На нашем портале громкая и значимая премьера - открытие и начало активной работы Кабачка "12 стульев"! Приглашаются все желающие!
САМЫЙ ЯРКИЙ ПРАЗДНИК ГОДА - 2019
Положение о конкурсе
Информация и новости
Взрослая проза
Детская проза
Взрослая поэзия
Детская поэзия




Главная    Лента рецензий    Ленты форумов    Круглый стол    Обзоры и итоги конкурсов    Новости дня и объявления    Чаты для общения. Заходи, кто на портале.    Между нами, писателями, говоря...    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Новогодние фанты
Скоро!
Конкурс имени Михаила Задорнова
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Журнал "Что хочет автор"
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Альманах "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Рекомендуем новых авторов
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Просто о жизниАвтор: Светлана Ливоки
Объем: 19649 [ символов ]
ТАТАРСКИЙ БИФШТЕКС
Пообедать в этот солнечный августовский день мы с моей подругой Ленкой запланировали в каком-нибудь небольшом уютном ресторанчике Парижа, из окон которого открывался бы вид на Эйфелеву башню. И вообще мы всё планировали заранее, еще до поездки во Францию. А, как же без этого, если очень хочется «увидеть Париж и умереть» от впечатлений и восторга за пять коротких дней поездки, отведенных туроператором? Поэтому и планировали каждый свой шаг и свободное от экскурсий время, как только на руки нам выдали план – маршрут поездки.
Я хорошо помню о том, что день, о котором в рассказе пойдет речь, был воскресным днем. Это я помню - точно, поскольку в субботу мы вернулись в свой номер под утро после групповой экскурсии по ночному городу, плавно перешедшей в индивидуальную уличную прогулку, закончившуюся посиделками в ночном баре поблизости от отеля. Как следствие бессонной ночи - на следующий день мы с подругой, конечно же, проспали завтрак, и вышли из маленького трехзвездочного отеля только около часа дня.
Нам выпало проживать почти в самом сердце Парижа: отель располагался на маленькой улочке, в пяти минутах ходьбы от Галереи Лафайет. Оголодав без завтрака, мы решили начать с обеда и направились в сторону Елисейских полей (кстати говоря, моя подруга по фамилии Елисеенкова очень гордилась таким совпадением и созвучием своей фамилии с всемирно известным названием исторических полей).
В этот день на центральных улицах французской столицы было ощутимо больше народу, чем в будни и даже в прошедшую субботу. Пока - шли, нам с Ленкой казалось, что вокруг бродят целые толпы туристов, таких же как мы, но разных национальностей. Пройдя пешком расстояние в целый квартал, мы очутились у печально известного автомобильного тоннеля, в котором трагически погибла английская принцесса Диана.
Обойдя памятник несчастной принцессы, так нелепо и рано покинувшей бренный мир, мы грустно побрели дальше, и, молча, брели до тех пор, пока не оказались в нужном месте. А местом, нужным нам на тот момент как раз являлось некоторое скопление маленьких симпатичных заведений «парижского общепита». Из окошек ресторанов и кафе, усеявших здесь набережную, с летних террас заведений открывался великолепный вид французской столицы под номером один – вид на Эйфелеву башню, которая находилась напротив, на противоположной стороне реки Сены.
Решая, в какое заведение нам заглянуть и пройдя мимо десятка сверкавших золотом вывесок, распахнутых настежь дверей и живописно оформленных арочных входов, манивших нас - голодных, мы решили, наконец, что пора определяться с выбором. С этой целью наша парочка покинула набережную, перешла на тротуар ближе к строениям и медленно пошла в обратную сторону, выбирая конкретно место для обеда.
Внезапно возникла одна неувязка. Дело было в знании языка, вернее, его незнании, ведь мы с подругой отправились в Париж, как большинство наших соотечественников, выезжающих за границу, не владея никаким другим языком, кроме русского. Своего рода бескультурье, но что, уж, тут поделаешь! Видимо, поэтому с русскими туристами проводился инструктаж, который мы – сугубо русскоязычные получили при встрече с руководителем группы. Основным предостережением в инструктаже для туристов было следующее: не стоит заглядывать в приглянувшееся заведение, если у входа его вы не обнаружите меню с текстом на русском (на худой конец – на английском языке, о котором большинство наших соотечественников, всё же, имеет представление со школы).
Мы с Ленкой вспомнили о предостережении и стали искать соответствующее меню. Минут через пятнадцать стало понятно, что там, где имелся требуемый прейскурант, имелась небольшая очередь из ожидавших места людей, поскольку свободных мест не было. Не только же мы хотели пообедать напротив знаменитой башни-символа столицы Франции!
Не теряя присутствия духа, мы снова обошли облюбованный нами кусочек Парижа, буквально вдоль и поперек, но, увы, свободных столиков в его заведениях по-прежнему не было. Обеденное время заканчивалось. Мои часы показывали начало третьего, а мы еще не определились с выбором. Ленка первой стала проявлять свое недовольство и жаловаться на голод. Она даже предложила мне вернуться в отель, так как, видишь ли, ей «до чертиков надоело таскаться по дурацкой улице этого сумасшедшего города».
Но я не желала сдаваться, в отличие от Ленки: стала ей возражать и даже предложила зайти в первый попавшийся ресторан, невзирая на меню. В этот момент мы, как раз, проходили мимо одного из таких. Во время наших поисков мы дважды проходили мимо этого заведения. В нём, конечно же, имелось меню, только на французском языке. А ещё мы обратили свое внимание на то обстоятельство, что снаружи оно выглядело самым безлюдным из всех заведений.
- Ну и что, что на французском, - убеждала я Ленку, разглядывая ламинированный листок, прикрепленный на тумбе у входа, - Обслуга здесь на что? И потом, мы что - первые русские туристы здесь? Пойдем, объяснимся как-нибудь…
Ленка голодными глазами взглянула на меня с надеждой, и я поняла, что уговаривать ее не пришлось.
 
С самого начала нашей поездки во Францию у меня сложилось впечатление, что лингвистические способности большинства французов гораздо ниже уровня этих же способностей у русского большинства. У нас через одного, хотя бы английский на школьном уровне или немецкий, но есть, а у них – ничего, кроме родного языка. И, конечно же, молодой человек с типичной внешностью француза – худощавый, небольшого роста смуглолицый брюнет официант, встретивший нас у входа маленького ресторана, ни бельмеса не понимал наш язык, а только вежливо улыбался и все время что-то лопотал на своем красиво журчавшем языке в ответ на наши вопросы. Причём, было видно, что он даже не старался нас понять, постоянно пребывая, как преимущественное большинство европейцев, в состоянии горделивости за свою нацию и государство. Как оказалось позже, это обстоятельство играло роль, но мы не стали заострять своё внимание, как нам казалось «на мелочах», и ведомые молодым человеком вошли в зал.
Изнутри ресторанчик просто сиял французской изысканностью и великолепием – всё было в золоте и в цветах. Это значительно поправило нам с подругой настроение, и настроило его на позитивный лад. Казалось, что теперь, после того, как мы уселись за круглый столик в самом центре зала, всё будет хорошо и замечательно.
Ещё до нашего прихода чудесным видом Эйфелевой башни в небольшом зале любовались две парочки, сидевшие у окон, но мы и на это не обратили внимания, не заметив того, что обе пары удивительно схожи между собой: во-первых, обе пары состояли из мужчины и женщины, а во-вторых, люди были яркой азиатской внешности. Но тогда мы не придали этому обстоятельству ровно никакого значения…
 
Усадив нас за стол, официант, неожиданно, как заправский дирижёр, сделал взмах, затем замер на мгновение с поднятыми руками, после чего отгораживающее поднял ладони, как будто соорудив конструкцию, которая на всех языках мира означала только одно «ждать». Мы поняли и подчинились, а он удалился, хотя относительно быстро вернулся и протянул нам меню. Полные радужных надежд на то, что нас ожидает приличный обед, мы с подругой с готовностью раскрыли папки и уставились в меню, изучая французский текст со всею внимательностью, на которую только были способны.
Через пару минут, теперь уже не выдержала я, да и голод давал о себе знать, поэтому я сказала Ленке:
- Слушай, а давай закажем наугад, как в лотерею, я, например, такая голодная, что мне безразлично, что есть – рыбу или мясо!
- Давай, - послушно согласилась со мною Ленка, - Только смотри, чтобы цена была вменяемая!
- Ну, и замечательно!
Я взглянула на парня-официанта-дирижёра, застывшего возле стола и ожидавшего нашего решения, после чего опустила свой взгляд и снова вернулась к изучению перечня блюд, намереваясь определиться с заказом и готовясь демонстративно ткнуть пальцем в какую-нибудь понравившуюся мне строчку этого прейскуранта. И вдруг неожиданно для себя самой я увидела в тексте, буквально наткнулась на знакомое слово. До боли знакомым словом было слово «бифштекс». Оказалось, что его можно прочитать и на французском!
Я воскликнула так, как будто увидела старого друга: «Бифштекс, здесь есть бифштекс! Давай его и закажем! Ты ведь хотела мяса?» - обратилась я к подруге и она, сглатывая слюну, с готовностью закивала.
Короче говоря, мы заказали официанту два бифштекса и бутылку красного вина. В этот раз никакой языковой барьер нам не помешал, и казалось, мы снова обошли эту проблему стороной, но так нам только казалось, поскольку с бифштексом вышла целая история…
 
Сначала официант принес нам вино. Прежде чем налить напиток в бокалы, он, как заправский сомелье, профессиональными движениями откупорил бутылку вина, дал нам попробовать по глотку и оценить, а когда мы с Ленкой дружно закивали, мол «подходит, давай лей», наполнил большие бокалы и удалился. Это было первое действие начавшегося спектакля.
Второе - началось, когда у нашего с Ленкой стола вдруг возник человек - колоритный и рослый мужчина. Своей внешностью не типичной для француза: смуглое до черноты лицо, черноглазый, чернобровый, - он больше напоминал нам киношного итальянца или араба. Мужчина был полон достоинства и выглядел импозантно, а белоснежно белый поварской колпак и такой же белый длинный фартук, повязанный поверх зеленой униформы, говорил мне о том, что перед нами сам Шеф-повар этого заведения. По почтительным взглядам, бросаемым на этого человека обслугой, периодически пробегавшей с подносами по залу, я догадалась, что не ошиблась.
Поздоровавшись, Шеф-повар заговорил с нами по-французски. Ну, а мы соответственно ничего, кроме слов приветствия не поняли, и польщенные вниманием интересного мужчины, как два механических болванчика, стали улыбаться в ответ на его слова. Но в отличие от официанта отсутствие диалога между нами Шефа не удовлетворило, а делать вид, что ему безразлично наше непонимание он тоже не стал, наоборот, он замолчал и протянул нам экземпляр меню, который захватил с собою. Буквально гипнотизируя нас взглядом своих чёрных глаз, переводя взгляд с моего лица на Ленкино, он, не отрываясь, глядел на нас и стоял рядом на протяжении всего времени, пока мы занимались сверкой и поиском отличий в тексте наших с ним меню. Не найдя таковых, я опередив свою подругу посмотрела на шефа и уверенно и твердо сказала ему: «Бифштекс».
Затем, немного поразмыслив, добавила:
- Ту бифштекс» - и показала повару два пальца, думая, что именно этого уточнения от нас он и добивался.
- Нон, мадмуазель, нон! – сразу же заволновался Шеф и быстро залопотал что-то по-французски.
Вскоре, оборвав себя на полуслове, он принялся энергично жестикулировать. Создавалось такое впечатление, что перед нами с Ленкой - неизвестный актер театра мимики и жеста, который разыгрывает какую-нибудь миниатюру из репертуара. Шеф-повар делал это блестяще, мастерски и наблюдать за ним было интересно и забавно, но, по-прежнему, нам было совершенно не непонятно, о чем он хотел нам сказать.
Через пять минут мужчина утомился, наверное, ощутив бесполезность своих действий и тщетность предыдущих попыток. Он прекратил жестикулировать, а затем, вероятно, определив для себя лицо, к кому будет обращаться, почти умоляюще воззрился на меня с немым вопросом в глазах.
И я поняла! На это раз сразу же поняла, что он добивался подтверждения заказа, поэтому в очередной раз громко и уже без улыбки повторила: «Бифштекс!»
Было похоже на то, что в глазах повара это выглядело издевательством, потому что он опять принялся жестикулировать, и наше общение с ним в последующие пятнадцать минут напоминало игру в поддавки: всякий раз, когда мужчина прекращал махать руками, я произносила название блюда из меню, и он заводился снова на пантомиму.
В конце наших препирательств в моей голове мелькнула смутная догадка о том, что: «Он почему-то пытается отговорить нас заказывать это блюдо». Но я, тут же, отогнала её, и в очередной раз повторила слово «бифштекс», после чего мужчина сдался и ушел, махнув рукой на нас. Он направился в сторону кухни ресторана с расстроенным видом.
- Почему он пытался нас отговорить? Может быть мясо не свежее? А, может быть, вообще не завезли?- спросила меня Ленка, голову которой тоже посетила догадка, мелькнувшая у меня до этого.
- Это в Париже-то, не завезли! – хохотнула я громко, не желая, сознаваться лучшей подруге в том, что и меня посещали сомнения.
Диспут на эту тему не возник. Мы были настолько утомлены, что у нас обеих было только одно желание в тот момент - громадное желание выпить вина. Что мы и сделали: налили себе по второму бокалу и выпили. Это помогло, уже через минуту мы с довольными лицами непринуждённо болтали в ожидании своих бифштексов. Но уже вскоре наша дружеская беседа была прервана из-за повторного появления в зале Шефа.
С этого началось действие под номером три. Он с торжественным видом на крупном и красивом лице шел по направлению к нашему с Ленкой столику, ведя за собой, целую свиту: человек пять поваров в белых фартуках. Возглавляя делегацию, сам Шеф шёл налегке, а остальные в вытянутых руках несли подносы. После того, как вся эта церемония остановилась у сервировочной стойки-тумбы, располагавшейся в полутора метрах от нашего столика, и подручные повара составили свои подносы на неё, стало видно, что было принесено ими. Бутылочки с маслами и соусами, баночки с приправами, столовые приборы и прочее являлось приложением к основному и главному - большому розовому шару, лежавшему на блюде. Не обязательно быть женщиной, чтобы определить, что это было рубленное мясо, или мясной фарш.
- Гляди, - сказала я подруге, - И мясо у них есть, а ты говорила… И какое, ты только посмотри! По цвету видно – свежатина!
- Да, не говори, я вот смотрю на него и захлебываюсь слюной! – согласилась со мною подруга.
А Шеф в это время, будто демонстрируя отсутствие всяческого интереса к нам, не глядя в нашу сторону, приступил к делу. Сначала он переложил мясной фарш в глубокую тарелку, затем начал методично и мастерски взбивать его двумя вилками, а, взбивая, умудрялся периодически приправлять мясо содержимым из принесённых баночек и бутылочек.
Надо сказать, что вино было замечательным, оно теплым потоком разлилось по венам и капиллярам, разбавило нашу кровь и подняло настроение. Всё, что происходило с нами в данный момент времени, казалось нам с подругой достойным восхищения: и этот ресторанчик и заботливый повар, и даже то, что четверо наших соседей-клиентов с хорошо заметным любопытством глядели в нашу сторону.
- Прямо как в японском ресторане – готовят при тебе! Представляешь, какая будет вкуснотища! – громко воскликнула я с восторгом, обращаясь к Ленке.
Она согласно закивала мне в ответ.
Мы с нетерпением ожидали того момента, когда наш повар – маэстро, закончит своё выступление и отправится на свою кухню к плите. Но дальше произошло совсем неожидаемое…
Закончив с подготовкой мяса, Шеф взял в руки миску с фаршем и направился к нашему столику.
«Несет показать нам свою работу», - только и успела прошептать я своей подруге перед тем, как он подошёл.
Но, подойдя, Шеф-повар в полном молчании поставил тарелку на стол, взял ложку, аккуратно разделил ею мясную массу на две равных половины, каждую из частей, орудуя той же ложкой, округлил с боков и… разложил по тарелкам, стоявшим перед каждым из нас. После чего победоносно взглянув на нас, развернулся на девяносто градусов и пошёл в сторону кухни, где его уже ожидала целая толпа, состоявшая из обслуживающего персонала, незаметно просочившегося в зал из подсобных помещений, и глазевшая на нас, будто мы прилетели к ним с Марса.
 
Не стоит тратить свое красноречие и чужое внимание на то, чтобы описать нашу с Ленкой реакцию на то, что произошло. Достаточно будет сказать, что в действии номер четыре была немая сцена для нас. Да, мы с подругой сидели и, молча, смотрели на кругляши фарша перед собою, хоть и приправленного, но все же сырого.
- Они, что, решили посмеяться над нами, да? – с надрывом в голосе произнесла Ленка.
Я ответила не сразу, так как в этот момент думала о том, что зря проявила инициативу, предложив Ленке посетить именно этот ресторан. О том, что «не надо было настаивать на бифштексах, нужно было сделать наоборот, надо было встать и уйти сразу же, как только стало ясно, что здесь не рады нам» - об этом я уже даже не думала, а просто сожалела. К тому же, я чувствовала свою вину перед Ленкой за испорченный обед. Но надо было как-то выкручиваться из создавшегося положения, заканчивать эту историю, что-то делать.
Поразмыслив секунду, я взяла в руку вилку и сказала:
- Надо же, как оригинально, Лен, где бы ты еще попробовала сырого мяса? А я его уже пробовала, мне даже интересно во второй раз…
И рассказала подруге о том, как на Камчатке, где я жила и училась в школе, в поездке в гости к оленеводам, мы ели, так называемую строганину, сырую подмороженную и мелко порубленную ножом оленину, ели её с черемшой, и нам очень даже понравилось. Заканчивая свой рассказ, я сказала:
- Долго после этого я на сырое мясо не могла смотреть равнодушно…, в смысле, настолько хотелось его попробовать. Так что, Ленок, давай, приступим – попробуем их национальное блюдо! - с этими словами я отделила от своего кровавого бифштекса солидный кусок и положила его в рот.
Мясо было приправлено на славу, по вкусу оно казалось мне готовым, но все равно: после того, как я с осторожностью прожевала комок рубленого мяса, он как-то неестественно для продукта буквально соскользнуло вниз по пищеводу. Это было непривычно и, уж, точно не порадовало меня, поэтому я потянулась к бутылке. Мне срочно требовалось залить мясо вином, поскольку предубеждение, которое во мне проснулось, здорово мешало мне продолжить обед, скорее закончить его на хорошей ноте и покинуть это заведение.
Видя, как поспешно я наполнила свой бокал, и торопливо запила первый кусок, так называемого бифштекса, Ленка робко спросила у меня:
- И как тебе?
- Непривычно, но, что-то в этом есть! – многозначительно произнесла я, пытаясь отвлечь подругу от подозрений и заинтриговать её настолько, чтобы она начала есть со мною за компанию.
Мне это удалось. Ленка, наконец, взялась за вилку…
 
Финальная сцена была короткой. Она началась спустя полчаса времени, которое мы с Ленкой смогли высидеть за столом, стоически пытаясь одолеть экзотическое блюдо, а закончилась нашим уходом из ресторана. Свой бифштекс я «ополовинила», а подруга осилила только на четверть. Выпив бутылку вина, мы сочли это недостаточным, и, как две стрелы, пущенные из лука, буквально полетели в свой отель, опасаясь реакции организма, и спеша продезинфицировать его коньяком, предусмотрительно купленным Ленкой в аэропорту в магазине беспошлинной торговли «Дьюти фри». На всякий случай…
 
Много лет прошло с тех пор. Я прекрасно помню, что первые пять лет из них, мне неоднократно случалось рассказывать эту поучительную и смешную историю, особенно тем людям, кто собирался в поездку во Францию и в Париж. Я всегда с удовольствием об этом рассказывала, совершенно не догадываясь о том, что в своём изложении я немного искажаю смысл происходившего в Париже, этого эпизода поездки и роль героев повествования. Дело в том, что однажды у рассказа появилось маленькое продолжение, практически новый финал, который делал его завершённым. Вот он.
Однажды, в одной из компаний своих друзей, когда я привычно и в красках излагала свою парижскую историю за столом, один из моих новых знакомых сказал: «О! А я хорошо знаю это место, знаю! Это корейский ресторан. А бифштекс этот татарским называется. Вам достаточно было одно слово сказать и вам бы его принесли в лучшем виде - поджаренным. Шеф-повар добивался от вас, чтобы вы произнесли слово «гриль»…
Copyright (с): Светлана Ливоки. Свидетельство о публикации №369451
Дата публикации: 08.11.2017 16:40
Предыдущее: Ода памятнику ЛенинаСледующее: Неразделённая

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
Людмила Морозова[ 28.01.2018 ]
   Поучительная история! Я почему-то ожидала, что помимо прочего с вас ещё и
   неподъемную сумму за заказ потребуют.
 
Светлана Ливоки[ 29.01.2018 ]
   Спасибо, что прочитали, Людмила! Нет, этого не произошло. После ваших слов я тут
   же попыталась представить такой вариант развития событий, и поняла, что
   юмористического рассказа тогда не получилось бы точно)))
   С уважением, Светлана
Светлана Ливоки[ 29.01.2018 ]
   А так рассказ мой побывал в конкурсе в номинации "юмористическая­ проза" и
   неожиданно для меня принёс мне дипломчик. Чему я несказанно обрадовалась)))
Людмила Морозова[ 29.01.2018 ]
   Ух, ты!!! Поздравляю!!! Тоже очень за Вас рада! Всё-таки не зря пожевали сырого мяса!!!
Эмили Черная[ 15.10.2018 ]
   Надо же)) а мы были в Париже где-то в 1996 году - так там везде - во всех ресторанах -говорили по-английски...
 
Светлана Ливоки[ 15.10.2018 ]
   А мы с подругой в 98-м. Всё дело в том, что мы не говорили по-
   английски. Знание английского у нас с подругой было на уровне
   "чтение со словарём" А словаря, как раз русско-английского с
   собою и не было:))
   С уважением, Светлана.
Эмили Черная[ 15.10.2018 ]
   Ясно...
   У меня тоже муж хорошо знает. Я -не очень

Буфет.
Истории за нашим столом
Доска Почета
Открытие месяца
Спасибо порталу и его ведущим!
Проекту "Чаша талантов" требуется руководитель!
Дежурство по порталу как оплачиваемая работа
Приглашаем на работу: наши вакансии
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"
Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Альманах прозы Английского клуба
Отправить произведение
Новости и объявления
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой
Атрибутика наших проектов