Литературный фестиваль"Современник". Рязань 10-11 ноября
Конкурс имени Игоря Губермана
Конкурсные видео на нашем канале в




Главная    Лента рецензий    Ленты форумов    Круглый стол    Обзоры и итоги конкурсов    Новости дня и объявления    Чаты для общения. Заходи, кто на портале.    Между нами, писателями, говоря...    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Дежурный по порталу Илья Майзельс
Собираю Великолепную десятку!
Тема недели
О Киево-Братской Иконе Божией Матери и о наших братских народах
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Журнал "Что хочет автор"
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Альманах "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Рекомендуем новых авторов
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Просто о жизниАвтор: Светлана Ливоки
Объем: 32971 [ символов ]
АЛЬКИНА АВИАФОБИЯ
Альке (полное имя Алевтина) – обычной девушке с лёгким характером, хрупкой фигуркой, короткой стрижкой и приятным курносым лицом исполнилось двадцать четыре года. Прекрасный возраст, когда и планов «громадьё» и длинная-предлинная жизнь впереди. Из всего того, что на данный момент уже произошло и происходило с Алькой, следовало, что судьба должна была сложиться у девушки удачно и счастливо: институт закончен, «вышка» - высшее образование в кармане, интересная работа менеджером туристической фирмы и серьёзные долговременные отношения с симпатичным, положительным парнем из хорошей семьи. Дело шло к свадьбе. Предварительно молодые люди договорились пожениться будущей весной, а значит, это должно было произойти, где-то, через полгода.
Папа и мама у Альки люди простые, среднего достатка. Когда обнаружилось, что их дочь собирается выйти замуж, может быть покинет семейное гнездо навсегда, - они стали баловать её, так сказать, напоследок, ничего для неё не жалея. Вот и эта турпоездка в Индию на двадцать дней (о ней Алька, даже мечтать, не смела), хотя не дешёвая, но родители почти настояли, чтобы дочь их занялась оформлением. Как могли – помогли, подбросили денег со словами: «Поезжай! Когда ещё ты сможешь посвятить себе столько свободного времени, чтобы отдохнуть? Там дети пойдут, будет не до поездок!».
Алька с детства любила путешествовать, видимо, поэтому она в последствие пожелала связать свою жизнь с туристическим бизнесом. Когда - была маленькая, всей семьёй часто ездили по стране, а как подросла – стала ездить везде сама по России и за её пределы. По сути, Алькина любовь к путешествиям со временем превратилась в настоящую страсть.
Одной из составляющих этого горячего чувства являлись полёты, причём, на чём лететь в очередное путешествие для Альки было неважно. Для того, чтобы вновь ощутить прелесть взлёта, сопричастность своего, кажущегося почти невесомым и лёгким как пушинка тела к могучему потоку стремительного движения вперёд огромной и умной машины, она готова была лететь на самолёте, на вертолёте. Да, хоть на дельтаплане! Лететь, а потом возвращаться домой, ведь каждая встреча с землёй - это тоже целое событие, хотя всякий раз радуешься ей одинаково, так, как будто не был на земле уже тысячу лет. Ну, в общем, жизнь без путешествий и перелётов казалась Альке лишённой особого смысла и напоминала стоячую воду болота.
Поездка в Индию несказанно обрадовала Альку, и прежде всего тем, что кроме основного перелёта Москва - Дели, в ней планировалось совершить ещё несколько воздушных рейсов внутри страны. Первым делом группа должна была посетить город Бомбей, после чего слетать на несколько дней на «жемчужину Индийского океана» - живописный остров Гоа, после чего снова возвратиться в Дели, чтобы по окончанию поездки лететь домой.
С первого дня всё шло, как по маслу. Радушный приём. Везде, где бы ни появилась, куда не пришла бы Алькина группа, везде их встречали улыбчивые смуглые индусы. С вежливыми поклонами они приглашали иностранцев посетить достопримечательности. Туристы любовались истинной красотой, удивлялись чудесам, фотографировались, после чего направлялись отведать национальные блюда и купить, что-нибудь на память из сувениров. В основном ими являлись разнообразные украшения с полудрагоценными камнями.
Священные «бурёнки», безнаказанно гулявшие по проезжей части и перекрывавшие городские дороги автотранспорту и велоколяскам (гордости местных рикш), каждый раз, когда им заблагорассудиться. Чумазые и сопливые ребятишки, набрасывавшиеся на зазевавшегося туриста оголтелой толпой. Много чего удивительного, но не это удивляло русских туристов: в глаза бросался явный контраст чудовищной бедности и ослепительного богатства. Шикарные отели, похожие на дворцы с голубыми бассейнами с чистой и ухоженной территорией вокруг были огорожены от городских улиц колючей проволокой, а за ней в толпе можно было увидеть немного шокировавшее приезжего человека зрелище – сидевших и лежавших на тротуарах прокажённых, привлекавших внимание прохожих звоном своих колокольчиков.
Поездки на новеньких автобусах с мощными кондиционерами и, конечно же, несколько комфортных перелётов в чреве уютных и относительно небольших «Боингов» с приветливыми стюардессами, одетыми в форменное сари - впечатлили. А одним из сильных впечатлений иностранца, побывавшего в Индии, безусловно, осталось ощущение совершенно разной влажности воздуха в её городах. Например, в Бомбее прямо с трапа самолёта ты как будто попадаешь в турецкие бани, только пар не такой ароматный и совершенно прозрачный!
Дели – Агра с «жемчужиной страны» мавзолеем-мечетью Тадж-Махалом внутри – Бомбей, а предпоследние пять дней Алькина группа провела на острове Гоа. Что сказать о Гоа, тому, кто ещё там не был? Только одно: «Обязательно поезжайте туда! Вы никогда не пожалеете о том, что побывали в этом удивительно красивом райском месте!».
Вот и Альке взгрустнулось, когда она уже в аэропорту столицы Индии - Дели садилась в самолёт, обязанный доставить своих пассажиров обратно в Москву в целости и сохранности. Даже предвкушение многочасового путешествия в небе с любимым аттракционом в виде воздушных ям, во время которых смешно захватывало дух, не радовало Альку, как обычно. Перед глазами девушки всё время стояла картина сказочного острова с красивым белым отелем на берегу, с пальмами, гигантскими волнами океана, жёлтым пляжем. Белые, чёрные и цветные лица людей жаркое солнце на Гоа искусно покрывало разными оттенками загара. Все выглядели абсолютно счастливыми.
Сверяясь с билетом, Алька, наконец, нашла предназначавшееся ей кресло, находившееся между двух других в длинном ряду таких же утроенных мест, установленных по левому боку железной машины, в хвостовой её части. Потенциальные соседи-пассажиры ещё не подошли и Алька, усевшись, начала гадать: кого же Бог пошлёт ей на этот раз - мужчин, или женщин, какого возраста они будут - старые, или молодые? Вполне вероятно, что по соседству с ней может оказаться ребёнок. Не очень-то хотелось этого Альке и она принялась размышлять: «Перелёт всё-таки долгий, дети не выдерживают, капризничают, а взрослые, как она, между прочим, предпочитают скрашивать свою поездку алкоголем, как-то не удобно будет выпивать при детях…».
- Здравствуйте, разрешите пройти на своё место? – неожиданно прервал Алькины размышления мужской голос.
Оказалось, что появился первый из соседей, тот, что должен был лететь в кресле у иллюминатора. Алька с готовностью вскочила со своего места, где-то втайне обрадованная тем, что попутчик оказался не стариком, а приятным молодым мужчиной в костюме и в очках. Такой просто обязан был из вежливости предложить ей поменяться местами, ведь девушке так этого хотелось!
Но, увы, мужчина быстро проскользнул мимо Альки, вытянувшейся солдатиком и приветливо улыбавшейся ему, и уселся в свое кресло. Из кейса он тут же достал толстую книгу и прежде чем уткнуться в неё, к ужасу девушки повернулся к иллюминатору, с силой дёрнул за планку жалюзи. Он опустил плотную брезентовую шторку вниз, тем самым наглухо задраив ею круглое окошко. Алька буквально задохнулась от возмущения, она поняла, что из-за этого «ботаника» ей не придётся увидеть интересную картину взлёта, а после - восхитительное небо, пушистые облака и землю.
«Земля, ведь такая интересная сверху: игрушечные домики, машинки, блошки-люди, ниточки дорог и верёвочки рек! Что всего этого я теперь лишена?» - на глаза Альки навернулись слёзы, она сделала вывод, что этот очкарик отравит ей весь полёт.
- Добрый день! – снова раздался мужской голос, - Галя, где ты хочешь сидеть, с этой очаровательной девушкой, или…?» - произнеся это, неизвестный мужчина замолчал, видимо ожидая, что ответит ему его попутчица.
Алька повернула свою голову, желая узнать, кто претендует на соседство с нею и очкариком. Надо же! Лицо и голос стоявшего перед пустым креслом невысокого мужчины показались девушке удивительно знакомыми. Но о спутнице мужчины сказать такого она не могла: женщину она, уж, точно видела впервые в своей жизни. Перебирая в уме различные образы, Алька вдруг догадалась: «Стоп, да это же известный артист! Кино? Нет, не кино…, кажется эстрадный… Да, совершенно верно, фамилия этого человека Бурдонов! Кажется, Валентин Бурдонов, выступающий с эстрадными миниатюрами, в «Аншлаге», в «новогодних огоньках» известный на всю страну артист».
Алька так обрадовалась своему открытию, что автоматически чуть не ткнула соседа под номером один в бок локтём, но в последний момент всё же успела удержаться от этого. Но секундой позже, состроив гримасу полного равнодушия, она как-бы исподтишка взглянула на парня. Ей страшно хотелось посмотреть на его реакцию при виде знаменитого артиста: было интересно, узнал ли парень Бурдонова, или придётся напомнить ему фамилию того, с кем им выпало соседствовать?
Но очкарику, как оказалось, было всё равно с кем предстоит ему провести в воздухе несколько долгих часов, и с какими необыкновенными людьми свела его судьба, потому что парень, сняв очки и положив их на книгу, которая покоилась на выдвижном столике, вмонтированном в спинку кресла, стоявшего впереди, крепко спал.
Обнаружив это, Алька была возмущена таким хамским равнодушием к окружающим людям. Девушка даже подумала о том, что лучше бы она хорошенько врезала ему локтём пять минут тому назад. И в тоже время у Альки появилась возможность хорошенько разглядеть парня, чем она и занялась, разглядывая лицо спавшего беззастенчиво и с интересом. Без очков молодой мужчина выглядел гораздо моложе возрастом, чем показалось ей с первого взгляда.
«Лет двадцать пять ему, не больше!» - вынесла вердикт девушка и, закончив осмотр, почему-то совершенно перестала злиться на парня, снова планируя поговорить с ним насчёт шторки, когда тот проснётся.
Тем временем, в соседнее кресло уже уселась изящная женщина в белом лёгком платье с симпатичными кудряшками длинных русых волос спускавшимся по плечам. Это отвлекло Альку от мыслей о соседе номер один и переключило её внимание на личности артиста Бурдонова и его спутницы.
Первым делом, Алька стала размышлять о том, почему же Галя выбрала кресло рядом с нею. Она ведь могла предпочесть и другое, более удобное на Алькин взгляд, находившееся через проход в группе кресел в центре салона, которое в результате выбора Гали досталось известному артисту. Сначала девушка подумала, что это произошло из-за неё, вернее, из-за женской ревности: ведь назвал же Бурдонов Альку «очаровательной», вот, его спутница и решила не допускать такого опасного соседства! Но, приглядевшись, Алька заметила, что в соседях у артиста оказался седобородый индус в тюрбане, или чалме.
«А, понятно, - ухмыльнулась про себя Алька, - плавали – знаем. Видимо, Галя с осторожностью относится к людям в тюрбанах, как и я!».
Дело было не в неприязни Альки к представителям других народов, рас и национальностей, нет, ни в коем случае! В двадцать четыре года большинство нормальных людей стремиться к познанию окружающего мира вовсю, в этом возрасте обычно ещё не успевают утратить симпатии и интереса ко всему новому и незнакомому — людям, верованиям, обычаям и традициям.
Алькины великолепные впечатления об Индии немного подпортил малюсенький эпизод, почти штрих, который засел в мозгу девушки и остался в нём навсегда занозой или в качестве «ложки дёгтя в бочке с мёдом». Дело было в следующем: во время перелёта на Гоа Альке досталось место рядом с таким же господином в чалме. От гидов, сопровождавших туристическую группу, Алька уже слышала и знала, что тюрбаны, или чалму в Индии носят только привилегированные люди, и что такой головной убор является символом чести. Сидя на своём месте, девушка с удовольствием наблюдала за привилегированным и заслуженным индусом, и пыталась прикинуть, насколько же тот знатен и богат.
«Интересно сколько у него детей, сколько обслуги и вообще к какой касте принадлежит его род?» — думала Алька.
Внезапно её размышления были прерваны. Когда самолёт взлетел, господин достал из своего портфеля длинную палочку, похожую на спицу и засунул её себе под чалму и стал чесать свою голову. Почёсывался он с упоением, и во время полёта делал это неоднократно. Даже когда принесли обед, он взялся за свою палочку и чесался с минуту прежде, чем приступить к еде. Отчего, так зудела у мужчины голова, - Алька уже и думать боялась. Не притронувшись к своему подносу с едой, она с трудом дождалась, когда самолёт сядет, и почти бегом, обгоняя остальных пассажиров, рванула к выходу. Честно говоря, после посадки у неё у самой чесалось всё тело на нервной почве.
Понятно, что у каждого народа имеются свои привычки и особенности, найдутся откровенные «примочки», шокирующие людей других национальностей, но, обсуждая других, надо всё же не забывать о себе. К примеру, русский человек, закусывающий пиво воблой или селёдкой в каком-нибудь из ресторанчиков города Праги, не менее экзотически смотрится, и наверняка вызывает гораздо большее отторжение у чехов, чем безобидный индус в чалме. А разодетая в натуральные меха наша соотечественница за границей на улицах европейских городов как выглядит? Глупо – не то слово! В городе, где процветает движение «Гринпис», она серьёзно рискует, и не только несколькими шкурами убиенных животных, надетыми на неё в виде шубы или манто, но и своей собственной, извините за грубое сравнение.
Как же невинно выглядит человек со своей личной палочкой для чесания головы после этой дамы, и обязательно найдутся люди, которые скажут: «Какие пустяки, пусть себе чешется человек на здоровье, если у него такая привычка – чесаться в общественных местах! Кого это волнует? Тем более, что нет на свете человека, который ни разу в своей жизни не почесался на людях».
Действительно, таких людей на свете нет. Предположения Альки насчёт отношения Гали к человеку в чалме могли не иметь под собой никакой почвы, но, тем не менее, супруга артиста выбрала кресло по соседству с нею, а не с индусом.
То, что Бурдонов являлся женщине супругом, Алька выяснила довольно быстро, наблюдая за парой.
Во-первых, у обоих на пальцах поблёскивали золотые обручальные кольца, во-вторых, в начале полёта артист что-то долго пытался найти, копаясь, в небольшой сумке, очки или плеер, или ещё что-то, из того, что ему срочно понадобилось, а когда обратился с вопросом к Гале, та сказала ему, как отрезала: «Обойдёшься, потом дома в чемоданах найдёшь!».
И вообще супруга Бурдонова казалась мрачнее тучи, что как-то не очень вязалось с её женской миловидностью, обликом почти тургеневской девушки и возрастом (ей было не больше 35 лет). С посторонними она не разговаривала вообще, с мужем тоже, только иногда покрикивала на него. Бурдонов, а вместе с ним и Алька только и слышали от неё «отстань», «перебьёшься», «замолчи, не трогай меня» и так далее. В чём так провинился Бурдонов перед своей женой, что не купил ей в Индии, за кем волочился в поездке, к кому приставал принародно, а может быть много пил? В своей голове Алька долго перебирала вероятные причины разлада чужой семейной жизни, пока ей это не надоело.
Самолёт уже давно летел на большой высоте. Народ в салоне затих. Усталость, накопившаяся за день от хлопот и дорожной суеты, казалось, взяла своё, поэтому многие теперь спали. Тихое, почти детское посапывание соседа слева, стало действовать на стойкую Альку, обычно бодрствовавшую большую часть пути, как снотворное и уже через несколько минут девушка заснула.
Сколько времени длился её сон трудно сказать, но пробудившись, Алька тут же вспомнила о семье артиста. Она повернула голову, пытаясь рассмотреть, чем в настоящий момент заняты супруги. Обстановка на этот раз, очень даже, способствовала наблюдениям: очкарик продолжал спать. Оказалось, что Галя тоже спала, а вот Бурдонов, он неподвижно сидел в своём кресле, уставившись немигающим взглядом куда-то поверх голов сидевших впереди людей. Альке хорошо был виден его профиль.
«Вот ты и попался! Ты меня интересуешь больше всех, сейчас я хорошенько тебя рассмотрю! Оказывается, ты старше своей жены, лет на десять, как минимум!», — с удовольствием констатировала про себя Алька, в своих мыслях панибратски обращаясь к Бурдонову на «ты».
Она наслаждалась, что может наблюдать за артистом сколько угодно и безнаказанно, не опасаясь быть пойманной за этим занятием, конечно же, до определённых временных пределов, пока не проснулась его жена.
«Послушайте, — также безмолвно, не проронив ни слова, мысленно обратилась на этот раз Алька к окружавшим её пассажирам, — Вы только посмотрите, какие у него конопушки, всё лицо в них и руки, а руки то какие маленькие, не пальцы, а пальчики! Ну, надо же, а по телевизору этого не видно! Хотя волосы у него хорошие, волнистые, густые, да и лицо приятное…».
Алька прервала своё воображаемое выступление перед пассажирами салона самолёта, потому что Бурдонов вдруг повернул свою голову в её сторону и пристально посмотрел ей прямо в глаза, как будто зная, что девушка «раскладывает его косточки по полочкам» и распускает о нём сплетни. Альке стало неудобно, и она попыталась отвернуться, но в ту же секунду артист лучезарно улыбнулся ей, в точности так, как улыбался дома с экрана телевизора своим постоянным телезрителям.
«Он мне улыбнулся, представляете, сам Бурдонов мне улыбнулся!» — мысленно закричала Алька всем вокруг.
Ей было жалко, что её никто не слышит, но всё равно она ликовала и, ликуя, улыбнулась артисту в ответ. Минутой позже она улыбнулась бы Бурдонову сама, вкладывая в эту улыбку больше симпатии, чтобы тот ещё раз очаровательно и со смыслом в глазах улыбнулся ей в ответ, ведь Альке было очевидно, что артист готов повторить улыбку «на бис» специально для неё, потому что она нравилась ему. Но, словно почувствовав неладное, вдруг проснулась его жена.
Галя внимательно посмотрела на мужа, затем перевела свой взгляд с него на девушку. Это выглядело так, будто она находилась под невидимым глазу, призрачным мостом между ними. И когда Алька, немного робея от того что её застукали при попытке соблазнения чужого мужа, встретилась с взглядом супруги Бурдонова, её ждало маленькое открытие: ожидаемой ревности во взгляде супруги не наблюдалось, в нем присутствовало какое-то усталое равнодушие, которое можно было озвучить одной фразой, единственным вопросом: «А тебе это надо?».
После этого Алька всё поняла про Бурдоновых, вернее, девушка просто решила, что всё поняла: «Бабник, однозначно, бабник, юбки не пропустит мимо себя! Бедная Галя, симпатичная, ещё довольно молодая, и как она это терпит?» - подумала Алька и в порыве женской солидарности с женой артиста потеряла к его мужскому обаянию всяческий интерес, тем более, что стюардессы, вслед за опустевшими тележками с разнообразными напитками, покатили по салону полные тележки с едой, раздавая пассажирам положенные им обеденные пайки.
На дозаправку самолёт приземлился в Ташкенте. Пассажиров на некоторое время отвезли в аэропорт, где в зале ожидания им были предоставлены услуги ресторана и кафе. Люди перекусывали, выпивали, общались между собой, а кое-кто из них метался, пытаясь прорваться в город, чтобы успеть купить узбекских дынь, сезон которых был в самом разгаре. Кажется, не всем желающим удалось сделать это, в частности из-за того, что вниманием большинства публики завладел известный всем артист Бурдонов.
Алька находилась в числе зрителей тоже к тому времени, когда известный артист, находившийся в центре зала и окружённый плотным кольцом толпы пассажиров, начал своё выступление. Бурдонов быстро двигался, изображая пародируемых им известных деятелей искусства, кино и политики. В данный момент он «играл» Горбачёва со всеми его речевыми оплошностями, с любимым словом «на`чать» и названием бывшей республики Советского Союза словом «Азербайджан», которое уважаемый Михаил Сергеевич, кажется, так и не смог правильно выговорить за весь свой срок пребывания у власти в должности президента. Это был настоящий бенефис Бурдонова в Ташкентском аэропорту.
Пассажиры радовались неожиданному развлечению и бесплатному концерту артиста Бурдонова. Люди смеялись и хлопали. Сам бенефициант, похоже, тоже был счастлив. Во всеобщем веселье не принимали участие только двое - Галя и Алька: первая - стояла в стороне, безучастно глядя на происходившее, а вторая - не могла оторваться от своих наблюдений за первой.
«Как, наверное, надоело ей всё это: праздное внимание людей к персоне мужа, все его шутки, произнесённые по сто пятьдесят раз на дню, короче абсолютно всё, что так нравиться простому народу!» - думала девушка, глядя с состраданием и участием на жену блиставшего остроумием Бурдонова.
После дозаправки, продолжая прерванный полёт, как будто торопясь домой, самолёт прибавил обороты. Он так надрывно гудел и трясся в облаках, находясь, судя по времени уже в родном воздушном пространстве, что ближе к Москве, где-то в часе лёта от неё, почти все пассажиры проснулись и с оживлением, обычно сопровождавшим чувство ожидания скорого приземления, бодро сновали по салону в сторону туалета и обратно.
Алька и всё её соседи тоже бодрствовали. Супруги молчали и на удивление не пререкались, наверное, каждый из них думал о своём: Бурдонов после случайного концерта, вероятно, думал о силе собственного таланта и не угасавшей с годами славе, а жена его, скорее всего, – о своей женской доле. Сосед слева давно выспался. К этому времени он одолел практически всю свою книгу и теперь сидел молча, отложив чтение, и пристально глядел вперёд сквозь стёкла своих очков. О чём размышлял парень в эти минуты - было неведомо, зато было хорошо известно, о чём думала его ближайшая соседка.
Алька думала о том, что в аэропорту, наверняка, уже «ждёт-не дождётся» её жених. Можно представить себе, как он соскучился, да, и она тоже, что не передать словами! Ей просто необходимо было, как можно скорей его увидеть, услышать голос любимого, ощутить кожей его тёплые прикосновения. Так впервые в своей жизни молодая женщина поняла истинное значение слова «воздержание» и силу его влияния на жизнь человека, а ведь раньше она смеялась, когда кто-нибудь из подруг начинал разговор на эту тему.
«Распущенность это и слабый характер, а не страдания! Нет никакого воздержания!» - говорила Алька, пытаясь прекратить разглагольствования, казавшиеся ей глупыми и пустыми, когда разговор касался этой темы.
Она же не знала тогда о том, что это состояние не только существует, и не только в узком и половом смысле, что воздержание объёмное понятие и в физическом плане губительно для влюблённого человека, так как является тяжёлой нагрузкой для любящего сердца.
«Интересно, а вдруг мой любимый мне изменял, пока я путешествовала? А вдруг с той, неужели с ней…» - не успела додумать Алька свою ревностную мысль до конца, как по радио объявили: «Наш самолёт готовиться к посадке в аэропорту Шереметьево. Просьба не курить и пристегнуть ремни!».
Алька так и сделала. Но внезапно самолёт сильно затрясло, его буквально закачало в воздухе, и пассажиров стало подбрасывать в креслах, а крепкие слегка пружинившие серые ремни тут же возвращали тела обратно на места. Через несколько минут Алька ощутила, что их лайнер почему-то прекратил своё снижение и снова начал набирать высоту.
Девушка заволновалась и обратилась к соседу, сидевшему у иллюминатора: «Послушайте, нельзя ли взглянуть в окошко, увидеть, что там за бортом? Вы закрыли его, и мы теперь сидим тут, практически как в танке!».
Алька лукавила. Она уже заметила в соседнем открытом иллюминаторе, что их самолёт буквально пробивается сквозь непогоду и сплошную темноту тяжёлых грозовых туч, и всё равно ей нужно было убедиться в этом самой, заодно, наконец-то, укорить соседа за невнимание и эгоизм.
Парень посмотрел на Альку. С торопливой поспешностью он тут же поднял шторку круглого оконца вверх и, немного смущаясь, произнёс: «Пожалуйста, конечно, смотрите!».
Зря-зря Алька настояла на своём, далось ей это окно! Ничего хорошего она там не увидела, наоборот, представшая перед её взором картина неба в состоянии похожем на сильный морской шторм, повергла её в тревожное уныние. Страх зародился у неё внутри чуть позже: когда самолёт в очередной раз пытался приземлиться. Его затрясло ещё с большей силой, а потом какое то время, казавшееся вечностью, просто швыряло из стороны в сторону, как будто неизвестный небесный великан решил поиграть со своей крылатой игрушкой, раскачивая её в воздухе.
Когда это, наконец, прекратилось и авиалайнер, отказавшись от безуспешной попытки сесть, стал набирать высоту вновь, Алька по-настоящему запаниковала:
- Что случилось, у нас!? Что не выходит шасси? – испуганно спросила она, обращаясь ко всем соседям одновременно.
Супруги Бурдоновы напряжённо молчали, а парень взял Альку за руку и произнёс:
- Девушка, да не волнуйтесь вы так, элементарная непогода, всё-таки начало ноября! Сядем, куда мы денемся! А меня, кстати, Ромой зовут!
- Алька! – представилась Алька с автоматизмом, даже не успевая удивиться тому, что сосед её вдруг стал общительным.
- Не волнуйтесь, - продолжал успокаивать её Рома, старясь перекричать шум турбин, надрывавшихся в работе, — Я, между прочим, служащий представительства «Аэрофлота» и знаю, что наши самолёты самые безопасные в мире, даже по отношению к хвалёным «Боингам».
- А что вы сейчас делаете в самолёте? Сидели бы в своём представительстве…
Девушка не закончила своей фразы, потому что опять стало ясно, что лайнер решил идти на посадку и снижается. Теперь уже все пассажиры, затаив дыхание, с бившимися от волнения сердцами, ждали решения своей участи.
За пару минут до этого Алька обратила внимание на то, что происходило справа от неё, отметив про себя тот факт, что Бурдонов очень нервничал. Хотя, в этом не было ничего удивительного, переживали и страшно волновались все, без исключения. Немного удивительным было только то, что известный артист, а, следовательно, мужчина в этом деле явно превосходил свою жену, более того, он откровенно, не стесняясь никого вокруг, искал у неё утешения: постоянно хватал Галю за руку, тянул её к себе, что-то громко кричал. Из-за страшного шума, который просто поглощал все остальные звуки, Альке не могла расслышать, о чём он кричал: крики, охи, вздохи, вопли и требования, вместе с попытками вызвать прятавшихся от пассажиров стюардесс к кому-то из пассажиров, кому стало плохо с сердцем, кто хотел воды и так далее — тонули в рёве двигателей. Самолёт в очередной раз стремительно заходил на посадку. Но и на этот раз безуспешно…
Слава Богу, эта история закончилась хорошо. В конечном счете, после очередной попытки авиалайнер приземлился. Правда, позже и уже не в Шереметьево, а в Быково. Хотя, какая разница!
После долгожданной посадки в аэропорту Алька, как будто сразу забыла про Бурдонова с женой, но душевно распрощалась с Ромой перед тем, как на негнущихся и дрожавших ногах покинуть самолёт.
- Я был в командировке, я очень часто летаю в командировки! - запоздало ответил парень на тот её вопрос, повисший или потонувший в неизвестности и гуле посадки, а потом сказал, — До свидания, Аля, я очень рад был с вами познакомиться. А, может быть, я вам позвоню или вы мне позвоните? У вас есть ручка? Сейчас я вам достану свою, а вы запишите мой телефон…
- Рома, ручки у меня нет, но у меня есть жених и он меня сегодня встречает! До свидания, и берегите себя в командировках! – ответила ему Алька.
Сойдя с трапа самолёта, она побежала к подъехавшему автобусу. Набитый до отказа пассажирами, он отвёз их, уставших и переволновавшихся, в здание аэропорта Быково, где уже ждали встречи с ними встречающие - родные и знакомые, те, кто успел примчаться из Шереметьево. Алькин жених, конечно же, был в их числе.
 
Немногим позже Алька с удовольствием рассказывала всем о своей замечательной поездке в Индию. Конечно же, тяжёлая посадка во время обратного рейса самолёта в Москву занимала в её рассказе почётное место, ещё бы, ведь в повествовании фигурировал известный артист со своей женой! Всем, соответственно, это было очень интересно и Алька, разгорячёная чужим вниманием, каждый раз упоённо рассказывала о том, что ей пришлось пережить вместе с семейством Бурдоновых. Особенно хорошо получалось у неё описание самого события, которое в последовательном и подробном изложении звучало у Альки так:
«И вот, когда мы опять пошли на посадку, когда мы сидим вдавленные в свои кресла в полутёмном салоне с мигающим светом аварийных лампочек… Я до сих пор, как в кино вижу впереди себя этот наклонившийся вниз градусов на сорок едва освещённый салон, и слышу страшный гул, заглушающий истошные крики людей!
В тот момент я даже не задумывалась над тем, что наш самолёт вообще может не приземлиться, что он даже может разбиться, и вдруг я вижу лицо плачущего Бурдонова, вижу, как он через проход тянет руки к своей жене, и губами отчётливо шепчет ей «прощай и прости за всё»! Он плакал, как маленький ребёнок! А она, представьте себе, улыбается, улыбается впервые за весь полёт! Может, чтобы его успокоить? Не знаю, мне так не показалось… Вот, тут-то мне действительно стало страшно, я вдруг отчётливо поняла: МЫ ГИБНЕМ, МУЖЧИНЫ ПРОСТО ТАК НЕ ПЛАЧУТ, А ЗНАЧИТ — ВСЁ, КОНЕЦ, МЫ ВСЕ УМРЁМ! Я стала прощаться с жизнью, вспомнила своих родителей, мне стало безумно грустно оттого, что у меня теперь не будет никакой свадьбы, больше не будет друзей… Но не успела я со всеми распрощаться, как мы сели.
С тех пор я не могу смотреть, когда по телевизору показывают выступления Бурдонова. Вот так, всем вокруг смешно, а мне нет! Если я вдруг вижу на экране его улыбающееся лицо, я всё время вспоминаю, каким оно было, когда он рыдал, и слёзы ручьями текли по его щекам, и как мне было страшно от этого…».
Тогда, весело рассказывая друзьям и знакомым о поездке, Алька ещё не догадывалась, что эта история с посадкой самолёта, казавшаяся на первый взгляд лишь опасным приключением, оставила неизгладимый след в её психике и глубокую зарубку в памяти на всю последующую жизнь. В том, что после того случая она заболела, внутри её возникла настоящая «самолётная фобия», Алька узнала уже через полгода, когда они с мужем отправились в свадебное путешествие в Париж.
В те весенние полные надежд и радости дни, казалось, всё способствовало хорошему отдыху молодожёнов: в день отъезда погода стояла отличная, почти новенький самолёт, доставивший их во Францию, был в полном порядке, и потом сам Париж! Если немного перефразировать известную поговорку, то получиться вполне позитивно: «не увидев Парижа, - не умереть». Но Алька…
До поездки дома она не спала трое суток. В аэропорту перед вылетом руки её потели до такой степени, что пот стекал с ладоней, а в полёте сердце билось так, что казалось, выскочит из груди, или остановиться. Когда новобрачные прилетели во Францию, сначала она чувствовала себя ничего, даже замечательно: от тревоживших её мыслей, отвлекало участие в мероприятиях насыщенной программы, которую они с мужем составили для себя, планируя эту поездку. Но к концу десятидневной поездки, за три дня до вылета с Алькой началось твориться то же самое. И снова бессонные три ночи в отеле, снова кошмарные мысли о предстоявшем полёте.
Муж сначала подсмеивался над «приступами трусости», как он это называл, но потом, видя и вправду тяжёлое состояние жены, призадумался. Видимо, он придумал, как помочь молодой жене и перед вылетом домой заставил Альку крепко выпить. Сначала алкоголь действительно помог. Алька пережила период взлёта довольно неплохо и даже развеселилась, но потом при посадке с ней случилась настоящая пьяная истерика.
После небольшой воздушной ямы, она вдруг на весь салон закричала: «Почему рыдал этот гад, он же мужчина!? Он женщин должен был успокаивать, а не рыдать, это он породил во мне этот страх!».
Люди вокруг смотрели на Альку с недоумением, а на мужа с явным сочувствием.
Последний раз Алька летала с мужем на юг через год после свадебного путешествия. Но назад из отпуска они вернулись уже на поезде. Сразу после полёта молодая женщина окончательно признала победу своей фобии над собой со словами: «Теперь только поездом, пусть вместо трёх часов полёта до места - добираться больше суток в душном вагоне, зато едешь и радуешься тому, что на земле!».
Прошли годы. Алевтина до сих пор выбирает для своих поездок только наземные виды транспорта и переключает телевизор на другую программу каждый раз, когда раздаётся знакомый голос и на экране появляется сияющее улыбкой лицо известного всем артиста, постаревшего, но не растерявшего своей популярности. Она делает это скорее по привычке, потому, что на самом деле женщина давно уже поняла, что злилась на Бурдонова напрасно. Лучше пожалела бы его тогда. Кто его знает, может, это Божья кара такая, за то, что не отнеслась по-человечески к страдавшему человеку. Если бы сострадала, глядишь, не заразилась бы тогда авиафобией!
И каждый раз, думая об этом, Алевтина с тёплым чувством в душе вспоминала добрый взгляд и мальчишеское лицо с очками на носу и думала: «Я бы, наверное, рискнула ещё раз и отправилась куда-нибудь на самолёте, но только в одном случае, если бы вдруг повстречала Рому и он пригласил бы меня в слетать куда-нибудь. С ним мне было бы точно не страшно, тем более, что он - представитель Аэрофлота!».
 
июнь 2006 (в ред. 2017)
Copyright (с): Светлана Ливоки. Свидетельство о публикации №369017
Дата публикации: 18.10.2017 17:47
Предыдущее: ГРИМЕРСледующее: Парад четверостиший 12-ого года

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Доска Почета
Открытие месяца
Буфет.
Истории за нашим столом
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"
Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Альманах прозы Английского клуба
Отправить произведение
Новости и объявления
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой
Атрибутика наших проектов