Глаз у дракона самое уязвимое место. Мой прадед умел отлично вла-деть мечом и заодно очень метко стрелять из лука. Потому с поклономприняв лук и стрелы из рук Хномма, Кавин незамедлительно отправился
   
   64.
   с отрядом рыцарей к горе Эвол. Спрятавшись в серых скалах на вер-шине, Кавин дождался летящего отвратительного дракона изрыгающегопламя и дым. Не дрогнувшей рукой мой прадед пустил стрелу прямо вглаз чудовищу. Солнечная древесина прошла через красное око в чре-во Хамфара, усилила жар драконьего огня. Непробиваемый панцирь невыдержал страшной жары, лопнул и разлетелся на мелкие части. Обуг-лившиеся останки Хамфара упали на землю, близ реки Раиссе. С помощьюгъелов и строгов, русло реки временно изменили и затопили остовдракона. Теперь там мертвое озеро - Докз.
   После победы над Хамфаром, Хномм оставил лук Кавину навсегда. Ведьогонь дракона мог спалить не один Доболол, но и древние земли Кау-манда..
   Я хочу подарить его тебе, Паилис. Стрелы солнечного лука не знаютпромаха, пусть они послужат в борьбе с болотными тварями Ханди-раса.
   - Ювин Аимон, я приму твой бесценный подарок. Начиная с этой мину-ты покровительство хиилов всегда пребудет с тобою. Прими от менякольцо. - Наилис снял с указательного пальца левой руки золотоеколечко с небесно-голубым масемелитом /особо редкая разновидностьсапфира­/,­ подал кольцо Ювину. - когда-нибудь кольцо поможет в тяж-кии час. На нем чары-вуалепы. Заодно оно послужит пропуском новладениям хиилов.
   Приняв кольцо Наилиса, Ювин неожидавший такого дара, поклонилсяхииду, а тот улыбаясь тоже ответил ему поклоном.
   Стоял тот предутренний зыбкий сумрак, когда солнце еще не поднялосьиз-за серой пуховины туч, когда обильная роса мерцавшая жемчужнымотсветом, капельками повисла на каждой ветке, на каждом листке, накаждой травинке, а среди красных гроздьев рябины начали звонкотенькать юркие синицы.
   - Чудесное утро! - восхитился Наилис, вздохнув полной грудью, свежий,бодрящий воздух.
   Провожать хиила в столь ранний час вышли Ювин, Мескинев, Ийвэ иЛаутис.
   - Ты опять отправляешься один? - с тревогой в голосе спросил Ла-утис.
   - Нет, только день пути я проведу в одиночестве. Ближе к вечеру,у малых водопадов Манотиеене, встречу хиилов-дареконов. С ними япоеду до Раиманы, а там и до Калленойе рукой подать.
   - Будь осторожен. - напутствовал Лаутис Наилиса. - Теперь дорогинебезопасны даже около воды.
   - Мой лезг никогда не подводил меня. К тому же , Ювин подарил мне
   -
   65.
   лук и стрелы, им нет цены. Благодарю тебя еще раз, Ювин. Ты от-дал легендарное оружие в надежные руки.
   Рыцарь в знак признательности приложил правую руку к левой груди.Подходя к оседланному коню, Наилис заметил погрустневшие лицо Ий-
   вэ..
   - Что пригорюнилась, Ийвэ - гибкая тростинка? Неужели мои скорый
   отъезд огорчает тебя?
   - Паилис, не твой отъезд огорчает меня. Конечно хотелось, чтобыты задержался хоть на пару деньков. Да видно не те времена подол-гу у друзей гостить. Я вот о чем жалею. Не смогу тебе на памятьн/ичего подарить, а. если и было что, Лаутис запретил бы мне. Мол,моя вещь принесла не радость, а беду.
   - Твой мудрый наставник прав. Я не принял бы от тебя никаких по-дарков, но я подарю вот этот поцелуй..
   Наилис поцеловал в губы сестру Мескинева, отчего та покраснела изарделась. Видела бы Ийвэ в момент поцелуя серые глаза Ювина!Они помрачнели подобно зимнему морю перед сильным штормом. Однаковряд ли кто усмотрел признаки шторма на спокойном, бесстрастном ли-це рыцаря. Мощным усилием воли, Ювин подавил в себе нежелательнуюбурю. Бурю ревности и зависти, заставил думать себя о Реистэ. И вов-ремя. Мескинев подозрительно скосился на него, но чистый взгляд, ичуть печальная улыбка Ювина успокоила Оналя.
   Наилис сел в седло, махнул на прощание рукой, затем тронул поводья.Конь мышастого окраса, с белой отметиной на лбу, пошел легкойрысцой по восточной дорогеи ведущей к Манотиеене.Провожающ­ие­ смотрели вслед, пока всадник не скрылся за первымповоротом дороги.
   Низко ползущие тучи пучились, распухали, казалось еще немного иони прольются дождем. Лаутис посмотрел вверх, покачал головой:
   - Не балует нас август солнечн/ыми днями.
   - И настроение под стать погоде. - уныло произнесла Ийвэ.
   - Не унывайте, друзья! - подбодрил всех Мескинев. - После ненастнойпогоды, всегда бывает солнце.
   Ийвэ придя к себе в комнату, не раздеваясь легла на кровать. Моно-тонный шум начавшегося дождя за окном убаюкивал, уводил в странуснов. Сначала Ийвэ задремала, потом заснула.Осторожный стук в дверь разбудил ее. Думая это брат пришел по-звать на обед, Ийвэ не вставая с кровати крикнула:
   - Заходи, Мески.
   Дверь открылась, вместо брата на пороге стоял Ювин прижимая к гру-ди книгу в дорогом ко/жаном переплете.
   
   66.
   - Ювин? Неужели я проспала обе/д?
   - Нет, Ийвэ. Обед ты не проспала, я вспомнил ты просила дать по-читать о королеве Талнагар..
   - О королеве Талнагар? - Ийвэ встала с кровати, подошла к Ювину.Сердце отчаянна трепыхнулось у ней в груди. Как? Он пришел простотак с книгой, или книга просто предлог? Ведь можно принести и вчитальный зал, а не обязательно сюда, в комнату.
   В бледном свете пасмурного дня Ийвэ заметила кольцо хиила на паль-це рыцаря. Сама не зная почему она прикоснулась пальцем к масемелиту.Лазурь камня потемнела и неожиданно для обоих в нем вспыхнули зо-лотые мельчайшие искорки , напоминающие золотых рыбок резвящихсяв чистой голубоватой воде.
   Убрав свой палец с кольца, ошеломленная Ийвэ посмотрела на Ювина,искорки в камне пропали. А тот не меньше ее дивился странной пе-ремене кольца.
   - Вот это да. На кольце действительно чары, чары хиилов - вуалепы.-сказала потрясенная Ийвэ и опять прикоснулась к масемелиту. Золо-тистые искорки вновь появились в лазоревой глубине камня.
   Ювин нежно сжал пальцы Ийвэ, тепло ладоней рыцаря передалось еерукам.
   - Ты что-нибудь ощутила, когда касалась кольца? - почти шепотомспросил Ювин не выпуская пальцы девушки из своих ладоней.
   - Н-нет. - затаив дыхание ответила Ийвэ. - Обыкновенное золото,холодок камня и больше ничего.
   - И больше ничего? Странно. Ты ничего не почувствовала, а кольцосразу изменилось от твоего прикосновения.
   - Что я могу почувствовать? Я совсем мало знаю о той силе заклю-ченной во мне. Она сама собой неожиданно проявляется, вот как сей-час. Л же ни о чем не думала, когда хотела прикоснуться к кольцуНаилиса. Просто вдруг хотелось потрогать его, вот и все... - го-лос Ийвэ предательски дрогнул, а сердце еще учащенней забилось.
   Но Ийвэ против своей воли , освободила пальцы из ладоней Ювина иотошла к низенькому столику сделанному из темного бука. На нем всеребряной вазе благоухали лотосы сорванные Наилисом.Ювин шагнул следом за Ийвэ и увидел цветы в вазе.
   - Какое чудо! - воскликнул он. - Лотосы свежи и прекрасны, будтоих час тому назад сорвали. Прошла почти неделя, когда ты с На-и/лисом ездила за лотосами на Ренуйское озеро.
   - Чему ты изумляешься, Ювин? Лиитены сорваны рукой Долгоживущего,потому­ они и сохрани/лись такими свежими и благоухающими. - Ийвэстаралась говорить серьезно и не напрягаясь, чтобы не выдать своего
   -
   67.
   внутреннего напряжения.
   - Почему я сразу не догадался... - Ювин внезапно смолк и в глазахего вспыхнул странный огонь, рыцарь весь напрягся, но все такисказал то, что давно жгло его душу. - Ийвэ, дело не в книге, ко-торую я тебе принос и не в лотосах... Я не хочу больше молчать искрывать. Я люблю тебя, люблю так, как никого еще не любил!
   О! Каким бы бальзамом пролились слова Ювина на ее истрадавшиесясердечк­о­ где/нибудь в марте или апреле, пока никто кроме самой Ий-вэ не зн/ал о любви к нему. Первой чистой любви приходящей внезапнои неожиданно, как первая весенняя гроза с проливным дождем за-ставших одиноких путников в широком поле. Как хотелось и Ийвэкрикнуть ему: " И я люблю тебя, Ювин!" Ну, почему он не призналсяраньше, тогда еще весной, до разговора с братом? Олова Мескиневапрозвучали суровым приговором ее первой любви. И брат был прав.У ней иная судьба, др/угая дорога и ближайщие будущие окрашено нерадужными красками, а самыми темными и мрачными.Тяжко вздохнув, Ийвэ н е глядя на Ювина, медленно заговорила:
   - Нет, Ювин. Твоя любовь ко мне ошибка. Посули сам. Ты женишьсяна мне., отказав тем самым Реистэ. Каково же будет узнать бед-няжке о не крепком слове рыцаря, спасшего когда-то ее от рабстваи обещавшего жениться. Еще вчерашний жених вдруг заявляет, чтолюбит и берет в жены другую... Нет и нет, Ювин. На битву с Тьмойуже позвали Избранных, не стой у нас на пути. Лучше сдержи словоданное Реистэ. И не говори мне больше о любви. Я никогда не смо-гу полюбить тебя, а если бы и захотела... - Ийвэ мучительно за-кусила нижнюю губу. - Нет, не хочу строить свое счастье на чужомгоре. Прекратим этот разговор, Ювин. В противном случае, я и братуедем в другое место.
   - Ийвэ, мне показалось, ты говоришь одно, а думаешь другое. Гла-за, голос выдают тебя. Посмотри на меня , Ийвз, не отворачивайся!Ювин схватил девушку за плечи и повернул к себе. Ийвэ решительновзглянула прямо в глаза Ювину:
   - Неверный рыцарь Аимон, немедленно убери свои руки! Еще одно сло-во о любви и я убегу к конюшням. Коня я могу и самаоседлать!
   Ювин убрал руки с плеч Ийвэ.
   - Хорошо, я внял твоим словам. Слово данное Реистэ я сдержу, ник-то не назовет меня н/еверным. Возможно ты права, я допустил ошибкуполюбив тебя, забыв , что твой путь лежит во Тьму. Прости меня, Ий-вэ и за признание прости. Да, счастья на чужом горе непостроишь.Пусть этот разговор останется между нами. Я сейчас уйду отсюда,
   
   
   68.
   но я хочу, как Наилис поцеловать тебя в губы в первый и в пос-ледний раз.
   Ювин мягко обнял Ийвэ, поцеловал в губы. Губы Ийвэ оказалисьвлажными и теплыми, н о на его поцелуй они не ответили.Едва за Ювиным закрылась дверь, Ийвэ тут же плюхнулась на кро-вать, зарылась с головой в подушки и дала волю слезам. Она сама,сама отреклась от своей любви.
   Ближе к середине октября Ювин Аимон с двадцатью рыцарями уехал кРеистэ в Хонекор. Свадьбу решили сыграть там, чтобы не привле-кать к дому Ювина лишних разговоров и любопытных взглядов. Моло-дые вернулись в декабре.
   Ийвэ с интересом разглядывала жену Ювина, Реистэ. Она была иправду изумительной красавицей. Однако не только одной красотойобладала Реистэ. Как оказалось в дальнейшем, молодая жена Ювиналюбила проводить за чтением долгие часы в библиотеке, хорошо пе-ла и играла на музыкальных инструментах.
   Слушая чудесный голосок Реистэ, Ийвэ невольно думала: " Что я за дураРевновала, изводила саму себя нереальными мечтами. Проливаласлезы по ночам, и зачем я Ювину? Реистэ, а не я - вот кто достойнаяжена ему. Красива, музыкальна, умна, не горделива, скромна. Бездела ни минутки не по/сидит, одно ее рукоделие чего стоит. Незря же Ювин глаз с же/ны не сводит. А может делает вид будто до-волен и счастлив женитьбой? Может он глубоко запрятал в тайниксердца свою истинную любовь? Любовь ко мне... Ведь он догадался,что я люблю его. Нет, зря себя обольщаю. Прочь напрасные надеж-ды и мечты! Пусть он любит Реистэ, если их судьба и изменится,то я не буду тому причиной."
   В феврале, спокойная, размеренная жизнь в доме рыцаря Ювина Аимонанеожиданно нарушилась известием о смерти отца Реистэ. Молодыесупруги немедленно собрались, затем с отрядом воинов отбыли в Хонекор.
   Охранять дом и заботится о троих гостях, Ювин временно перепору-чил лучшему рыцарю Комверу Молчаливому. Прозвание Молчаливый оп-равдывало себя. Комвер перестал смеятся и говорить, когда в кре-пости Пестболл погибла вся его семья после нападения Згана. В тевремена многие воины и р/ыцари привозили свои семьи в эту непри-ступную крепость. За три дня до нашествия врагов, он уехал вмес-те с рыцарями и оберегами в Катавейскую Щель - узкая горная доли-на зажатая с трех сторон отрогами Утанского Хребта. По сообщениямследопытов­,­ там затаилась большая ватага татней и ченгов.Выследив и разгромив их, обереги с рыцарями повернули обратно к
   
   69.
   крепости Пестболл. Вдруг со стороны остроконечных мрачных пиковУтанского Хребта поднялся высоко к небу угольно-черный дым. Онстранно клубился и в середине зловещих вихрей сверкали огненныемолнии, от которых при одном только взгляде стыла кровь в жилах.Поняв, что в крепости случилась ужасная беда, все пришпорили коней,но спешка оказалась бесполезной.
   Некогда могучая, несокрушимая крепость лежала в дымящихся руи-нах, повсюду валялись трупы людей, воинов, коней. Глухо и надсад-но каркало воронье на обгорелых, деревьях предчувствуя обильныйпир. Найдя среди убитых родителей, жену и троих сыновей, Комверпоклялся страшной клятвой отомстить за родную кровь.Голубые глаза рыцаря замглились свинцовой пеленой, глубокие мор-щины горя прорезали гладкий лоб, темные волнистые волосы поседе-ли прежде времени.
   Прошло шестнадцать лет после гибели крепости, огонь мести по-прежнему горел в сердце рыцаря. Не было пощады ни ченгам, ни татням,ни кадавлакам.
   Порой этот угрюмый, молчаливый рыцарь, со шрамом на подбородке /удар ножа смертельно раненого кадавлака/, чем-то напоминал ИйвэБагранефа - мужественного, неустрашимого, волевого и решительного.Не без удивления узнав от Лаутиса о погибших родителях в той жезлосчастной крепости Мескинева и Ийвэ, Комвер проникся к ним осо-бой симпатией и вниманием.
   Февральским, ветренным, прохладным днем пришел Дилогорв своем неизменном рыже-буром плаще с капюшоном па голове и всапогах заляпанных дорожной грязью.
   Окинув острым взглядом из под лохматых бровей настороженные лицаИйвэ, Мескинева, Лаутиоа и Комвера, негромко, но требовательнооказал:­
   - Собирайтесь, едем сейчас в лес Доболол, к старейшине Хномму.
   - Я надеюсь вы к вечеру вернетесь. - произнес Комвер думая, чтоДилогор пригласил гостей Ювина на прогулку к отрогам. То же самоеподумали Онали о хиилом.
   - Нет, Комвер. Они навсегда покидают дом Ювина Аимона.
   Брат с сестрой одновременно раскрыли рты, чтобы задать Дилогорукучу вопросов, но тот их опередил:
   - На все ваши вопросы, я отвечу у Хномма. Пока меня ни о чем неспрашивайте, лучше быстрее идите и переодевайтесь по-походному.Лишнего­ ничего с собой не орать. Нужные вещи, провиант приобре-тем в пути. Комвер, будь добр, вели конюхам оседлать четырех коней.
   
   70.
   - Как же так, мудрейший Дилогор! - отчаянно воскликнул Комвер. -Ювин Аимон доверил мне охранять дом и гостей, а вы их внезапноуводите...
   - Раз тебе Ювин доверил охранять дом, охраняй его. Что касаетсяОналей и Лаутиса, то это моя забота. Передай ему большое спаси-бо за гостеприимство, и пусть примет извинения за столь неожи-данный уход.
   - Тогда, мудрейший Дилогор, я поеду с вами. - глаза Комвера ре-шительно сверкнули. - Доя семья погибла в крепости вместе с ро-дителями Мескичева и Ийнэ. Я остался один. Ждать Аимона, а потомвозращаться в Райверсу в пустой дом нет охоты. Никто там не встре-тит и не обрадуется моему приходу, никто не обнимет, детские го-лоса никогда не зазвучат в молчащем доме. Стоит ли мне дожидать-ся Ювина?
   Дилогор долго и изучающе смотрел на Комвера. Рыцарь с мужествен-ным лицом, ясным и чистым взором серо-голубых глаз понравилсяему. Да, попутчик был достойный, однако Дилогор ответил ему так:
   - Историю твое нелегкой жизни, я знаю. Смотря, на тебя, славныйрыцарь из рода Глемстингом, увидел над твоей головой плохой знак,знак смерти. Поехав о нами ты никогда не вернешься сюда.
   - Мне смерть не страшна. Сколько раз я смотрел ей в лицо, Мне либоятся трудностей и опасностей? Они только укрепляют меня. Яхочу сопровождать Оналей. Меня связывает с ними одно общее горе-потеря близких и родных людей. 3 какой бы далекий путь они неотправились, я должен быть с ними рядом.
   - Все это очень хорошо о твоей стороны, Комвер. Только хиилы-да-реконы передали мне весть, что сюда спешит сын Инглиса, Анева.Дождись его и тогда догоняйте нас. Из Доболола мы отправимся к горамХай-Хьё, в долину Экка, в подземный чертог гъелов Бугдуруфа. До-зорных я своевременно предупрежду о вашем приезде, но может
   вы нас и раньше догоните.
   - Я согласен, мудрейший Дилогор. - и в первые за шестнадцатьлет неулыбчивое лицо рыцаря осветилось улыбкой. Он почти бегомкинулся х конюшням выполнять распоряжение Дилогора.
   Пока Дилогор разговаривал с Комвером, брат с сестрой успели пе-реодется в теплые одежды. У Лаутиса на левом плече висела кожа-ная сумка с лечебными травами, полотняными бинтами и мазями.
   - Вы , я вижу уже готовы, - обратился к ним Дилогор. - Подожди-те немного, Комвер с конюхами приведут сюда четырех коней.
   
   71.
   - Почему четырех? - спросил Мескинев. - Разве Комвер не прово-дит нас до Доболола?
   - Нет. - ответил Дилогор. - Он останется здесь, мы вчетвером отпра-вимся к строгам.
   Брат с сестром выразительно переглянулись между собой. Ох, какмного не договаривает вековечный старик. Ведь Комвер скорейвсего настойчиво просился взять его с собой, однако Дилогор понеизвестной для них причины оставляет рыцаря в доме Ювина.Один лишь более проницательный Лаутис догадался, что Дилогоруже твердо избрал Комвера в попутчики. Просто рыцарю надо кого-тодождаться. А вот кого, даже для хиила было скрыто тайной.Конюхи подвели оседланных коней. Онали, хиил и Дилогор уселисьв седла. Все четверо помахали ему рукой на прощание. Рыцарь от-ветил тем же прощальным жестом. Когда всадники скрылись из ви-ду, улыбка во второй раз появилась на лице Комвера." Ничего, - подумал он. - Скоро я вас догоню и не один. Не долгомы будем в разлуке."
   
   К горам Хай- Хьё.
   Ийвэ никак не могла поверить, что путь начался." А может еще нет? - принялась с нарастающим волнением раз-мышлять она. - Может Дилогор в другое потайное место нас отве-дет? Кто знает, какие причины побудили вековечного старика прий-ти к дому Ювина и спешно отозвать в дорогу.В апреле мне исполнится семнадцать лет, через год - восемнад-цать, вот только тогда надо выйти. И самое главное, на все воп-росы потом, потом, мол, у старейшины Хномма отвечу. Наверно,раз спешим к строгам, значит у Дилогора важное сообщение длянас, к настолько важное, что он не рискнул остаться в доме ры-царя. Словно ненадежным его посчитал." - от таких не очень весе-лых мыслей, на душе у ИйБЭ стало тоскливо и нерадостно. Не-известность впереди и молчанке Дилогра еще больше заставлялопереживать­ Ийвэ, и даже черневшая вдали восточная гряда Гу-румеких холмов померещилась ей чуть ли не Каменным Поясом.Дилогор ехавший рядом с сестрой Мескинева заметил лихорадочныйблеск в ее глазах. Поняв, о чем та волнуется, ободряющим го-лосом сказал:
   - Зря ты преждевременно переживаешь, Ийвэ К Каменному Поясумы еще не скоро направимся. Надо перед этим одно дельце сде-лать, но о том разговор впереди и не здесь.
   - Все у вас загадки, мудрейший Дилогор. - пробормотала озада-ченная Ийвэ. Сказанные слова вековечного старика лишь приба-вили путаницы в ее мыслях. Стараясь отвлечься от назойливых дум,ИЙБЭ сунула руку в карман куртки. Вытащила горсточку изюма, по-ложила в рот и принялаоь медленно жевать смакуя каждую ягод-ку. Приехав в лесные владения старейшины Хномма, строги прово-водили путников в большую виирту, удобное жилище построенное
   из юэллов.
   В холодную погоду древесина излучала тепло, поэтому очагов икаминов строги не делали в своих виирту.Оналям было приятно усесться на широкую скамью за столомсделанную из солнечного дерева и тут же почувствовать равно-мерное тепло идущее из нее.
   
   73.
   Во главе стола сидел старейшина Хномм, около него дочь Сейткна.Красивая, стройная дева, мудрая, спокойная, рассудительная, почтини в чем не уступающая отцу.
   Она посмотрела на Ийвэ золотисто-зелеными глазами, приветливокивнула головой, как старой знакомой. Ийвэ с Лаутисом видели нераз Сейтину в лунные ночи, у подножия йий, среди феллкутов.
   - Я привел вас сюда, - начал говорить глуховатым голосом Дило-гор, - чтобы сказать БОТ что. Прежде чем, мы доберемся до По-ножина, Ийвэ необходима кольчуга короля Эссусанида. для этогонадо отправиться к побережью Атварского моря, туда где раньше
   находилось государство Двианолл.
   Я сам пока не знаю для чего послужит кольчуга короля Зссусанидадля Ийвэ, но без нее нельзя идти в Каргал. Мне так же неизвестноместонахож­дение­ кольчуги. Дворец и гробница давно разрушены, да-же развалин не найти. И может статься, кольчуга находится совсемв ином месте. Я надеюсь, придя к Атварскому побережью , на,м что-топрояснится. В основном это касается Ийвэ. Вдруг именно ей од-ной будет явлен знак.
   - Почему именно мне? - удивилась Ийвэ. - Разве брату тоже ненужна кольчуга?
   - Нет, она ему не нужна. - сказал Дилогор. - Мескиневу будет да-рован в свое время меч и сейчас нам негоже преждевременно откры-ваться врагу.
   - Зачем мы спешно покинули дом Ювина? - недоуменно спросил Мескинев.
   - Так я же вам объясняю. Придется до срока идти к Атварскомупобережью,­ искать кольчугу. Если бы я точно зная, где ее искать,сидел ты у Ювина, пока Ийвэ не исполнилось бы восемнадцать.Учти, прямой дороги у пас не будет. Я чувствую нам не миноватьмногих уасных мест, как Туманный Галдаг, или дикие, северныеземли Оккорола. Зто сплошной лабиринт стоячих вод, заболочен-ных озер, огромные трясины. Впрочем, что я тебе, Мескинев рас-сказываю, ты сам ходил по тем землям.
   - Некогда, те места назвались Обителью Белых Журавлей -Зиссмен-тем. - неожиданно заговорил старейшина Хноммм, до этого внима-тельно слушающего речь Дилогора. - Чистые реки, голубые озераславились своей неповторимой красотой и многочисленными пти-
   цами. Настоящими красавцами были белые журавли - тэйссу.Белый, силуэт тэиссу во времена Лихолетий вышивали на знаменах,стягах, выбивали на щитах и латах. Знак журавля приносил удачу
   
   74.
   и победу. Нe знаю, жив ли хоть один тэйссу. Кадавлаки уж оченьстарались уничтожить прекрасных птиц.
   - Я не видел белых журавлей в Оккороле, обычных серых - сколькоугодно. - как-то виновато проговорил Meскинев. - Но зато яточно знаю, границы Виссментима давно никто не охраняет. Дозорныевысколы оберегов сравнены с землей и заросли дикоросом. В этихзарослях могут скрываться не только птицы. - угрюмо закончилМескинев.
   - Ладно. Дальнейший маршрут мы еще обдумаем. - сказал Дилогор. -Непредвиденные обстоятельства могут возникнуть в любую минуту.Сначала мы двинемся в долину Экка, к гьелам, и отправимсяже завтра утром.
   - Вечно ты опешишь, Дилогор. - укоризненно вздохнул хномм. - Я-торассчитывал, ты побудешь тут пару деньков, или больше.
   - Не огорчайся, старина. Ночью у нас найдется время поговоритьдо утра о наших стариковских делах. Пока не развеем тьму из Кар-гала, рассиживаться в гостях просто нету времени. А у тебя,я слышал, еще варят ламеином? Вот, что я сейчас бы выпил.
   - Сейчас не только ламенном подадут, вам дорогие гости, необхо-димо подкрепится хорошенько перед дорогой. - Сейтина дважды хлоп-нула в ладоши.
   Молоденькие девушки похожие на цветущие тонкоствольные рябинки,внесли разнообразные блюда к лакомства. Проголодавшиеся путникис удовольствием приступили к угощению.
   Когда все насытились, Сейтина принесла музыкальный инструментчем-то похожий на гусли. Но то были не Гусли, а сладкозвучныекалиссм­е.­
   Тонкие, белые пальцы Сейтины тронули струны, тихо и печально за-звучали они. Дочь Хномма запела песни - хале сваны о Золотых Днях,о таинственных кораблях плывущих в далекие моря, о деревьях ицветах, которые уже не растут даже в Добололе.
   Длинные халесваны можно слушать бесконечно, тем более их пела са-ма дева Сейтина. И никто не заметил, как за окнами стемнело ипервые звездочки засветились в ночном небе.
   - Я пойду прогуляюсь, когда я еще увижу дивные йий,- сказал Лаутисвставая из-за стола.
   Ийвэ тоже хотела пойти за своим наставником, но у ней уже сильнослипались глаза, а пение Сейтины после обильного угощения вообщенагнало дремоту. Словно во сне она встала вместе с братом, покло-нилась Хномму и его дочери. Девушки - рябинки отвели их в спальню,
   
   75.
   где стояло три кровати.
   Ийвэ легла и решила, что поспит немного, а потом хоть немножкопобродит среди йий, жалко феллкуты не цвели в это время.Брат улегся на кровать около окна:
   - Люблю, когда звезды светят и листья деревьев шелестят за окном.Никогда не думал, что пересплю у Хномма. Где угодно ночевал, а воту строгов в первый раз.
   - Чему теперь удивлятся, Мески. В предстоящем пути нас ждут такиеночевки, что эту вспомним как лучший сон. давай лучше спать, спо-койной ночи, братец.
   - И тебе сестренка, спокойной ночи.
   Первые лучи мартовского солнца проникли через окно в спальню, Ийвэчихнула и проснулась.
   Постель брата уже пустовала, из глубины виирту доносилось звонкоепение Сейтины.
   " Ох, соня, проспала! - с горечью обругала себя Ийвэ. - Не удалосьпрогулятся напоследок среди прекрасных йий. Чего я вдруг разоспа-лась? У Купина все до зари вставали и сна ни в одном глазу не бы-ло, а тут какая-то сонная одурь напала."
   Ийвэ встала с кровати, оделась, обулась, умылась водой из широко-гордого кувшина стоявшего специально на низкой скамеечке. И толь-ко вытерла полотенцем лицо, как вошел брат.
   - Доброе утро, сестренка. Завтрак готов, лепешки стынут. Все ждуттебя одну.
   — Л готова, чего меня ждать-то?
   - Так идем быстрей, натощак в дорогу не отправляется.Ийвэ шустро вышла из спальной комнаты вслед за братом.
   Кончив завтрак и выпив по-последнему кубку ламеннома, старейшинаХномм поднялся из-за стола и торжественно произнес:
   - Ну, гости мои дорогие, прежде чем отправитесь в дальнюю путь до-рогу, преподнесу я вам кое-какие дары.
   Старейшина Хномм повелительно стукнул посохом об пол. В залу вошлистроги держа в руках вещи завернутые в красивые материи.
   - Для тебя, мудрейший Дилогор, я приготовил вот этот пояс и лезг современ второго Лихолетия. Я гляжу, у одного Мескинева меч, а вы
   все трое безоружны? Так нельзя. Какими вы скрытыми тропинками нешли, опасностей не миновать. До гор Хай- Хьё почти три недели надодобираться. Придется и тебе, брат Лаутис, подарить лезг. Оружиедревнее, но силу и мощь не потеряло. Знаю, знаю, не любите вы же-лезо в руках держать. Но лезг всегда пригодится в трудную минуту.Не отказывайтесь, принимайте мои дары.
   
   76.
   Строги вручили Дилогору и Лаутису красивой выделки пояса и лез-ги в ножнах.
   Дилогор обнажил лезг. Сталь серебристо сверкнула подобно моло-дому месяцу выглянувшему из-за тучи. Рукоять меча искусно отде-лана драгоценными камнями, которые в незапамятные времена добы-вались далеко-далеко да юге. В странах вечного зноя и приво-зились караванными путями в некогда благословенные северные зем-ли.
   - Узнаю меч. - любуясь оружием сказал Дилогор. - Раньше он при-надлежал наместнику города Красных Башен - Иссвелле, Златокудрому Перееменкиту. Этот юноша любил сочинять песни и петь своимчарующим голосом, который приносил не только радость и счастье,
   но излечивал недужных, поднимал дух, изгонял тоску и заботы.Во времена второго Лихолетия, певец сменил лиру в руках на лезг.Пересеменкит умер сражаясь с песней на устах. Здесь, на середи-не лезвия Пелегами обозначены слова: " Поющий песню - никогдане умирает!" Ликон - Песня Победы, называется этот меч.
   - Надо же. -поразился Хномм. - Я и не знал какой знаменитый лезгхранится у меня. Про Персеменкита я слыхал, а о его мече - по-чти что ничего.
   - Я, правда, не певец. - произнес Дилогов, убирая лезг в ножны. -Зато, отныне, лезг будет в надежных руках.
   Лаутис осмотрел свой лезг. Он не отличался от Ликона, так как
   выковал был тоже в Иссвелле и носил название Найтон - Разруба-
   тель Врагов.
   Хиил неодобрительно качая головой нехотя прицепил к поясу Най-
   тон.
   - Брат Лаутис, зря ты качаешь головой. Ты еще не раз поблаго-даришь меня, имея Найтон. - обратился к нему Хномм.- Ну хоро-шо, сделаю я тебе еще один подарок. Прими-ка от меня куут - не-большой сосуд из чистейшего серебра наполненный целебной во-дой из родника Ёол-Лосса.
   - Из родника Еол-Лосса?! - живо встрепенулся Лаутис. Большиетемно-синие глаза хиила сверкнули странным загадочным блеском. -Но постой, брат Хномм, целебный родник высох после второго Ли-холетия. Само место завалено глыбами камней и песком!
   - Для кого-то он и высох, да только не для нас. Целебная водаHaшла под землей другой тайный путь и новое место выхода нару-
   
   77.
   жу. Мы охраняем родник днем и ночью.
   Пока даю воду лишь тебе, брат Лаутис. Расходуй ее экономно, ра-зумно. Одного глотка достаточно чтобы исцелится от хвори, а не-сколько капель сбрызнутые на рану быстро заживлят ее. Если Paг-руот двинет свои полчища на Светлые Земли, мы - Ватеннаа окажемпосильную помощь. Заодно найдем применение целительной воде.
   - Спасибо тебе большое, брат Хномм. Дар твой цены не имеет.Лаутис взял в руки драгоценный куут и низко поклонился Хномму.Старейшина посмотрел на Ийвэ:
   - Для Ийвэ, дочери Ластинефа Оналя, я подарю пояс с лезгом и
   кольчужную сетку - кольсу. Стрела ее не пробьет, лезг не раз-рубит. Пусть кольса побережет твое тело до того момента, когдаты найдешь кольчугу короля Эссусанида. Одевай кольсу и не снимайдаже ночью.
   Ийвэ сразу одела кольсу на белую рубашку, подивилась легкостии тому, что она не сковывает телодвижений. А новый пояс с лезгомиссвеллской выделки словно специально был сделан для Ийвэ, и по-тому красиво смотрелся на девичьей талии.
   Ийвэ поблагодарила старейшину за дары и тоже низко поклониласьему. Хномм улыбнулся девушке и повернулся к Мескиневу.:
   - Остался ты, Мескинев, сын Ластинефа Оналя. Прими кольчугу знаме-нитого оберега Даторила, лук с колчаном и стрелами сделан-ные из юэлла.
   Некогда подобный лук л отдал рыцарю Кавину Аимону, чтобы он убилдракона Хамфара. Совсем недавно птицы сказали мне, будто нынеш-ний потомок Аимонов, рыцарь Ювин подарил лук Наилису, сыну Ин-глиса из Калленойе.
   - Да, это так. - подтвердил Мескинев.
   - Упрекнуть Ювина а не могу. Он правильно сделал. Зачем попуступылиться оружию па стене. Пусть оно лучше послужит ратному делу.Ну, кажеться все, дорогие мои, давайте посидим на дорожку и по-молчим.
   Посидев минуту в молчании, Онали, Лаутис, Дилогор, Сейтина и
   Хномм встали, вышли из виирту прямо на двор больше похожий на
   лесную поляну.
   Там на поляне строги держали под уздцы четырех коней. К седлам
   приторочены седельные сумки с едой, запасной одеждой и новыми
   плащами.
   Ийвэ уже подоаша к Натраю, как Сейтина окликнула ее:
   
   78.
   - Вот возьми, на память обо мне. - Сейтина протянула сестре Мес-кинева небольшой сверточек.
   Ийвэ развернула и увидела изящные, мастерски сшитые полусапожкииз тонкой и прочной кожи коричневого цвета.
   - Не всегда, Ийвэ, тебе ехать верхом и пешком немало предстоитпройти. В этих линнях нога не устает, по льду, по мокрым кам-ням подошва не скользит, сухая ветка не треснет, и по трясинев них можно пройти.
   Ийвэ обрадовавшись нежданному подарку, сказала спасибо Сейтинеи поклонилась ей. Затем положила сверток в сумку и мельком гля-нула на свои дорожные сапоги. Они тоже неплохо смотрелись на но-ге, но по сравнению о линнями казались грубоватыми и простоваты-ми .
   С сожалением покидала Ийвэ странных, таинственных Ватеннаа, живу-щих в Добололе. На самой северной границе, уже обычного леса,четверо всадников оглянулись в последний раз на серебристо-зеле-ную кромку Доболола, потом повернули коней в сторону холмистых рав-нин Наростена.
   За четыре дня добрались до большой реки Овига, текущей среди хвой-ных лесов.
   На реке послышалась песня, потом глухой стук бревен. Ото плото-гоны гнали срубленные стволы елей в город Транге. Получше рассмотретьотважных плотогонов Дилогор никому не разрешил:
   - Нечего ни вам, ни им разглядывать друг друга. Тем более мыприехали со стороны Доболола и Наростена. В здешних краях этиместа не жалуют, а не жалуют потому, что людская память коротка.О Долгоживущих живших некогда в Наростене насочиняли сущий вздор.Конечно, здесь не обошлось без вражьих нашептывателях. Они являют-ся главной причиной всех слухов, сплетен и нелепиц.. Сидит где-нибудь такой трепач в кабачке среди лесорубов или смологонов иразъясняет. Мол, тяпнул дровосек топором по руке или ноге - неслучайно! Это злые козни невидимых Долгоживущих. Потонули плоты
   в реке - унивы постарались, ну и все в том же духе. И ведь ве-рят простые работяги этим трепачам. Мало того, идут пересказыватьдругим и от себя еще прибавляют. Вот так-то. Пусть плывут себемимо, нам не до них. Впервую очередь надо подумать о ночлеге.Для ночлега послужила небольшая пещерка в гранитных краснова-тых скалах. Вход в нее закрывали густо разросшиеся молодые елоч-ки. Рыжие белки с недовольным цоканьем перепрыгнули на другиеелки, росшие чуть подальше от пещерки.
   
   79.
   Расседлав коней, путники перекусили и легли отдохнуть, подсте-лив плащи под себя, Лаутис остался за караульного.Ближе к вечеру, в лучах заходящего солнца, Е ельнике мелькнулидве конные фигуры.
   Встревожившись, Лаутис разбудил Оиалей и Дилогора.Дилогор как-то странно усмехнулся Е бороду на тревожное сообщениехиила. Конский топот приближался к пещерке. Мескинев схватилсяза лезг, Ийвэ последовала его примеру.
   Из-за синих, словно облитых восковым налетом колючих Ветвей ель-ника показалась сначала морда коня, затем сам Комвер Глемстингом.У него был такой нивозмутимый вид, будто он куда-то отлучил-ся ненадолго, а потом, как ни Б чем не бывало вернулся назад.
   - Комвер! - воскликнули одновременно брат с сестрой. Напряженкев ожидании врага сразу спало.
   - Он самыйи. - скромно ответил Комвер, и улыбка в третий раз тро-
   нула его губы.
   - А кто же сзади едет? - спросил взволнованный неожиданнойвстречей Мескинев.
   - Минуту терпения, друзья мои.
   Минутка терпения: показалась для Ийвэ вечностью. Снова заколыха-лись колючие ветки елочек. Сердце Ийвэ отчаянно стукнуло в гру-ди, вдруг Ювин?!
   Сладкая дрожь пробежала но телу, но это оказался не Юнин Аимон.Из под синего капюшона мелькнули белокурые пряди волос, тонкая,изящная рука хиила откинула капюшон с головы.
   - Анева! - не смогли удержаться от удивления Ийвэ, Мескинев иЛаутис.
   Анева широко улыбаясь, спешился. Под порывом ветра плащ хиилараспахнулся, кристалл Беллисэ сверкнул утренней звездой на зе_-ленои куртке Аневы.
   - Значит, я правильно догадался, что ты Дилогор еще в Каумандевозымешь в попутчики Комнера. - оказал лаутис обращаясь к ве-ковечному старику. - A вот, чтобы с ним приехал Анева, сын Ин-глиса, то для меня новость.
   - Мудрейший Дилогор, - обратился Аиева к нему. - Я и Комверехали по твоим следам. Проверяли скрытые знаки и пи разу несбились с пути. Как я рад видеть всех вас вместе, особеннотебя, Ийвэ!
   Анева подошел к Ийвэ и крепко обнял ее. Смущенная сестра Мески-неванева не Противилась объятиям хиила.
   
   80.
   Анева возмужал, стал шире в плечах, ростом не уступал свое-му брату Наилису. Ийвз глядя на жизнерадостное лицо хиила, яаего веселые зеленые глаза, сразу перестала думать о Ювине исожалеть, что вместо него приехал Анева,
   - Прошу отужинать с нами. - пригласил Дилогор новых попутчи-ков в пещерку.
   Перекусив припасами строгов и запив чудесным ламенномом изфляги Лаутиса, Анева чувствуя на себе взгляды друзей и что ихбуквально распирают вопросы, начал первый говорить:
   - Вы удивляетесь наверно, почему мой отец Инглис послал меня
   в такую даль? Отныне наступили другие времена и сегодняшние во-ины рано мужают . Да, два года тому назад отец не пустил менядаже в Раиману проводить Оналей, М-да, но я отвлекся. Есть радостная и тревожная весть, я расскажу по порядку.Когда мой брат Наилис возвращался из Кауманда и почти доехал доКалленойе, болотные оборотни Кандираса устроили засаду.Они напустили густого тумана, хотели взять живьем в плен Наили-са. К счастью, брату на. помощь подоспел отряд лучников - хиилов.Сражаясь с оборотнями, Наилис заметил Кандираса наблюдавшегоза стычкой. Брату в Кауманде подарили замечательный лук из сол-
   нечной древесины юэллов. Метко пущенная стрела сразила напо-вал изменника. Кандирас вспыхнул ярким огнем и через минуту отпредателя осталась кучка пепла. Оборотни лишась своего пове-лителя кинулись в рассыпную, но один самый зловредный, подлоподкрался сзади и вонзил отравленный нож в спину брата,Наилиса удалось спасти. Когда я уезжал, состояние брата намно-го улучшилось. Вообще, по замыслу отца, должен вместо меня На-илис приехать, И вот с какой целью. На берегу Атварского побе-режья, встретить морских хиилов с островов Юа- Тайма, у бухтыАонн. Меня отвезут к морскому владыке Татригинусу. Тьма идетне только из Каргала, в Туманном Галдаге, арах Манбуг собира-ет войска. Нам нужен совет или помощь от Татригиноса.Тяжело нам всем придется, если Манбуг и Рагруот двинут свои пол-чища на Светлые Земли. - красивое лицо Аневы затуманилось го-реСТНОЙ дымкой, но лицо его тут же вновь просветлело:
   - Брат на прощание отдал мне необыкновенный со стрелами и ска-зал, что из этого лука, когда-то рыцарь Кавин Аимон убил дра-кона Хамфара. Теперь солнечной стрелой сражен Кандирас. Может
   
   81.
   быть в третий раз лук сослужит хорошую службу?
   Мескинев на слова Аневы молча достал свой лук.
   Анева ахнул увидев его. Единственно, чем различались луки, так
   цветом дерева. У хиила древесина старее, потому и темнее. У Мес-
   кинева помоложе - светлее.
   - Прекрасно, прекрасно. - засмеялся Дилогор. - С двумя луками изсолнечной древесины дорога вдойне станет безопасней. ПродолжайАнева дальше, у тебя еще что-то припасено для нас.
   - Да. - хиил с тревогой посмотрел на сестру Мескинева, и той сра-зу пробежал неприятий холодок по спине. - Это касается Нессмери.
   - Там кто-то умер? - всполошилась Ийвз, предчувствуя беду незри-мо повисшую над ней.
   - Пет. Помнишь ты рассказывала о жадных, бездетных Телешах?
   - Помню, Анева. Телеши всегда завидовали Купину и по только ему.
   - Паши тайные лазутчики время от времени скрытно наблюдали затвоей деревней. К Телешам, вдруг нежданно-негаданно приехалидва дальних родственника откуда-то с юго-восточных краев, ско-рей всего из Паранкита. Деревенским они сразу не понравились.Заносчив­ые,­ грубые, к тому же совали свои носы куда не следует.Даже расстроили одну помолвку. Но не это самое главное. Одинродственник Теленей постоянно кружился около дома Купина Дратта.Подозрительно­е­ любопытство чужака разозлило Купина, и тот при-грозил отдубасить настырного родственника, если он еще раз прой-дется мимо дома честного труженика.
   Видно угроза подействовала, чужак больше не маячил под окнамиДратта.. Родственники погостили две недели. Что они посулилижадным Телешам - неизвестно. Однако те заклотили дом, положиликое-какое имущество в повозку запряженную парой коней и от бы-ли всместе со своими южными родственниками.После­ их отъезда деревня гудела, как потревоженный улей.Одни радовались, мол наконец скряги покинули Нессмери. Другие сбеспокойством говорили, что уход Телешей не к добру. Ваши чары,мудрейший Дилогор действуют по-прежнему. Никто не помнит в де-ревне о приемной дочери Купина Дратта. И все таки внезапный при-ездстранных чужаков к их отъезд с Телешами тревожит моего отцаИнглиса.
   Выслушав Аневу, Дилогор насупил брови к задумался.Остальные молча ждали, когда вековечный старик заговорит.
   - Неужели тот уск-оборотень успел передать весточку другим
   
   82.
   соглядатаям Рагуста? - наконец изрек Диловор.
   - Навряд ли. - откликнулся Мескияев. Хотя у самого, как-тонеспокойно забилось сердце, а тревога за безопасность сестрыусилилась и противно заколола тонкой иголочкой в груди. - Хи-илы - маинехи убили уска-оборотня, когда тот в обличий Цопа-ка собирался на лодке переплыть реку.
   - Ты говоришь правду, Мескинев. Только нет уверенности в твоихсловах. Любой черной вороне с красными глазами, мог передатьсообщение о подозрительной смертной уск-оборотенъ, пока Ийвэ
   с Багранефем валялись под столом опоенные сонным зельем.Ийвэ с побледневшим лицом, ни жива, ни не мертва, с нараста-ющим ужасом в душе слушала разговор брата и Дилогора.
   - Никогда больше в жизни, в рот не возьму сладкого. - тихо про-шептала она. - А меду, тем более.
   - Что, что? - переспросил Дилогор вглядываясь в полумраке пе-щерки на Ийвэ. - Так, все ясно. Мы еще не сделали никаких выводов,а сестра Мескинева уже дрожит и трепещет от страха. Прочь ду-мы о злыднях! не так они страшны, как кажется. Пока враг ничем невыдал своих действий против тебя, Ийвэ. Мы же сами, впредь бу-дем бдительнее и осторожнее. А сейчас всем спать, утро вече-ра мудренее. Я покараулю ночь у костра.
   - Как же, уснешь теперь. - пробурчала Ийвэ. - Скалящийся оборотеньЦопак уснуть не даст до зари.
   - Чтобы не снился, - строго осадил свою ученицу Лаутис., - выпейотвар травы кулиппа, тогда никакой оборотень не приснится.
   Ийвэ послушно выпила горький отвар. Страх улетучился, а за нимпропало беспричинное ощущение тревоги.Ранним, росистым утром, Дилогор всех разбудил:
   - Быстрей собирайтесь, здесь скоро пройдут угольщики с БольшихПеревалов, могут заметить дым от костра. А нам не нужны лишниерасспросы и настороженные взгляды.
   И снова бесчисленные тропинки не то зверей, не то людей, а тои просто бездорожье замелькали под копытами уже шестерых всад-ников .
   Пять дней пролетели незаметно, один за другим, но на. шестой день,как выразился мудрейший Дилогор случилось непредвиденное об-стоятельство.Окол­о­ прозрачного ключа бьющего из под земли веселой струйкой
   и убегающего извилистым ручейком среди замшелых камней и нежно-зеленых спиралевидных завитков папортника, Дилогор объявил привал.
   
   83.
   Первым делом расседлали коней,, напоили ключевой водой. Затемтшательно обтерли мокрыми губками туловища скакунов, особен-но спину и бока. Шерсть после прохладного обтирания атласно за-блестела, умые жинотные радостно пофыркивали от водных про-цедур. Анева же и Мескинев живо развели костерчик.Ийвэ натаскала прошлогоднего рыже-желтого папортника и накрыладвумя плащами, но повалятся на самодельном ложе ей не дали.
   - Ну-ка, нарви несколько завитков папортника, к овощной похлебкеони не помешают. - приказал Лаутис Ийвэ.
   - Давай, сестренка, не ленись. Отдохнем потом, после обеда. -смеясь подтолкнул ее Мескинев.
   Ийвэ пошла вдоль ручейка попутно любуясь весенней жизнью леса.А лесная жизнь кипела во всю. У отарой, раскоряченной сосны, вы-сились два муравейника. На них живым черно-коричневым ковром ки-шели муравьи трудяги. Где-то наверху той же сосны, деловитостучал клювом дятел, выискивая жучков-древоточцев. Два ежикапробежали под самыми ногами Ийвэ. Испуганный эайчишка метнулсяв кycты ежевики от шагов девушки. Птицу пели на разные голоса:посвистывали,­ пощелкивали, издавали своими маленькими горлышка-ми различные рулады к трели.
   Под пятью молоденькими сосеночками, не выше колена Ийвэ, рослипервые весенние фиалки. Нагнувшись, чтобч понюхать цветы, Ийвэвнезапно услыхала странный шорох в ближайших ежевичных кустах," Снова заяц, а может лиса или кабан?" - молнией мелькнуло уней в голове. Обнажив клинок, Ийвэ затаив дыхание начала подкра-дываться к кустам. Там вновь послышался шорох, блеснули чьи-тоглаза и кто-то плаксиво всхлипнул.
   - А ну, выходи! - крикнула Ийвэ, догадавшись, что в ежевичныхзарослях прячется не зверь, а дети.
   - Тетенька, ты нас не убьешь? - донесся из-за ежевики тонкийдетский голосок.
   Ийвэ рассмеялась, спрятала клинок в ножны, достала из кармана два
   сухарика.
   - Зачем мне вас убивать? Выходите, я угощу вас сухарями. Заоднона обед приглашу. Мои друзья варят вкусный походный супчик.
   В кустах зашептались два голоса. Один советовал нe выходить, дру-гой писклявый, просился выйти и поесть. В конце концов, первыйголос уступил писклявому. Ежевичные ветки раздвинулись и вышло двоедетей.
   Старшая девочка лет девяти, в белой,вязаной, грязной шапочке на
   
   84.
   голове, я тако* ""» рстввыго'И' К^ТА. к которой пристали кое-гдебурые репьи, в длинной, запыленной, черной юбке. На ножках старыебашмаки, явно с чужой ноги. Большие серые глаза девочки с недо-верием и страхом глядели на Ийвэ, исцарапанные колючками еже-вики, худенькие ручонки крепко прижимали к себе шестилетнегомальчика­.­ Одежонка его совсем износилась и истрепалась, на но-гах, вместо башмаков, войлочные обмотки завязанные обрывкамиверевек. Голодными глазенками мальчонка смотрел на сухари.
   - Ешьте! - Ийвэ сунула ребятишкам по сухарю. Те не медля за-хрустели ими.
   - Чьи вы малыши, откуда, как вас зовут?
   - Мы ничьи. - печально ответила девочка, догрызая последнийкусочек сухаря. - теня зовут Мая, братика дуки. дом наш сгорел,родители потерялись, ш их искали, искали, да так и не нашли.Деревня наша называлась Хоккили.
   - что же вы гуда не вернетесь, соседя приютили бы вас на время.Сестра с братом переглянулись между собой, в детских глазахполыхнул недавно пережитый ужас.
   - Никого в Хоккили не осталось. Все разбежались кто-куда.
   - То есть как разбежались? Ведь причина должна быть, ни с того,ни о сего насиженное место не покинешь. Может черная хворь на-пала на жителей, или лихие разбойники завелись поблизости?
   - Ни то, ни другое. Я боюсь про него говорить. Вдруг он ночьюпридет и заберет меня с братом. -- прошептала бледнея от страха,
   1<1с1Я.
   - Не бойся, никто не придет за вами. Мы зашктим вас. Ну, кто жеэтот злыдень?
   - Упак. Страшный, злой, невидимый, неуловимый. Никто не слышит,как он прилятает ночью и выпивает кровь из людей.
   - Упак, проще упырь. - протпнула задумчиво Ийвэ. Забытый страхшевельнулся, а в ее душе.
   " Вдруг это пособник того уска-оборотня, или совсем другой? Охи развелось проклятых кровососов в Светлых Землях, шагу ступитьнельзя, чтобы не наткнуться на них." - Вспыхнувшая злость ирешимость против кровососущей нечести вмиг погасила огонечекстраха и неуверенности у Ийвэ,
   - Вот что, - сказала она, - найдется управа на упыря. Пусть крово-пивец не думает о вседозволенности, дескать, кого хочу, того
   и укушу. Он еще встретится с отважным рыцарем, а может с оберегом.Те ему враз ядовитые зубы обломают и язык поганый вырвут.
   
   85.
   Будет, гад знать, как по почам настать, да мирный люд пу-гать.
   Дети слушали Ийвэ с открытыми ртами, смелость девушки пере-далась и им. Они повеселели, в глазенках засветилаоь радостьи доверие.
   — Идемте за мной, детишки—зайчишки, нечего вам одним бродить
   по лесу.
   Мая с Дуки покорно пошли за новойче знакомой,Ийвэ помня пору- чение Лаутиса нарвала несколько ростков папортника.
   — У нас гости к обеду! - воскликнул Мескинев. - Сестра, где тынашла ребятишек?
   — Под ежевичым кустом. Девочку зовут Мая, ее брата Дуки. Ониголодны, родители потерялись. Родная деревня Хоккили опустелаиз-за упыря.
   - Ах вы маленькие страдальцы, - пожалел сирот Анева. - Ничего,мы вас накормим, но прежде умойте свои чумазые рожицы и ладош-ки.
   Дети разол исполнили прооьбу хиила. Ийвэ налила в деревянные
   миски овощного супа, отрезала по ломтю хлеба, Несмотря на об-
   жигающий суп, Мая с Дуки ели быстро, торопливо, изредко по-
   глядывая на сидящих рядом взрослых.
   Комвер с Мескиневым, то и дело подкладывали детям кусочки сы-
   ра и копченого мяса. У Лаутиса вскипел чай в котелке.
   Разлив горячий напиток по кружкам, ребятам дали лепешек и оу-
   шеных фруктов.
   Наевшись, Мая с Дуки поблагодарили взрослых за еду и стали
   сонно хлопать глазами. Ийвэ постелила на собранный папортник
   еще один плащ, дети легли, а Комвер заботливо укрыл их своим
   теплым плащом. Не прошло и пяти минут, как сестра о братом
   крепко уснули чувстуя себя в полной безопасности среди но-
   вых покровителей.
   Дилогор сурово сдвинув седые брови с укором глянул на Ийвэ:
   - Ну, Ийвэ Ональ, что теперь делать с детьми? Мы их накорми-ли, напоили, спать уложили. Что дальше? Будем таскать с собойповсюду, вплоть до Атварского побережья?
   - Но не бросать же их па сьедение волкам и упырям! Зачем намуподобляться татням? Может еще родители найдутся! - вски-пела Ийвэ оскорбленная вопросами вековечного старика.
   — С одной стороны ты права, с другой нет. Детишкек, конечнонельзя бросить в лесу. Только для чего веду я вас к горам
   
   86.
   Хай- Хье тайными тропами? Для того, чтобы о нашем продвиженииникто не знал. Кстати, Лаутис, ты обратил внимание на Дуки?Мне кажется он болен, притом серьезно.
   - Да, у мальчика все признаки надвигающейся лихорадки. Ребен-ку просто необходима в дальнейшем крыша над головой, уход и теплаяпостель. Заодно должен предупредить, ближе к ночи пойдетсильный ливень, поэтому не ради нас, а ради детей придется ис-кать какое-то жилье.
   Комвор услыша о дожде, подпял голову к верху. На ясном голубомнебо, не то, чтобы маячила серая тучка, а и оелого облачкане было видно. Однако по своему опыту рыцарь знал, что пред-сказание хиила сбудется.
   - Я, - начал Комвер, - часто бывал в здешних землях. У подно-жия Змеиных Окал расположен город Уподирр, южное от Упадирранаходится деревня Сликкели. Жители Сликкели добродушны и гос-теприимны. Можяо ночь провести там, глядишь и малышей к кому-нибудь пристроим. На месте Ийвэ, я сделал тоже самое - не оста-вил детей в беде.
   - Ты говоришь, Комвер, часто бывал у Змеиных Скал. - глухопроизнес Дилогор, пронзая темным взглядом рыцаря. - Ты не за-был о дурной славе древнего замка Драттара выстроенного наЗмеиных Скалах?
   - Кто сейчас пользуется этими руинами? - беспечно ответил Ком-вер. - Разве совы, да летучие мыши?
   - Вот видно кто-то и пользуется. Лет восемьдесят назад, в Упа-дирр прибыл один человек назвавшийся Фамилией рода Батлигов иззамка Драттара.
   Главе города он показал фамильные реликвии и перстень о гербомБатлигов. Его признали наследником и отпустили с миром. Боль-ше этого нового владельца замка никто не видел. Одни слуги при-езжали время от времени в город за продуктами.Все шло тихо,мирно, и вот однажды гьелы сообщили мне тревож-ную весть. Вреде бы Батлиг имеет тайную связь с Каргалом.Я велел гьелам следить за Драттаром, заодно сообщать о каких-либо подозрительных гонцах в замок, меня самого сразу насто-рожил новоявленный наследник. Он закрылся за железными дверями,никуда но выходил, сидел в замке, как запертая крыса в чулане.
   
   87.
   По ночам, в окне башни обращенной на север, после полуночигорел красноватый огонек. Едва небо на востоке светлело, ого-нек гас.
   Увы, Батлиг оказался хитрее нас. Ничего странного в ближайшихокрестностя­х,­ и самом ли Упадирре ничего но происходило. Бат-лиг сумел притупить пашу бдительность. Я велел гьелам снятьнаблюдение за замком, а зря.
   Прошло тридцать лет, потом еще десять. Никто уже не спускалсяиз Драттара в Упадирр за покупками.
   Городской совет решил собрать отряд из добровольцев и поднятсяв Драттар. Когда посланники вошли в замок, то подивились егонеобитаемости, пыли, грязи, оплошному запустению, словно дав-ным-давно в нем никто не жил. Польше всего поразила кладовая,там лежали не тронутые продукты, правда испорченные и сгнив-шие. Выходило так, что этими продуктами и винами никто не поль-зовался со времен въезда в замок, ни слуги, ни сам замковла-делец Батлиг.
   Из северной башни принесли шкатулку с фамильными реликвиями иперстнем. При более тщательном осмотре все вещи оказались под-делкой. Золотой перстень вдруг оказался модным и позеленевшимот времени.
   С неприятными, жутковатыми новостями спустились добровольныепосланни­ки­ в Упадирр. По городу пошли олухи один другого ужас-нее и страшное. Глава Унадирра созвал вновь городской совет,где потребовал и издал указ, чтобы никто для благо самих жегорожан но подниматься в Драттар. Особенно касалось кладоис-кателей. О сундуках о золотом ходили неувядающие легенды.Немало находилось отчаянных смельчаков желающих найти сокро-вища Батлигов. Но кто шею себе ломал, кто бесследно пропа-дал, а если кто и приходил домой живым, через неделю или двеумирал. Видно проклято золото Батлнгов.
   Горожане строго блюли указ главы Унадирра, как говорится небуди лихо, пока оно тихо. Только в последнее время какой-тобесшабашный любитель дармового золотишка все таки рискнулподнятся в Драттар и видно разбудил лихо. Уж не там ли, взлополучном замке свил себе гнездо упырь, что навел ужас ина город и на деревни?
   Все сокрушенно молчали слушая Дилогора. Одна Ийвэ упрямоподжав нижнюю губу, сидела около спящих детей с видом молодой
   
   88.
   волчицы решившей до последнего вздоха защищать своих первых
   волчат.
   Дилогор посмотрев на сестру Мескинева, махнул рукой:
   - Ладно. Думаете мне оамому не жалко этих горемычных сироток?Жалка еще как. А сироты они точно, погибли их родители от упы-ря. М-да. Наговорил я вам про Упадирр и Змеиные Скалы, но тоцветочки, какие нас ждут ягодки впереди, я. и сам затрудняюсьсказать. Ближе к закату поедем в Сликкели, что-то подсказываетмне, найдем там кров и ночлег.
   - Дело говоришь, мудрейший Дилогор. - довольно сказал Комвер,обрадованный тем, что вековечный старик согласился переночеватьв деревне.
   Как предсказал Лаутис непогоду к вечеру, так оно и вышло.Сначала появились узкие белые облака, затем они сменились напепельно-серые, дождевые тучи. Лучи вечернего солнца в послед-ний раз пробплвсь из-за надвигающихся друг на друга туч и по-гасли.
   Коней оседлали, костер потушили. От сильного, прохладного ветрапроснулись Мая и Дуки. Они смотрели на приготовления взрослыхк отъезду. Дуки тяжело, с присвистом дышал, на щечках высту-пил болезненный румянец, Малыш все время пытался поплотнее за-кутаться в теплый плащ рыцаря.Ийвэ подошла к девочке, ласково потрепала ее по голове:
   - мая, ты сядешь со мной. Мы едем в деревню Сликкели, ты знаешьтакую?
   - Нет. - ответила Мая.
   - Твой братик заболел, к тому же, посмотри на небо - собираетсядождь.
   Мая на олова Ийвз согласно кивнула головой и доверчиво прижалась
   К Ней.
   - А я возьму к себе Дуки. - Комвер подхватил малыша и усадил вседло.
   С первыми каплями дождя успели доехать до первого домика Сликке-ли. Комвер ехал в переди. Он слез с коня вместе с Дуки и постучалв дверь.
   - Кто там? - послышался громкий женский голос за дубовой креп-кой дверью.
   - Путники. Нас шесткро. С нами двое детей, один болен. Мальчикнуждается в тепле и уходе. - сказал Комвер, глядя на дверь о
   -
   89.
   беспокойством. Вдруг не откроют?
   - Откуда вы пришли? - поинтерисовался голос.
   - Из Кауанда.
   - Ого, так вы рыцари? Сейчас я открою, нечего вам мокнуть под
   дождем.
   Послышался звук открываемых металличеоких задвижек и запоров.Дверь тихо скрипнула и на пороге возникла женщина со свечой вруке, в длинной, белой рубахе до пола, поверх руубахи домоткан-чый наплатник без рукавов окрашенный в ярко-синий цвет.Пламя свечи освещало широкое, мужественное лицо женщины сред-них лет, с карими глазами, широкими бровями. Две толстые, тугозаплетенные черно-смоляные косы образовывали на голове тяжелуюкорону. По росту и сложению женщина здорово смахивала на бога-
   тыршу, а если одеть на нее доспехи, то и вовсе,как оберег
   смотрется станет.
   Вннмательно посмотреь на рыцаря с ребенком на рунах, хозяйка
   слабо ахнула, ровно ей привиделся призрак.
   Комвер изумленно поднял правул бровь:
   - В чем дело, хозяйка? Разве я похож на привидение?
   - Нет, что вы, рыцарь нз Кауманда. Просто несколько лет назад,в дождь, поздно вечером вернулся мой муж с сыном из гостей.
   Вы разительно похожи на него, особенно шрам на подбородке. Толь-ко у моего мужа чуть кривее, а у вас прямее...
   - Бывают в жизни совпадения. - озадаченно произнес Комвер. Онхотел еще что-то сказать хозяйке дома, но Дуки хрипло закаш-лялся.
   - Давайте малыша сюда, я относу его на кровать. А вы все про-ходите, проходите в дом.
   - Эи хозяйка, где можно конен оставить? - окликнул женщинуМескинев.
   - В хлову, у меня там две коровки, но найдется место и дляваших лошадок
   Мескинев с Аневой увели коней в хлев, остальные вошлн в дом.Усевшись за широкий чисто оскобобленный деревянный стол,Ийвэглянула на Дилогора и поразилась. Вековечный старик выгляделболее сутулыт, и вообще походил на очень старого человекаутомленного длинной дорогой.
   На глухо закрытых ставнями окнах, на притолоке двери, по угламдома висели связки. чеснока о пучками едкой чесночной травы иполыни.
   
   90.
   Весь дом был пропитан тяхелым нооночно-полынным запахов.Большая, в^лс*"зиная цветными изразцами печь, испускала слабоетепло. [1о одну сторону почки на с^ене висели деревянные, узор-ные полки о гл1Я1ядг^ обливной посудой, горяками, куьяинаяи ипрочя^ яухонпо:.' утварью. По другую стои^ну находилась двооь ведущаяв две маленькие комнатки.
   В комнату, где мтщммшмюмм стоила двухспальная кровать поло-жили ^ольного Дукн. Лаутио осталсн о ним и занялся приготов-лением целебного снадобья* боэяпка принесла гсрнок с кипят-ком, чтобн хиил ог.юг заварить травя.
   Затев хознйкн. достала из печи туяенув капусту с копченостями,из кладовки пврогн, оно, хлеб, слазила Б погреб за молоком,оливками и сметаной.Поставив угощение на стол, женщина улыбнулась:
   - Меня зовуЖ Басила. Ешьте, угощайтесь. Особенно ты, дочка, кактэбя зовут? - обратилась к Мае хозяйка.
   - Мая, а яоедо братика дуки. Мы из деревни локкили.
   - Рнаю йоккили, отгулы ^одом мои бывший муж Йоту.
   - То ость как бывлий? - переспросил Комвер. - 1 нт-: что-то слу-пилось?
   Басила смахнула набеяавлуя слезу:
   - Ирту и бэлу наялп /т^оя мертвыми па яолоноких лугах, когда
   !ЬЬ?
   ониюмм находились в нон^оя. Ив?была внспгояя почти вся кровь.Сэлу тогда исполнилось одиннадцать лот. Не одну мою семью посе-тило это ^.наоыое горе и ив только пату деревня.
   - Упак добрался и ^о ^оккили, они полностью обезлюдели. -грустно оказал^, -^.яя;. - Ыая о Дуки бежали ив деревни, их роди-тели погиол.и.
   дан уолыяав о себе ня выдержала и запвлакала, инв^. Комвер,Басила принялись утешать девочку,.
   - Чдо за плач? - опросили вследлио Деокинев и Анева.
   - яалылка вспсяннла родителей. - печально ответила Ийвэ. - Этотнеуловимый унак посетил и семью Ваоилы. Она за одну ночь ли-шилась мужа и сына.
   - Меть одно верное сродство против упыря. - Гнев сверкнул вкарих онах женщины-богатырый. - Его можно убить стрелой из сол-нечйеного дерева. Обнчяые стрелы не годны для м^ййнммцмм упы-ря. Пробовали подживать стрелы, но простои огонь не трогалночного кровопийцу.
   Комвер вопросительно поглядел на Засилу:
   
   91.
   - Разве знали местонахождении упыря?
   - Да. Я ежа выследила убипяу моего мука и сына. Упак появля-ется в полнолуние к проклятом: замке на Змеилнх Скалах. Он по-хож на летучую мыль огромного размера, лищный взгляд красно-рубиновых глаз чудовища странен. Только я вспомнила старое по-верье помогающие .уберечься от его злых чар.
   - чеснок?
   4
   - И чеснок, и полынь, и сероряяая кольчуга,
   - Ты храбрая, смелая женщина, Васила. - поразился Комвер не сво-дя восхищенных глад с хозяйки.
   - Ну еще бы. -- вмещался в разговор молчавший до сих пор Дилогор.
   - Ведь имя Басил уходит корнями ь имена оберегов. Наверно, втвоЁ род, басила, когда-то протянулась дальняя веточка оберегов.
   - Вы правы, отец. Рояяя моей матери все рослые и сильные, какмужчины, так ф'енщипы. Иа вы ешьте, ешчче. Своими разговорами,я видно вам мешаю.
   - Нисколько, дорогая Басила. А вот окажи, - вкрадчиво продолжалспрашивать Дилогор. - Боли б вдруг оказалась здесь солнечнаястрела, найдется ли лук выпустить ее?
   - Найдется. - с решимостью ответила ласила. Она встала, подо-шла к оучдуку, открыла крышку, затем вытащила завернутый в тон-кую черную замыу, больдох тисовый лук.
   - А ты умеешь стрелять из наго, Басила? - хитро прищурился Ди-логор.
   - Умою, еще как умею. Отец с братьями научили меня.
   - Верю. - Дилогор смотрел не мигая на женщину-богатыршу, та неотвела глаз от взглнда странного старика.
   - Анева, достань свой колчан и вынь одну стрелу,^иил исполнил просьбу Дилогора.
   - Видишь, Басила этот колчан со стрелами? Первой стрелой былубит дракон Доллар, второй - повелитель болот и трясин, Капдирас.Они сгорели от стрел необычным огнем, а солнечным, самым силь-ным. Настало время и третьей стреле поразить упыря. Я верю втвердость твоей руки, Васила^и остроту твоего глаза.
   Дилогор вручил г)асиле солнечную стрелу из юэлла.
   - Она теплая, словно рука ребенка! - Васила о восторгом ощупываладревко стрелы.
   - Бто в рук^х друзей она теплая. Руки врагов стрела немилосердно
   -
   92.
   жжет и ожигает дотла.
   - Во.'!ьлоз спасибо, всем в;у,:. - поклонилась Засила и окинулася'жипивым, ол.агот.арн:л,! ,^кк_-ок: сидящих гостей за столом. - .-1освобожу округу к город от печного ;:ровопийдг.!. Савтра насту-пит полнолуние, самое время, когда упак покивает Драттар.
   - Овоя.ь ховоло, Ласия'а. В словах твоих нету лжи и хвастовства.Ты покоячиль с уплоом. У нас к тобе просьба, мы держим путь
   за .&рл Хай- лье, сама понижаешь, тялелал опасная дорога недля детей. Не оставишь ли ребятишек у себл?
   - Конечно, оставлю. 3 Сликкели пробивает мо:-[ сестра о мужем.Они тоже н- робкого лонтгка. Я попрояу их приглядеть за Дукио лаеД, водь завтра у лонл релалщая ночь.
   - Вот отлично, вот в договорились. А теперь пора и на боковую.:-юв; нужно встать до рассвета, нем рвкьло вы повинол деревню,том лунло. н, пожален, л;в:н-' в ,/глу, вон яа тот дсревяннндлатан, лне старовл иного но надо.
   - Я пргнесу ва^, отец, нодулку и одеяло, а го жожот ляжете накровать, она у И'нв! жнннни, удобная.
   - Лот+, спасибо, Васина, пусть ^слодджв идет опять на перину,я поивнн ножатв на жестком.
   - И нн норвняжи ве побалованы! - весело отозвало,-; жеокинев. -Но от кроватей не сткяжежон, води хозяйка спать.
   - Рядом со опалвнеб иоляятка, в яей две кровати, их бы сдвинутьи жеста всей; хвотпт.
   - Л хожу л^нв о ^ративож. - захныкала Мая, сиотря просящимиглазами на взрослых.
   - Нельзя, малллка. Дуни сильно болен и около него находится ле-карь, он првглядит за братиком. Ты ляжоль с нами. - яйаэ лас-ково взглянула в глаза девояки.. - боглаова?
   - 1оглаояа. - кивнула та.
   - А я, пожалуй, задержусь немного. - оказал домвер. - Вдругпонадобится помолу Ва-иле.
   - Он, да К'-жяя помоль! - отмахнулась омуленная вниманием рыца-ря Заоила, но щеки у ней радостно заалели.
   Опали и Аяева понимание обменялись взглядами. Карие они Басилине хуже солнечной стрелы растопили серый, холодный сумрак оди-ночества в глазах Комвера.
   - Полли, - лопнул Мескияов на ухо Ййвэ. - Им ость о чем поговоритьи что вспомнить, тем более их объединяет одно горе - потерясемьи. Не будем молать, лучше заглянем к Лаутиоу,.
   
   93.
   В спальне, лаутио cидел на краю кровати и время от времениощупывал лоб мальчика, заметив в приоткрывшейся двери озабо-ченные лица друзей, приложил палец к губам.
   - Лаутис, - шепотом оказала Ийвэ. - Как здоровье малыша?
   - Ему лучше, ч добавил в отвар несколько капель воды из ку-ула . Дукк быстро пойдет на поправку, так что волноваться нече-го.
   Ийвэ тихонько прикрыла за собою дверь.
   Ночные часы пролетели незаметно, гости Василы пробудились допредрассветных криков петухов и принялись собираться в дорогу.После недолгих сборов отъезжающие попрощались о гоотепримнойхозяйкой­,­ пожелали ев еще раз мужества, отваги и удачи.Самый последний выехал со двора Комвер. Он несколько раз ог-лядывался на дом Василы и ее саму стоящей за оградой, покадеревья не окрыли и дом и хозяйку.Тяжелый вздох непроизвольно вырвался из груди рыцаря.
   - Тебе не хотелось расставаться с Василой, Комвер? - спросилДилогор глядя на расстроенное лицо рыцаря. - Ты ничего ей необещал?
   - Нет. Л не обещал даже вернуться. Хотя очень хотелось бы.
   - Ты можешь вернуться, вое в твоих руках.
   - Но твое предсказание о моей смерти, мудрейший Дилогор?
   - Тогда в Каумандо твое сердце было мертво. Из него ушла на-дежда и любовь. Одна месть и ненависть источали сердце. Затосейчас другое дело, в тебе вновь проснулась надежда и тыстал любим.
   - Значит я могу вернуться к Васнле?
   - Да, только в свой срок, Пуоть длительное расставание не му-чит и не удручает тебя. Васила обязательно дождется твоего воз-вращения.
   Глаза Комвера засияли, залучилиоь двумя ослепительными голубо-ватыми солнышками. Исчезла угрюмость, суровость с его лица, ка-залось еще немного и рыцарь Комвер Глемстингом Молчаливый, за-смеется, захохочет, запоет вовсе горло от распиравшей радос-ти и нежданнй, в его-то годы любви!
   Но Комвер сумел одержать переполнявшие, бурливщие, светлые чув-ства. Впереди-то ждала не увеселящая прогулка, а трудная, нелегкаядорога к Атварскому побережью.Ийвэ думавшая о чем-то своем, неожиданно опросила Дилогора:
   - Хорошо бы нам посмотреть откуда-нибудь, убьет Васила унака
   
   94.
   или нет? Ведь это вас не задержит в пути, мудрейший Дилогор?Дилогор задумчиво посмотрел куда-то вдаль, поверх головы Ийвэ.Вопрос сестры Мескиена заинтересовал осталных всадников, осо-бенно Комвора. Тот сразу оживился, красные от волнения пятна заВасилу проступили на щеках рыцаря.
   - А что, почему бы и нет? - о какой-то удалью ответил Дилогор. -Надо до наступления темноты поднятся на западные склоны Змеи-ных Скал. О маленькой площадочки, Совиный пяточок прозывается,неплохо просватривается Драттар.
   Рыцарь Комвер, не смотри на меня такими молящими глазами. ТвояВэсила справится сама, мы не зря отдали ей стрелу, Если я усомилсябы в Ваоиле, она никогда не получала ее. Успокойся и не пережи-вай, вое будет в порядке.
   Смущеный словами Дилогора, Комвер озабоченно вздохнул, но возра-жать вековечному старику не осмелился.
   Голубое утро с дымками тумана сменилось на золотистый, безоблач-нын день. День плавно песешел в сиреневын вечер. .Первые звездыхолодно засверкали на темном небе. Их ледяное сверкание заметнопоблекло, когда на небосводе появилась большая желтая луна.Она медленно поднималась в верх и желтый свет ночного светилапостепенно менялся на серебристо-слюдяной.­ Призрачный, неверныйсвет луны осветил гористую местностъ, зловещий замок Драттар.Едва различимые остроконечные крыши домов и башен города Уна-дирра, в котором до полуночи погасли все огни, двери закрылисьна засовы, окна тяжелыми ставнями. Ночная стража и та не вы-совывалась на улицы. Никому не хотелось попасть в лапы крвожад-ной нечести. Неестественная тишина повисла кругом, а лунный светсделался более мертвенным, коварным и обманчивым.Шестеро фигур на Совинов пятачке, возле засохшей сосны наблюдализа Драттароы. Кони сзади них тревожно фыркали и нервно пере-ступали копытами, словно чуяли опасность из мранного замка.
   — Смотрите! — в ужасе прошептал Анева, указывал пальцем на баш—ню замвка обращеннпую на север. - Мне кажеться на зубце что-тошевельнулось похожее на странную птицу.
   Действительно, на зубце башни
   что-то копошилось.
   — Упак. - сказал спокойным голосом Дилогор. — Лже—Батлиг. Настоя-щего-то скорой всего убили, да и среди наотоящих в роду Батли-гов попадались некоторые склонные к изучению черной магии.
   
   95.
   Замок Драттар давно был на примете в Каргале. Мне кажется,настоящий Батлиг одумался и перестал заниматься колдовством.Зато в Бараге это своеволие Батлига кое-кому не понравилосьи выслали замену.
   - А теперь эта замена навела ужас на всю округу и народусколько огубила! — гневно произнесла Ийвэ, сразу же вспомнивнесчастных сироток Маю и Дуки.
   У подножия Змеиных Скал, в глухой, лесной чаще провыл волк,ему вторили остальные волки. Волчий вой неприятно действовалвсем на нервы, кроме наверно Дилогора, который не боялся се-рых хищников.
   Жуткое создание на зубце башни расправило большие кожистыекрылья готовясь к полету, к очередным жертвам, но взлететькровопийце не удалось.
   Яркая точка вырвалась из мрака ночи, словно упавшая на землюзвезда вдруг решила вновь вознестись на небо.Завороженное непонятной вспышкой чудовище смотрело навстречусвоей смерти. Басила не промахнулась. Солнечная стрела изюэлла попала в цель.
   Крылатый упырь испустил жуткий предсмертный вопль. Необыкновенныйсилы огонь сжег мерзскую плоть чудовища, затем перекинулсяво внутрь замка сжигая все на своем пути.Яркий, неестественный огонь заметили в Упадирре.С Совиного пятачка шестеро наблюдавших путников увидели, какзамелькали огненные точки факелов на улицах, донесся неясныйгул голосов разбуженных горожан от ужасного вопля упака. Вотуже ручеек огоньков-факелов направился к пылающему замку.Пришедшие люди на место пожара тушить ничего не стали, ибосолнечный огонь сам погас в Драттаре. Остались лишь обгоре-лые руины и к этим руинам невозможно прикоснуться. Каменнаякладка оказалась чересчур горячей от солнечного огня.
   - Молодец, Васила! - похвалил женщину-богатыршу, Дилогор. -Она сдержала слово. Теперь наша героиня постарается незаметнопройти к себе домой. Несмотря на храбрость и смелость, Ва-сила скромна и не любит лишних восхвалений. Эх, побольше бытаких героинь. С ними можно смело идти на битву с Рагруотом.Не подведут и не струсят, а драться будут, как обереги.
   - Что верно, то верно, мудрейший Дилогор. - с радостью в го-лосе подхватил Комвер. - я не ошибся в своем выборе.
   -
   96.
   - Хорошая женушка достанется тебе, и напоит и накормит, и отврагов защитит. - шутливо подкольнул рыцаря, Мескинев. А Ийвэс Аневой тихонько засмеялись.
   - От врагов я и сам могу защищаться, - занервничал Комвер, непоняв шутливого тона Оналя. - Я...
   - Ну-ка прекратите немедленно! - шикнул на них Дилогор. -Здесь в этих местах не веселятся, ведите за собой коней, пеш-ком сподручнее спускаться. У озера Хьеко находится старая ры-бацкая хижина. Нам нужно дойти до нее поскорей, не торчать
   же всю ночь на Змеиных Скалах.
   Утренняя розово-алая заря полыхала в полнеба. Золотые лучивосходящего солнца пронзали бело-серые величаво плывущие об-лака и смело устремлялись в бирюзовые млики трех озер - Кульса,Вукле, Хьеко. Они гасли в озерной глубине, но успевали раз-будить горластых чаек.
   Белокрылые птицы с криком начинали носится над озерной гладьювыглядывая в голубизне воды серебристые тела рыб.Над тростниками и кустами медленно поднимались завитушки бе-лесого тумана. Потревоженные ранними криками белых чаек, не-довольно закрякали утки. Они степенно и важно принялись бо-роздить озерную воду, временами ныряя и хлопая крыльями.У галечного берега озера Хьеко стоял красавец лось. Он удив-ленно повернул большую горбоносую голову в сторону подозри-тельной хижины. С толстых мягких губ великана падали сверка-ющие капли. Лось только что налился чистой воды.Едва открылась дверь хижины, лось тут же бесшумно скрылся вольховых зарослях.
   - Побыстрее, побыстрее! - принялся поторапливать полусонныхтоварищей неутомимый Дилогор. - Через три дня нас ждет обедв зале чертога Бугдуруфа, у короля гьелов Фьехола. пока выспали, я успел послать ему весточку от нас, а заодно преду-предить замаскированные секреты гьелов-дозорных.
   За Глиняным Логом, за горной речкой Вьети, начинаются ис-конные владения гьелов, чужих они туда никого не пускают.хотя во времена Золотых Дней, в долину Экка мог придти сво-бодно хиил, кадинхор, оберег и простой смертный. Люди тогдабыли еще чисты и светлы и не ведали о Черных знаниях Рагруота.
   
   
   
   97.
   Теперь же, после двух Лихолетий, особенно после первого всеизменилось и увы, в не лучшую сторону.
   Дилогор сокрушенно умолк, затем посмотрел на Лаутиса разгля-дывающего утреннее небо:
   - Что, дождя не предвидится, Лаутис?
   Не отрывая взора от бело-дымчатых облаков, Лаутис ответил:
   - Нет, не будет дождя. Я надеюсь мы доедем до Глиняного Логапри солнечной погоде.
   - Тогда в путь. При дожде дорога превращается в непролазноемесиво и вместо трех дней выйдут все пять.
   
   Каменные водопады Догнуруфа.
   Пятеро гьелов вооруженных боевыми двухсторонними топорамипоявились словно из под земли прямо перед Дилогором, еду-щему впереди маленького отряда.
   При виде вековечного старика, гьелы почтительно склони-лись и поприветствовали его на своем языке:
   - Нигр ар хх'нох!. - / пусть сила гор пребудет с тобой!/
   - Ар хх'гим ф еох! - /сила гор всегда со мной!/ - улыбаясьв бороду ответил Дилогор. - Друзья, говорите на общем язы-ке Либбов, мои спутники не из вражьего стана.
   - Кто твои спутники, нам уже известно, мудрейший Дилогор. Уизлучины Вьети посланники нашего короля Фъехола ждут вас. -говоривший эти слова самый старший гьел задержал взгляд чер-ных блестящих глаз, на Ийвэ и Мескиневе.
   Его волнистая, с проседью, темно-коричневая борода была за-плетена в три косы и кончики кос закреплялись золотой сцеп-кой. Под плащом виднелась стальная кольчуга. Ростом гьелына голову ниже Ийвэ, но широки в плечах, приземисты, и вид-но, что они обладают недюжинной силой и выносливостью.Ийвэ сама смотрела на них во все глаза. Этот каменный скрыт-ный народец она видела живьем и в первый раз.Гьелы тоже не спускали с необычных смертных глаз. Хиилы ирыцарь из Кауманда мало их интересовали.
   Дилогор посчитавший, что время на разглядывание истекло, тро-нул коня за поводья:
   - Ис! - /прощайте!/ - и поднял вверх правую руку.
   - Ис! - хором ответили гьелы и помахали боевыми топорами. За-тем у всех на виду они мгновенно исчезли, будто в дыру земля-
   ную провалились, Хотя на самом деле, гьелы ловко спустилисьв потайной ход под землю.
   Через час быстрой езды перед взорами всадников за бурыми воз-вышенностями Х'Хотнор, предстал мощный, величественный, тем-но-лиловый массив гор Хай Хье.
   
   99.
   Самые высокие пики блистали снежными вершинами. Было в этихгорах что-то притягательное и пугающие, таинственное и ча-рующие.
   Две сияющие зелено-голубоватыми глыбами льда и белым снегомокругловатые вершины резко выделялись на фоне остальных. Оничем-то напоминали могучие плечи безголового великана в полу-сидячем положении.
   - Аниветтим! - мелодично произнес Анева, любуясь страннымивершинами. - Так вот они какие Белые Плечи Сваэринна! Прав-ду говорят: лучше один раз увидеть, чем много раз прослу-шать песню о небесном страже Сваэринне.
   - Гьелы называют их по другому. Первая смотрящая на восток-Нахнот Хел, вторая на запад- Фахнар Хел. Заодно,они являютсянепоколебимы­ми­ символами Хай Хье. Очертания вершин Нахнот Хели Фахнар Хел инкрустированы алмазами на золотой короне гор-ных королей - гьелов. Сегодня вы увидите ее на голове старей-шего короля Фьехола.
   Из-за скалистой насыпи окруженной редко растущим соснякомпослышалось шумное журчание водного потока. То пенилась изакручивалась небольшими водоворотами порожистая горнаярека Вь'ёти. Свое начало она брала из множества ручьев бью-щих и стекающих вниз из под многослойных снежных пластов иледников лежавших на крутых склонах.
   Много лет пропиливая, источая толщи скал, пробивалась неуго-монная Вьети в долину Экка. Гремящая и бурлящая река становиласьтихой и молчаливой в солнечной, зеленой долине гьелов.Следуя по правому каменистому берегу Вьети, Дилогор неожиданноприказал всем остановится и слезть с коней:
   - Дальше идем пешком, гьелы не любят лошадей.
   - Так что же, мы оставим животных тут умирать около реки? -возмутился Мескинев.
   - Нет. Коней мы здесь не оставим. Для них гьелы сделалиспециальное помещение - хорцу. Конечно они понимают насколько,хотя бы пони облегчили нелегкий труд, но гьелы предпочита-ют все делать своими силами, да и не каждый пони смо-жет выдержать полумрак подземных галерей и ходов. Животные,как и мы любят солнце, голубое небо и зеленую траву. Каменныеже своды пещер пугают и угнетают пони.
   На этот довод Дилогора Мескинев не стал возражать, он молчаспешился с остальными седоками.
   
   100.
   У излучины Вьёти,за завалами больших и малых скальных облом-ков поджидали путников три гъела.
   Они ничем не отличались от тех пятерых, не было только бое-вых топоров и кольчуг. Гьелы первым делом поклонились Дилого-ру, затем Оналям, хиилам и рыцарю Комверу.
   - Наш король Фьехол ждет вас. Прошу следовать за нами.
   - С превеликим удовольствием. - ответил Дилогор за всех.Следовать за гьелами по едва заметной тропке пришлось где-тооколо двух часов. Вот они остановились перед большой угло-ватой скалой. Впереди стоящий гьел прошептал заклинание, ка-менная глыба дрогнула и отъехала в сторону.
   Темный проход в виде арки пугал зловещей темнотой, но гьелы иДилогор смело вошли, ничуть не боясь горной тьмы. Впрочем, тем-нота длилась несколько секунд. Вспыхнули факелы в руках гье-лов. Вся процессия пошла по длинному коридору, который кончил-ся хорошо освещенным залом.
   К Оналям, хиилам и рыцарю подошли новые шестеро гьелов. Дило-гор сказал Мескиневу, что эти провожатые отведут коней в хор-цу, где для животных уже приготовлен корм и уход за ними бу-дет самый лучший.
   Сдав коней, все последовали дальше из зала по другому коридо-ру начинавшемуся за каменной дверью, которая открылась лишьпосле того, как гьел опять прошептал заклинание.Ийвэ идущая взади брата, то и дело крутила головой пытаясь раз-глядеть что-нибудь для себя. Стены, пол, каменный свод былигладко отшлифованы, никаких узоров и надписей резец умелыхмастеров не оставил.
   Миновали четыре четыре узких моста через пропасти, шли бес-конечными лестницами, коридорами, проходами. Часто путни-кам встречались куда-то спешащие гьелы. Ийвэ уже начала ду-мать: а увидят ли они этого горного короля Фьехола?И вдруг яркий свет ослепил глаза идущих. Все остановились изамерли. Перед взором входящих предстал огромный, обширныйзал Бугдуруфа - тронный зал горного короля Фъехола.Солнечный свет проникал через круглые отверстия прорубленныевверху, ровно горящие чаши-лампы стоящие повсюду на тре-ножниках горели оранжевым равномерным огнем, не коптили ине чадили.
   В центре зала возвышался трон из чистейшего прозрачного хрус-таля. По краям спинки трона сложной вязью были выгравирова-ны имена горных королей сидевших когда-то на Фат Фьере, что
   
   101.
   значит Окаменевший Лед.
   Теперь на Фат Фьёре, сгорбившись сидел старейший король гьеловФьехол в окружении подданных - чинных и важных.В среднем гьелы живут двести - триста лет, бывает и по-четы-реста и по-пятъсот. Король Фьехол дожил до восьмисот лет.Белая борода заплетенная в десять косичек опускалась до самогопола, в каждую косичку вплетена нить унизанная бриллиантами.И поэтому борода имела вид снега переливающегося разноцветны-ми бликами в морозный, ясный день.
   На золотой короне венчающей голову короля, как и говорил Дило-гор, самыми лучшими алмазами были инкрустированы вершины НахнотХел и Фахнор Хел. И несмотря на бриллиантовую бороду, корону,дорогие кольца и перстни на морщинистых, коротких пальцах, одеткороль Фьехол очень скромно: тонкий , шелковистый плащ с голу-быми переливами, темно-пепельный кафтан, такого же цвета шта-ны заправленные в синие сапожки.
   Черные, как агаты глаза в первую очередь впились взглядом наИйвэ и Мескинева.
   Дилогор первый поприветствовал короля Фьехола. Важные гьелывстрепенулись и тоже ответили приветствием и поклонами, затемвышли из зала, чтобы не мешать беседе наедине своему королю сгостями. Дилогор тем временем по очереди представил Фьехолупутников пришедших с ним.
   - Что ж, - низким надтреснутым голосом проговорил король гье-лов. - Я рад, что ты, Дилогор навестил меня. Только прежде,чем обстоятельно поговорить, а есть о чем, по закону госте-приимства вы должны отдохнуть и перекусить.
   - Я обещал моим друзьям, обед в тронном зале.
   - В тронном зале очень хорошо закатить пирушку, как в былыевремена. Но уверяю тебя Дилогор, трапезная ничуть не лучше, темболее там все накрыто.
   Король Фьехол тяжело поднялся с Фат Фьера опираясь на посохвырезанный из юэлла. У горного короля не была шаркающая и мед-лительная походка. Может быть силы поддерживало тепло солнечнойдревесины, поэтому Фьехол довольно бодро зашагал рядом с Ди-логором.
   Когда в трапезной вкусно, сытно отобедали и допили последнийкубок вина, все выжидающе посмотрели на короля гьелов. Тот, ка-залось дремал на своем месте не замечая вопрошающих взглядов.
   
   102.
   - Послушай, дружище, - мягко произнес Дилогор. - Ты кое о чемхотел сказать, если я не ошибаюсь.
   - Да-да. - оживился Фьехол. - Ну так слушайте. После смертидракона Хамфара, я выждал некоторое время, потом снарядил трибольших отряда самых храбрых гьелов обследовать Ортог. Пере-писать все сокровища, а заодно перенести их в более потаенноеместо. К сожалению, мы не учли особо злых чар Хамфара наложен-ных на золото. Этот летающий ящер знал, кто его ближайшие со-седи. Ведь у него в пещере находилась часть сокровищ принад-лежащих нам по праву и эту долю мы и хотели вынести. Из трехотрядов едва уцелела половина. В числе принесенных сокровищоказался небольшой сундучок обитый золотыми пластинками.
   В нем находились свитки-куллоны, прочесть я их не смог и пото-му положил обратно. За делами и заботами я надолго забыл освитках. Но вот ты, мудрейший Дилогор привел Избранных и вамнадо что-то узнать о короле Эссусаниде. Какой у него был герб?
   - На голубом фоне золотой круг. В круге серебристый полумесяци рука в перчатке. - сразу ответил на вопрос Фьехола, Дило-гор.
   - Значит, я не ошибся. - Фьехол достал из кармана железныйколокольчик и требовательно позвонил.
   На звон немедленно явились трое слуг гьелов. Горный король
   приказал им принести золотой сундучок.
   Когда сундучок принесли и открыли, Дилогор первым делом осмотрел
   печати на свитках и герб. псе сходилось: на голубом фоне, в
   золотом круге серебристый месяц и рука в перчатке.
   Прошло немало времени, пока Дилогор неспеша и тщательно прочел
   три свитка-куллона.
   - М-да. - разочарованно протянул он. - Здесь описывается пе-риод жизни Эссусанида, но лишь до его отплытия на остров мор-ских хиилов Аа'Найэ. Именно оттуда король привез необыкновеннуюкольчу­гу­ - бесценный подарок морского владыки Тенеголла. Ееназывают Кальнас или Защита Неба, ибо выкована она из камняупавшего с неба... не заметили ли твои разведчики в берлогеХамфара, еще сундуки с гербом Эссусанида?
   - Сундуков там немало осталось нераскрытых. Драконьи чары по-мешали досконально осмотреть их.
   - Драконьи чары для меня не помеха. Придется идти в Ортог. Втрех сватках зашифрованными куллинами описывается о детстве,
   -
   103.
   юности, короновании, женитьбе, виплоть до его тридцатипяти-летия. На тридцать шестом году Эссусанид по приглашению мор-ского владыки Тенеголла отплыл на Аа'Найэ. Вот бы что почи-тать дальше. Увы, это "дальше" придется искать в норе Хам-фара.
   - И когда ты собираешься заглянуть в Ортог? - поинтересовалсякорол­ь­ Фьехол.
   - Да прямо завтра, нечего откладывать дело в долгий ящик. Сомной пойдут Мескинев, Комвер, и заодно отряд гьелов-развед-чиков,­ можно тех самых, что в первый раз ходили в Ортог засокровищами.
   - А я 9 - жалобно спросила Ийвэ, не понимая почему Дилогорне берет ее с собой. - Уж мне-то...
   - Уж тебе-то, - резко оборвал Ийвэ, Дилогор, - как раз и при/дется посидеть здесь, ожидая нашего прихода. Ортог не всегдапринадлежал Хамфару. Выли и другие хозяева пещеры, более древ-ние и могущественные. Какие силы прежние владельцы остави-ли после себя, мне неизвестно. На Долгоживущих и Маложиву-щих они не повлияют. Ты Ийвэ, уже не принадлежишь ни тем, нидругим. Не потревожить ли тебе преждевременно то, что и дляменя пока скрыто мраком.
   - А разве брата не коснется это?
   - Нет, Мескинева не коснется. Однако с тобой может что-нибудь случится. Я не хочу до положенного срока рисковатьтвоей жизнью.
   - Хорошо, мудрейший Дилогор, я останусь в Вугдуруфе до ва-шего приезда.
   - Скучать тебе, Ийвэ не придется. - обнадеживающе сказалкороль Фьехол. - Моя правнучка Фона покажет самые лучшие мес-та Бугдуруфа. Хиилы тоже не заскучают. В долине Экка красныеклены, зеленые травы, мшистые камни ждут вас, Анева и Лау-тис.
   В знак того, что король Фьехол разрешает беспрепятственнопобр­одить­ по долине, хиилы благодарно кивнули головой.Апрельские дни летели один за другим. Кончалась уже вторая не-деля, а из Оргога не поступало никаких вестей.Фона говорила Ийвэ, что первые три отряда пробыли четыре не-дели и вернулись усталые, больные, измученные, и на принесенные
   
   104.
   сокровища смотрели с ненавистью. Ведь лучшие товарищи навсег-да остались в Ортоге. Ну, а если теперь в бывшем драконьемлогове орудует сам Дилогор, волноваться зря нечего. Так, чтоостается только ждать.
   Ийвэ очень сдружилась с Фоной, хотя гьелла не отличалась мно-гословием и ростом походила на десятилетнего ребенка.Правнучка старейшего короля показала Ийвэ самые красивые под-горные места Бугдуруфа. Вид Каменных Водопадов действительновпечатл­ял­ и поражал воображение. На огромнейшей стене засты-ли удивительные складки скальной толщи напоминающие навсегдазастывшие струи пенящегося водопада. Среди каменных складокпри свете факелов сверкали многочисленные друзы горного хрус-таля.
   Ийвэ долго и молча любовалась каменной красотой. Она почему-тосразу догадалась, что это дивное весто как-то особенно доро-го гьелам. И это оказалось так. Стоя на круглой площадке Фо-на сказала Ийвэ:
   - Здесь влюбленные пары навсегда клянутся быть вместе и неразлучатся никогда. Скоро и я произнесу со своим женихом клят-ву.
   Черные глаза Фоны радостно заблестели. Ийвэ уже знала об из-браннике гьеллы, Вахоре из рода Золотокователей.
   - Какая ты счастливая! - с болью в голосе ответила Ийвэ, ив ее глазах блеснули непрошенные слезы.
   Фона же удивленно и недоумевающе поглядела на погрустневшуюдевушку­.­
   - Ийвэ, напрасно ты терзаешь себя. Я подарю свое сердце одно-му Вахору. Ты же подаришь свое сердце всем Светлым Землям.
   Ты думаешь пока, как простая смертная и не замечаешь в себеудивительных перемен. Я чувствую в тебе эти чудесные пере-мены. Ты действительно Избранная, и в дальнейшем перед то-бой откроются такие тайны, о которых мы не смеем даже меч-тать.
   Ийвэ пораженная проницательностью Фоны замерла на миг, апотом медленно, о расстановкой сказала:
   - Ты правильно говоришь, Фона. Не о личном счастье надо ду-мать мне, хотя ужасно хочется иметь его. Порой приходят вголову мысли: а вдруг все что происходит, не со мной?Вдруг пронесет мимо, или же переменятся обстоятельства и
   
   105.
   не надо никуда тащиться по бездорожью. Но поразмыслив, зна-ешь - все происходящие явь и от этого никуда не денешься. Ужепо личному опыту убеждаешься насколько далеко проникли щу-пальца Тьмы в Светлые Земли. Эти щупальца коснулись меня,страшно было их прикосновение...
   Пережитый ужас от уска-оборотня затемнил взгляд Ийвэ. Она го-рестно вздохнула и умолкла. Фона стоявшая рядом с пониманиеми сочувствием осматривала гостью. Гьелла. уже знала печальнуюисторию случившуюся с Ийвз в Малорке. Тишина зависла в залеКаменных Водопадов, одни кристаллы хрусталя сверкали много-численными голубовато-розовыми бликами.
   - Интересно, - нарушила первая молчание Ийвз. - Знают ли хи-илы об этой каменной красоте?
   - Навряд ли. - отозвалась Фона. - Они не любят подземныймрак. Им больше нравится солнечный свет, рассветы, закаты,или вечерние сумерки, звездные ночи, чистые прохладные рекии озера, зеленая трава и песни ветров. Вон Анева и Лаутисушли в долину Экка, так ни разу не заглянули потом в чертогимоего прадеда, короля гьелов Фьехола.
   - Кстати, Фона, пойдем проведаем хиилов, чем они занимаютсяв долине?
   - Пойдем, я не против.
   Анева лежал на траве, у трех обросших мхом валунов, за валунамиросли два клена. Зеленоватые, с желтыми прожилками, листьякленов слабо подрагивали от дуновения ветерка. Где/то за
   поворотом слышался тихий плеск воды, то текла синяя река
   Вьети.
   Ийвэ и Фона присели около Аневн. Хиил не замечая гьеллы и сестры
   Мескинева не отрываясь смотрел на вечереющее небо, на лод-
   золоченные уходящим сонцем облака медленно уплывающих за
   вершины гор Хай Хье.
   - А где Лаутис, Анева? - спросила Ийвэ оглядываясь кругом.
   - Ищет корешок травы виислэ.
   - Что же он ко мне не обратился? - сказала Фона. - Я бы сра-зу показала. Виислэ травка очень редкая и не так-то легконайти ее.
   - Вот поэтому Лаутис и предпочитает находить все сам. Не бес-покойтесь, он скоро найдет заветный корешок.
   - Да мы и не беспокоимся. Еще ни одна редкостная травка не
   -
   106.
   ускользала от взора моего учителя. Ах как чудесно здесь иприятно! - восхитилась Ийвэ. - Вот бы тут отметить мой деньрождения, не в трапезной, а на траве, у этих валунов под кле-нами.
   - Жаль не осенью ты родилась. - вздохнула Фона. - В конце сен-тября начинается настоящий праздник: клены повсюду пламене-ют,, пахнет хмелем и медом. Сейчас, конечно не то, но , если
   ты хочешь тут отметить день рождения, пожалуйста, мы не станем
   возражать. Пригласим лучших музыкантов, прикатим бочки с пи-вом, с вином, и тогда можно повеселиться на славу.Анева словно не слушая разговор Фоны и Ийвэ слегка нараспевпроговорил:
   Ни спеши! Ведь есть же время Посидеть под звездным небом.Там в долине ИнгуэллаСмех и пляски, шум, веселье.
   Ночь тебя крылом коснетсяНе пугайся,это Тильме.Вон как радостно смеется,Так забудь и ты обиды.
   На траве, зеленой, мягкойХорошо вздремнуть немного.Утром встанем очень раноУведет нас в даль дорога.
   И шагая в полдень жаркийВспомнишь ночи ты прохладу.Тильме - звездную шалунью.Свет костра и сон приятный.
   - Почему Ингуэлла, а не Экка? - спросила Ийвэ Аневу.
   - Так мы хиилы называем эту прекрасную долину. Да. Были когда-тосчастливые и безмятежные времена... А ведь и самом деле, по-чему бы нам не отпразднавать твой день рождения, Ийвэ, здесь?
   Я полностью согласен. К тому же могу спеть много песен очудесной долине красных кленов.
   Сказано, сделано. Семнадцатилетие Ийвэ справили весело и шум-но, разошлись спать лишь к утру. Где будет отмечать свое во-семнадцатилетие, об этом Ийвэ даже не хотелось думать.Под теплым моросящим дождем уходил последний день апреля.От Дилогора и гьелов по-прежнему ни слуху, ни духу. Наконец,после майских гроз прибыли кладоискатели.Гьелы буквально согнулись до земли от непомерной тяжести наспинах. Вид вековечного старика не предвещал ничего хорошего.
   
   107,
   Мескинев с Комвером выглядели тоже утомленными и усталыми.После обеда и отдыха, Дилогор начал рассказывать:- Придя в Ортог, я снял чары Хамфара и после этого гьелы неторопясь переписали лежащие сокровища. В первую очередь отоб-рали свою долю. Мы досконально перерыли ящики, мешки, большиекувшины, ларцы и сундуки. Увы, напрасные потуги, больше сгербом короля Эссусанида не попалась ни одна вещь.Пока гьелы делали опись найденных сокровищ, я решил повнима-тельней обследовать пещеру, потому что помимо чар Хамфара, яуловил слабые, но еще заметные другие чары. Чары Того Кто жилраньше в Сртоге до дракона. Предприняв тщательные поиски, яобнаружил крышку большого каменного люка. Напрасно я пыталсяприподнять ее, или хоть самую малость сдвинуть с места.Я пременил много заклинаний по открыванию и никакого резуль-тата. Вдруг меня озарило почему мои попытки открыть крышкулюка остались ни с чем. Просто Закрывавший вход, не подвластенмоим чарам. Тогда, я, мысленным взором проник за эту камен-ную преграду и увидел винтовую лестницу из неизвестного мнеметалла ведущую глубоко вниз. Я потерял счет бесконечнымступенька­м­ и думал, что им не будет конца. Но конец все такинаступил. Моему мысленному взору предстало жуткое зрелище.К четырем огромным колоннам, опять таки из неизвестного мнеметалла, огненными цепями приковано нечто Страшное и Ужасное.По виду напоминающие черную, гигантскую многоножку с кривымичелюстями, на бугристой спине длинные, острые шипы.Это была уже высохшая мумия и она внушала, даже мне, Дилого-ру, необъяснимый страх и трепет. Только звездные Радигаксымогли сковать и усмирить эту Тварь из Темных Времен. Я знало таких Тайниках-Закрыватэл.­ях,­ куда Радигаксы запрятывали по-рождения Мрака навсегда. Поэтому я не ошибся, что до драконаХамфара, Кто-то еще обитал в Ортоге. По сравнению с этой чу-довищной Тварью, Хамфар выглядел бы безобидным котенком.К вот что еще. Когда Мескинев приблизился к люку, у него силь-но закружилась голова, и он упал. Пришлось отнести Мескиневак самому выходу пещеры. На солнце и свежем ветерке он быстропришел в себя. Не представляю, чтобы случилось с тобой, Ийвэ,будь ты там.
   Ийвэ слушавшая с замиранием сердца рассказ Дилогора тревожнопосмотрела на брата. Тот заметно побледнел, видно упоминание
   
   108.
   о случившимся с ним в Ортоге расстраивало и угнетало.
   - На наше счастье, пока все обошлось. - Дилогор сделал особоеударение в слове "пока". - Мы вернулись обратно, правда безтого, чего искали, кроме золота, конечно. И теперь нам за-держиваться здесь больше нечего, после завтра отправляемсяснова в путь.
   Король Фьехол сильно ссутулившись, чуть наклонив голову в сто-рону Дилогора, сказал:
   - Я не знаю твоего дальнейшего пути, мудрейший Дилогор, ноесли ты пойдешь через северо-западные земли Наутмана, загляник моему младшему брату Дарфану в Медные Копи Гээфнада. Мо-жет он чем-то тебе поможет.
   - Я подумаю над твоим советом, Фьехол. Дороги действительномогут менятся каждый день, и если одна и поведет мимо Гээфна-да, то мы непременно проведаем Дарфана.
   Лишь к концу июня шестеро всадников свернули в сторону Гээф-нада. А до этого сделали крюк к тайному книгохранилищу Ме-зелътопина находящемуся глубоко в горе Даурната. Увы, и тамДилогор не нашел никаких сведений о короле Эссусаниде.Попутно до них то и дело доходили какие-то слухи о неуло-вимой шайке бесчинствующей в местных краях, и вожак, мол, нувылитый ченг.
   Дилогор думавший о чем-то своем более существенном, пропускалмимо ушей эти разговры о шайке кривоногих разбойников. Однакотревожные слухи оказались не пустословьем.Ехавший­,­ как всегда во главе отряда по тропинке среди об-ширных, заросших разнотравьем лугов, вековечный старик то идело поглядывал направо в сторону березового перелеска.Неожиданно­ оттуда взвился клубами черный дым, послышались от-даленные крики, яростный лай собак, мычание и рев домашне-го скота.
   Конь Арай под Дилогором резко остановился и тревожно заржал.На скошенной траве лежало трое убитых косарей, а подальше те-ла разбойника и молоденькой девушки со стрелой в спине.Всадники спешились, подошли к убитым. По следам разобралисьо случившейся трагедии. Главу семьи пожилого косаря и двухего сыновей метко пронзили сразу стрелами. Сестра, видноуспела затаиться в густой траве, но как только один из лихо-деев принялся обшаривать мертвых косарей, в надежде чем- ни-будь поживиться, не выдержала и рубанула лезвием косы в
   
   109.
   грудь негодяя. Половина лезвия сломалась и осталась торчать,древко косы переломленное пополам валялось тут же.Но подсепевшие дружки разбойника отомстили за его смерть, под-ло пустив стрелу сзади, в спину юной косарицы.Все шестеро молча про себя восхищались храбростью и смелостьюпростой, деревенской девушки, по годам равной Ийвэ.Ийвэ же встав на колени перед своей одногодкой заливаясь сле-зами принялась вытаскивать багровую стрелу с черным оперениемиз спины убитой. Вытащив, Ийвэ в гневе хотела сломать ее, ноДилогор остановил сестру Мескинева:
   - Подожди-ка! А ведь стрела сделана по-каргальскому образцу,и сработана где/то здесь.
   Мескинев, Лаутис, Анева, Комвер по очереди осмотрели стрелуи согласились с Дилогором.
   - Мне плевать, где была сделана эта стрела! Главное, что онасделала свое черное дело! - судорожно выкрикнула Ийвэ и с не-навистью пнула труп райбойника.
   - Остынь, Ийвэ! - одернул ее Дилогор, грозно сверкнув темнымиглазами. - Лучще вытащи лезвие косы из груди врага. Сдаетсямне, сослужит оно еще службу.
   Анева помог Ийвэ извлечь лезвие и завернуть в темную ткань.При этом хиил всматриваясь в узкоглазое лицо грабителя сказал:
   - Примерно такие полукровки приходили в Нессмери и увели ссобой чету Телешей..
   - Ну неужели, мы не отомстим за убитых?' - все еще продолжалагорячится Ийвэ, то и дело хватаясь за рукоять клинка.
   - Нет! Посмотри внимательней в тот березняк, откуда дым идет. -приказал Ийвэ, Дилогор. Среди стволов берез замелькали алыеплащи оберегов. - Эти громилы и разбойники получат свое. Обе-реги не станут с ними церемонится. Нам же надо уходить. Эх, нехотел я идти в Медные Копи Гээфнада, да видно придется. Уби-тых косарей не трогайте. Жители деревни сами сюда придут ипохоронят их.
   Ийвэ на прощание положила, букетик быстро сорванных незабудокна грудь мертвой девушки и мысленно поклялась когда-нибудьотомстит­ь­ за свершенное злодеяние.
   Младший брат Фьехола, Дарфан, оказался таким же старым, смор-щенным и седобородым, как его старший брат.Подземные чертоги Дарфана уступали чертогам Фьехола. Роскоши
   
   110.
   здесь особой не было, зато все сработано на долговечность,просто­ту­ и удобство.
   В особо тайной кузнице гьелов, куда не пустили даже Избран-ных, лезвие косы перековали в клинок,добавив в него еще не-сколько сплавов.Дилогор торжественно показал клинок своим спутникам:
   - Из пылающего горна Ирдхона, из под тяжелого молота искусней-шего кователя Хафора Тяжелорукого появился этот клинок. Нанем чары тройной силы, в рукоять вделаны голубовато-прозрач-н­ые­ амкелдоны, известные вам, как Глаза Зимней Луны.
   - Очень редкие самоцветы. - восторженно прошептала Ийвэ, лю-буясь, как и все остальные детищем Хафора Тяжелорукого.Дилогор­ заметив восхищенный взгляд Ийвэ, протянул ей клинок.И едва та взяла оружие в руки, на серебристой, мерцающей си-ними бликами стали, на самой середине вспыхнули огненно-крас-ные буквы четверостишия. Ийвэ немедленно прочитала вслух:
   Разрежет клинок черную плотьИ жизнь отдаст отважный стрелок.И дева из камня заплачет над ним,Он ею всегда был желал и любим.
   Когда она ошелемленная увиденным, умолкла, Мескинев тут жевоскликнул:
   - Ого! Видно тебе, сестра придется носить клинок пока не встре-тишь этого отважного стрелка и но отдашь ему по праву. Ну-ка,дай мне подержать, может еще какое прорицание появится.Однако, как не вертел Мескинев клинок в руках, на лезвии ни-чего не появлялось.
   - Значит, тебе, уже точно носить это чудо-оружие. - Мескиневвложил клинок в ножны и самолично подвесил на пояс сестры кправому боку сестры, потому что на левом висел кли-нок подаренный старейшиной строгов Хноммом.
   Ийвэ сияющими глазами оглядывала лица друзей. Опять таинствен-ная сила проявилась сама по себе, без ее воли. Может, в даль-нейшем эта скрытая сила укажет и на местонахождение кольчугикороля Эссусанида?
   Медные Копи Гээфнада покинули через три дня.Дарфан не пожалел гостям на дорогу припасов, ведь дальше заГээфнадом начинались Покинутые Края, Пласстара. Это обширней-шие земли, среди них находилась равнина Баккарва, известная
   
   111.
   в прошлом великой битвой между войсками королевы Талнарар иполчищами кадавлаков возглавляемых Гингубом.Места вплоть до большого озера Далльгиле уже совсем были ди-кими и нехоженными.
   После той ужасной битвы и скончавшейся от тяжелых ран короле-вы Талнагар в родовом замке Дальгорим, хорошо обжитые землии города постепенно были покинуты, ибо еще Черная Хворь унесламного ж людских жизней. Кто остался в живых, ушли искать болееспокойные пристанища и земли.
   Вековечного старика не пугали Покинутые Края. Он помнил их на-селенными и обитаемыми не только ^аложивущими, но и лолгожи-вущими. Помнил ровные, широкие дороги, крепкие мосты через ре-ки, поля с золотистой пшеницей, фруктовые сады радующие изоби-лием плодойв. Теперь ничего не осталось. Дороги покрылись мхомзаросли травой и кустариником. Сады и поля выгрели в пожарищах}войн. Мосты разрушены, некоторые реки и речушки изменили современем течения и русла. Вот и сейчас он услышал журчание не-знакомой речки. Наверно новый образовавшийся приток от рекиНайтиле текущей неподалеку от равнины Баккарва.Не было здесь много лет тому назад этого притока среди зеленыхвсхолмий. Дилогор мельком глянул на своих спутников, потные,усталые, молчаливые.
   Еще бы! Лето в разгаре, мжм июльское солнце нещадно обдаваложаром, поникли травы и цветы, а на голубом, почти белесом не-бе - ни облачка!
   - Привал! - скомандывал Дилогор. - Надо отдохнуть и подкре-питься около воды.
   - А искупаться можно? - спросила Ийвэ, глядя не только на Ди-логора, но и на Лаутиса.
   Дилогор с Лаутисом подошли к берегу мелководной речки. Водачистая, прозрачная, видны камешки, серо-желтый песочек и стай-ки рыб шныряющих туда-сюда. Вроде бы никакой опасности.
   - Купаться разрешаю. - сказал Дилогор.
   Помимо Ийвэ, Комверу, Мескиневу и Аневе причлось но душе раз-решение веиовечного стайка. Можно и коней исуулать, и со своихтел грязь смыть и заодно постирать запылившиеся одежды. Жаркиелучи солнца быстро высушат ее, разложенную на камнях, у реки.
   
   112.
   После купании и обеда, уснули дфечера, кроме Д.илогора. Он ос-тался за караульного.
   Проснувшись, Ийвэ с братом и Аневой решили еще раз окунутьсянапоследок.­ Наплавались вдоволь, Ийвэ с химлом вылезли из во-ды, а Мескинев задержался решив поплыть дальше по течению.Сестра обсыхая внимательно следила за ним.
   - Эй, эй, Мески! - замахала она рукой. - Вылезай!
   - Сейчас, сестренка! - Мескинев начал выходить из реки и когдавода была ему по колено, Ональ вдруг ойкнул и запрыгал на од-ной ноге*
   - Что случилось, брат? - забеспокоилась Ийвэ.
   - Да вот порезался, со острый камень, будь он не ладен!
   Ийвэ позвала на помощь Лаутиса, но уже и без ее крика бежали кМескиневу, Дилогор, Комвер и Лаутис.
   Мескинев прыгая на одной ноге уселся на прибрежную траву и ос-мотрел левую ногу, из порезанной пятки текла сильно кровь.Лаутис тут же заговорил течь, смазал рану белой мазью, умелозабинтовал полотняным бинтом пятку.
   - Ну Мескинев, удружил! Нечего оказать! Где же твоя хваленаяосторожность­?­ - сурово упрекнул Сналя Дилогор.
   Мескинев покраснел, сконфузился, смущенно опустил глаза. Да, вотуж действительно удружил, подвел друзей в самнй неподходящиймомент. И что на него нашло?
   - Любопытно посмотреть на тот камешек офоторый ты так нечаян-но порезался, Меокинев. - Дилогор в упор, не мигая смотрел нанесчастного купальщика.
   - Вон он, почти у самого берега. Мне даже отсюда его видно.Дилогор вошел в воду, вытащил отррнныи камень. Седые брови егоудивленно вскинулись вверх.
   - Вот так находочка! - изумленно воскликнул он. - И надо жеименно Мескиневу порезаться об него! Ржавый, ничтожный обломок!Через столько лет ты нанес еще одну рану, и не кому-нибудь, аИзбранному. Друзья мои! Мескинев порезался об обломок меча при-надлежавшего кадавлаку и. не простому кадавлаку, а самому Гингу-бу. Этот новый приток реки Найтиле вынес сюда обломок меча поракадавлаков. Наверно не случайно Ональ напоролся нфего.
   Зло живуче, затаится и нанесет удар откуда не ждешь. Не кори ино ругай себя, Мескинев, за не осторожность. Никто пока не застра-хован от всяких не предвиденных случайностей. Прочь отсюда, друзьямои, впредь будем осмотрительней и купаниями особо увлекаться
   
   113.
   тоже не будем.
   Ночью Оналя бросало то в жар, то в холод. Почти все не спали,опасаясь за его жизнь. К утру мескиневу удалось заснуть. Виднопомогли травяные отвары Лаутиса и пара глотков целительной во-ды из хрустального куута.
   - Не зря сочиняют сказки о живой и мертвой воде. - сказала Ий-вэ Лаутису, радуясь здорову*румянцу появившемуся на щеках бра-та. - Он скоро поправится, учитель?
   - Уже сегодня сядет в седло. - обнадежил свою ученицу, Лаутис. -И не такие раны перенес в прошлом Ыескинев. Все на нем бла-гополучно заживало.
   Пока Ональ отсыпался, Дилогор с Комвером сделали предварительнуюразве­дку­ в ближайший редкорастущий лесок и наткнулись на дватонких кожаный шнурка висящих на ветке боярышника. На каждомшнурке завязаны узелки: на первом семь, на втором четыре.
   - Что это такое? - спросил Комвер у Дилог^а.
   - Своеобразное послание-предупрежде­ние.­ Только конечно не длянас, а для других возможно живущих в здешних краях. Семь узел-ков означает - берегись засады или ямы-западни, четыре -побли-зости большая стая волков.
   - Я серяков не боюсь. - храбро произнес Комвер. - Не с такимитварями приходилось сражаться.
   - Йе изощряйся храбростью, рыцарь Глемстингом. Волки стали раз-ными. Не сразу отличишь простого волка от оборотня или тогоеще хуже - гараны, исчадья Каргала, успевшие проникнуть в глубьСветлых Земель. Поспешим обратно и спасибо тем, кто повесилшнурки-посяан­ия.­
   К середине дня, Ыескинев проснулся и почувствовал себя совер-шенно здоровым и бодрым. Рана на пятке затянулась и не болела.Подошедшие Дилогор с Комвером рассказали, что видели.
   - Опасностей нам не миновать и бдительность надо удвоить, -наставлял всех Дилогор. - Возможно скоро придется применитьоружие. Хорошо бы нам побыстрей добраться до озера Далльгиле.Возможно встретим там друзей, но может быть и. никого не встре-тим. Так что пока надо рассчитывать лишь на свои силы.
   Уже ехали четыре часа по равнине Баккарва. Ийвэ в тайной на-дежде отыскивала взором Трон-камень, на котором некогда сиде-ла королева-воительница­ Талнашар накануне йямжим предстоящейбитвы.
   
   114.
   Нет, напрасно она выглядывает Трон-камень. Наверно, он давноразрушен, сравнен с землей. Вон какое разнотравье колышетсявзад и. вперд под дуновением ветра. Немало здесь пало воинов иосталось лежать в земле навсегда. Оставь, ^йвэ, надежду найтиТрон-камень, тебе он не нужен. Вспомни, как просила Дилогорапроезжая мимо Нарсстена завернуть в сторону горы Эвол, где соскал поразил солнечней стрелой дракона Хамфара рыцарь КавинАимон.
   Дилогор сразу же отказал просьбе ййвэ. Посоветовал совсем недумать об этом и вообще на подобные экскурсии нету времени.Порывы ветра становились все сильнее и сильнее. Пыль, сухиетравинки, стебельки цветков летели в глаза, попадали в рот.Всадники то и дело отплевывались и протирали глаза.
   - Нас скоро настигнет гроза! - предупредил Дилогора Лаутис. -Очень сильная гроза. Возможно с градом к обильным проливнымдождем. Поблизости нет никакого укрытия?
   - Увы, никакого. - уныло ответил Дилогор. - Придется мокнутьвсю ночь, без крыши над головой, до озера Дальгиле още да-леко. Я знаю тут один холм называемый Ьрвил. По крайне мерес него неплохой обзор кругом.
   Погода менялась прямо на глазах. Грязно-серые облака заволокливсе небо. Грозовой ветер Кэнерве дул в обе щеки гоня с вос-тока черную**свинцовую тучу. В мрачной утробище тучищи, то идело вспыхивали молнии озаряя округу таинственным жутковатымсветом.
   Всадники тем временем достигли подножия холма Ьрвила и быстровзобрались на вершину. На верху холма все почувствовали себяочень не уютно и кони в том числе. Чтобы немного успокоить жи-вотных, Дилогор каждому коню что-то шепнул на уху, после че-
   ГЬ.р<А<./ЧДА.р<<ЬьА<­^­
   го, те жвяьимр* рфййй&ажйа*.
   Неясную, растущую с каждой минутой тревогу ощутила Ийвэ. Онанервно поглядывала на темное грозовое небо, на белые, розо-вые,ййинмм оранжевые разряды ветвистых молний. Вздрагивала отособо громких раскатов грома.
   Брат оказавшийся поблизости заметил нервозность сестры. Онобнял Ийвэ обеими руками и успокаивающе сказал:
   - Ну нечего боятся, сестренка. Гроза, как гроза, скоро пройдет.Странная, беспокойная тревога все усиливалась в Ийвэ.
   - Нет брат, ты ошибаешься. .Ыстъ какя-то скрытая угроза в этойнепогоде. Нам бы уйти с вершины Эрвила.
   -
   115,
   Дилогор услышал слова ийвэ. Ему и самому было крайне неспокойно.Разбушева­вшееся­ гроза действительно жижмжн таила в себе что-тоне предсказуемое и страшное.
   - Напрасно я привел вас сюда. - взволнованно проговорил Дило-гор обращаясь к своим спутникам. - Я и Ийвэ ощущаем непонятноебеспокойст­во.­ Мало ли что может произойти, лучше спустилсявниз и чем быстрее, тем лучше.
   Когда холм Эрвил остался позади, гигантская;ослепител­ьно-голубая,зигзагоо­бразная­ молния с шипением ста тысяч змей ударила имен-но в то самое место, где недавно находились на вершине шестьвсадников.
   П - ш - ш-ш-бм-м—анг-г-г!!! Мощный толчок под землей и дрожьпод ногами заставило всех одновременно сильно покачнуться в сед-ле. Кони плохо слушая седоков испуганно заметались на месте. С
   ЙИШММИМИТруДИМ ПОМОШЬЮ ДиЛОГОра ЖИВОТНЫХ ЖЙМЙФРЙ УСПОКОИЛИ.
   - Вот то, чего я боялась. Вовремя мы с холма ушли! - крикнулаИивэ брату,
   - Да, от нас бы остался один пшик, задержись мы там еще немного. -мрачно откликнулся Маоикнев. - 0, кажет^ся и дождь пошел.
   Первые капли дождя мгновенно перешли в ливень. Холодные струиводы обрушились на горстку одиноких всадников.
   - Придется ехать под дождем. - громко сказал Дилогор. - Мне этотхолм все больше и больше не нравится...
   Звук боевого рога не дал договорить вековечному старику. Все шес-теро замерли прислушиваясь к звуку рога. Он повторился снова иуже намного ближе. От сполоха ядовито-желтой, молнии осветилсяна миг конный разъезд всадников в стальных доспехах и с длин-ными пиками в руках.
   Пиконосцы заметили шесть конных фигур недалеко от холма Эрвила.Появление"%оз­рительных­ полуночников насторожило и удивило их.Пустив коней галопом пиконосцы окружили пришлых.
   - Эй, кто вы такие, откуда взялись и что здесь делаете? - тре-бовательно спросил начальник конного разъезда пиконосцев.
   - Я Дилогор, со мною два хиила Лаутис и Лиева, рыцарь КомверГлемстингом из ^ауманда и Онали из Раиманы. Ночь и непогоданастигла нас быстрее, чем мы думали. Мы направлялись к озеруДаляьгиле, где я надеялся, встретить предводителя дархедовгайса Намтара, сына Гэлда из рода Тёльнов.
   -
   116.
   - Вы знаете бесстрашного и отважного Намтара? - поразился на-чальник никоносцев.
   Дилогор утвердительно кивнул головой.
   - Раз вам известно имя нашего предводителя и тем более с вамидва хиила, то значит вы нам но враги. Я сперва подумал не чер-номаги ль нам поналисж? Ту великую молнию видели и мы, потомуи поспешили сюда, чтобы посмотреть в чем дело?
   - Эта молния едва не убила нас. Просто чудо, как быстро мыуспели спустится с вершины йрвила.
   - Так зачем же вы взбирались на холм?
   - Поблизости нет никакого пристанища, а с верху можно увидетьнет ли какой опасности на равнине Баккарва.
   - Ах вот оно что. В этом вы нравы, ймм^мжмшй прммишиммш ^енязовут Гайдар Бёлль, я начальник конного разъезда пиконооцевдархедов. В наших жилах тоже течет кровь Долгоживущих и длин-ные разговоры под дождем не ведутся. Я сам провожу вас до лад-малы, там вы встретите нашего гайса Намтара.
   - Хорошо, Рандар Билль, веди нас в Кадмалу. - согласился Ди-логор.
   Когда стихло чавканье копыт по лужам и грязи, из оплавленногомолнией отверстия выплыла странная фосфорицирующая Тень. Онапосмотрела вслед отъехавшим, затем медленно опустилась обратновниз и оплавленные края вокруг черной ямы на вершине Эрвилавмиг покрылись толстым-претолстым слоем инея. Не скоро удалосьдождю размыть снежную толщину инея.
   Никто не подозревал, что гигантский разряд молнии прошел далеков глубь земли и ударил в плиту гробницы. Трещинка тонкой па-утинкой; разбежалась по аспидовой поверхности плиты и этогобыло достаточно. Пробудился жуткий призрак гивь - Неусыпь,последний отголосок из Темных Времен.
   Вполне возможно, Неусыпь так бы и лежал в своей гробнице не-смотря на трещину. Но гивь пронзил импульс той Силы некогдасковавшей и замуровавшей его на долгие века. И эта Сила на-ходилась среди уехавших всадников.
   Черная злоба, неистовый гнев и месть переполнили Неусыпь. Ондолжен настигнуть и. убить того в ком скрывалась ненавистнаяему Сила, Сила Пришедших со звезд и разогнавших Мрак Маргады...Ливень сменился на более спокойный дождь, но Лаутис знал ко-;тво грозового ветра Кэнерве:
   
   117.
   - Берегитесь! Сейчас пойдет град и очень сильный. Лучше намне спешить и переждать градопад.
   " Ох и ночка выдалась сегодня. - подумала прфебя Ийвэ ежасьв насквозь промокшей одежде. - -огда будет ей конец?"Словно чоил-о мощный выдох пронесся в воздухе. Послышалось лег-,кое пощелкивание, оно угрожающе и неотвратимо приближалось.
   - Ийвэ! - услышала она озабоченный голос брата. - Слезай сНатрая и встань ко мне.
   Ийвэ за%травленнс оглянулись вокруг себя. Дилогор, рыцарь, хиилыи дархеды находились подле коней, одна ана, как ворона зазева-лась.
   Крепкие руки брата быстро стащили Ийвэ с седла и только Мескиневнакрыл сестру плащом, градины размером чуть больше фасолины за-колотили, заколошматили но головам, плечам, рукам...К счастью, градовая атака оказалась недолгой, когда она пре-кратилась вое облегченно вздохнули. Правда, кое-кто ощупывалсвои вспухшие носы, щеки, кисти рук, другие пиБюйимимын с тревогойосматривали коней. Несчастным животным порядочно досталбсь отударов градин.
   Что-то внезапно заставило Дилогора обернутся в сторону Эрвила.Вековечный старик сразу догадался какое еще страшное испыта-ние преподнесла им злосчастная ночь.
   - Немедленно скачите вперед! Не ждите меня, я задержусь! -крикнул Дилогор обращаясь к начальнику конного разъезда.
   - Это еще почему? - недоуменно спросил Гайдар Вё'лжь. - ^ы неоставим вас одного. Кого бы вы не высматривали в темноте, нев моих привычках показывать врагу спину.
   - Рандар Белль, мне понятен твой порыв, но Тот Кто к нам при-ближается намного опаснее и сильнее, чем ты думаешь. С Нимсправлюсь один л!
   - Кто же движется к нам? - встревожился не на шутку Лаутис. Внепроглядной тьме разрываемой отсветами молний и он вдруг по-чувствовал незримую опасность.
   - Это гивь Неусыпь, жуткий призрак из Темных Времен. Видно ги-гинтская молния разбудила Неусыпь в гробнице глубоко под зем-лей. Не предлологал я, что равнина. Баккарва скрывала ащв йййиТайник-Закрывате­ль­ и вот за беспечность надо расплачиваться.
   - Мы поможем тебе, мудрейший Дилогор! - дружно выкрикнули Онали,
   -
   118.
   обнажая меч и клинок, а вместе с ними и рыцарь Комвер.- Нет!! - рявкнул Дилогор. - Уезжайте, что б духу тут вашегоне было, а впрочем уже поздно...
   Мерцающая бледными могильными всполохами, высокая Тень от ко-торой шел по воздуху и по земле мертвящий холод, стремительноприближа­лась­ к Дилогору.
   Пиконосцы дархеды оказались не из трусливых, длинные пики по-летели навстречу призраку. И Анева не остался в стороне. Сол-нечные стрелы без промаха попали в цель. Неусыпи все это былонипочем. Жалкие деревянные щепки и обжигающие стрелы особогоурона ему не нанесли. Гивь лишь дунул в сторону дерзких смель-чаков. Ьешенный вихрь разметал ровно никчемный сор и дархедови спутников Дилогора.
   Очнувшись после падения уже на неблизком расстоянии от веко-вечного старика, ийвэ глядя на него враз забыла и про больныеушибы на левой ноге и спине, и. про ободранный локоть сочащий-ся кровью.
   Фигура Дилогора принялась быстро ратти. Вот она с большую гору,гора рассыпается на тяжелые камни-заклятия! О, как ужасны ихпадения! Камни-заклятия вдавливают гивь в недра земли, сновазамуровывают и теперь навсегда в новую гробницу.*"ного проклятий послал вслед Дилогору Неусыпь. Просчитался,слишком понадеялся гивь на себя. Мол, справится один на один.А былая мощь-то давным-давно иссякла, времена призраков гивькончились и очень Неусыпи не хотелось верить этому. Последнийвопль проклятия глухо донесся из под земли. Дилогор оказал-ся сильнее...
   Ч%3<3-
   ^се посмотрели %а жу мжяажз, где заново упрятал призрака гивь,Дилогор. Несколько большущих похожих на черный кардолит глы-бин лежали друг на друге. Никакая сила но сдвинет эти скалы.Со временем и они постепенно уйдут под землю. Трава и деревьявырастут на том месте, спрячут под своими корнями надгробныечерный камни.
   А сейчас около них лежало тело вековечного старика, котороеснова стало прежним, таким каким его привыкли видеть раньше.Собравшись у лежавшего неподвижно Дилогора, взоры стоявших бы-ли прикованы к Лаутису. Тот нагнулся над Дилогором, осторожноощупал его лоб, затем достал гладко отполированную серебрянуюпластинку,­ положил на губы Дилог*ра. Едва заметный налет отдыхания обозначился на поверхности пластинки.
   
   119.
   - Дилогор жив, но он потратил слишком много Сил, чтобы заг-нать под землю гивь. Сейчас наш мудрейший, слишком слаб. Сонсковал его и сон не простой. Дилогор может проспать недолю, ме-сяц, год, а то и больше...
   - ^ак жаль, как жаль! - опечалился Анева заламывая руки.Слезы навернулись на глаза Иивэ, она тоже склонилась над веко-вечным стариком, ^апля крови с ободранного локтя капнула нащеку Диловра. Ийвэ тут же быстренько вытерла ее, но Лаутисзаметил это.
   - Ийвэ, тебе немедленно нужно сделать перевязку. Я не хочу,чтобы твоя кровь просочилась в проклятую землю.
   Ийвэ покорно протянула локоть для перевязки своему учителю.Собрав разбежавшихся коней, осторожно усадив в седло спящегоДилогора па Аоая, все тронулись в сторону ^адмалы..
   ТЪмс.. .-,
   Дождь продолжал лить, но солее зиаиафив, и равномернее. Подтакой перестук дождевых капель хорошо спится в теплом доме,поближе к очагу или к печке. Ну уж какой тут сон после всегопроисшедшего!
   Только ближе к утру дождь перестал. Словно и первый раз в жиз-ни радовалась невзрачному, бледному рассвету, Ийвэ, а особеннокрику двух пролетевших над ее головой белокрылых чаек.Своимипронзител­ьными­ ммимиим голосами они разогнали остатки ужас-ной ночи. Не быть им всем живым, если бы не Дилогор принявшийстрашный удар Неусыпи на себя. Ийвэ скосилась в сторону ве-ковечного старика. Сгорбленная фигура под бурым плащом пока-чивалась в такт конному шагу Арая. Комвер державший за уздцыАрая, тоже]то и дело оглядывался на спящего Дилогора. Жалостьохватила ^^ существо Ийвэ, она смахнула слезы и шумно вдох-нула воздух. После дождя дышалось легко и прммржиммиятно. Пах-ло мокрой землей, травами, цветами, и созвсем не хотелосьвспоминать о минувшем ночном кошмаре.
   - Чайки пролетели! - радостно воскликнул Анева провожая взгля-дом полет белокрылых птиц.
   - Значит озеро Да^л'ьгиле близко. - сказал Лаутис. - И я ско-ро окуну свои ладони в прохладные воды озера Килессветин - БлескУтренней Звезды. Гайдар Бёлль, вы помните это название?
   - Нам ли не помнить Первые Имена? - с грустью отозвался Рандар. -Но после Второго Лихолетия начали приживаться другие имена
   и названия. Кстати, мы почти приехали к Кадмале.
   
   120.
   По левую сторону за буграми обросшими густыми кустарниками сверк-нуло сапфировой гладью озеро Далогиле, а по прав,
   могучий сосновый лес.
   Здесь местные сосны назывались - постучи. Они выше и шире обыч-ной сосны. Пахучая темно-малахитовая хвоя подлинней и по мягче,а шишки были излюбленным лакомством золотисто-рыжих белок иптиц обитающих в этом прекрасном лесу.У самой опушки леса приютилось большое село Кадмала.Ийвэ обратила внимание, что ни защитные стены, ни частокола, нирва не окружало Кадмалу.
   " Какая я недогадливая! - обругала себя Ийвэ. - Село дархедовзащищают чары-вуалапы. Дархеды приходятся родственниками хи-илам и поэтому заклятия Первой Води не забыли, Хотя, дархеды,с виду ни чем не отличаются от Маложивущих."Среди добротных невысоких домов с плоскими крышами крытые дер-ном, на котором, росла зеленая трава, выделяллся двухэтажныйтором гайса Намтара. За торомом виднелись многочисленные хо-зяйственные постройки и конюшни.
   Запах только что мспеченого хлеба о болью в сердце напомнилИйвэ Нессмери. Проглотив слюну, заставила себя не думать ородной деревни. Сейчас хотелось одного - слать, спать и спать.Веки слипались, приходилось украдкой прикрывать зевающий ротладошкой.
   Широкая дверь из светло-коричневой древесины исстучей открыласьи навстречу странникам вышел сам гайс Намтар со своей много-численной семьей и челядью.
   " Ну и предводитель дархэдов. - разочарованно подумала Ийвэ,критически оглядывая небольшую ростом, щуплую фигурку гайсаНамтара. одетого просто и по-домашнему: бежевая рубаха, шерстянойвязанный жилет, черные штаны, а нам ногах кожаные сандалии.Единственно­,­ что отличало гайса Намтара ото всех, это древнийзолотой медальон с прозрачными камнями редкостного альтапилависящий на груди дархеда. Нет никаких сомнений, что медальонбыл сделан когда-то давным-давно руками хиилоз живших навер-но еще до Первого Лихолотия. - Не перехвзлил ли Райдар своегопредводителя? - продолжлал думать Ийвз. - А впрочем, кто зна-ет. Пословица гласит: не велик ростом, велик умом."Лаутис, Анева, Рандар спешились, подошли к гайсу Намтару.Начальник конного разъезда, хотел отчитаться за рейд по
   
   121.
   равнине Баккарва, но гайс сделал ему знак отойти, потом до-ложишь.
   Голубые,с зеленоватыми тенями глаза гайса Намтара не отрываясьсмотрели на Лаутиса и Аневу. 3 последний раз, когда он ви-дел хиилов ему было пять лет, с тех пор прошло много време-ни, а о посещении хиилов Кадмалы он запомнил надолго.Гайс сразу вспомнил свои лййимае места, где любил гулять: бе-рега озера Далльгиле / Килессветин /, гранитный утес с зам-ком Дальгарим, на месте которого, до Первого Лихолетий воз-вышался белоснежный дворец хозяина озера хиила Радинилиса.Трехкаска­дный­ водопад Гелле, у скал которого сохранилась вы-битая узкая лестница, ведущая вверх на площадку, с котЪойможно полюбоваться водопадом. Помня, что и в его жилах те-чет кровь хиилов, Намтар старался чаще посещать места, гдераньше жили хнилы. Грусть, тоска и даже отчаяние охватывалогайса. Неужели никогда хиилы не вернутся сюда? Намтар гналот себя эти мысли и упорно продолжал верить, что эта некогдаблагословенна­я­ земля дождется прихода Долгоживущих.И вот теперь перед ним стояли два хиила: пожилой и совсемюный. В ярко-синих очах пожилого светилась мудрость обретеннаявеками, глаза молодого походили на только что вынутые изумру-ды из ни чистого горного ручья.
   - Долгих лет жизни тебе, гайс Намтар, сын Гэйда из рода Тел#ь-нов. - поприветствовал дархеда Л.аутис, видя одновременно налице гайса смятение, восхищение и удивление столь нежданнымгостям. - Жаль, мудрейший дилогор не сможет поздороваться
   с тобою. Вместо него, я,Лаутис,желаю тебе здоровья и мне вес-ти речи, а не ему.
   - Как? О вами прибыл и мудрейший Дилогор? - поразился услы-шанным Намтар. - Легенды оживают на глазах, воистину счастливоэто утро! Я даже представить себе не мог, что удосужусь уви-деть самого камнедела Длиннобородого.
   Лаутис пресек восторг гайса Намтара:
   - Ни мы, ни ты, ни вся Кадмала с ее жителями не увидели быэтого утра, если бы не Дилогор...
   - Что с ним случилось?! Я вижу его на коне и он сидит словно...
   *
   Нет, не вижу. Из под капюшона видна одна борода. - гайс
   
   122.
   Намтар растерянно умолк, пытаясь получше разглядеть Фигуру Ди-логора.
   - Он не умер, он опит, гайс Намтар. Прикажи принести носил-ки и положить Дилогора на кровать. Не спрашивай меня о том,что произошло. Разговор этот длинный и двух словах не расска-зывается.
   - Ты прав, Лаутис. долгие разговоры у порога не ведутся. Будьтемоими гостями, - обратился к Оналям и Комверу, гайс Намтар. -Чувствуйте себя спокойно и свободно под крышей моего торома.Мескинов, Ийвэ и рыцарь горячо поблагодарили гайса за его пред-ложенное гостеприимство.
   -
   Сон Дилогора.
   В вместительный тором внесли носилки с Дилогором, гайс Нам-тар указал на дальние покои. Дилогора аккуратно положилина широкую деревянную кровать. Хиилы сказали гайсу, чтосами приглядят за уснувшим.
   для Оналей и Комвера предоставили две светлые гостевыекомнаты на втором этаже.
   Морщась от боли, Ийвэ сняла мокрую, измазанную грязьью одеж-ду, кольсу, ополоснулась теплой водой из медного таза сто-явшего предусмотрительно у стены на скамеечке. Вытеревшисьбелым полотенцем, достала из седельной сумки чистую рубахуи узкие темно-фиолетовые штаны. Переодевшись в сухое, Ийвэповертела в руках кольсу: одевать или нет? А вдруг этотгайс Намтар обидится? дол, предложил радушное гостеприм-ство, а они гостеньки удалые, в кольчугах ходят, позвяки-вают, в его же тороме. Да собственно говоря, чего боятся?Кадмалу охраняют чары вуалепы, задолго до появления врагаподнимут тревогу. Вздохнув, Ийвэ положила кольсу в сумку,в любом случае она успеет ее надеть.
   Иссвеллский пояс с кличками она повесила на спинку деревян-ного латана поставленного у самого окошка. Старый, крепкийлатан застелен двумя матрасами набитых дулистым сеном. По-верх матрасов лежало яркое в черно-красную полюсу покрывало,и еще четыре подушечки лежали у изголовья.
   Улегшись на латая прямо па полосатое покрывало Ийвэ показалось,что в комнате душновато. Она открыла оконце заставленноекрасными­,­ розовыми, синими, зелеными и желтыми стеклышками-четыреху­гольниками.­ Наверно, когда светит солнце сквозь раз-ноцветные четырехугольники в комнатке сразу становится ве-селей и уютней. Но сейчас солнце только всходило и было надругой стороне торома, а здесь за открытым окошком царило,прохладное, пахнущее дождем, утро.
   
   124.
   Сразу с дуновением ветерка влился густой аромат хвои иссту-чзй и наполнил вою комнату. Ийвэ с наслаждением вдохнулаэтот тягучий смоляной навар и услышала какое-то особо щемя-щие за сердце, плакаыье иволги:
   - И-лу-лу. И - лу-лу. Илу. И-лу-ю.
   Под илулуйную жалобную песню иволги, Ийвэ крепко, без снов
   уснула.
   Противное, назойливое жужжание комаров не дало как следует
   выспаться. Ийвэ. С закрытыми глазами недовольно отмахнулась
   от тонконогих пищалок, но те и не думали отлетать. Комары с удвоение
   силой зазудали чуть ли не самом ухе.
   - Да чтоб вас, окаянные! - разозлилась Ийвэ и окончательнооткрыла глаза. К первое, что увидела - на подоконнике свеже-сорванный букет лесных цветов: белых ромашек, лазоревых ко-локольчиков, бледно-сиреневых в бурую крапинку лилий и ярко-желтых купальниц.
   Недоумевая Ийвэ приподнялась, взяла цветы в руки. Кто жеэто мог сделать? Дверь в комнату была не заперта, и у Ийвэпоявилась уверенность, что кто-то не поленился залезть состороны двора на второй этаж и положить букет именно ей.Не брат же или Анева принесли цветы тайком. У них и без цве-тов сейчас забот полон рот. Новый ухажер? -Вот еще новость!Но, если признаться честно, всегда приятно когда кто-то не-известный дарит цветы. Ну ладно, как-нибудь разъясним тайногоприносителя букета. Наверно он и сам долго таится но будет.В дверь тихо постучали.
   - Войдите! - отозвалась на стук Ийвэ и быстро спрятала цве-ты за спину.
   3 комнату вошла девчушка лет тринадцати-четырнадц­ати.­ Рыжие,волнистые волосы заплетены в тугую косу. На загорелом лицене счесть сколько веснущек, в голубых глазах одновременнопроскаль­зывало­ и робость, и восхищение, и любопытство.На девчушке под цвет ее глаз надето платье о короткими ру-кавами, новый клетчатый фартук, на ногах плетеные из корич-невой кожи сандалии.
   - Тебе чего, красавица? - дружелюбно спросила Ийвэ, видя, чтовошедшая конопатая девчонка никак не решаетея заговоритьпервой.
   - Я, меня... - замямлила та, но собравшись духом, выпалила:
   -
   125.
   - Жена гайса Намтара, Лаита, прислала меня к вам, в помощь.Вон, я вижу лежит ваше грязное белье. Я постираю, где порва-лось - заштопаю.
   - Подожди, востроглазая, подожди! - засмеялась Ийвэ. - Постирать ты успеешь, как звать тебя?
   - Тимпли. - ответила она и мигом собрала в охапку грязноебелье гостьи.
   - Не суетись, Тимпли. Ох, больно ты шустра! Вот, что я тебе
   скажу: я сама люблю забоится о себе, постирать там или зашить, Лучшеты мне это предоставь.
   - Как вам? У вас руки перевязана, пальцы в царапинах и ссадинах.Да,если хозяйка Лаита увидит как вы сами хлопочите о себе, по-падет же мне тогда!
   - Строгая значит у тебя хозяйка?
   - Она строгая к тем, кто от дел отлынивает, да от обязанностейсвоих увиливает.
   - Уговорила ты меня, Тимнли. Бери, лишь до дыр не застирай
   от усердия, и не забудь принести вазочку с водой, кто-то покая спала букет на подоконник положил. Чудесные цветы!
   - Они вам понравились, правда? - веснушки на личике Тимнлипрямо засветились золотистыми искорками от счастья.
   - Ты нарвала? - изумилась Ийвэ и с облегчением подумала, чтоэто не таинственный поклонник, а обыкновенная рыжеволосаядевчонка.­
   - Я. - смутилась Тимпли. - Мне хотелось сделать вам что-топриятное.
   - Спасибо тебе большое, Тимнли. И ты не испугалась залезтьна второй этаж? Высоковат он у вас.
   - Да. разве это высота? Я быстрее всех в Кадмале лазию по де-ревьям. Тут на берегу озера старая сосна растет, она выше дру-гих сосен. Я самая первая взбираюсь на нее. Мальчишки слаба-ки отстают от меня.
   - Ты не преувеличиваешь, Тимнли? Хвастовство до хорошего недоводит.
   - Я?! - округлила голубые глаза Тимпли оскорбленная тем, чтомолодая гостья ей не верит. - Я свое имя настоящие почти забы-ла, только и слышу кругом:белка, да белка. Белка по-нашему Тим-пли. прозвище прилипло ко мне с лести лет.
   - Вот как? Ярости я не знала. А мне-то можно тебя так называть?
   -
   126.
   - Называйте, как хотите. Если вы у нас подольше погостите,
   я покажу, где та сосюна растет и с ручными белками познаком-лю.
   - Очень хорошо. Я тебе забыла сказать свое имя...
   - А я уже знаю - Ийвэ!
   " Ну надо же! -:#Мйй*Ф пронеслось в голове ^йвэ. - Идмя моепрознала, рыжая древолазка."
   Дверь за проворной Тимпли захлопнулась и тут же снова распах-нулась, Мескинев быстро подошел к сестре:
   - Тебя зовет Лаутис. Хиилу нужно осмотреть твой локоть и нетли каких других ушибов.
   - Напрасно беспокоится, учитель. Вот смотри, больнушки затя-нулись и локоть совсем не болит.
   - Это ты нашему травнику покажешь, а не мне. Ганс Намтар при-глашает нас на ужин.
   - Ого, значит я проспала почти до вечера. То-то думаю, комарьечересчур раскусалось да распкщалось. А Комвер где?
   - Рыцарь в покоях Дилогора.
   - Как он там?
   - Все так же/спит. Лаутис до сих пор не знает, когда он про-снется. Но, если меня не обманывает предчувствие, Дилогор дол-го не будет находится в сонном состоянии, что-то его разбу-дит. - Ыескинев задумчиво потеребил пальцами бороду.
   - А интересно что? - воодушевилась словами брата, Ийвэ.
   - Давай пока не будем гадать. Время покажет. Так ты идешь кЛаутису или нет?
   - Иду, иду. - Ийвэ вытащила из сумки подарок Сейтины - мягкиелинии. Дорожные сапоги шустрая Тимпли тоже успела прихватитьс собой.
   В покоях, где лежал Дилогор горели желтоватчм светом две лампы —ночники. У самой кровати на резных табуретах сидели Лаутис,Анева, Комвор, гайс Намтар и чем-то шепотом переговаривались.При­ виде Оналей они умолкли. ГаЁс Намтар задержал взгляд наИйвэ дольше, чем на Меокиневе. Ийвэ почему-то сразу догадаласьо чем пожилой дархед думает. Дескать, зачем такую молоденькуюдевчонку таскают всюду за собой. Сидеть бы ей дома, да хозяй-ством заниматься, а не лчль дорожную глотать.
   - Как твои ушибы, Ийвэ? - обратился к ней Лаутис.
   - Зроде ничего, учитель, заживают потихоньку и совсем не болят.
   -
   127.
   " Совсем не болят" ИЙвз приврала, левая нога еще здорово ломилаи рука прибаливала от ночного удара об землю, просто Ийвэ нехотелось показать себя в глазах гайса Намтара беспомощной,плачущей­ от каждой царапины девчонки.
   По тонким губам дархеда скользнула чуть заметная усмешка. Йййвэон ничего но сказал, только встал о табурета и произнес:
   - Не буду вам мешать, Лаут^й, осмотри больных и сразу прихо-дите ужинать, и за йаа*^ й$)<№йй айзййййй &жщийщ%) емяжа.
   Едва дверь за гайоом закрылась, -аутис строго и осуждаюше по-смотрел на сестру !„ескинева. Ож него но укрылось вранье ^йвэ..Та густо покраснела и молча протянула руку для перевязки.За длинным столом в большой обеденной комнате по право- сторонесидел гапо Намтар, Ла.ыгис о Аневой, Рандар Бе'лль, Онали ипочетные ветераны воины. По левую сторону жена гайса Лаита,миловидная и привлекательная женщина. 1й'-[дом с ней три взрослыхженатых сына о зонами, четыре внука -подростки, племянн^и Алонери Тимпли. Она весело подмигнула Ипвэ правым глазом. Алонер,здоровы/, парень о веснушками на лицо и каштаново-рыжими кудрями.Посмотрев на Ийвэ, он смутился и опустил глаза к столу.Брат гайса Намтара, Дарер, трагически погиб вместе с женойна реке Пайтиле семж лет тому назад. Намтар растил детей братавместе со своими и никакой разницы между ними не делал.Первый куоок вина выпили за ^илогора и за его скорейшее про-буждение, затем за хиилов и остальных, кто был в ту роковуюночь на равнине й'аккарва.
   Ближе к концу удина лаутио подробно рассказал, что тогда сними приключилось. Гайдар Бёлль изредка поддакивал словам хи-ила. Вое сидящие за столом молча и затаив дыхание слушали ис трудом верили услышанному.Когда Лаутио кончил говорить, гайс ыамтар оказал слодущие:
   - Страшен и ужасен твой рассказ, Лаутис. Бы ждем угрозу из Ту-манного Баддага илв из самого Каргала, а настоящая угроза та-илась у нас под ногами. Про холм йрвил, он назывался когда-тоДозорный, я прочитал в старинной книге Деела про одно загадоч-ное убийство около него. Во времена династии Бонн возникшейпосле Первого лижолетия, младший брат Сльтен Бонн решил за-владеть короной старшего брата Кантена. Есть предположение,что коварный Ольтен тайно занимался черной магией. Подло убивКантона на охоте, Ольтен провозгласил себя королем.
   
   128.
   Братоубийца просидел на троне ровно один месяц. Ыгс трупнашли у подножия брвилл с искаженным от ужаса липом. Ника-ких ран на теле не обнаружили. И от яда он не мог умереть,потоку :1оснл на ,'рудп круглей тзлис^ан о красным кристалломтагалита.
   Больле похоже на то, что Ольтен ч-^го-то сильно испугался итрусом его назвать нельзя, наооборот, смел и решителен. Когоон увидел тогда? Призрака убитого брата, с иолдовством сво-им не совладал в поплатился, или же...Лаутис но дал докончить гапсу Намтару:
   - Олнтон не индел гквь Неусыпь. Иначе туг расстилалась бымертвая пустыня, не могли преданные королю Кантену донну со-ратники, отомстить за убийство Ольтену?
   - вполне возможно, но вряд ли. Ольтен не расставался ни днем,ни ночью о заговоренным лезгом. Стал бы он боятся вооружен-ных ладен. Ле мстителей встретил Ольтен у Дозорного, что-тодругое, и такое от чего у него поседели волосы на голове,брови и усы.
   - д'не кажется здесь не оболлось без Каргала. - предполо-жил Лаутис. - 1обекденноо Зло никогда не сдавалось. Оно вез-де и вс-оду вокале лазейки и находило их.
   Лаутис рассказал про замок Доатар на Змеиных Скалах, прохрабоую Басилу убившую ночного кровопийцу.
   - Вампиры и упаки у нас никогда но водились. - внслушав Ла-утиса, промолвил гаЛо яамтар. - Дальгорим стоит в развалинах,но ничего подобного в ном не обитает. Одни аисты вьют гнез-да.
   - Аист - птица мирная и на худом месте никогда не поселится. -резонно заметил ^аутис. - Хотел бы я побивать в дальгориме.
   ню потеряй столько силы Дилогор и он тоже не отказался ос-мотреть замок.
   - Ын обязательно туда сьездим. не только дархолы навещаютДальгорим. Из наутмана и лауманда изредка приезжает рыцарипоклонится усыпальницам некогда могущественных королей, аособенно к гробнице королевы ^алнагар.
   Под ее знамена встало свыше двадцати тысяч рыцарей того време-ни, причем самых лучших. Когда ослабевшая, от ран королеваТалнагар выронила лезг из рук, ее оружие подхватил бившиесярядом Ромдям Надилтон и разрубил от плеча до пояса главного
   
   129.
   араха кадавлаков Гингуба. Наверно Рагруот сильно разочаровалсяв непобедимой мощи кадавлахов. Долго они были потом в неми-лости у Собирателя Тьмы. Прятались в своих грнзных пещерахТуманного вадаага.
   - Зато сейчас ко прячутся. - сурово сказал Даутис. Кадавлакипновь размножилась у роопояли духом, дынещн'не но чэта том, ко-торне ооажалиоь в днгнко гро^она. Они стали сильнее, свирепее,умнее. Р Т)уот одарил некоторых нрвхов черными знаниями, что бытэ не уступали Ролгоживудим. Помни об зто^, папе Нанта:.). Пое-неброжитоньн-оть­ н противнику может обернуться трагедией.
   - Я вое учту, Лаутис. До меня уже дошли слухи о нннелнем нореэрзхон ^анбуго. --тот анах ноевзо-нел но уму н черно; магии всехпредыдущих арахон м армию он собрал большую. - гайо мамтарумолк, затем снова занонрил:
   - И Вот о чем хотел пфооить тебя, лаутис. ^очу н завтра съез-дить к холму ;.рвил. Не поедиль пи со мной?
   - лочель самолично посмотреть на могильник Неусыпп?
   " ,'-!,<^*
   - Хороню, я поеду о тобой, бне надо снова взглянуть и на холми на могильник. В мощи Дилогора н не сомневаюсь, но чувствуюдолжен побывать там еще раз.
   - что же, решено. 1п кого-нибудь возьмешь о собой, Лаутис?
   - Рыцари Ломвера. лнева в Онали приглядят за Дилогором.
   -- Ну не только твои друзья приглядят за Дилонором. Дон женаЛаита неплохая .пндолка и помощница в подобных делах. Не так ли,дорогая?
   - Лонечно так, дорогой. Поезжайте вместе и ни о чем не бес-покойтесь. Присмотр за мудрейшим дилогором будет самый наилучший.Посидев еще немного за столом, обговорив и обсудив дальнеплиенуждн и заботы о Ладмало, вое встали, поблагодарили хозяина ихозяйку за ужин и разошлись по комнатам спать.
   ^
   Утром, свежим и пеням, конный раъезд во главе с гайсом Намта-
   ром покинул Ладмалу.
   Вернулись всадники через два дня, здоровые, полые, невредимые.
   Лаутис в первуя очередь опросил Дескинева о состоянии вековечного
   старика.
   - По-прежнему без изменении, спит. Никаких признаков пробуждения.
   - Мн не можем долго ждать. Осталось полторы недели до августа.Ноли ^.ипогор не проснется в первых числах, то двинемся дальше
   -
   130.
   без него.
   - А у холма Ьрвил вое спокойно, никакая опасность не грозит
   вновь?
   - Дилогор знает свое дело. Из нового могильника больше ник-то на появится.
   - Ну и славно, вот и. отлично. Пойду тогда сменю сестру. Чутьне забыл, Жвэ просит у тебя разрешение прогулятся к берегуозера Д.аяьгиле.
   - Я надеюсь, не одна?
   - Пет. Сестренка со многими успела подружится и перезнакомитсяв тороме Намтара. Пе скучно ей тут.
   - ^е желательно лишние знакомства Ийвэ заводить, но что,сде-лано, то сделано, я разрешаю, пусть сходит.
   Рыжеволосая Тимпли не хвасталась зря своим умением быстролазить по деревья.и. Подойдя к великану постучу, росшему в трид-цати лагах от берега озера, Тимпли и три внука гайса НамтараОандар, Аладар и ^анрим поздоровались о деревом будто сживым. Видно могучий, исстуч внушал подросткам восхищение ог-ромным ростом, величием, и том что рос отдельно от осталь-ных исстучей. Ни даь, ни взять - лесной полководец и только.Ийвэ тоже с благоговением подошла к дереву. Ветры и дождиобнажили узловатые, скрученные, но крепче железа, корни.Коричнево-бура­я­ кора у подножия сильно растрескалась. Дверасставленные ладони можно просунуть в даль между толстымипластинами коры.
   Тимпли одетая, как мальчишка, скинула сандалии и с проворствомбелки цепляясь пал.ьцами ног и рук за выступы коры ловко началавзбираться по стволу, за ней следом йандар, Аладар и йанрим.-- Нге-ген! - закричали они Ийвэ. - лезь за намине бойсн!" А что?ммд^йййммЕ - задумалась Ийвэ. - Умение лазить по де-ревьям мне пригодится когда-нибудь. И надо показать этим ре-тивым древолазам, ито не боюсь высоты и нфоршину тоже залезу."1*ивз сняла линии, уцепилась пальцами рук за шершавые пласти-ны коры, подтянулась. И вдруг заметила, что исстуч помогаетей подставляя более удобные наросты и выступы коры. Ошеломлен-ная этой поддержкой, Ийвэ поднималась все выше и выше.Добравшись до первых толстых сучьев, сдояаля_передышку, затемпосмотрела вверх. Где-то высоко, в густой кроне слышались звон-кие голоса Тимпли и мальчишек. Передохнув немножко, РИИвэ снова
   
   131.
   принялась нодниматьсн по сучьям :: лмгвям.На тоех удобных развилках веток сидели Тимпли и внуки РаисаНамтара, поджидал сестру лоокинеБа. Раскрасневшиеся Ипвэ при-мостилась олдыдко;-' с Тимлли. Вид с макулки лесного великанабнл изумителен и прекрасен!
   Синяя гладь Дальгдло сверкала золотистыми бликами под лучамииюльского солныа. ^елыс, редкие облака отражались на поверх-ноо^и озепа. Пл возточноб стороне, на гранитных берегах, от-четливо виден .;Дл;-киЛ замок Дальгорим. Над самой высокойоаднол летали аисты.
   Похбжио на пемно-зеленые бархатные ковры, колыхались под лег-ким прнконовеннем ветра верлины исстучей. О пронзительнымсвистов­ пзонооинноь стрижи, пни вычерчивали черными крылыш-ками таинственные круги и в воздужеи и у берегов озера.-'-И.мпли за^иоглив^м ввглндом оле^нл& за полетом отоижои.
   - Лочему н не птица? нечему ае могу летать? лаже у кусачего
   коыала
   есть крылышки.
   - А ты вообрази себн птицей и вспорхни навстречу ветру. -ехидно полкольнул Тимпли, вихрасты:'! Оандар, а Аладдр с ^ан-римом загвворпоски перемигнулись с друг другом.
   - И не умно с твоеЛ стороны. - повернула голову Т'имнли всторону байдара. - Разве плохо летать? Знать бы заклинанияили, что там в подобном роде.
   - Ха! Заклинания многие забыты, а полетать..., полетать и ябы но отказался, Только на чем или на ком? Вот что интерес-но. В самом деле, но на драконах же? Эти чсшучатые страшилыв одних сказках разрешают кататься на своих спинах. К живо-му-то, попробуН-ка сунься.
   - Ну палли об чем говорить. - одернула Оандара,Иивэ. - Вземлях ^ауманда и в горах Хай. ^ьё мива память о ламфаре. 11ри-лоти сюда, в эти края, дракон сжег все леса. Возможно и озе-ро Дальгило нанолйвину бы выкипело. Де стоит никогда насме-хаться над дракона^ ни над живыми, ни над мерт^ми. Драко-нов мало осталось, но они очень злы, коварны и безжалостны.
   - А бывают и добрые! - не унимался Сандар. - Ьзнть к при-^ерУ. Пзлого дракона Алцеттрона, или великого морского змеяАккуунала. Вот кого уговорить помочь сражаться против Раг-руота. Аккуунаф, говорят,так огромен, что когда плывет вдоль
   -
   132.
   беоега тот затопляется, как от сильного прилива, ^а однойего чешуе могут свободно уместится лежа сорок человек.Подплыл бы великий сорокой змей к северном берегам Ярмага, взды-бил огвомныо волны своим годным хвостом и. те докатились досамого ^аргала, а 1-южэт до Барага. Тут и конец пришел бычерной крепости Собирателя Тькн.
   Иквэ снисходительно посмотрела на Сандара. Видно змеи и дра-коны не давали мальчишке покою. Белый Алдетрон во Бремена пер-вого Лихолетий защищал собственные владения, а заодно и всехтех, кто жил на его землях от летучих черных доркеров и пол-зучих, ужасных, огненных мармитов. Про Аккуунафа же, б'андарпреувеличил, морокой змей не был таким огромным.
   - Я слышала, от своего брата, - заговорила Ийвэ, логлядыая намелькающих туда-сюда быстрокрылых стрижей. - Что Дилогор одинраз летал на спине оолига Телеменкаля, кажется чеоез Камен-
   ^ рМЗ "
   ный Пояс, но было^ очень давно.
   - ^го! - разом вырвался возглас восхищения у ^импли и у Сандара.
   - И слышал про этих птиц. - сказал Аладар. - ^спомните, как к
   нам приезжали пятеро рыцарей из ^ауманда. И один из них бывалу гор Каменного Помоа. Рыцарю повезло увидеть орлигов, кото-рых он считал выкар'пнми.
   - Да, я тоже думал, что горные птицы все исчезли. - поддер-жал Аладара, ^анрим. - ^ока рыцарь не показал моем перо ^огу-чо;1 птицы, которое он нооиж на груди, как талисжайн.
   Внизу вдруг послышались кийки. Подростки прекратили разговори прислушались. Уже отчетливей стало слыыно, что зовут ^йьэ ких.
   - йо^у это ^ы понадобились? - недовольно буокн^л Аладыэ. -
   ЫЙ^ ' "^ * '* ''^'.г
   Как будто без"не могут обойтись.
   - Но бурчи. - оказйлв Тимпли. - Раз зовут, то ыадо случаться.И позер^у^а голову к ййвэ. - Мы сюда еще раз залезем, а?
   - :-1олк кие разрешат. - уклончиво ответила та.
   Вздох сожалении едва не прорвался из груди Б^цэ. Сна заранееуже знала, что никогда больше не поднимется на верхушку лес-аого великана ностуча, и поэтому не хотела понапрасну огорчатьрыжеволосую,­ немножко простодушную Тимнли.
   ^пускаясь ооратно вниз оыова почувствовала помощь дараза. Иьвз^ыоленно поблагодарила за эту поддеожку дерево.
   
   133.
   Внизу, у корней лесного полководца стоял Ыоскинов и брат Тим-пли, А.лонор. Когда Ийвэ последняя спустилась вслед за Кан-римом, ^ескинэв шутя упрекнул сестру:
   - Тебе лил^ь разреши, готова сидеть на вершине дерева доседых волос.
   - Когда-нибудь они долазиются по исстучам. Самый древний ста-рожил возьмет и превратит вас в белок. - вставил свое словоАлонер. - И но ухмыляйся, Тимпли, я говорю чистую правду.
   - Сказки все это. - отмахнулась ^имлли от Алонзра. - Ими од-них малолеток пугает, чтобы те не лезли куда не надо и лбовсебе не расшибали. Лучле скажите, зачем звали нас?
   - Вас звали к обеду. Опоздавшие рискуют остаться и без ^жина.Одним воздухом, шишками к хвоей сыт яз будешь.
   - Что верно, то верно, йишки еда для белок и пропускать обедыи ужины гайса Намтара просто глупо и неуважительно. Я не жа-лею, что поднялась на самую макушку этого красавца. Какой об-зор с него, какой простор! Замок Дальгорим с аистами виден
   до мельчайших подробностей. Когда ми же мы сходим туда, брат?-вв1р'*.) (; наложной т"71'*^н''Л?1а на К^окинева
   - Надо опросить у Лаутиса и гайса Намтара. Они решат, не мы.Дадут добро, пойдем, а нет- придется любоваться издали.
   - Иорошо бы разрешили, что им стоит. - мечтательно произнеслаИйвэ. - А вы наверно, не раз там бывали? - обратилась она кСандару, Аладару и Канрвму.
   - Само собой. - раздулся от гордости Сандар. - Там есть на чтопосмотреть и чему подивится.
   - И чему испугаться. - откликнулся на слова Оандара, Аанрим ихитро подмигнул Ийвэ. Оандар незаметно для всех показал ку-лак Канриму, мол, смотри лопух, не проболтайся, чего я там ис-пуг алсн.
   Ийвэ улыбнулась мальчишкам и ничего не сказала. Ей хотелосьпопасть в .'-.альгорим но просто из любопытства. Пз головы не шелразговрр гаиса Намтара о рыцарях из ^ауманда. Да и Аладар то-же напомнил о них. Имя Ювина Аимона никто не уномчнул. Однако,Ийвэ сразу поняла, рыцарь посещал замок и усыпальницы королей.Ей хотелось своими, глазами посмотретьго, что когда-то видел
   К'ВИН.
   " Опять Ювин. Тщетно я пытаюсь забыть его или любить, как друга.Ничего пока но получается. И нужно же было этим дархедам упомянуть
   
   134.
   о рыцарях из Кауманда". - думала нро^себя Ийвэ в полуха слу-шая Тимпли, которая шагала рядом и болтала, о воякой чепухе безумолку.
   Через неделю Опали, Лаутпс, Комвер, гайс На?ар с двумя старшимисыновьями Лантаром и ^анримом , после завтра^отправилисьве­рхом­ ча конях к замку Дальгооим. Анева остался сидеть око-ло Дилогора.
   После трех часов быстрой езды, копыта коней громко застучалипо ровным плитам древней дороги ведущей к Дал.ьгориму.Суровые,­ толстом каменной кладки стены замка с зубчатымибашпя^и-бой­ницамй­ подобно несокрушимым скалам возвышались навощном грантноы утесе, который величественно застыл над озер-ной гладью Дальгил^ю.
   Казалось ни воины, ни. время никогда не разрушат несокрушимуютвердь замка, По проехав через разрушенное мнфявпим южные воро-та в виде аркн, видно, как ^альгорим постепенно разрушается иприходит в запустение: вышероленныс, растрескавшиеся гранитныеплиты в виде шестиугольников у центрального входа в зданиезамка, цровалпншвеоя ^ут и там крыши, валяющиеся повсюду сгнив-шие переводные балки, отвалившиеся штукатурка, куски ржавогожелеза, растущие повсюду сорные травы и мелкие кустарники жел-той колючей акации.
   Да, некогда хиилы построили живописный дворец из белейшегомрамора о ветвист л:н голубыми прожилками, чтобы любоваться озе-ром и пывмаоными и исстучами. После Первого Лихолстия остав-шиеся в живых хиилы навсегда покинули Килессветим. много позже,пришедшие ппмжм после них "юди-дархедн перестроили остатки двор-ца в неприступный замок-крепость Дальгорим.;люго королей и королев сменяли Друг друга. Самые известные,каких еще запомнила история, король Дальдин Неукротимый, за-воеватель многих земель и объодонивший в одно целое огромныекрая Пласотары. Сам Улъпин Единоборец родился здесь, но похо-ронен в другом месте. Королева Талнагар одержавшая победу надкадавлаками и отомстившая за смерть мужа короля Альтина и де-сятилетнего сына Ульпвна названного так в честь легсндаоногопредка в которому пророчили большое будущие.Кадавлаки по наущению Рагруота, тайно пробрались в Цласстару,приняли вид мирных поселян и когда начался праздник весны
   
   135.
   сделали свое черное дело. В проезжающего короля о сыном н сосвитой, мимо полей, где начался посев пшеницы, они выпустилидве отравленные стрелы. Сын и отец умерли сразу. Самой коро-левы на празднике не было, она сильно болела и не могла сопро-вождать мужа. Страшная весть подлетела в замок. Неутешным го-эем и плачем окончился тот праздник весны...
   Коней привязали к большому медному кольцу вделанному в каменнуюкладку стены замка и вошли под своды древнего обиталища жив-ших когда-то тут великих и не очень великих королей Пласста-
   рн.
   шаги идущих людей и хикла гулко отзывались в пустынных залах ишироких коридорах. Неплохо сохранились Фрески на стенах изоб-ражающие сцены из жизни обитателей замка: охоты, битвы, пиры,турниры.
   Прошли по на^польной. мраморной мозаике в большой тронный зал.Сквозь многочисленные прорехи и щели крыши роились в косых лу-
   оЬ
   чах солнца пылинки. Но обеим сторам зала, в мягком полумракемежду колон, застыли гранитные скульптуры властителей дальго-рима.
   Самого возвышения и трона давным-давно не было. Осталось лишьоснование в виде многолучевой звезды из редких пород миамора-красного, синего, желтого, розового и белого.Ийвз с немым восхищением и восторгом разглядывала былое вели-чие дальгорима. Остальные так же молча осматривали все кругом.Тишину нарушил гайс Намтар:
   - Теперь пройдем в усыпальницы, дольше смотреть нечего, да идо вечера надо вернуться домой.
   Усыпальницы находились в глубоком подземелье замка. В подземелье,или вернее в подскальной галерееф не замечалось сырости и пле-сени, не сочилась вода с гранитных стен, не чувствовалось зат-хлости. Яарюборот, ощущалось легкое прикосновение ветерков дую-щих сквозь невидимые отдушины, другом сухо, прохладно и пол-нейшая тишина.
   Свет факелов освещал ровные прямоугольные из черно-серебристогомр­амора­ - саркофаги. На каждой тяжелой крышке выбиты золотымибуквами имена владык Пласстары.
   У изголовья саркофагов ниша, в нише на пьедестале, в полный ростскульптура умершего короля или королевы,^йвэ поднесла, факел поближе к каменным изваяниям и отшатнулась.
   
   136.
   т
   До того искусно резец неизвестного касерк вырезан к-жду^ чер-точка лица, кожную тончаИшу-э слдд^у одз^/ы :'*. доспехов-,долги ввобылн з почтидельпо^ молчанок перед, саркофагом Даль-7),ипа Неукротимого, затек ., лкътина, Тклкагар г ^х окна Уль-гпвна. Коослококая се^ъя стояла, на пъедесталв и казалось вот-вот сойдут с него. Алътик одетдй, как вомн,сжимал в рукжахаизкоопуленны/­!­ меч. Талнагар положила левую руку на плечоочна, а правая ее рука тоже упиралась на рукоять висящего напоясе лезга.
   Ийвз вокатри-алась р к*к.-енные лица правителей и думала о ко-ооне королекк "Таянакар. Правда ли, что в ее корону вднлая ряд-чаиший йииии из рубинов, несравненный Янниз - Алое ^ко черно-го калжриба из далеких пжных стран, где солнце светит так жар-ко, что кожа мнотякх жителей имеет темно-коричневый цнет. Иправда ли, то, -то королева погребена именно в этой короне?Надо опросить у Лаутиса. Учитель,наверно, должен знать.Многие саркорани и ^или пустовали. Не вогнулся в родную 'ТлвсотаруУльпин Единоборец. Но только он один, многие короли дальго-рИАча сложили свои головы в чужедадльних землях.Не бкло ксота и подокальпой галерей братоубийце Ольтену ^онну.Труп Олътена та^но вквезли за реку Найтило, сожгли и ненелразвеяли но ветру. Зато его о^арлий брат Каятен кнрно поко-ился в кра^орнок саркофаге.
   Разграбление ,<: осквернение последнего пристанища королей Даль-горнка но угрожало. На каждый саркофаг наложены специальныечары охраняющие от незваных грабителей и воров.Покидали Дальгорнм о легкой грустью и сожалением, ййвэ частооглядывалась назад будто эаоыла так что-то.
   - Понравилось тебе, Нйвэ? - спросил ^аутис свою ученицу.
   - Да. лна лиль непонятно, почему не возродило?; Дальгорнм ине только он, а города и соления в Плаоотаре? Ведь отстраи-вались вновь пепелища, заселялись по-новому покинутые земли.
   - Дне понятен твой вопрос. После двух Лихолетий здешние краясовсем обезлюдели. К току же, очень часто происходили пожа-ры, засухи, болезни, падеж скота, или не прекращанщие^дйждигу­били­ на корню урожаи. О уходом же последних хиилов, Плас-стара ооверлснно зачахла. Однако, кто знает, может со вре-менем Оролепные зекли заселятся постепенно...
   -
   137.
   - А верно, учитель, что в короне королевы Талнагар вделанредкий рубин Янниз - Алое Око черного Маждриба?
   - Верно. Рубин прислали в качестве подарка на десятилетиесына Ульпина. Через две недели сын и отец погибли от отрав-ленных стрел. Талнагар велела ювелирам вправить Янниз в ко-рону, которую она сама носила.
   С Алым Оком в короне Талнагар победила кадавлаков, но какойценой! Сама осталась чуть жива и больше половины войска по-легло на равнине Баккарва. Не принес королевскому семействурубин черного Маждриба счастья, как того хотелось. Умирая отран, Талнагрр приказадла похоронить вместе с короной, дабыЯнниз никогда никому не достался.
   - Значит на рубине наложены злые наговоры?
   - может быть. Хотя подарок из южной страны Бахтнам был пре-поднесен послами от тамошнего правителя шазида Манседа отчистого сердца. Они и в мыслях не имели ничего плохого. Про-сто дарящие не знали тайной силы рубина. В их глазах этопросто редкая драгоценность из древней сокровищницы прави-телей Бахтнама.
   - Лаутис, а черный ыаждриб действительно существовал? Уж оченьтуманно и непонятно пишется о нем в старинных книгах Деела.Можно сказать совсем не пишется. Несколько скупых строк и все. -поинтересовался гайс Намтар, явно увлеченный рассказом Лау-тиса.
   ! %
   - О черном ^аджрибе и виражу написало мало, и не в одних кни-гах Деела. Когда я был молодым, мне разрешили прочесть тай-ные рукописи из Эйвкоторама. Вот, что я запомнил о Мадиджрибе.Маджриб - великий маг-нагбар приплыл в страну Ахар располо-женную рядом с Бахтнамом, на лодке, которая сама плыла поволе мага без весел и парусов. Предполагают, маг-нагбар при-плыл с той восточной стороны, где затонули Большие Острова.Высокий ростом и чернее смолы в котлах огненных ранбагов, онпоначалу творил добро и помогал шазидам Ахара умело и благо-получно править страной. Создал собственную школу, где делил-ся с избранными учениками сокровенными знаниями. Потом вдругмаг пропал надолго и никто ничего, даже ученики не знали онем. И однажды Маджриб объявился в Самароне, где чарами и хит-ростью отвоевал себе трон. Затем взял в жены принцессу Тан Пан,
   
   138.
   пятую дочь императора Жймнма Туйкана Ян Мо. У них родилась де-вочка, впоследствии ставшая страшной королевой Бальмалой.Маджриб чересчур доверился дочери, посвятив ее в сокровенныетайны колдовства и магии. Но коварная дочь задумала свергнутьотца с трона и самой стать полновластной королевой ^амарона.Бальмале помог в этом деле Рагруот из соседнего ^аргала. Почерной силе и мощи, Рагруот и Балмала оказались достойнымисоперникам­и­ против Маджриба. Маг понял, что одному ему их неодолеть, и в бессильной ярости он проклял обоих и покинул не-навистный Самарой, лелея в душе когда-нибудь отомстить заго-ворщикам.
   Вернувшись в Ахар,Маджриб и не подумал вновь служить шазиду,как раньше. Маг потребовал правившего страной шазида Салмалауступить ему трон, а самому убраться на все четыре стороны.Подобное наглое заявление Маджриба привело в ярость молодогошазида, да еще в присутствии всей дворцовой знати. Приказавстраже немедленно убить самозванца, шазид Салмал сам обнажилкривой ярцнил и замахнулся на дррзского мага-нагбара.Маджриб­ злобно рассмеялся, дунул на стражников, те упали за-мертво, а шазиду плюнул в лицо. Придворные ахнули. Подобногооскорбления­ их любимому солнцеподобному правителю никто ненаносил. Шазид же,страшно закричав и закрыв лицо ладонямиупал на пол и тут же умер.
   Черный Маджриб при виде смерти шазида Салмала захохотал так,что затряслись стены дворца. От зловещего хохота черномагапопадали замертво слуги, великомудрые ваззиры, звездочеты,приглашен­ные­ из соседних стран гости и послы.Отсмеявшись, Маджриб вызвал всех своих учеников и воцарилосьновое правление Ахара. Черными, кровавыми делами прошелся постране Маджриб. Жители Ахара страдали от непосильного жруннгнета, тяжкого труда, поборов и страха перед новым и ужаснымправителем. Бунты и восстания жестоко подавлялись. Укрепиввласть в Ахаре, чернокожий маг объявил захватническую войнуближайшим странам. На покоренных территориях Маджриб прика-зал строить храмы, памятники и обелиски в его честь. Кто сэтим не соглашался, того ждала незамедлительная кара.Ученики Маджриба и их последователи проникли в такие дальниестраны, как: Тункай, через гры Гам-Ли, Тунгой-Ор, Сумархан,
   
   139.
   Каспа-Дан, Хармалог, Каргал, Теренкрет и Самарой. Добралисьнекоторые через перешеек Шуи, до дальневосточного большогополуострова Арсо-Аканай, но жившие там племена отнеслись враж-деёно и не пустили учеников мага в свои владения.Носители черной веры маджриба пытались проникнуть в СветлыеЗемли, но в те времена границы охранялись чутко и бдительно.Однако власть и могущество Маджриба разрасталось, как злока-чественная опухоль на здором теле. Но мудрость народная гла-сит - на сильного всегда найдется более сильный. Так и слу-чилось . С огромным войском выступил старый, мудрый царь Ар-д-рам из Павданара. Эта обширная страна находится у самых от-рогов гор Гам-Ли и западным рубежам Павданара уже грозиливторжение воинов Маджриба..
   Три года длилась война между черномагом Маджрибом и царемАрдарамом. И великий, мудрый Ардамар все-таки победил Маджри-ба и его воинство. Затем царь Павданара проклял мага-нагбараи тот стал тенью, которую изредка можно увидеть в лунные но-чи на побережье Ахара, на том самом месте, куда впервые при-чалила лодка Маджриба. Учеников и последователей черномагатоже ждала неминуемая смерть за их злые и недобрые дела.
   - Неужели эту историю не знают правители Бахтмана? - вос-кликнул несколько изумленно Мескинев.
   - К сожалению, нет. До нынешних шазидов она дошла в очень ис-каженном виде, как легенда, как сказка, как песня-наслаб, ко-торая хорошо слушается в послеобеденный отдых.
   Лаутис умолк и окинул всех внимательным взглядом, ^садникимолчали и не задавали больше вопросов. Видимо, каждый по-сво-ему обдумывал историю о рубине Яннизе впервые услышанную отмногознающего хиила Лаутиса.
   В Кадмалу въехали в вечерних сумерках. Дилогор по-прежнему непросыпался . Лаутис заменил Аневу, а Оналей отиправил спать.Мескиневу ночью приснился странный, зловещий сон. Темный си-луэт холма Эрвила, около него в двадцати шагах, мускулистая,поджарая­ фигура мужчины с черными волосам и усами. Прищурив-шись, мужчина смотрит на северо-восток. В его темных глазахзатаилась тревога и страх, несмотря на то, что он одет, калрыцарь, а на поясе висит и остроточенный лезг.. Незнакомецкого-то ждал, переминался с ноги на ногу, всматривался в ноч№-
   
   140.
   ную темень. И тот кого он ждал, явился. Жуткий был тот гость^соткавшись словно из мрака. Из под глухого плаща с капюшономнадвинутым по самые глаза, раздался шипящий голос от которо-го леденела кровь в жилах и волосы дыбом вставали на голове.
   - Ты не выполнил моего поручения, Ольтин, а ведь я помог те-бе стать королем.
   - Я выполню, я обязательно импшмивыполню!: - рухнул на коленитрясущийся от невыносимого ужаса перед ночным пришельцем, Оль-тин..
   - Я уже давал тебе последнюю отсйрочку. Однако, ты так и не сделалчего мне обещал. Неужели так трудно для тебя, всемогущегокороля Пласстары?
   - Дай мне еще сроку?! - в отчаянии взмолился Цльтин.
   - Нет, больше я не могу ждать. Найду другого, порасторопнее,мне мямли и трусы не нужны. И королем,тебе , уже не быть! -правая рука ночного гостя взметнулась вверх подобно черномукрылу стервятника. Костлявые пальцы растопырились, из каждогопальца полились мертвенно-бледные шуми голубоватые лучи. Онисоединились в один луч и пронзили насмерть Ольтина.
   Что-то ослепило глаза Мескинева. Приоткрыв веки, увидел пол-ную луну светящуюва прямо ему в лицо. Через открытое окошко,слышно, как в темноте перекликались совы, в щелке деревянно-го пола квиркал сверчок, умолкал и начинал свою квиркающиюпесню снова.
   Мескинев задумался, к чему такой сон? Несомненно ему приснил-ся братоубийца Ольтин Монн, а кто же тогда тот злой шипун вчерном плаще? И какое поручение не выполнил Ольтин? Вопросовмного, а ответа нет. Вот если бы мудрейший Дилогор проснулся,увы, вековечный старик спит и мало надежды на его пробуждение.Полежав немного, Мескинев вновь заснул и до утра ему ничегобольше не приснилось.
   После завтрака, Мескинев, Комвер и гайс Намтар прошли в ком-нату, где слал Дилогор. Бдительными стражами сидели у изголовьявековечного­ старика Лаутис с Аневой, они тихо перешептывалисьмежду­ собой. Не было заметно на их лицах ни усталости, ни утом-ления, при виде вошедших, хиилы замолчали.Когда все расселись на табуретах, Мескинев подробно рассказало сне и только кончил говорить, как вошла Ийвэ, испуганная,
   
   141.
   растерянная и удивленная чем-то таким, что явно не укладывалосьв ее голове.
   - М-да-а, - вздыхая протянула Ийвэ, загадочно оглядывая си-дящих в комнате. - Случится же такое, до сих пор в себя неприду.
   - И что же с тобой случилось, милая сестра? - осторожно спро-сил Мескинев, мгновенно догадавшись, что и сестре приснилсякакой-то дивный сон.
   - А вот вы, послушайте. Кажется я заснула. И вдруг отчетливо,будто наяву, вижу, стою я в усыпальнице королей, прямо передсаркофагом королевы Талнагар. Я поднимаю руки делаю ими стран-ные пассы, шепчу старинные заклинания. Сейчас хоть тресни по-полам, ни слова ни вспомню. А тогда они сами срывались с моихгуб.
   Тяжелая крышка саркофага плавно сдвинулась со своего места.Обернутое погребальными золототканными пеленами, лежало те-ло великой Талнагар. На лице золотая маска полностью повто-ряющая черты лица королевы. На голове ее корона и в ней сла-бо вспыхивающий алыми всполохами-рубин Янниз. Моя рука протя-нулась к драгоценному камню и легко вынула рубин из короны,.Затем, крышка саркофага задвинулась сама собой. Я произнеслазаклинания­,­ чтобы покой королевы никто не потревожил.Дальше, молочная пелена на миг застила мне глаза. И вместо ко-ролевских усыпальниц, очутилась на мысе далеко лежащим в мо-ре, на белокаменных остатках разрушенного маяка. Я вглядываюсьв темно-синюю даль моря. Оно было спокойным, тихим и величавым.Вдруг море забурлило и запенилось. Ярко-золотыми, перламутровы-ми, серебряными гигантскими кольцами поднимался с морской глу-бины огромный и могучий змей Аккуунаф.
   У меня чуть не разорвалось на кусочки сердце при виде этой гро-мадины! Аккуунаф медленно и осторожно подплыл к мысу. Его ян-тарные овальные глаза, с черными, узкими зрачками, уставилисьна меня. Я услышала мысленный приказ змея сесть на него. Яподступила к самому краю мыса, Аккуунаф положил большую тре-угольную голову к моим ногам. Я прошла мимо ноздрей похожихна черные, бездонные колодцы. Видела длиннющие гладкие усы пообеим сторонам морды, обогнула острые, колючие уипы высотою вдва копья и села в неглубокую впадинку между глаз. Едва яуселась и ухватилась руками за края впадинки, Аккуунаф сразу
   
   142.
   помчался быстрее ветра.
   Дух захватывало у меня! Чудилось еще немножко и от бешеннойскорости Аккуунаф взлетит, как дракон к самым небесам.Сначала, я не поняла куда везет меня морской змей, но солнценачало припекать все жарче и жарче,ж стало понятно, что мыплыли на юг, в Страны Палящего Зноя. По берегам, я изредка ви-дела коричневых и черных людей, в одних набедренных повязках,с пышными перьями в курчавых волосах. Они падали ниц перед плы-вущим гигантским змеем, неистово кричали и били в большие ба-рабаны.
   Потом пошли пустынные, скалистые берега. Кроме птиц и странныхцветов напоминающих раздутые огррцы с колючками, ничего большене было видно. И вот к такому неприветливому берегу подплылАккуунаф и мысленно сказал мне, чтобы я сошла на землю. Таместь тропинка, тропинка ведет в тайный грот.. В гроте увижучеловека, вернее его тень и ему надо отдать рубин Янниз.Я так и сделала. Тенью оказался сам маг-нагбар Маджриб. Он бе-режно и благоговейно взял Янниз, прижал к груди.ийнюдышпи ши-Послышался тихий-тихий шепот мага:
   " Благодарю, тебя, долгожданная гостья из Северной Страны.Янниз - последняя память о моей затонувшей родине, и я вернусьтуда вместе с камнем. С рттжм приходом кончилось на мне проклятьецаря Ардарама,. Я, наконец, заслужил покой." Тут маг поклонилсямне и исчез.
   Аккуунаф быстро отвез меня обратно на тот мыс. На прощание, сголовы змея скатилась чешуйка, она уменьшилась в несколько раз,стала размером с женское колечко. Я машинально положила че-шуйку в карман тонкой шерстяной куртки-безрукавки.Пр­оснувшись,­ я веря и не веря сунула руку в карман куртки. Че-шуйка змея Аккуунафа оказалась на месте... Ох, у меня головакругом идет! Неужели путешествие со змеем было на яву? А в ко-роне королевы Талнагар и впраду уже нет рубина?- Ийвэ, покажи чешуйку змея Аккуунафа и мы поверим вш твой сон. -попросил свою ученицу, Лаутис.
   В ладошке Ийвэ что-то блеснуло, ярко и сильно. Лаутис взял че-шуйку в руки и изумлению хиила не было границ. Ийвэ не обманы-вала: идеально круглая, сверкающая всеми цветами радуги, но боль-ше золотистыми, серебристыми и перламутрывыми оттенками - на-стоящая чешуйка великого морского змея Аккуунафа!
   
   143.
   Странный подарок змея рассмотрели все по-очереди, бросаявремя от времени восхищенные взгляды на раскрасневшуюся иволнующуюся ййвэ.
   - А тебОф Ийвэ, Аккуунаф ничего не сказал, что делать с че-шуйкой?
   - Нет, учитель. Я сама пока в полной растерянности и недоуме-нии...
   - Сегодня, между прочим, первое августа, -глубокомысленно за-метил гайс Намтар.
   Своевременное напоминание гайса Намтара о наступлении августа,как молнией озарило Ийвэ.Глаза у ней радостно сверкнули.
   - А если чешуйку змея Аккуунафа положить на лоб Дилогора?Вдруг она поможет пробудится ему?
   - А не проснется? - тут же охладил пыл сестры, Мескинев.
   - Тогда узнаем, что чешуйка змея послужит для другой цели.
   - Давайте попробуем. - предложил Лаутис. - В конце концов,нам уже терять нечего. Я не думаю, чтобы Аккуунаф просто так,как сувенир отдал свою чешуйку и тем более, не кому-нибудь,
   а именно Ийвэ. Скорей всего, твоя сестра, Мескинев, можетоказаться права.
   Лаутис осторожно положил чешуйку на середину лба спящего Ди-логора. Все замерли затаив дыхание.
   Слабо, слабо, ресницы вековечного старика дрогнули. И тут квеликой радости собравшихся, издав глубокий вдох и выдох,Дилогор открыл глаза и увидел склоненные над ним лица друзей,счастливые и взволнованные его пробуждением.Дилогор­ оглядел окружающую обстановку, кашлянул пару раз ихриплым голосом произнес:
   - Ну, если мне не изменяет память, я нахожусь у дархедов, угайса Намтара, сына Гэлда из рода Тёлльнов. Не так ли, мойдруг? Не мог я о'нибится?
   - Никак нет, мудрейший Дилогор. Я сам, мои домочадцы, да и всенаселение Кадмалы к вашим услугам.
   - Спасибо, спасибо, мой друг. Особых услуг мне от тебя не на-до, а вот горячего чаю с мнтой и лепешками с медом, я бы неотказался.
   Гайса. Намтар вышел и приказал кому-то за дверью принести чаюи лепешек, затем обратно вернулся и сел на табурет стоящийпоближе к кровати Дилогора.
   
   144.
   Дилогор же приподнялся на подушках и чешуйка скатилась с еголба. Взяв ее в руку, вековечный старик таинственно ул^ыбнулся:
   - Вот значит какой ключ помог мне открыть последнюю дверь.
   - Какой ключ? - поразился Мескинев, не понимая почему Ди-логор называет чешуйку змея Аккуунафа ключом.
   - Для меня ключ, для тебя, Мескинев, просто чешуйка морскогозмея. Кстати, откуда она у нас взялась? До Подлунной Заа ме-сяц конного пути!;
   Ийвэ открыла рот, но ее опередил Лаутис. Хиил подробно и об-стоятельно поведал о снах обоих Оналей.
   - Ага, гм, гм. Теперь понятно. - Дилогор как-то по-особенно-му посмотрел из под лохматых бровей на Ийвэ. Та смутилась иоробела от всепроникающего взгляда вековечного етарика.
   - Выше голову, ийвэ ^наль! Твой сон сулит нам удачу и успех.И самое главное, я знаю, куда нам направится, в ПодлуннуюЗаа. Да, да, тот самый мыс выступающий далеко в море с остат-ками разрушенного маяка существует на самом деле. Маяк на-зывается - О'Элан - Вторая Луна. Некогда его построили мор-ские хиилы и кийты. Свет О'Элана был виден в жшййрпа самую тем-ную ночь, даже туманы не могли заслонить ослепительный огоньмаяка.
   Дилогор умолк и еще раз посмотрел на чешуйку Аккуунафа за-жатую в его пальцах,
   - Ийвэ, если ты не против, то это я возьму себе. Сдаетсямне, дар морского змея пригодится нам в дальнейшем.
   Ийвэ на просьбу вековечного старика согласно кивнула головой.Дилогор тут же упрятал чешуйку в потайной кармашек.Дверь распахнулась, на пороге появилась жена гайса, Лаита.В руках она держала поднос с горячими лепешками и аромат-ным чаем.
   Весть о том, что Камнедел Длиннобородый проснулся, моментальнооблетела тором гайса и разнеслась по всей Кадмале. За полу-открытой дверью мелькали чьи-то любопытные лица, слышалсяшепот, торопливый топот ног по лестницам и коридорам. И вообщеподнялась невообразимая суматоха и кутерьма в тороме.А Дилогор тем временем неспеша поел лепешек с медом, попилчаю,поблагодари­л­ хозяйку за угощение и встал с кровати.
   - Не рановато ли, Дилогор? - забеспокоился Лаутис.
   
   145.
   - Не волнуйся, дружище, в самы'раз. И так довольно полежал,вернее насиделся. Я сейчас отвечу заодно и на вопрос Мески-нева о ключе на который не успел не ответить.Когда я загнал глубоко в землю, в новый могильник Неусыпь,сила и мощь моя исстаяла, как вода в горячих песках Терен-крета. Я очутился в странной, полутемной зале со множествомдверей. На стенах висели разнообразные ключи и я догадался,что нужно подбирать ключи к дверям и открывать их. Дели будетхоть одна не раскрытая дверь, то я останусь в зале навсег-да, нелегко оказалось подбирать ключи кидиирии замкам. Какиеподходили, какие нет, остальные попросту застревали. Но все-му всегда приходит конец. Осталась последняя дверь, я пере-брал последние оставшиеся ключи, проклятая дверца не откры-валась. И вдруг вижу висит ржавый, невзрачный на вид ключже,по размеру он ни как не подходил к замку, но я попробовал.Едва сунув ключ в замок, он на моих глазах преобразился, за-сверкал, засиял подобно алмазу в лучах солнца, последняядверь распахнулась и я стал свободен. Вот что со мной про-изошло. Для вас я казался спащим, а на самом деле нет.теперь же, я хочу прогуляйся, подышать воздухом, увидетьсолнце и озеро Дальгиле и не препятствовать мне. Долго мыздесь ьсе равно не задержимся, а посмотреть кое-какие па-мятные места нужно. В замок съАить надо, проверим сон ^йвэ.Попробую открыть крышку саркофага, пе удастъся мне это сде-лать, значит лнниза нет в короле Талнагар. В принципе, ру-бин нам не к чему. Были и есть камешки поценнее и помргу-щественнее Янниза. Так-то,друзья мои. Ну, пойдемте разом-немся, я кажется здорово засиделся тут.Съездить в замок Дальгорим удалось не так скоро, как хоте-лось Дилогору. В первую очередь решили осмотреть холм Эр-вил и новый могильник Неусыпи. Несмотря на заверения хиилаЛаутиса, что там все тихо и бедою никакой не грозит, Дило-гор успокоился только тогда, когда самолично осмотрел и над-гробные плиты и мрачный холм Эрвил.
   Сильные грозы с обильными дождями опять задержали поездку взамок на несколько дней. Воздух после доджей казалось звенели сверкал подобно прозрачному хрусталю, а свежепромытой
   
   146.
   хвоей исстучей пахло просто до головокружения. И сколько гри-бов высыпало ншмии в лесу и не сосчитать!Детвора и подростки с тяжелыми корзинами несли урожай грибовдомой. Взрослые, однако не радовались обилию грибов. Они хму-рились и печально качалки головами, такой неслыханный гриборостпредвещал плохою примету - быть великому побоищу или новомуЛихолетью.
   Тимпли уговорила Ийвэ сходить по грибы. Поначалу ей не хоте-лось, но потом все таки согласилась. Набрали полные корзиныгрибов. А потом, вечером, сидя на веранде при свете трех ламп-ночников, чистили, резали, и развешивали увесистыми гирлян-дами для просушки грибы.
   Нет, никогда Ийвэ не забудет тихие, теплые августовские вече-ра в Кадмале. Покинуть гостеприимный тором гайса Намтара былонемыслимо и тягостно для нее. Душой и сердцеш Ийвэ успелапривязаться и полюбить ^адмалу, да и брат Тимпли, Алонер мно-гозначительно поглядывал на Ийвэ. Только каждый раз при видерыжекудрого Алонера, она вспоминала Ювина и на зазывающиевзгляды нового поклонника, либо делала отрицательный жест ру-кой, либо уходила в свою комнату. Алонер вздыхал, краснел, нонастаивать дальше в ухаживаниях за Ийвэ не смел. Насильно, какговорится, мил не будешь.
   Наконец, Дилогор в компании хиилов, рыцаря Комвера, гайса Нам-тара, Гайдара Бёлля и Оналей посетил Далъгорим.йри виде разрушающегося замка Дилогор скорбно изрек:
   - Помню, помню не эти мрачные стены, а белоснежный чудо-дворец,как бы парящий над землей. Шумные пиры, веселье, смех и песнихиилов живущих в нем и великолепного Радинилиса. Скользящие,серебрист­ые­ лодки по глади озера с разноцветными фонариками ипляшущими огоньками. Помню так же разрушенные, обгоревшие раз-валины дворца...
   - Мы должны победить Собирателя Тьмы и после победы, ^приложувсе усилия для восстановления Дальгорима. - решительно ска-зал гайс Намтар.
   ^*
   - Дальгорим можно отсроить лишь в союзе с хиилами. - подхватилЛаутис и в синих глазах хиила засветилась надежда.
   - И рыцари Кауманда могут оказать помщь. - живо откликнулсяКомвер. - В молодости, когда меня посвятили в рыцари, я далобет побывать в Дальгориме. Увы, произошло это не имри скоро.
   -
   147.
   Зато сейчас, я уже во второй раз приезжаю в замок и ни скольконе жалею, пусть даже он и в руинах.
   Ийвэ с Мескиневым промолчали. Их томило одно желание поскорееочутится в усыпальницах. Видно Дилогор подумал о том же, незадерживаясь больше нигде, спустились к последнему приюту ко-ролей.
   Долго и тщетно пытался открыть крышку саркофага королевы Талнагар,вековечный старик. Он взмахивал руками, шептал заклинания,которые кроме него никто не помнил и не знал. Напрасны и бес-полезны оказались его усилия. Вдруг Дилогор неожиданно рассме-ялся:
   - Ну и ну! Аи да, Ийвэ Ональ и как у нее все так получилось!
   - Да что же у меня получилось, мудрейший Дилогор? - искреннеудивилась Ийвэ. - Все происходит помимо меня. Я пока не властнанад той силой пребывающей во мне. Она как внезапный порыв ветрапоявляется неизвестно откуда и пропадает неизвестно куда.
   - Так уж и неизвестно. - таинственно усмехнулся Дилогор. - При-дет время и ты, Ийвэ Ональ узнаешь откуда. Не ломай себе го-лову над тем, чего пока не знаешь. Пусть все идет своим чере-дом. Я, честно говоря, уже сейчас рад за тебя, Ийвэ. Тут вотнекоторые пророчествовали преждевременно победу над Рагруотом,и я хотел их одернуть, но после того, как я не смог сдвинутьдаже на полногтя крышку саркофага королевы Талнагар, хочетсяверить, что Тьму мы одолеем. И сегодня вечером я расскажу вамодну историю, она касается сна Мескинева.
   -
   Подлунная Заа.
   Августовским, безветренным вечером, когда спустились го-лубовато-серые сумерки, на веранде, рассевшись в удобныеплетеные кресла, гайс Намтар, хиилы, Комвер и Опали при-готовились слушать Дилогора,и жокначалзговорить:
   - Тот, кто тебе приснился,Мескинев, был братоубийца ОльтенМонн и сам Зган, тогда еще в слабой силе, но уже порабо-щенный душой и телом Рагруотом. Скорей всего, Зган убилОльтена за какое-то поручение с которым Ыонн не успел во-время справится. От таких неудачливых исполнителей Зганбыстро избавился и находил других, более ретивых.
   По лицам сидящих промелькнули смутные тени - тени беспо-койства и страха. Само имя-Зган,Главного Чрнолатника Ры-царей Мрака внушало трепет и ужас. Сердце замирало и сла-бо билось, кровь медленней двигалась по жилам, противнаяпредательск­ая­ дрожь пробегала по рукам и ногам. И вообщехотелось спрятаться в укромное местечко, лишь бы не слы-шать об этом Летающем Ужасе.
   - После Первого Лихолетия, изгнав Зло из Светлых Земельценою невероятных усилий хиилов, кийтов, оберегов, кадин-хоров, гьелов и людей/по тем временам малочисленных, но
   не уступавших Долгоживущим отвагой, смелостью и храбростью/,победите­ли­ дошли до Каргала. Очистили от всякой рагруотовойнечести земли, разрушили Бараг до основания, освободилипленников и рабов, предоставив им волю и свободу. В со-седнем Самароне, старого, вероломного короля бывшего взависимости у Рагруота сменили на другого, более достойно-го и справедливого.
   Тенегол - великий владыка морских хиилов, замуровал ЧерныйДух Рагруота в глубокий колодец на безжизненном островкеВаг, находящемуся в море в пяти днях пути на корабле подпарусом, от северного побережья Самарона.
   
   149.
   На крышке колодца из черного кардалита выбил слова: " й%и"Никогда не смотри в колодец Тьмы, даже, если уверен в сво-их Силах." А бесстрашный, могучий король кадинхоров КэллинОлл запечатал шестью печатями крышку колодца.Прошли многочисленные годы,ж никому в голову не приходило,чтобы наведаться на остров и тем более подойти к колодцуТьмы.
   Остров Ваг превратился в страшную легенду, судна и рыбачьилодки обходили его далеко стороной. Но времена менялись.Чьи-то глаза настойчиво и пристально смотрели в сторону за-претного острова. Эти глаза принадлежали молодому Килиуму,единственном­у­ сыну богатого вельможи. С самого раннего дет-ства в Килиуме- проявился редкий дар к постиганию Тайных Зна-ний. Отец отдавал сына лучшим мудрецам Самарона.Себялюбивом­у,­ надменному Килиуму казалось мало тех знаний,что ему преподносили учителя и хранители ценных рукописей.Килиуму хотелось постигнуть Аххатенос - Большой Тайный СводНаидревнейших Знаний. Узнай хоть частичку Знаний из Ахха-теноса и ты будешь всемогущим Властилином, которому будутповиноваться природные стихии,Маложивущие и Долгоживущие.Обурева­емый­ такими сладостными мечтами, Килиум направилсяв горную обитель к мудрому Намантосу - Посвященному в Ахха-тенос и попросился к нему в ученики.
   Намантос спросил Килиума, для чего ему Знания из Аххатено-8а?Тот, скрывая честолюбивые намерения, ответил:
   - Для блага, для добра.
   - Тогда сделай первое благо. - попросил его Намантос. - Раз-дай свое богатство беднякам, не оставив себе ничего.
   Килиум выросший в роскоши и ни в чем себе никогда не отказывая,возмутился­ от просьбы Посвященного. Он думал, что Намантоссразу примет его и передаст Знания из Аххатеноса, но наделе вышло совсем не так..
   - Может мне еще в рубище нищинское одеться, подметать двор,или носить воду из колодца, как это делают твои ученики? -гневно вскричал Килиум.
   - Почему бы и нет? - спокойно ответил Намантос. - Ты говорил,что пришел за Знаниями, чтобы они служили дрбру и благу, асам тут же отказался от просьбы моей. Значит не для добра
   -
   150.
   нужны тебе Знания, а для каких-то других темных твоих же-ланий.
   Знай, сразу никому не даются Знания из Аххатеноса. Большоймеч в узкие ножны не влезет. Нужно иметь терпение, терпениеи терпение. А ты хочешь не построив моста или лодки в одинмомент перебраться через реку. Ну уж нет! Ступай вон, мнетакой прыткий ученик не надобен!
   Крайне взбешенный словами Посвященного, Килиум кипя яростьюи злостью, а заодно, когда-нибудь поквитаься за отказ, по-кинул горную обитель Намантоса.
   Он ездил в горы Гам Ли и в страну Туйкан в надежде получитьсокровенное Знание, но и там не добился ничего.Килиум страшно злился на Посвященных в Аххатенос. Он дога-дывался, что без вмешательства Намантоса здесь не обошлось.Мудрый старец успел неведомым для ^илиума способом быстропредупредить Посвященных, чтобы те не принимали его в уче-ники к себе.
   На обратном пути домой Килиум завернул В Каргал. Каргал дав-но притягивал молодого самаронца. Он не один раз бродил поразрушенной твердыне Рагруота, в тайне мечтая отсроитъ всезаново. И вот на руинах Барага в голове Килиума окончатель-но окрепла мысль - сплавать на остров Ваг. Собственно гово-ря, почему бы и нет? Кто узнает, кто запретит? Ведь он неодин раз до рези в глазах всматривался в сторону запрет-ного острова. И разве так тяжело справится с печатями коро-ля кадинхоров Кэллина Олла? Вдруг освобожденный Черный ДухРагруота даст ему именно та знания о каких он давно мечта-ет?
   Приехав домой, Килиум упросил отца снарядить корабль якобыдля увеселительной прогулки с друзьями.
   Через три после отплытия, команду корабля начала косить та-инственная болезнь, которая не пощадила и капитана. В живыхостались шестеро друзей Килиума и он сам.Теперь за капитана был Килиум, он уверенно взял курс на за-претный остров. Друзья умоляли вернуться назад, к родным бе-регам. Однако новый капитан и не думал возвращаться в Са-марой. Килиум лишь хорошенько припугнул приятелей при по-мощи магии. Ошалевшим от страха при виде колдовских чар
   
   151.
   Килиума, несчастным друзьям пришлось повиноваться, ибо ихглаварь слов на ветер не бросал. Запросто мог превративужасных чудовищ.
   Бросив якорь недалеко от мрачного острова покрытого пепломи шлаком, на шлюпке добрались до берега.
   Вновь друзья упрашивали Килиума не искать колодца Тьмы. Бе-дняги догадались е его цели, но одержимого безумца словнотянула некая сила.
   И вот сам колодец ^ьмы и предупреждающая надпись на крышкеначертанная владыкой морских хиивов Тшцаменеголом, шесть пе-чатей короля кадинхоров Кэллина Олла.
   - Положите левые руки ладонями вниз на печати. - власвно при-казал друзьям, Килиум, те в миг посерели от ужаса и ледяня-щего страха исходившего от колодца Тьмы. Килиум немигающимвзглядом смотрел как трясущиеся руки шестерых приятелей ко-снулись печатей короля Кэллина Олла.
   Самоуверенный гордец в тот момент решил, что когда откроеткрышку колодца, то сможет подчинить Черный Дух Рагруота.Килиум нисколько не сомнейался в своей магической мощи.Предупреждающая­ надпись Тенегола ни каыжмк его не тронула,одни лишь губы искривились в презрительной усмешке..Вскинув руки в верх, Килиум напряг всю волю и мощь. Осле-пительные, неестественные молнии осветили лицо, ставшиестрашным и жестоким, властного самаронца.Печати короля кадинхоров треснули и рассыпались. ПриятелиКилмума в смертельном испуге отпрянули от колодца.
   - Стоять! Стоять на месте, трусы' - крикнул на них Килиум иподошел вплотную к колодцу. С большим трудом сдвинул крыш-ку, заглянул в зловещую глубь и тут же был пойман ЧернымДухом Рагруота.
   Нечеловеческий крик потряс остров. Богатые одежды с золотымиузорами и драгоценными камнями сгорели, вместо них появи-лись черные-пречерные латы, которые навечно приросли к телу.Холеные руки Килиума стали костлявыми с острыми когтямина пальцах, каштановые кудри повисли седыми лохмами, красивоелицо сменилось безжизненной маской на которой смутно уга-дывались прежние черты Килиума. Вместо зеленовато-карихглаз­,­ два красноватых тусклых огонька.Такая же метаморфоза произошла и с друзьями Килиума.
   
   152.
   Черный Дух Рагруота вырвался наружу и вновь полные отчаянияи боли семь воплей пронеслись по острову. Тела и души быв-ших смертных всецело принадлежали Собирателю Тьмы.
   - На колени, перед вашим новым повелителем! - услышали онистрашный громовой голос Рагруота. - ^ы принадлежите мне иза мое освобождение я сделал вас Рыцарями Мрака - наливула-ии, то есть Перевоплощенными. Хилиум! Имя тебе новое - Зган.Будешь главный над наливулами. Ваш нынешний облик поможетии вам держать в страхе Маложивущих и даже Долгоживущих. Япредоставляю вам неограниченные возможности мало кому доступ-ные. Ты, Зган, кажется хотел получить Знания из Аххатеноса?
   - Да, мой повелитель, если на то будет твоя воля. - унижен-но ответил Зган, ибо прежний вольный дух Кидиума был в одинмомент сломлен, скручен и подавлен.
   - Если на то будет моя воля. - торжествующе усмехнулся ^агру-от. - Знай ^ган, эти слова спасли тебя. Ты думаешь, я незнал какие своевольные мысли кружили твою глупую голову приоткрытии крышки колодца? Меня, самого Рагруота Великого икакому-то недоучке, сопляку^в подчинение?! Ну, чтобы ты, пре-зренный и ничтожный знал, кто тут сильнее и старше и комунадо бесприкословно подчинятся, смотри, впредь гони подобныемысли из своей неразумной башки!
   Бело-синяя молния ударила в Этана. Тот страшно, исступленнозакричал от невыносимо жгущей боли и распластался нвяв&вссловно раздавленный червь у ног Рагруота.
   - Надеюсь ты понял, кому надо подчинятся, Зган?
   - Да, мой повелитель, я осознал свою ошибку.
   - Что же, приятно слышать такие слова от моих подчиненных. -Рагруот сделал неуловимое движение рукой, боль исчезла иЗган встав перед новым повелителем рабски склонил спину вожидании дальнейших указаний.
   - Ответь мне Зган, какие нынче дела в ^аргале? Кажется ты тамбыл не один раз и можно ли мне тайно пробраться в Бараг?
   - Мой повелитель, Бараг разрушен и его никто не восстанавли-вает. Твои бывшие рабы и слуги ушли к Трем Озерам и живут тамзанимаясь земледелием и скотоводством. До меня доходили слу-хи, что многие племена ченгов, татней, харматов и в самомСамароне втайне поклоняются вам и верят в ваше возвращение.
   -
   153.
   Каргал обереги уже не так внимательно стерегут, сделаютпару объездов и все. Я думаю, мой новелитель, незаметно мож-но проскользнуть в Харгал.
   Приезд Рагруота не остался незамеченным для Посвященных вАххатенос и Долгоживущих. Их сердца дрогнули в предчувствиибеды, но дрогнули их сердца еще раз, когда узнали какими но-выми помощниками обзавелся Рагруот.
   Срочно в Каргал прибылиЬтрядз оберегов. Они прочесали самыеподозрительные места и никого не встретили кроме грязных ко-чевников гонящих впереди себя многочисленные табуны лошадейи стада полудиких быков якшнуров.
   Кочевники, большей численностью ченги и татни косо и неприяз-ненно глядели в сторону оберегов, в душе желая поскорееим убраться из Каргала.
   Уж они-то знали, где скрывается Рагруот с Черяолатниками -в самой середине Багровых гор, в Нагдаге, в глубокой, обшир-ной пещере. Оттуда Рагруот посылал наливулов в Светлые Земли,и не только туда, а и в другие страны, чтобы те наводили бес-порядки, сеяли смуту и раздоры.
   Но самое главное, что совершил Рагруот с помощью наливулов,то это выкрал из охраняемой сокровищницы кадинхоров в Балас-теге великолепнейший Дианозл - Король Алмазов. Он едва уме-щался на двух широко раскрытых ладонях великана айнога. Про-зрачная вода в горном ручье казалась мутной по сравнению спрозрачностью Дианола. Подобного чуда нет нигде на свете, даи не будет наверно никогда.
   Рагруот наполнил прекраснейший Дианол Черным Светом - ПервымСгустком Мрака, ибо в подземных пещерах Багровых гор еще со-хранилась Первозданная Тьма...
   Отсюда Рагруота и прозвали Собиратель Тьмы. И вот Дианолприобрел аспидный цвет и назвался Сенклетом, в переводе скаргальского - Хранитель Мрака. В руках Рагруота, Сенклетоказался не просто Хранителем Мрака, он стал - Видящим. Раг-руот не выходя из пещеры знал, что делается вокруг него итворил недобрые дела.
   Зган, помня обиду на Намантоса, ночью, в виде чудовищной ле-тучей мыши прилетел в горную обитель Посвященного. Однако тоти его ученики заблаговременно ушли в другое скрытое от Эгана
   
   154.
   безопасное место. Намантос заранее предвидел возвращение Ки-лиума - Згана и потому не рискнул дожидаться Чернолатника.Дилогор­ замолчал и воззрился на ни как не потухающую красно-розовую полосу заката.
   - И что дальше? - нетерпеливо спросил Комвер, живо припомнивкрепость Пестболл и зависшую над ней зловещую черную тучу -одно из многочисленных перевоплощений Згана .
   - Дальше? - шевельнул косматыми бровями Дилогор, как бы удив-ляясь вопросу Комвера. - Дальше уже известно. Рагруот скача-ло тайно, а потом ржи и никого не стесняясь, начал копитьновые силы и отстраивать Бараг.
   - Может я что-то не понимаю, - заговорил гайс Намтар, - какже все таки связаны между собой сны Мескинева и его сестры?
   - Ни как они между собой не связаны. - посмотрел на гайса Ди-логор. - Сон Ийвэ указывает куда нам дальше идти, сон Мес-кинева - предупредительный, вполне возможна опасность из Кар-гала.
   - Я тоже так считаю. - поддержал дилогора Лаутис. - И сдаетсямне, гроза на равнине Ваккарва не случайна. У Згана* естьдостойный преемник , верховный ильген колдун Тауриб под на-чалом которого обширная сеть илъгенов колдунов.
   - Тауриб не мог вызвать столь мощную молнию, силенок не хва-тит. Верховный ильген контролирует земли Каргала и Хармало-га, следя за порядком и законопослушанием. Ему и без Свет-лых Земель забот и хлопот хватает. Нет Лаутис, ни Зган, ни Таурибни даже сам Рагруот не могли послать такой гигантский разряд.
   - Тогда кто же? - одновременно спросили Опали и Комвер.
   - Пока на ваш вопрос затрудняюсь ответить, но и утверждать,что именно в ту ночь, в холм Ырвил, где мы стояли на вершине,совершенно случайно ударила сверхъестественная молния, абсурднои нелепо. Скорей всего, та Сила была направлена против меня...А скажите-ка, друзья, если я не проснулся или что-то еще сомной случилось, кто новел вас дальше?
   - Несомненно, я. - решительно ответил Лаутис. - Я хорошопомню тайные тропы и дороги в Светлых Землях, не смотря на то,что много лет провел у озера ^аноле. Мескинев с Комвером от-личные следопыты и проводники. За Аневу могу поручится. Хоть
   и молод, но не дал бы заблудится отряду в незнакомых местах.Анева с благодарностью посмотрел на лаутиса и сказал:
   
   155.
   - лиилу, пусть и молодуму трудно сбиться с пути. Ночью ориен-тиром служат звезды, днем солнце. Если тучи закрыли небо, топо деревьям , растениям и по полету птиц можно выбрать нужноенаправление. Только я, мудрейший Дилогор, что подумал. Выговорили о Силе направленной против вас. Не мог быть этойСилой некий Посвященный в Аххатенос, но вступивший на путьТьмы? Есть у вас такой враг?
   - Гм...,гм..., - вопрос Аневы несколько изумил Дилогора. Мыс-ленно он перебрал всех врагов и недоброжелателей, и ни на комне остановился.
   - Если это Посвященный и Переступивший в Тьму, я сразу узнал,почувствовал его... Нет, нету у меня такого врага, Анева, не-ту.
   - А черный Маджриб? - подала голос Ийвэ. - Он ни как...Дилогор не дал ей договорить.
   - Черный Маджриб тут ни причем. Он слишком мелкая сошка дляменя. К тому же, чего он жаждал мыкаясь тенью в скалах по-бережья Ахара, так это покоя и больше ничего. Если Посвящен-ный в Аххатенос переступил в Тьму, он называется - каммаг.
   Я когда-то знал одного каммага, но он давно мертв и его духперенесся в Заг№ределы.
   Появись каммаг сейчас тайно или явно, все Посвященные узналио нем. А Рагруот просто не потерпел столь опасного соперника,и постарался бы, как можно скорее разделаться с ним. Трон вБараге Рагруот никому не отдаст. Скорее его Черный дух уне-сется в Запределы, чем Собиратель Тьмы поделится властью скаммагом.
   И все таки, друзья мои, не будем сбрасывать со счетов таксказать предпологаемого каммага. Время покажет нам, появилсяон или нет. А сейчас время показывает нам, что пора поспать.Через день отправляемся, мы и так загостились у гайса Намта-ра.
   - Ну что вы, мудрейший Дилогор. - всплеснул руками Яамтар. -.По мне, вы хоть тут насовсем оставайтесь. Но раз вам надо впуть, я не имею право вас задерживать. Я провожу вас до Боль-шого Перекрестья.
   - Не далеко ли от Кадмалы? - спросил Дилогрр пристально гля-дя на гайса Намтара.
   - Разве это далеко, мудрейший Дилогор? Я делаю порой объезды
   -
   156.
   и за пределы Пласстары.
   - ^у хорошо, дружище, я не против. Вооруженные дархеды намне помешают, вместе безопасней ехать до Большого Перекрестья.Провожат­ь­ гостей Намтара вышло чуть ли не все население Кал-малы. Тимпли плакала нисколько не стесняясь своих слез. Онаочень привязалась к Мвэ и не хотела чтобы та уезжала. Тим-пли насовала ^йвэ полные карманы соленых орешков.
   Ее брат, рыжекудрый Алонер тоскливо мялся в сторонке, то идело перекладывая что-то из одного кармана в другой и никакне решался подойти к Ийвэ.
   Наконец, не выдержав, Алонер окликнул Йй Тимпли. Она подбе-жала к брату и тот быстро сунул блестящую вещицу в руку сес-тре и взглядом указал на Ийвэ.
   Тимпли подскочила к Ийвэ и надела на ее запястье брслет изрозовых жемчужин.
   - Возьми на память от моего братца, ^е скоро Алонер тебя за-будет. Я понимаю, ты его не любишь, как он тебя. Эх, здоро-во было, если бы вы поженились и остались жить навсегда вКадмале.
   - Дорогая Тимпли, не обижайся. Твой любимый брат найдет се-бе другую девушку и они счастливо заживуж вдвоем. Вытри сле-зы, Тимпли, на тебя смотрит сын Гайдара Бёлля, Таллен, ко-торый кажеться тебе не безразличен.
   Тимпли смущенно фыркнула и голубым платочком вытерла слезы.
   - За браслет, спасибо. Глядя на него я буду вспоминать, нетолько вас, но и дни проведенные здесь. - Ийвэ улыбнуласьАлонеру и дружески помахала рукой.
   Брат Тимпли покраснел и ответил тем же жестом*Отряд Дилогора сопровождал гайс Намтар с.Гайдаром Бёллем идвадцатью лучшими дархедами копьеносцами. В течении двух су-ток доехали до Большого Перекрестья.
   Большое Перекрестье представляло собой обширное поле.. Средигустой травы и редкого низкорослого кустаржника виднелись об-ломки сероватых камней покрытых мхом и лишайниками - это всечто осталось от указателя, на котором некогда были выбитына общем языке Либбов куда какая дорога ведет: на запад, навосток, на север, на юг.
   Около обломков указателя дархеды распрощались с Дилогором,хиилами, Оналями, Комвером и пожелали достигнуть заветной цели,
   
   157.
   Дилогор двинулся по западной дороге. Впрочем, дорога слиш-ком громко сказано, Неширокая тропа, местами прямая, как стру-на виднелась среди буйно растущего разнотржвья.Лаутис ехал рядом с вековечным стариком и время от временио чем-то переговаривались на незнакомом для Ийвэ языке. ЗаИйвэ следовали Мескинев и Алова, а за ними рыцар

Дата публикации:28.12.2003 19:30