Список участников второго выпуска журнала
Начался отбор текстов
для третьего выпуска журнала


Главная    Лента рецензий    Ленты форумов    Круглый стол    Обзоры и итоги конкурсов    Новости дня и объявления    Чаты для общения. Заходи, кто на портале.    Между нами, писателями, говоря...    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Бенефис к юбилею
Надежды Сергеевой
Моя жизнь и мой юбилей
Мое творчество
и мои книги
Мое дело и моя профессия
Возобновляем издание журнала
"75 лучших строк"
Положение о проекте
Мир искусства. Приложение к № 7 журнала
"Что хочет автор"
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Рекомендуем новых авторов
Альманах "Автограф"
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.

Просмотр произведения в рамках конкурса(проекта):

Литературный издательский проект "Писатели нового века. Энциклопедия современных писателей"

Номинация: Тексты писателя

Все произведения

Произведение
Жанр: Просто о жизниАвтор: Михаил Федоров - Станичник
Объем: 13489 [ символов ]
Возвращение
Город Грозный в девяносто пятом - именно там пришлось мне встречать Новый год. Наша группа заняла дом у вокзала. Оборону держали до вечера. Ждали подкрепления и боеприпасов. Вместо этого в наушниках приказ: «Отходить немедленно!». Выскочили на площадь – пули вокруг насвистывали печальную музыку смерти. Казалось, что стреляли со всех сторон одновременно. На бегу почувствовал, как сильно обожгло правый бок, а потом взрыв и страшный удар по ногам… Дальше всё как в тумане. Окончательно пришёл в себя уже в палате Центрального госпиталя МВД, в Москве. Время замедлилось до предела. Операция, ещё одна операция…
 
Наконец всё позади, могу передвигаться, пока с помощью трости. Дали отпуск – скорее в аэропорт и домой, домой! Родным решил сделать сюрприз, а потому не стал уведомлять о своём приезде. Наконец-то родной подъезд, а вот и дверь моей квартиры… Сюрприз не получился, дверь заперта – дома никого. С досады с силой бью кулаком по двери. На шум выглядывает соседка:
- Ой, Миша! Здравствуй! А твои все к деду в станицу погостить
отправились. Жалко то как!
Жалко конечно, но делать нечего, оставляю часть вещей у соседки, походный рюкзачок за плечо, такси и на автовокзал… Будний день, а потому с билетами проблем не возникло. Недолгое ожидание и я уже смотрю в окно автобуса на леса и проселки. Война ещё не отпустила, и я невольно сжимаюсь, когда придорожные кусты подходят слишком близко к дороге. На уровне подсознания рука ищет рядом на свободном сиденье автомат… В окне мелькают знакомые с детства названия: Сыропятская, Горьковская, Игнатьево – следующая остановка моя родная станица. Душа замирает и начинает оттаивать…
 
Автобус остановился на площади, у магазина. Наш сельмаг закрыт на обед - полдень... У магазина суетливо копошатся в дорожной пыли куры. Вот петух что-то нашел и гордо призывает всех к себе, кокетливо шаркая ножкой...
На завалинке, свесив на грудь чубатую голову, дремлет дед Матвей… Широкая грудь, сильные руки, длинные усы и окладистая борода делает его похожим на героя русских былин и сказаний. Этакий Илья Муромец, только что не на коне и без меча. Жив ещё значит курилка – станичная
знаменитость
Полгода я не видел жену, детей, деда Семёна и бабушку Арину, отца и маму, а потому, зная словоохотливость старого фронтового друга моего деда, стараюсь пройти незамеченным - быстрее бы увидеть родных... Иначе станичные традиции и воспитание, прочно впитанные с детства, не позволят мне просто так отмахнуться от старого казака и пройти мимо. Уважение к старикам, это закон, который строго соблюдался в станице всеми от мала до велика. Традиции, традициями, а все ж стараюсь ничем не потревожить деда. По нему я тоже соскучился, но разговор с ним хотелось бы перенести на вечер. Вот уже почти миновал его. Но не тут-то было…
Каким-то десятым чувством дед Матвей учуял тишайший звук шагов. Наверное, палочка, на которую я опирался, подвела своим стуком о дорожные камни. Дед, тут же, вскинул голову:
- Едрена корень!!! Никак Минька?! Ну здорОво!
- Здравствуй дедуня, здравствуй дорогой ты мой!!!
Дед Матвей приподнялся, и мы крепко, по-мужски обнялись. Дед, вытирая выступившую слезу, снова сел на свой трон в виде ватной телогрейки на завалинке.
- Чтой-то в последне время на слезу шибко слабый я стал. Чуть, что и пошла мокрота, прям как у бабы… А твои все здеся. Женка твоя, гляжу, с животом. Никак третий заход сделали?
- Да вот, дедуня, решили сына изобрести.
- Ну и правильно, две первые-то у тебя девки?
- Ну да, две дЕвицы – красавицы. Погодки они у меня…
- Нужён тебе, Мишка, казак, ой как нужён, а то как же – непорядок получатся... Я гляжу, живот то у нее, у Тамарки – жёнки твоёй, вперед огурцом прет, со спины и не видать, что беременна – значится казак должён вылупиться… А как же? Примета верная, народная. Народ он зазря
примечать не будет...Эээ! Гляжу ты с палочкой ходишь? Никак зацепило?
- Да вот сплоховал, наверное, меня миной и цепануло. Я и не помню ничего, если честно…
- Чего ж ты так подставился-то? Минами, гутаришь, закидали? А де?
- На новый год ещё это было, в Грозном, - ответил я и с тоской в глазах посмотрел в конец улицы, где виднелась зелёная железная крыша дома, там я родился и там меня так ждут… Дед Матвей заметил мой взгляд и быстро отреагировал:
 
- Да не волнуйся ты Минька. Помяни моё слово и десятка минут не пройдёт, как молва до твоих долетит. Опосля к тебе и подступу не будет. А я тож по тебе соскучился, тож полюбоваться на тебя хочу. Ведь с младенчества тебя знаю. Весь ты на моих глазах вырос. Как же мне не погутарит-то с тобою, пока нету никого.
Я и с тоской, и с улыбкой вспомнил, что дед может говорить и говорить без остановки. Когда его прерывали, он сильно обижался. Обидеть любимого мною соседа не хотелось. Дед Матвей закурил и продолжил:
- Дед твой Семён всенепременно сейчас со всем семейством нарисуется. Чего ж его старого зазря гонять. А так он и внука встретит и в магазин сразу вместе заглянете. Все одно кой-чего закупить надо будет…
- Да у меня всё с собой припасено.
Дед Матвей пыхнул пару раз самокруткой и сказал повеселевшим голосом:
- Это хорошо, это ты правильно поступашь. Как же это к рОдному деду и без запасу заявиться?! Не по-людски это. А ты молодца!
Старый казак покосился пару раз на рюкзачок за моими плечами и крякнул:
- Да, мина она стерва такая – от нее за бугорок не сунешься. Я вот тоже на фронте однава к передку в тырмосах жратву станишникам нес… И ведь почитай в тылу ведь был, а гансы как давай мины энти кидать – я на земь брякнулся, головы не поднять, так и свищет, так и свищет всё кругом, ажник волосья под пилоткой шевелятся…
«Ну всё, - подумал я про себя, – деда понесло.» А дед, обдавая меня клубами дыма от крепкого самосада вдохновенно продолжал своё:
- Чую по спиняке, как вдарило!!! И тут мне так вдруг горячо стало, что и терпежу никакого нетути. Ну думаю все – зацепило… Только вот в понятки взять не могу – чегой-то спиняку так жгеть? Так жгеть, что спасу нетути... Кубыть думаю, кровяка у меня что-ли такая горячая, прям чуть не
кипяток…
Тут стихло, я тырмос с себя по-быстрому скидаваю и напарнику Мартыну-то кричу – давай мол скорейше пакет рви, да перевязывай! А тот ржёт и ржёт как жеребец, удержу на него нету. Смотрю, а тырмос с кулешом ажник в двух местах дырьями украсился… Вот с его-то и хлестало мне на спиняку… А я - то, ужо, думал карачун мне пришел...
 
Вдалеке у станичного колодца из-под ладони на нас смотрела женщина. Из-за солнца, бившего прямо в глаза, я не мог разглядеть её лица. Вдруг она всплеснула руками, бросила вёдра у колодца и побежала вдоль улицы в сторону дома моего деда.
Дед Матвей захохотал:
- Ну вот, а ты переживал. Во, глянь, Авдотья тебя увидала… Всё, щас по станице быстрее голубя
почтового всё разнесет.
Плечо у меня затекло и перекинул лямки армейского рюкзака. Тонкий слух деда тут же уловил приятный его уху звук:
- Слухай, а чего это у тебя в рюкзаке булькат?
Я извиняюсь перед дедом за свою несообразительность и достаю из рюкзака фляжку со спиртом. Шарю рукой под стрехой магазинного крыльца… Дежурный стакан, как и всегда, на месте. Протираю его, споласкиваю минералкой и наливаю пахучей, прозрачной жидкости. Хочу
газировкой немного разбавить огненную жидкость и слышу за спиной голос деда Матвея:
- Ты энту водичку сладеньку убери, она мне без надобнестев.
- Дедунь, так это ж чистый медицинский. Задохнуться ведь можно!
- А ты не боись! Чистый, гутаришь, медицинский? Ну нехай будет медицинский. Тем более! Его ведь портить всякой ерундой нельзя – не будет тогда этого, как его?..
Дед Матвей задумчиво посмотрел на солнце сквозь прозрачную жидкость в стакане и наконец нашел нужные слова:
- Эффекту не будет оздоровительного - вот… Ну с приехалом тебя… Эх-ха!!! Хороша штука, давненько я такую амброзию не пивал… А сам-то, че не будешь?
- Нет, врачи запрещают. Мне ещё лекарства сегодня пить. – немного слукавил я.
- Медицину её что ж, её уважать надобно… Ну давай тогда еще, чтоб ты не хромал… Эх-ха!
 
У деда Матвея заблестели глаза и слова полетели из него с новой ещё более мощной силой. Я загрустил, так ведь и до вечера можно здесь простоять. А старый казак, поглаживая усы, не умолкал:
- Гляжу я, наградами-то тебя не обидели, вишь, как грудь блестит. Хоть противосолнечны очки одевай. Кресты смотрю сызнова вернулись… Да, Федоровы, они испокон веку добро службу правили, другим многим в пример завсегда были…
Вдруг дед придвинулся ко мне ближе и продолжил почти шепотом:
- Я вот, что Минька, упредить тебя хочу на счёт родни вашей всёй.
Дед Матвей говорил таким таинственным голосом, что невольно я напрягся, ожидая услышать что-нибудь неприятное. Что же могло произойти с моим семейством за моё долгое отсутствие?! Дед помолчал для важности и вдруг выдал:
- Напасть как-та на вас, Федоровых, напала или порча вам на ноги наведена. И идёт энтот факт истари. Сам вот подумай и рассуди, коли голова есть на плечах. Откель у прадеда твоего Антона, царство ему небесное, прозвища такая была – «Антошка – коротконожка», а?!
- Да я и не знаю. В станице его так называли за хромоту.
У меня ещё теплилась надежда как-то тормознуть словоохотливого деда Матвея. Но того уже было не удержать.
- А я тебе щас всё подробно разъясню. В первую мировую шибануло прадеда твоего Антона – лошадь под ним на смерть, а ему ногу дохтора потом по кусочкам смастрячили, но видимо не все кусочки-то составили господа клистиры энти ходячие… Стал он на одну ногу-то короче. Так и
прохромал он всю остатню жизню...
 
Спирт начинал своё действие даже на такого богатыря и деда Матвея влекло всё дальше и дальше:
- Деду вот твоему Семёну, при мне на фронте, уже в самом конце войны разрывными по ногам секануло и теперича носит он на одной ноге нумер сорок пять, а на другой нумер сорок три...
Мне и досадно было за непредвиденную задержу и в тоже время я сильно соскучился по рассказам деда Матвея. А тот, не замечая моей досады распалялся всё жарче и жарче:
- Отец твой вот не воевал, однако ж новую баню с Семёном они строили – бревном по ноге ему так шандарахнуло, что нога, как веточка хрупнула. Месяц в гипсу проходил. А топерича и тебя вот, опять же в ногу... Ну и скажи после энтого, что порчи у вас на ноги нетути?! Есть и не спорь даже... Тебе срочно надобно к бабке Вере идтить, к колдунье. Пущай зараз порчу с вас снимат срочным аллюром.
 
Предупредив меня о наведённой порче, дед посчитал свой долг выполненным. Организм его требовал благодарности за столь «ценную» информацию. Поэтому он вновь протянул мне стакан.
- Ну, бог он троицу любит. Давай по остатней плесни еще, а то уж скоро твои прибегут. По всем моим расчетам весточка радостная до них уже доскакала… Эх-ха!
Дед достал из кармана пиджака леденец и положил его в рот, забавно чмокнув при этом.
- На войне - то, кем был?
- У нас в части дедунь, все специалисты широкого профиля. Ну в последнее время снайпером пришлось поработать.
- Снайпером! Хорошее дело... Помнишь, я уже давненько предсказанию такую тебе исделал? Так вот вишь оно и вышло. Ещё когда ты мальцом на зимних каникулах мне в дому двойную раму из пращи высадил напрочь, едрит тебя в качель … Я тогда еще сказывал – энтот шельмец точно снайпером будет… Помнишь?
- Я ж тогда не со зла. Я в воробья хотел попасть и промахнулся. Помню, я дедуня, пока ещё всё помню…
- Ну еще бы ты не помнил, Семён тебе тогда нагайкой мягкое место так нагрел, что скрозь штаны ярче луны светилось…
- Да не бил меня дед Семён никогда. Это он нарочно тебе так сказал, чтобы успокоить. А то ведь ты тогда сильно уж бушевал.
Дед Матвей крякнул с досадой:
- Что говоришь? Не бил он тебя тогда? Вот ведь тоже, хитрован, мне то сказал, что нагайкой тебя отходил от души... Вот все вы, Федоровы, такие… Все с хитринкой в крови, язви вас в корень… Да може оно это и к лучшему...
 
Я уже почти не слышал деда… Сердце забилось так, что заглушало все звуки. Вдалеке из-за дома показалась ватага - моя ватага самых родных и любимых на этой земле людей. Дед Матвей тоже увидел их и обрадовался вместе со мной:
- Он глянь - твои бегуть, ажник спотыкаются… Еще бы така радость нарисовалась. Ну ладно иди. я еще повечерять загляну к вам… Ступай, а то Арина от радости в пыль брякнется… Как же, унучек любимый заявился живой и здоровый, так токмо маненько подбитый, но живой же…
Дед Матвей замолчал, прищурился и мы с ним вдвоем уставились в конец центральной улицы... Я хотел бежать к своим родным навстречу, но ноги вдруг перестали слушаться и колени ослабли до такой степени, что пришлось на трость опереться обеими руками, чтобы не упасть…
 
По дороге быстро, как могли, приближались все мои. Впереди всех вприпрыжку бежали дочки, взяв друг - друга за руки. За ними едва поспевали отец и мама… Дальше семенила бабуля, утирая слезы на ходу. Замыкал походный строй дед Семен, который бережно, поддерживал под
руку, пытавшуюся то и дело перейти на бег, мою беременную жену…
Как и у деда Матвея глаза мои сами собой повлажнели… Я все-таки сделал несколько нетвердых шагов навстречу… Всё, всё позади и война, и Чечня, и ранения…
Вот они налетели все разом, окружили, обняли… Обняли не только самого меня, но и всю душу мою… Всё! Я вернулся! Я дома! Теперь уже точно вернулся...
Copyright (с): Михаил Федоров - Станичник. Свидетельство о публикации №366618
Дата публикации: 06.10.2017 14:10
Предыдущее: МенюСледующее: Байки от деда Матвея... Аллюр три креста или фильм категории ХXX

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
Виктор Федоров[ 25.06.2017 ]
   Браво, Михаил! Все просто, вроде бы, а до слез трогает! Так держать!
 
Михаил Федоров - Станичник[ 25.06.2017 ]
   Спасибо, Виктор! Приятно знать, что кому-то нравится то, что я стараюсь донести до людей. Моему
   старшему внуку тоже понравилось...
A.Vladimirov[ 26.06.2017 ]
   Прекрасно!
Николай Бурмистров[ 30.09.2017 ]
   Ай да Михаил Федоров (я правильно величаю?)!
    При таких способностях к саморедактированию дело
   пойдёт. Осталось только отсечь все лишнее, заострить
   сюжет, довести его до кульминации и найти яркие
   штрихи для концовки.
    Как там классик говорил: душа обязана трудиться...
    Успехов Вам, Михаил Федоров!

Диплом номинанта
премии "Чаша таланта"
Номинанты премии МСП "Новый Современник"
"Чаша таланта"
Энциклопедия современных писателей
Положение о проекте
Писатели нового века
Список авторов 1-го тома
Форум проекта
Формат pdf. Cтраницы 1-2
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Приглашаются волонтеры!
Направления
деятельности
Реквизиты и способы оплаты по МСП и порталу
Билеты и другая атрибутика
Порядок освобождения
от оплаты взносов
История МСП
Бизнес-ланч для авторов
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Атрибутика наших проектов

Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой