По улицам слонялся пьяный ветер. Забавы от безделья затевал: То флюгерa неистово завертит, То с листьями устроит карнавал, То нежно шевелит макушки сосен, То раздаёт пощёчины кустам, То свищет громко, грозен и несносен, То гонит пыль игриво по мостам. В неосвещённом узком переулке Влетел во двор, возникший на пути, Рассвирепел, дверьми захлопал гулко, Сирень разворошил... и вдруг затих: Окрасив в голубой на окнах шторы, Взошла на небе умница-луна И осветила комнату, в которой Сидела, в шаль закутавшись, Она – Изящна. Хороша необычайно! Какой-то перед ней лежал портрет, – Его касалась нежно... И печальной Её улыбкой в лунном серебре Пленён был ветер... Нежным дуновеньем Прильнул к стеклу холодному окна – Внимание привлечь хоть на мгновенье, Но ветра не заметила она. Он бросил, осмелев, охапку листьев, Дохнул струёй прохладной сквозняка, – Не шелохнулась... И была так близко, Но так невыносимо-далека! Он застучал ветвями старой липы, Запел, стряхнув с людей остатки сна, И не услышал сдержанного всхлипа, Как ветра не услышала она. Он бился к ней – хлестал по тонким стёклам, Выл волком, рвал нещадно провода, Мечтал коснуться кожи – нежной, тёплой, Ревел, стонал и плакал: "Не отдам!" Он обессилел... Проклял всё на свете, Когда, чуть слышно туфлями шурша, Она прошла к окну, вздохнула: "Ветер..." – И отвернулась, сжав у горла шаль. | 
Положение о Клубе
Сделать стартовой
