Литературные курсы при МСП «Новый Современник»: приглашаем на очередные занятия 3-4 августа 2019 года на базе Дома творчества «Медвежий угол», г. Рязань.
Литературные курсы при МСП "Новый Современник"










Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные блоги    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Проекты Литературной
сети
Регистрация автора
Регистрация проекта
Справочник писателей
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Курская область
Калужская область
Воронежская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Калининградская область
Республика Карелия
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Нижегородская область
Пермский Край
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Город Севастополь
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Новосибирская область
Кемеровская область
Иркутская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Казахстана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Литвы
Писатели Израиля
Писатели США
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
С днем рождения!
Книга предложений
Фонд содействия
новым авторам
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Литературная мастерская
Ваш вопрос - наш ответ
Рекомендуем новых авторов
Зелёная лампа
Сундучок сказок
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Приемная модераторов
Журнал "Фестиваль"
Журнал "Что хочет автор"
Журнал "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Карта портала
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Разные стихи (не вошедшие в рубрики)Автор: Игорь Б.Бурдонов
Объем: 22183 [ символов ]
РЕЛИКТОВОЕ ИЗЛУЧЕНИЕ
ПРОЛОГ
 
История началась 20.000.000.000 лет назад: в результате Большого Взрыва родилась Вселенная.
 
Вначале был Горячий Свет. Он разлетался в разные стороны и остывал. Свет рождал "кирпичики Мироздания". Из этих "кирпичиков" строились атомы, из атомов - молекулы. Образовалось Вещество.
 
А Свет летел и летел, дальше и дальше, и становился всё холоднее и холоднее. Он и сейчас летит - совсем холодный и безучастный. Реликтовое излучение...
 
История продолжалась. Горячее вещество распалось на большие сгустки - Галактики. Галактики дробились на мелкие капельки - Звёзды. Они кружились хороводом.
 
Эта Звезда называлась Солнце. От неё отлетели брызги - Планеты. Они кружились вокруг Солнца. Это было 5.000.000.000 лет назад.
 
Третья планета - Земля - эта расплавленная капля - крутилась в холодном пространстве и остывала. Она покрылась каменной корой, она окуталась газом и паром. Пошёл дождь и возникли моря и океаны.
 
История продолжалась. Длинные молекулы, похожие на червяков, копошились в воде. Они учились рождаться и умирать - возникала Жизнь. Отныне История писалась буквами аминокислот. Этой летописи 3.000.000.000 лет.
 
Жизнь ветвилась как дерево. Уркариоты отделились от общего ствола и вступили в симбиоз с аэробными бактериями, а кое-кто - с цианобактериями. Так возникли эукариоты: растения, грибы и животные. Рыбы вылезли на сушу, появились насекомые и лягушки. Динозавры толпами бродили по поверхности планеты. Мелкие грызуны превращались в млекопитающих и вытесняли гигантов. Птицы парили в небе и видели сверху: антилопы мчались подобно ветру, и тигр поджидал их в зарослях. 1.000.000 лет назад появился Человек.
 
История стала писаться в памяти людей. Человек бил зверя, ловил рыбу и собирал коренья. Он обтёсывал камень и делал орудия и оружие. Человек научился воевать. Он приручил зверей и стал их пасти. Он обрабатывал землю, строил дома и добывал железо. Появились народы, империи, рабы и письменность. Горел Древний Рим, горели костры Инквизиции, в России произошла революция.
 
На окраине Московской губернии, в деревне Шепилово, в крайней избе, на кровати с пологом спала крестьянка Мария. Её муж, крестьянин Кузьма, не выспавшийся после брачной ночи, сидел на крыльце, дымил самокруткой и всматривался в розовеющий горизонт. Было раннее утро. В чреве Марии происходило таинство жизни: длинные молекулы кружились в загадочном танце, разбившись по парам.
 
История продолжалась. Зародыш рос: он был рыбой, лягушкой, динозавром и медленно превращался в человека.
 
РОЖДЕНИЕ
 
Лепестки яблонь опускались на землю. Свет проходил сквозь них белый и холодный. Как реликтовое излучение, о котором, впрочем, Мария так никогда и не узнает. Она смотрела в окно и думала: Бог меня видит!...
 
Мария снова почувствовала, как сжимаются её внутренности.
 
- Давай, милая, давай! - закричала бабка Полина и обеими руками упёрлась ей в живот.
 
- Раздавит! - испугалась Мария и тут что-то сильное стало давить её изнутри и выворачивать наизнанку. Она закричала, силясь освободиться от этого и теряя сознание от боли.
 
Крик Марии затихал и вдруг возник снова: звонкий и громкий. Она зажала рукой рот, но крик всё звенел и звенел в в ушах.
 
- Как же я кричу с закрытым ртом? - не понимала Мария.
 
- Ух ты, какой голосистый! - говорила бабка Полина: - Смотри, Кузьма, какого тебе Мария Ивана громкого выносила.
 
Новорождённый открыл глаза и сразу замолчал. Вселенная впервые смотрела на себя глазами Ивана Кузьмича. Пока что был виден только белый холодный свет, проходивший сквозь лепестки яблонь.
 
ДЕТСТВО
 
В детстве Ивана Кузьмича всегда было лето.
 
Дуть к Дурному Озеру не близок. Рано утром надо выпить стакан парного молока, съесть ломоть хлеба и можно отправляться, пока мать не нашла какого-нибудь хозяйственного занятия.
 
Сначала по дороге через овраг и в поле. Центр поля достигается в тот момент, когда солнце встаёт между верхушек двух самых высоких елей и его лучи падают на деревню. Здесь нужно постоять и посмотреть назад. Поле надутым пузырём возвышается над деревней - вот-вот лопнет и что-то ужасное вырвется на свободу и обрушится на домики, садики, кур, гусей, собак и людей. Иван Кузьмич пристально смотрит на землю под ногами: всё в порядке - в плотной звонкой глине нет ни единой трещинки. Солнце припекает затылок - надо идти дальше.
 
За полем смешанный лес: здесь всё перемешано: и ели, и берёзы, и кусты, и муравейники, и цветы на полянах, и комары, и шмели. Тропинка - уже не дорога - петляет, кружится и прошивает насквозь зелёную-жёлтую-бурую-белую-красную и снова зелёную пестроту. Голова шалеет. Хочется упасть куда-нибудь - лес всё равно будет кружиться над головой.
Почти без перехода - через просеку - сосновый бор. Здесь только сосны. Стоят редко, с достоинством. Никаких кустиков или цветочков под собой не терпят. Высокие - шея болит. Тихо. Солнечные лучи не рассыпаются в мелкие брызги, а цельные, прямые косо спускаются меж стволов до земли. Ухватись за них - долезешь до самого неба, если хватит сил.
 
С крутого обрыва по мягкому сухому песку скатываешься почти до кромки воды. Вот оно - Дурное Озеро. Тёмное неподвижное.
 
Противоположного берега нет - озеро переходит в болото. Туда, под зелёный мох, под густую траву, под осиновые кустики затягивает неосторожных ныряльщиков. Там, в глубине, озеро продолжается под болотом и туда тянет и тянет тёмная сила: старый Водяной. Рассказывают, много людей с незапамятных времён нашло там погибель. Их тела неподвижно висят в чёрной воде, и ничего им не делается: все они как новые, только что утонувшие. А если достать человека оттуда, да положить на солнышке - обсохнет, встанет и будет жить дальше. Только никого не отпустит старый Водяной, пока сам жив. А живёт он уже тысячу лет и ещё тысячу жить будет.
 
Купаться в Дурном Озере не хочется.
 
Иван Кузьмич сидит на берегу и смотрит на болото. Болото уходит далеко-далеко. Никто никогда не ходил в эту даль. До самого горизонта уходит болото, а на горизонте видны тоненькие ровные ряды деревьев. Что за деревья - не известно. На болоте деревья не растут, значит, там, за далью - неизвестная земля.
 
Какая часть света в той стороне?
 
Солнца там никогда не бывает: ни утром, ни вечером. Небо за болотом всегда одинаковое, ровное и идёт оттуда свет белый и холодный. Как реликтовое излучение, о котором Иван Кузьмич пока ничего не знает.
 
Кто живёт там? На самом краю болота. Кто сидит на берегу и смотрит на болото? И кажется Ивану Кузьмичу: если взгляды их однажды встретятся, то вдруг произойдёт что-то чудесное, что-то такое, чего очень хочется, но неизвестно - что это будет.
 
Вот почему ходит Иван Кузьмич на Дурное Озеро. А вовсе не для того, чтобы купаться, как опасается мать.
 
ЮНОСТЬ
 
Она была стройная и тонкая. У неё были волосы, чёрные как ночь. Её глаза - как свет звёзд - загадочны и далеки. Она читала стихи. Она улыбалась робко. Она дрожала в его объятиях. От поцелуя они теряли сознание...
 
...Она оказалась пухленькой и рыжеволосой, как солнце. Она любила смеяться. Её звонкий смех приводил Ивана Кузьмича в некоторое недоумение. Она сама обняла его и поцеловала. И засмеялась.
 
- Это не она. - удивлённо подумал Иван Кузьмич и остановился посреди поля. Он вспомнил какая она горячая и ловкая. Это было приятно.
 
- Ночью надо спать. Иди домой. - сказала она и засмеялась. Потом поцеловала Ивана Кузьмича и шепнула: - Приходи завтра.
 
Над головой стояли звёзды. Не глазами - всем существом своим чувствуешь тот долгий путь, что прошёл звёздный свет. Он заострился, потерял в пути всё лишнее и случайное и стал пронзительным, как взгляд. Кто смотрит с далёких звёзд на Ивана Кузьмича? Если взгляды их встретятся...
 
- В детстве я хотел стать астрономом. - подумал Иван КУЗЬМИЧ. Небо вспыхнуло белым холодным светом. Вспышка повторилась. Будто белые птицы взмахивали в небе крыльями зарницы. Август месяц.
 
Со стороны деревни раздался громкий протяжный крик.
 
- Что случилось? - подумал Иван Кузьмич.
 
Но это было всего лишь начало песни. Заиграла гармонь.
 
- На свадьбе гуляют. - понял Иван Кузьмич: - А мне завтра на работу рано вставать.
 
Иван Кузьмич вспомнил горячую и ловкую, рыжеволосую, как солнце, усмехнулся и зашагал домой торопливо. Неюо ещё помахало белыми крыльями и затихло. Звёздный свет так долго идёт до Земли, что звёзды, пославшие его, успевают потухнуть.
 
ВОЙНА
 
- Ты что же, сукин сын, в воздух стреляешь? Фрица жалко? Не можешь в человека стрелять? Да какой же он, фриц, человек? Он нас жалеет? Он Петра Соловкова пожалел? Сашку Мурина пожалел? Он лейтенанта нашего пожалел?… Дурак ты. Увижу ещё раз -убью.
 
Сержант замолчал, подумал, сплюнул и добавил: - Я не шучу.
И пошёл дальше по окопу. Злой, чёрный, усталый.
 
- Выстрелю - закрою глаза и побегу дальше. Чтобы не видеть. - думал Иван Кузьмич: - Выстрелю и побегу. Что ж я?...
 
Свет был белым: под белым небом - белое поле. Снег был рыхлым. - бежать трудно. Стояла тишина и Иван Кузьмич слышал своё неровное, свистящее и хрипящее дыхание. Потом стали стрелять, ревел пулемёт, грохнули взрывы и Иван Кузьмич перестал слышать. Вдруг людей стало больше: Немцы! - понял Иван Кузьмич. Прямо перед ним словно из-под земли вырос человек. Иван Кузьмич выстрелил и зажмурил глаза. Через три шага он споткнулся, запутался в шинели и упал в снег. Совсем рядом - только руку протянуть - лежал убитый немец и смотрел на него, будто говорил:
 
- Что ж ты, Иван Кузьмич, убил меня? Ведь мы с тобой даже не знакомы.
 
- Ты чего лежишь? Ранен? - сержант сильно тряс Ивана Кузьмича за плечо: - А ну вставай, сукин сын!
 
Иван Кузьмич встал и побежал. В цепи, растянувшейся по полю, закричали: - Ураааа!
 
- Ураааа! - кричал Иван Кузьмич: - Урааа!
 
Иван Кузьмич выстрелил ещё раз. Потом ещё. Немцы отступали.
 
- Здорово мы их! - подумал Иван Кузьмич. Ему стало весело. Бежать стало легче. Впереди упал сержант. Убили? Иван Кузьмич побежал к нему. Сержант лёжа махал рукой и что-то кричал. Чего он кричит? Ранен? - думал Иван Кузьмич. И тут он увидел, как молодая ёлка с общипанными веточками выскочила из земли и поплыла к нему по воздуху. На её месте снег вдруг разом растаял и земля как-то странно раздалась в стороны, образовав глубокую воронку. Иван Кузьмин и сам поднялся вверх, руки его схватились за зелёные иголки, и он поплыл вместе с ёлкой по воздуху. Белое небо и белая земля, схватившись друг за дружку, закружились вокруг Ивана Кузьмича, завертелись, сливаясь в белый холодный свет...
 
...Вдруг кружение остановилось, и на Ивана Кузьмича стали смотреть большие глаза.
 
- Что поделаешь, это война. - хотел сказать Иван Кузьмич, потому что подумал, что это смотрит на него немец, которого он убил. - Какая белая у него борода. - подумал Иван Кузьмич: - Вся седая. - Но это была не борода, а марлевая повязка.
 
- Очнулся? - спросила марлевая повязка: - Живучий ты, парень!
 
Иван Кузьмич закрыл глаза, и белая метель закружила его, окутала белым светом. И сквозь этот свет всё смотрели на него большие глаза, словно рты, раскрывали свои зрачки и спрашивали: - Очнулся? Очнулся? Очнулся?...
 
ЗРЕЛОСТЬ
 
Иван Кузьмич медленно перелил в себя содержимое стакана, подумал, выдохнул воздух и откусил зелёную, в капельках воды стрелку лука. Попробовал щи - горячие.
 
- Так вот, и суёт он мне эту бумажку. Поскольку, говорит, председатель ваш заболел, придётся вам выступить. А что говорить - тут написано. Краткие тезисы. Вы, говорит, не волнуйтесь: прочёте, что написано, и всё хорошо будет.
 
Ладно, сунул я эту бумажку в карман. Чего мне волноваться? Ну, сначала разные другие выступали, а я сижу - бумажку читаю. Потом слышу -меня вызывают.
 
- Ты щи-то ешь, - остынут. - жена поправила выбившиеся из платка волосы, облокотилась руками на стол и приготовилась слушать дальше. Волосы у неё были русые и сильно выгоревшие от солнца, так что начинающаяся седина не замечалась. Иван Кузьмич отхлебнул щей.
 
- Вышел я на трибуну. Гляжу в зал: народу много собралось, но и своих подмечаю. Пашка Комаров из Иванькова, Митька Шуев, Дарья из Верхней Вышки, ну и другие тоже. Чего ж я, думаю, врать им по бумажке буду? Вынул я эти тезисы и говорю: "Вот мне тут написали, что я говорить должен. Тут и цифры разные есть, сколько чего мы наработали в своём колхозе. Только я про другое хочу сказать." Ну, тут я про всё и сказал. И про коровник, у которого полкрыши провалилось. И про пшеницу за оврагами, что на корню сгнила. И про усадьбу агрономову...
 
- Ох, Иван - чего ты в это дело полез? - жена убрала со стола пустую тарелку из-под щей и стала её мыть в раковине.
 
- Да зло меня взяло - по бумажке говорить. В общем, всё выложил. Но ничего. В перерыве подходит ко мне этот самый товарищ из райкома. Улыбается. Вы, говорит, Иван Кузьмич хорошо говорили, только зря всё же бумажку ругали: там цифры правильные. Я отвечаю: цифры, может, и правильные, да только не в цифрах дело.
 
- За сеном надо съездить на вырубку. - сказала жена; - Неровён час, дождь пойдёт.
 
- Сейчас съезжу.
 
Иван Кузьмич вышел на крыльцо. Закурил папиросу. Покуривая, поглядывая на дорогу, по которой тарахтел трактор, Иван Кузьмич вспоминал своё выступление и усмехался.
 
Потом Иван Кузьмич запряг лошадь, взял вилы и грабли, позвал жену и поехал на вырубку. Вдвоём они быстро управились с сеном, но всё же, когда возвращались, солнце уже висело на горизонте. Оно было красное, как угасающая звезда. Про угасающие звёзды Иван Кузьмич прочитал в журнале "Наука и жизнь", который выписывал и любил читать, особенно про что-нибудь космическое или древнее.
 
Ночью Ивану Кузьмичу приснился сон.
 
По случаю угасания звёзд собрались со всей Вселенной представители на собрание. А на Земле все жители неожиданно заболели гриппом и тогда послали на собрание Ивана Кузьмича, как совсем не подверженного этой болезни. В огромном зале ярко светили прожекторы и висели лозунги на всех языках Вселенной: "Даёшь свет!". Иван Кузьмич сидел в зале и с интересом рассматривал соседей. Справа от него находился большой навозный жук, недовольно топорщил усы и нервно барабанил ножками по ручке кресла - видно, что-то ему не нравилось в выступлении ораторов. Слева на сидении стояли два сучковатых берёзовых полена. Иван Кузьмич в недоумении даже погладил их шершавую поверхность, но вдруг понял, что это женщина, и от смущения покраснел и незаметно вытер платком руку, испачканную белой пудрой.
 
Прямо перед Иваном Кузьмичем сидела его корова Машка, которую он в прошлом году отвёз на бойню. Она мерно качала головой и что-то торопливо записывала в записную книжку.
 
- Машка, Машка! - тихо позвал Иван Кузьмич: - Ты с какой же звезды будешь?
 
- Машка повернула к нему свою рогатую голову и совсем не по-коровьи прошипела: - Не мешайте слушать, товарищ!
 
Иван Кузьмич попытался слушать выступавших, но ничего не понял - он не знал ни одного инопланетного языка. Ему стало скучно и он уже было задремал, как вдруг по-русски объявили: - А сейчас слово предоставляется представителю планеты Земля Ивану Кузьмичу.-
 
- Ну, сейчас я им всё скажу. - подумал Иван Кузьмич. Он поднялся на трибуну и начал говорить.
 
- Вот тут мне бумажку дали, в которой написано, что я должен говорить. Только я про другое хочу сказать. Много ещё у нас недостатков. Вот взять хотя бы коровник. Крыша у него совсем провалилась и что же? Кто-нибудь думает об этом? Беспокоится? Коровы под дождём и ветром стоят. Понятное дело, простужаются, все поголовно гриппом болеют. А какое от такой коровы молоко может быть, я вас спрашиваю? Плохое молоко!
 
И Иван Кузьмич стукнул кулаком по трибуне.
 
Тут в зале, поднялся шум, крики. Иван Кузьмич увидел, как корова Машка забралась с ногами на кресло и, засунув оба копыта в рот, засвистела по-разбойничьи. Тогда председатель собрания позвонил в колокольчик, и восстановилась тишина. А председатель - им оказался огромный зелёный спрут, похожий на того, что показывали на днях в телепередаче "Клуб кинопутешествий", - вразвалку подошёл к Ивану Кузьмичу, обнял его за плечи щупальцами и сказал:
 
- Эх, Иван Кузьмич! Что ты нам всё про коровник рассказываешь? Ты нам расскажи про угасание вашего Солнца. Как вы там к нему на Земле готовитесь? Какие у вашей цивилизации достижения имеются? Скоро ли с нами - инопланетными существами - дружбу начнёте заводить, чтобы совместно бороться с угасанием нашей общей Вселенной?
 
Иван Кузьмич растерялся: ни к чему такому он не ГОТОВИЛСЯ. Как на такие вопросы отвечать? Тут он вспомнил про бумажку, что лежала в кармане пиджака, и обрадовался. Уж там-то всё должно быть написано! Иван Кузьмич достал бумажку, развернул её, расправил аккуратно, прокашлялся... и вдруг увидел, что бумажка пустая. Чистая, белая, без единого слова, без единой буковки! Ивана Кузьмича бросило в холодный пот. А Спрут-председатель смотрел на него своими огромными глазами пристально и сердито. И весь зал, даже корова Машка, смотрели на Ивана Кузьмича и ждали...
 
Иван Кузьмич проснулся и сразу понял, что заболел. Видно, простудился на вырубке. Сон свой Иван Кузьмич забыл. Помнил только, что снилась какая-то чушь, а какая - не помнил.
 
СТАРОСТЬ
 
Когда умерла старуха, Иван Кузьмич переехал к сыну в город.
 
В городе Иван Кузьмич просыпался рано. Суетился, помогая собираться на работу сыну и невестке, а внуку - в школу. Потом мыл посуду и отправлялся в магазин за хлебом и кефиром. На обратном пути доставал из почтового ящика газеты. Иван Кузьмич садился в кресло, надевал очки и читал газеты. Он внимательно прочитывал все статьи: и про международное положение, и про сельское хозяйство, и на моральные темы. И незаметно для себя погружался в дрёму.
 
Проснувшись, Иван Кузьмич пил кефир, тщательно споласкивал молочную бутылку, клал её в сумку, чтобы на следующий день обменять в магазине на полную, и начинал бродить по квартире. Останавливался перед стеной с книгами. Брал одну, две, листал, рассматривал картинки и клал на место. Включал телевизор, наизусть зная расписание всех передач. Просматривал "Клуб кинопутешествия" или "Международную панораму" и выключал. Садился около окна и смотрел на улицу. С десятого этажа Иван Кузьмич рассматривал маленькие суетливые фигурки людей и игрушечные машины, похожие на те, что стояли в ряд на полке в комнате внука. Замечал - всегда в одно и то же время - в окне дома напротив молодую женщину, которая долго причёсывалась и одевалась перед зеркалом. Она задёргивала шторы всякий раз, как снимала халат перед тем, как одеть платье. Но Ивана Кузьмича это не интересовало, он и смотрел-то лишь для того, чтобы убедиться, что это будет так, а не иначе, в это время, а не в другое.
 
Днём прибегал из школы внук, стремительно съедал обед и убегал на улицу.
 
Вечером приходила с работы невестка, крутилась на кухне и просила Ивана Кузьмича не мешать ей, а идти отдыхать.
 
Потом приходил сын. Иван Кузьмич пытался обсудить с ним международное положение или, на худой конец, спортивные новости, но сын был совсем не в курсе. Он перебрасывался с невесткой малопонятными репликами о своей работе, а потом садился в кресло и утыкался в книгу - до ночи.
 
Перед сном Иван Кузьмич совершал прогулку между домами. Всегда по одному и тому же маршруту. Раскланивался с другими стариками, иногда останавливался поговорить с кем-нибудь из них, но чаще старался избегать таких разговоров: старики его не интересовали.
 
Спать Иван Кузьмич ложился позже всех и долго ворочался на постели, считая коров, пасущихся на лугу. Коровы разбредались в разные стороны, норовили зайти на гороховое поле, уходили к реке пить воду и поэтому подсчитывать их было утомительным занятием и скорее развевало сон, чем усыпляло. Иван Кузьмич отчаивался и засыпал.
 
СМЕРТЬ
 
Иван Кузьмич умер во сне.
 
Ему снился белый туман. Иван Кузьмич плыл в этом тумане и то и дело протирал глаза, но ничего не мог рассмотреть вокруг. Только белый холодный свет.
 
Вдруг послышались голоса. Кто-то крикнул Ивану Кузьмичу в правое ухо: - Очнулся? - Иван Кузьмич повернулся, но справа никого не было. А в левое ухо кто-то настойчиво шептал: - Вставай, сукин сын! Вставай, сукин сын! - Но и слева никого не было. А сзади громко смеялись, и сквозь смех едва можно было различить слова: - Ну-с, так что же вы нам расскажете, Иван Кузьмич? Ну-ка, расскажите, расскажите, Иван Кузьмич...- И со всех сторон: Давай, милый, давай!...
 
Голоса множились, перепутывались, окружали со всех сторон, сливались и постепенно превратились в одно ровное монотонное жужжание шмеля. Вдруг подул ветер, шум смолк, стало очень тихо. Иван Кузьмич увидел, что туман рассеивается. Последний порыв ветра - и последние клочья тумана исчезают.
 
- Наконец-то. - радостно думает Иван Кузьмич и осматривается вокруг, Но ничего не видит, потому что вокруг ничего нет.
 
ЭПИЛОГ
 
Ивана Кузьмича похоронили на старом погосте за деревней Шепилово Московской области.
 
Когда закапывали могилу, невестка заплакала, и сын отвернулся в сторону и снял очки. Странник с дубовой палкой и в широкополой соломенной шляпе остановился и молча наблюдал обряд погребения. Потом снял шляпу, подошёл ближе и деловито помог укладывать дёрн на свежий холмик земли. Когда все разошлись, странник нахлобучил шляпу, вытащил из-за пазухи початую бутылку и сказал:
 
- Ну, будь здоров... э... - странник всмотрелся в жестяную табличку. - Иван Кузьмич! - и запрокинув голову, допил остатки. Потом спрятал бутылку, покачал головой и отправился дальше.
 
Лето было жарким и тело Ивана Кузьмича разлагалось быстро несмотря на подземную прохладу. Осенью за дело взялись дожди. Они вымывали ткани. Дольше держались кости, но и они вскоре распались на молекулы. Круговорот веществ разбросал Ивана Кузьмича по всей Земле. Под действием солнечной радиации, землетрясений, извержений вулканов, космических лучей и отходов химических предприятий молекулы Ивана Кузьмича со временем распались на атомы. Атомы рассеялись по Солнечной системе, и космические силы долго дробили их на "кирпичики Мироздания".
 
Иван Кузьмич, хотя и стал чрезвычайно разрежённым, заполнил теперь собой всё пространство Вселенной. Белый холодный свет, остывший настолько, что уже не взаимодействовал с веществом, летел сквозь Ивана Кузьмича совершенно безучастно.
 
На этом закончилась история Ивана Кузьмича.
 
17 июля 1982
Дата публикации:

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Тема недели
Буфет.
Истории за нашим столом
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Форум для членов МСП
Тезисы к 6-му Съезду МСП и его решения
Состав МСП
"Новый Современник"
2019 год
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
2019 год
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Энциклопедия "Писатели нового века"
Готовится к печати
Положение о проекте
Избранные
произведения
Книги в серии
"Писатели нового века"
Справочник писателей Зарубежья
Наши писатели:
информация к размышлению
Наталья Деронн
Татьяна Ярцева
Удостоверения авторов
Энциклопедии
В формате бейджа
В формате визитной карточки
Для размещения на авторских страницах
Для вывода на цветную печать
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Доска Почета
Открытие месяца
Спасибо порталу и его ведущим!
Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Альманах прозы Английского клуба
Отправить произведение
Новости и объявления
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой
Атрибутика наших проектов