Вниманию членов МСП и авторов, желающих вступить в наш Союз писателей. Началось размещение произведений во второй этап Литературного конкурса на премию МСП «Новый Современник» «Чаша Таланта - 2017». Читайте Положение о проекте в разделе конкурса в центре портала.
САМЫЙ ЯРКИЙ ПРАЗДНИК ГОДА - 2018
Новогодний конкурс
Положение
Иноформация и новости
Номинации конкурса


Главная    Лента рецензий    Ленты форумов    Круглый стол    Обзоры и итоги конкурсов    Новости дня и объявления    Чаты для общения. Заходи, кто на портале.    Между нами, писателями, говоря...    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Бенефис
Раисы Лобацкой
Моя жизнь в
очертаниях 500 слов
Об истоках творчества
Великолепная Эльвира!
4-я страница обложки
журнала "Великолепная десятка-2"
Как разместить материалы о себе на обложках наших изданий


Что хочет автор
Электронная газета
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Рекомендуем новых авторов
Альманах "Автограф"
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Бенефис! Мое творчество.
Автор:Раиса Лобацкая 
Тема:Об истоках творчестваОтветить
   «Пишущий стихотворение пишет его, прежде всего, потому, что стихосложение - колоссальный ускоритель сознания, мышления, мироощущения» (Из Нобелевской лекции Иосифа Бродского). Лучше об истоках стихосложения, пожалуй, не скажешь. Впрочем, я думаю, это касается любого творческого начала в человеке — оно всегда ускоритель сознания, мышления, мироощущения, познания и осознания действительности, своего места в этом мире. Именно оно и есть не иссякающий источник, из которого человечество черпает уже не одно тысячелетие. Особенно ярко мы видим это в детях. «Боже, — восхищаемся мы, — какие они фантазеры, как умны и находчивы, как поэтичны, смелы и открыты. Мы все оттуда, из далекого далека начала жизни. На вопрос «когда я начала писать стихи?» — всегда отвечаю правду: «как только начала писать». Впрочем, сочинительством я начала заниматься гораздо раньше, чем научилась пользоваться ординарными инструментами для занесения мыслей на бумагу. Я сочиняла сказки. В подражание тому, что мне ежевечерне читали родители, а читали мне и русские народные, и сибирские сказки - образные и поэтичные, и не менее поэтичные уральские сказы П. Бажова, и сказки А.С. Пушкина, и «Конька-Горбунка»… Наслушавшись и восхитившись, я спешила пересказывать все это своим сверстникам. Пересказ исчерпывался, а зрители готовы были слушать дальше, и тут уже, вдохновленная успехом, я старалась выдавать придуманную мною сюжетную канву за написанное другими. На ум пришло воспоминание связаное с фарфором. Это может показаться фантастичным, но, когда китайцы произвели на свет это гениальное творение, они долгие годы использовали его как подделку под драгоценный нефрит. Ничего гениального ни в детстве, ни после, я, разумеется, не создала, но вот попытка «подделки» — это уже из моей биографии.
    Дворовая мелкота собиралась в укромном уголке под огромным старым тополем и часами слушала мои сказки. Я не думаю, что были они настолько интересны и захватывающи, просто книг моим сверстникам дома не читали, да и сами-то книги были в большом дефиците, в кино ходили по праздникам, а телевизоры в иркутских семьях появились, когда я была уже подростком лет десяти. Мне повезло больше: папа просто не мыслил своей, да и моей жизни без книг и, хотя особого достатка в семье тогда не было, но книги – были. На фоне этого дворового «духовного запустения» мои «таланты» оказались вполне востребованными. За дошкольные годы я так отточила свое умение в «сказосказительстве»­,­ что в первом классе была замечена учительницей. Она поощряла это изустное творчество и давала возможность каждому поочереди занимать сверстников в перерывах, которые она регулярно и, несомненно, специально для этого устраивала. Тогда ко мне ненадолго заглянула «широкая известность». Приехали в школу представители радиокомитета, долго со мной беседовали, записывали мои сказки. Удивлялись, смеялись, и в эфир вышел небольшой сюжет и наутро я вышла во двор «знаменитой», такой халиф на час.
   Я думаю, что именно тогда, и только тогда, в раннем детстве моем, «писание» было по-настоящему серьезным делом в момент становления души и характера, хотя сама я его так не воспринимала. Через сочинительство я познавала жизнь, «пробовала на зуб», примеривалась к ней, к людям, меня окружавшим, оценивала и осознавала событийную канву жизни. Именно тогда я была переполнена острыми, постоянно меняющимися яркими мироощущениями, удивлениями и восхищениями. Я до сих пор помню ни с чем не сравнимое ощущение некой мощной работы, которая свершалась где-то там, внутри меня, росла, искала выхода и находила его в сочиняемых мною сказках и стихах.
   Первые не изустные, а записанные и осознанные как «специальные» стихи, на самом же деле не стихи, а некоторые мысли в рифму, появились у меня, когда я училась в четвертом классе. Летом я впервые уехала на Байкал на целый месяц с фотокружком Дворца Пионеров, которым руководил наш сосед Георгий Семенович Охлопков. Он был увлеченным человеком и умел увлечь и нас, малышню. Мы как одержимые щелкали камерами, часами просиживали в темной лаборатории, колдуя над проявителями и закрепителями, а летом отправились на Байкал в Большие Коты «собирать материал» (!).
   Там произошел первый в моей жизни серьезный инцидент. Я не выдержала «проверку на прочность», устроенную мне Георгием Семеновичем. Среди 12 подростков, участвовавших в походе, я была единственной девочкой, поэтому мне достались некоторые ответственные хозяйственные обязанности, а именно, было поручено беречь и охранять пакеты с печеньем и конфетами и выдавать по норме, в строго отведенное для этого время. В те годы повального дефицита и скудного родительского достатка эта мера была вполне актуальной. Конфет и печенья мало, а желание есть их и есть – огромно. Естественно, мальчишки-сладкоежки­ канючили, и я потихоньку, по конфетке, по пряничку выдавала эти ценности во внеурочное время, в надежде, что если брать понемножку, то будет совсем незаметно. Но, как известно, все тайное становится явным. Георгий Семенович обнаружил возле одного из спальников горку скомканных фантиков, провел расследование и… наказание не заставило себя ждать. Я ревела, мальчишки тупо и виновато молчали, а Георгием Семеновичем было объявлено, что я разжалована, отстранена от порученного ответственного дела как не выдержавшая испытание. Позор был велик и несправедлив - сама-то я конфет с печеньем не ела, с детства к сладостям равнодушна, ну, может быть, за компанию - самую малость. Страдания, как известно, тянут к уединению, а от уединения до творчества рукой подать. Вот тут-то, на Байкале, и родилось то первое стихотворение, которое было осознано как таковое, записано, хотя после и утеряно, но фрагментами до сих пор всплывает в моей памяти:
   Мы идем по горам вперед,
   Над нами облаков переплет,
   А внизу красавец Байкал
   Распростерся у грозных скал…
   И далее в таком же духе. Конца этих, якобы стихов, я конечно не помню. А вот начало их — корявое, слабенькое — не стихи, а строчки плохо рифмованные, застряли где-то в закоулках памяти и не уходят уже много лет. Не оттого, что стихи, а оттого, что это первый осознанный опыт осмысления мироощущений.
   Так уж случилось, что в моей душе все и всегда было настолько плотно упаковано тем, что производили на свет мои детские фантазии, что в ней не осталось места страху, делающему человека зависимым от чужих желаний и устремлений и в социальном, и в личностном плане. Эту целостность моей натуры, неизвестно, как и откуда взявшуюся, мама в детстве моем принимала за своеволие и упрямство, папа – за слишком раннюю зрелость, муж — за эгоизм, друзья и коллеги – за твердый «мужской» характер. Чем это является на самом деле? Самой мне трудно ответить, но эта моя душевная целостность и самодостаточность позволяют мне не знать ни страха, ни скуки. Я люблю одиночество, поэтому меня не пугает неотвратимо надвигающаяся старость. Именно детство и старость – время, когда мы абсолютно ощутимо одиноки, невзирая на внешние обстоятельства жизни, хотя, впрочем, реально мы одиноки всегда.
   Самодостаточность, как ни странно, не породила и созерцательности. Я люблю быть одна, но мне хорошо и среди людей. Мне нравится слушать других и рассказывать самой в равной степени. И все же с годами что-то ушло, исчезло из души моей. Ушли безвозвратно потрясающе интересные сны, в которых я видела незнакомые, но в то же время смутно мне что-то напоминающие города и события. Ушли сны-детективы с трагедиями, погонями, поражениями и победами. Цветные, остросюжетные, широкоформатные. Что это было? Плоды моей фантазии, выплавлявшиеся из книжной информации, или это всплывающие островки некой «генетической памяти», в которую, утверждает мой муж, я как культурный человек верить не имею права. Но эти чудесные, захватывающие, жутковатые и очень информативные сны были. Жаль, что теперь, с годами, они случаются слишком редко, как истинный праздник. Притупилась со временем и острота восприятия. Мироощущения обрели какие-то слишком обтекаемые и однозначно грустные очертания. Ушли из души природная моя веселость, легкость и остроумие. И шутить, и «умничать» охота тоже ушла. Зря поэт сказал «ну, а семьдесят – это как десять…». Нет, между детством и старостью - пропасть шириной в жизнь. И берега этой пропасти несовместимы, хотя оба они сотканы из одиночества. Старики понимают детей умом и мудростью уставшего сердца, порождающей подобие истинного единения. А дети, в действительности, живут на другой планете, на той, с которой когда-то прилетел Маленький Принц к потерпевшему в пустыне аварию Сент-Экзюпери. Все мы, кто раньше, кто позже, покидаем нашу крохотную планету, оставляя навсегда свою любимую розу. И ностальгия по этой утраченной звезде начинает одолевать нас с навязчивой остротой, когда мы общаемся со своими «гениальными» детьми, а потом и внуками, снисходящими до общения с нами и нашим миром, к которому они, в сущности, абсолютно равнодушны.
    Нам уже никогда не дано вернуться на свою покинутую планету – она слишком мала для взрослых. Как жаль. Именно эта ностальгия и толкает нас в литературное творчество, а иначе как же её изжить. Стихи и проза начинают прорастать на остатках воображения и остроты мироощущений, замешанных теперь уже не только на книжном, но и «вживую», приобретенном опыте. И теперь уже основной движитель творчества – Фантазия. Достаточно оказаться перед чистым листом бумаги, а еще лучше – перед экраном монитора и все, что долго и незаметно выплавлялось в глубине души, прорывается мощным потоком, мысли перебивают друг друга, на ходу рождаются образы, диалоги, остроты, ситуации. Сюжет вдруг поворачивается в совершенно непредвиденном направлении и увлекает меня за собой. И уже трудно понять, кто в этом процессе ведущий, и кто – ведомый. Непередаваемое наслаждение, которое дарит разыгравшаяся фантазия, на короткий миг творческого процесса не уступает чувству влюбленности, и ты начинаешь тонуть в этих подаренных воображением сюжетах, а сами они, как это не покажется странным, уже живут своей собственной жизнью. Фантазия – тот стержень, вокруг которого вращается весь творческий процесс. Именно благодаря ей ты проживаешь чужие жизни, примериваешь на себя чужие судьбы и обстоятельства, и вот уже трудно отделить пережитое и виденное тобой от угодливо подаренного Госпожой Фантазией.
   Через мою судьбу прошло много незаурядных людей, неординарных событий, незабываемых встреч и мест на земле. Переплавляясь в горне фантазии, мироощущения и мировоззрения, все встречи, разговоры, события, путешествия, взаимопонимание и недопонимание выкристаллизовывалис­ь­ и трансформировались в семь изданных книг стихов, прозы и публицистики.
   Так осыпается песок в часах песочных,
   раскатывая дробность строк и рифм непрочных.
    Летит стремительно «туда» из «ниоткуда»
    мысль, словно пенная вода, в преддверье чуда.
   
   Несет взволнованный поток души осколки
   ко времени на облучок его двуколки.
    А время, зная ремесло, то в стынь, то в пламень.
   Все, что веками нанесло, как Китеж канет.
   
   Рассвет по осени синей и — острей до дури.
   И сердце вскачь летит быстрей, чем конь в аллюре.
   Не удержать, не примирить с добром злодея,
   и боль души не исцелить, стихом немея.
   
   Но вьется шалая строка, и кисть танцует.
   Таланты тешатся, пока их Бог целует.
Раиса Лобацкая
"Дамский преферанс"
ГЛАВА ИЗ РОМАНА
Диплом номинанта
премии "Чаша таланта"
Номинанты премии МСП "Новый Современник"
"Чаша таланта"
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Приглашаются волонтеры!
Направления
деятельности
Реквизиты и способы оплаты по МСП и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Атрибутика наших проектов

Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой