Наши юбиляры
Татьяна Ярцева
Поздравления юбиляру
И это все о ней.
Информация к размышлению








Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные блоги    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Мнение. Критические суждения об одном произведении.
Читаем и критикуем.
Презентации книг
наших авторов
Анна Гранатова
Фокстрот втроем не танцуют.
Приключения русских артистов в Англии
Конкурсы Клуба Красного Кота
Мой смешной любимец
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Справочник писателей
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Калужская область
Воронежская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Нижегородская область
Пермский Край
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Город Севастополь
Республика Крым
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Новосибирская область
Кемеровская область
Иркутская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Литвы
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Журнал "Фестиваль"
Журнал "Что хочет автор"
Журнал "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Любовно-сентиментальная прозаАвтор: Илья Майзельс
Объем: 15207 [ символов ]
Счастливое место. Рассказ
В конце лета на почтамте образовалась вакансия: не вернулась из
отпуска девушка, работавшая на выдаче почты до востребования.
Недавно она вышла замуж – за одного из получателей этой почты, и
тот потребовал, чтобы она сменила работу. Сказал – а то уведет еще
кто. По себе, мол, знаю.
Знакомые новобрачной предложили это место подружке, симпатичной
девушке по имени Катя, но работа на почтамте показалась ей скучной.
– Что вы меня в пенсионерки записываете, – cказала.
Но те замахали руками и стали щебетать, перебивая друг друга:
– Это же «до востребования…»
– Ты только вслушайся, как звучит! Это так романтично…
И под конец выдали главный аргумент, с намеком на свадьбу девушки,
работавшей на этом месте:
– Глупая, ты что, не понимаешь? Ведь это счастливое место...
«Действительно, счастливое», – подумала Катя и вскоре уже спешила
по утрам на почтамт.
Сначала ничего особенного в этой работе она не видела. Но вот в один
из дней к ней подошла смуглая от загара женщина и предъявила
документы на имя Щербаковой И.Г. В почте до востребования нашлось
письмо на имя Щербакова А.В., и Катя, неопытная душа, спросила
женщину:
– Это ваш муж?
– Да-да... – как-то растеряно ответила Щербакова.
– Тогда возьмите.
И Катя простосердечно рассказала об этом своей начальнице. Та ей и
всыпала – для начала, а потом просветила, наконец, и об этих загарах
на югах, и вообще про супружеские верность-неверность. Неверность
она даже назвала как-то чудно, по-иностранному – адюльтер.
Щербаковы – порознь – приходили еще раза два или три. Муж
беспечно улыбался, и не догадываясь, под каким он колпаком у жены. А
она, коварная, спрашивала почту для себя и этак небрежно, как бы
заодно, интересовалась и почтой для мужа. Но никакие уловки этой
артистке не помогали: Катя стояла насмерть, оберегая служебную
тайну.
Со временем она и сама стала что-то понимать. Однажды увидела
женщину, которая медленно шла по операционному залу и искала
глазами по табличкам и указателям. Рядом с ней бежала маленькая
собачка, обыкновенная болонка, но у ее хозяйки были такие загорелые
ноги, что на их фоне собачка казалась ослепительно белой. «Это ко
мне» – решила Катя, и не ошиблась – женщина подошла к ее окошку,
стыдливо, точно на приеме у гинеколога, раскрыла перед ней свой
паспорт и замерла в ожидании ответа. Писем ей не было; смущенно
улыбаясь, она отошла. Потом женщина приходила еще и еще, но Катя
только разводила руками.
А в последний приход она сказала Кате, заметив на себе ее
сочувственный взгляд:
– Ну что, похожи мы на Даму с собачкой?
– Похожи, – ответила Катя, – я и сама вас так называю.
Тем временем подруги Кати выходили замуж; не все у них складывалось
ладно, и она давала им практические советы:
– Вы на почте узнайте, не пишет ли им кто до востребования? – И,
точно специалист, ставила диагноз: – Тут ясное дело – адюльтер.
Подруги французостей таких не знали, но рассказы их звучали
похлеще: выходило, что мужчины – это такой народ, от которого
можно ожидать что угодно. А вскоре Катя и сама вышла замуж, но так
же не совсем удачно. Жили у свекрови, непросто, одно было спасение –
сын родился. Катя была неконфликтной, старалась не спорить, а все
свои несогласия – сначала со свекровью, а потом и с мужем,
запрятывала вглубь себя. Но со
временем это стало все больше тяготить, и она рада была, когда отпуск
по уходу за ребенком закончился.
Первое время после возвращения на работу она принимала заказные
письма и бандероли, а на почте до востребования сидела-подремывала
учительница-пенсионерка. Порой, взглянув на фамилию в паспорте, она
говорила: «Да, был у меня такой ученик...» и уходила в забытье. Из-за
этих минут ей и нравилась здесь работать, из-за них ее отсюда и
попросили.
Катя снова стала работать на прежнем месте. В семье у нее
продолжались тихие нелады. Свекровь, ревнивый, недоверчивый дух;
муж, просто муж... Любви не было, а ребенок, маленький лопотун,
порой казался ей только заложником, связывающим ее с этими чужими
людьми.
На заказных письмах да бандеролях, может, и утряслось, наладилось
в их семье как надо. Ох, это надо, несчастливое счастье оно стольких
семей, без прядинки, без ниточки любви связанных на долгие годы…
Мама рассказывала, что отца в семье держала одна только Катина
фраза: «Папочка, я буду самой-самой хорошей, только вы с мамой не
разводитесь!..» Вот и жили, «как надо», еще столько лет… И все равно
развелись: дочь выросла, надо перестало быть долгом, а ничего другого
между родителями так и не завязалось.
На письмах до востребования «как надо» не получалось. Здесь Катя
точно ветреную приятельницу завела, которая все подталкивала: не
горюй, подружка, не хорони себя в мужниной тягомотине. Посмотри,
как счастливы эти несчастные, с протянутыми к тебе паспортами, и
ложь их честнее ленивой любви с нелюбимыми.
Болячки не заживают, когда их теребят. А тут еще инженер один,
Сергей, прибывший в их город по переводу. Он был семейный, но
приехал пока один. Катя вручала ему письма от жены; иногда он их тут
же прочитывал и говорил симпатичной девушке:
– О-о, законная велит мне держаться! Катенька, махнем сегодня в кино?
Катя улыбалась – и с каждым разом шутки в его шутках было все
меньше. А однажды в почте до востребования она с удивлением
обнаружила письмо, адресованное ей самой. В конверте оказались
несколько листков бумаги с рисунками, под которыми были маленькие
текстовки-пояснения. Это был настоящий комикс-рассказ в картинках.
Его герой, незадачливый командировочный, пришел на почту –
выяснить, нет ли ему что до востребования. В ответ некая
столоначальница, чем-то похожая на Катю, затребовала с него
множество документов, включая свидетельство о браке, потом
принудила заполнить несколько анкет, поставила на какой-то особый
учет и взяла подписку о неразглашении государственной тайны. За всей
этой писаниной и сбором документов бедолага и помнить забыл, зачем
приходил на почту, и в конце концов оказывался в объятиях этой
столоначальницы, не забывшей сначала взять с него подписку о
невыезде. Под последней картинкой он сделал приписку: «Катя
+Сергей» и нарисовал вопросительный знак…
Через несколько дней Катя передала Сергею письмо, в котором был
листок бумаги с небольшим рисунком: два человечка с крылышками
отчаянно стремились в небо – чтобы парить вдвоем в бескрайней
вышине, но улететь не могли: мешали тяжелые обручальные кольца, не
пускавшие их в полет. Под рисунком была сделана приписка «Сергей
+Катя», а рядом – несколько больших вопросов...
А еще через день, будто случайно, он оказался в том же автобусе, на
котором Катя добиралась домой после работы. Автобус ехал до
отдаленного пригорода. Мужу она сказала потом, что была у
подружки...
Адюльтер вошел теперь и в ее собственную жизнь. Несчастная,
порой она чувствовала себя такой счастливой... А чтобы забыть про эти
ее вопросы с рисунка, она снимала обручальные кольца – свое и его, и
прятала их подальше от глаз. Тайные встречи, в спешке, с
поглядыванием на часы, вынужденная необходимость врать... Им не
дано было парить в лазури, ведь адюльтер – счастье на поводке. Только
видно это лишь на трезвую голову. Но влюбленным и петля за платочек
кажется; хорошо, если прозреют вовремя, когда земля еще под
ногами...
...Сергей прозрел в командировке. Произошло это случайно – если,
конечно, верить, что всем в жизни управляет лишь случай. Днем у него
выдалось свободное время, и он написал Кате письмо – длинное, в
несколько листков, но сразу отправить его не смог: у почтового ящика
задержала одна старушка, которой все не удавалось опустить конверт
в узкую прорезь – руки не слушались. Сергею рисунок на ее конверте
был знаком – такой же рисунок был и на конверте, который он держал
сейчас в своих руках. Он еще раз посмотрел на него, представил, как
Катя возьмет его в руки, обрадуется написанным на нем строчкам, столь
привычному «Главпочтамт, до востребования...» Но что это? На
конверте он увидел другой, но тоже такой знакомый, привычный адрес:
это был его собственный адрес, а значит, письмо Кате – как бомбу! –
получила бы его собственная жена...
Сергей окаменел – точно статуя, потом его затрясло.
– Милок, – донесся до него голос старушки, – помог бы ты мне, милок,
боюсь, совсем конверт изомну.
– Конечно, конечно... – сказал Сергей.
Он торопливо сунул свое письмо в дипломат, потом взял у нее конверт,
но в ящик опустил его не сразу – от волнения руки у Сергея тоже не
хотели слушаться.
– Спаси тебя Господь, – поблагодарила она добрым словом.
– Спасибо и тебе, мамаша, – ответил Сергей.
Что-то бормоча, с трудом передвигая ноги, старушка покостыляла своей
дорогой. А он смотрел ей вслед, пока ее не скрыло углами-стенами
больших домов, и повторял про себя: «Слава тебе, Господи, отвел от
беды...»
...С письмом в дипломате Сергей шел по пустеющим улицам, мимо
кафе, магазинов, ларьков. Город был ему незнаком, но он шел,
забывшись, и ничего вокруг не замечал. Остановила его лишь вывеска
на одном из домов: «Почта. Телеграф. Телефон». Немного подумав, он
зашел внутрь, купил конверт и с особой аккуратностью написал на нем
адрес
Кати. Затем еще раз прочитал письмо, неуверенно вложил его в
подписанный конверт – и выложил обратно.
Вечер он провел в гостинице, в маленькой неуютной комнате с
казенными номерами на мебели. Красный одноногий торшер тускло
освещал стол, на котором друг против друга лежали два конверта. На
одном был адрес Кати, а на другом – жены. Катю он любил сейчас, а
жену... Жену он любил – когда-то, но потом, за тысячами прожитых
вместе дней, тысячами разных событий эта любовь исчезла, или
осталась, забитая, позабытая, под пластами этих дней и событий... И
возникла любовь другая, молодая, яркая, не придавленная этими
пластами… Сергей спрашивал себя, что значит для него Катя и что
значат жена, семья, дом. Пытался что-то сравнивать, сопоставлять,
но...– разве есть такие весы, на которых можно взвешивать чувства –
чувства любви, отцовства, домашнего очага?
Он сидел у стола, на скрипучем стуле, и ему было не по себе – эти
конверты напротив точно держали его на прицеле. Казалось, они
устроили ему перекрестный допрос, и столько вранья его стало
вылезать наружу, ведь адюльтер – это ложь двоим. Тогда он взял
конверты в руки и стал рассматривать их по отдельности. И опять стало
не по себе – точно стоявшие за ними женщины устроили ему очную
ставку. И каждая требовала – выбирай: я, или она, дальше так
продолжаться не может…
Несколько дней он не мог ни что решиться. Надумал было позвонить
жене: рассказать все как есть, и пусть решает сама – как решит, так и
будет. Но что-то все не пускало его на переговорный пункт: то на
работе задержка, то выйти не мог из комнаты – ключ куда-то
запропастился; потом ключ принесли – из гостиничного буфета;
оказывается, там он его забыл, случайно…Но ему уже думалось, что все
это совсем не случайно, как не случайна была и та старушка у
почтового ящика, с таким же, как у него, конвертом, и слова ее: «Спаси
тебя Господь!» – тоже были не случайны.
Он так и остался в комнате. Читал стихи – из книжки, кем-то здесь
случайно (!?) забытой, но вскоре понял, что вместо чтения лишь шепчет
про себя: «Господи, вразуми...»
«Господи, вразуми!» – прошептал Сергей уже вслух. Лампочка в
торшере вдруг тихо вскрикнула и погасла. В комнате стало темно.
Сергей покачал головой: как это можно верить, что всем в жизни
управляет лишь случай...
Он включил верхний свет, достал из дипломата чистые листы бумаги
и долго не выходил из-за стола. А утром отправил Кате письмо – новое,
взамен того, что чуть было – как бомба! – не разрушило его
собственный дом.
«... Там тихая вода, не круты берега,
Нет унижений, страха и вранья.
Да только врут глаза,
И холодна рука,
От желтого неснятого кольца...
Узнаешь – это о наших супружествах. Не случайно, когда мы вместе,
ты снимаешь обручальные кольца, твое и мое, и прячешь их подальше
от глаз. Такая у нас любовь – вся в прятках. Зато в супружествах все на
виду, прятать приходится только нелюбовь. Приходится, да только с
каждым днем это дается все трудней, иногда трудно даже просто
смотреть в глаза. А на днях все это могло открыться, как избежал беды
– Бог ведает. Видно, тайные наши любовь-нелюбовь сами стали
проситься наружу. И смотри – они уносят нас на быстрину! Наши семьи в
беспомощных лодках несет по быстрой воде. Ты не видишь? – вот-вот
их начнет крутить. А от скольких семейных лодок тут плывут лишь одни
обломки...Признаюсь, у меня даже голову кружит. Значит, просто нельзя
больше лгать?..
Вот, подумаешь, развел многоточия, разлагаю любовь по полочкам.
Коли любишь кого – это главное. Ври, унизься – любовью покроется. Но
ведь ложь, любовь – не вся арифметика. Посчитай еще в наших лодках,
сколько всех там, моих и твоих? И представь, что их ждет за
быстриной... Представила? И я не могу.
Глянь, еще вон плывут по быстрине. Слышишь, сплетницы
затараторили. «Да ты что-о?» – обсуждают новость. Завтра и нас
увидят. Не возражай, не спорь. Прочитала – и прочь с быстрины.
Спрашиваешь – надолго? Не знаю, как сложится жизнь...»
В конце письма он пририсовал грустную картинку: быстрая река,
острые скалистые берега, пороги, – и крохотные островки, на которых,
как зайчишки в ледоход, беспомощно жмутся дети, с испуганными
глазами…А вместо вопросительных знаков – как в прежней их переписке
с картинками – под рисунком был только короткий, но выразительный
прочерк.
...С письмом в сумочке Катя шла по пустеющим улицам, мимо кафе,
магазинов, ларьков. На работе она еще держалась, но теперь шла,
забывшись, как та учительница-пенсионерка, и ничего вокруг не
замечала. Остановила ее лишь вывеска на одном из домов: «Почта.
Телеграф. Телефон». Немного подумав, Катя зашла внутрь и купила
конверт с очень яркой – не к случаю – маркой. На конверте она
написала адрес своего почтамта и фамилию женщины в
солнцезащитных – еще с юга? – очках, которая, как когда-то «дама с
собачкой», столько раз уже подходила напрасно к ее окошку. Затем она
еще раз прочитала письмо Сергея и вложила его в подписанный
конверт. Через несколько дней женщина в солнцезащитных очках
получила это письмо из Катиных рук и больше к ее окошку не
подходила. Да и писем, что она ждала, ей так и не поступило. Как не
поступило писем и Кате...
Болячки не заживают, когда их теребят. Сейчас Катя снова
работает на приеме заказных писем и бандеролей. Работает спокойно
и равнодушно – будто пенсионерка. А на «счастливом месте» сидит-
позевывает другая женщина. Она уже в годах, но Катя с ней дружит и
иногда говорит ей в шутку:
– Господи, хоть бы и мне кто написал. Ничего бы не пожалела...
А та отвечает:
– Раньше надо было просить, когда здесь работала...
– Кто ж знал? Так уж сложилась жизнь...
 
.
Copyright: Илья Майзельс, 2011
Свидетельство о публикации №34142
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 12.11.2011 09:58

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

 1   2 

Рецензии
Julia Dobrovolskaya (Юлия Добровольская)[ 08.02.2005 ]
   Грустно!
Наталья Балуева[ 29.07.2005 ]
   Распечатала себе несколько Ваших рассказов и "ушла" читать. Если говорить вцелом, то мне понравилось, что Ваша проза очень живая. Нет надуманности. Все настолько реально описано, словно копии с рядом существующих людей сняты. Но вот этот рассказ меня просто ошарашил. Причем всем: и рисунками в письмах, и мыслями, и последним письмом Сергея. Никак не могу выйти из этого состояния...
   Вот, ничего толкового, но просто промолчать не смогла :)
   С уважением, Наташа.
 
Илья Майзельс[ 29.07.2005 ]
   Наташа, "Счастливое место" место - это грустная поэма о любви. Что бы не так грустилось, я всегда "прописываю" другую поэму - "Донник - сердечная трава", в которой, кроме грустинок, много иронии и улыбок...
Наталья Балуева[ 29.07.2005 ]
   Грустная, Илья...
   но в ней столько всего... правильного. Жизнь, тем более правильная, вообще вещь грустная. Но если доктор прописал, то пойду полечусь сердечной травой :))))
   Спасибо.
Лара Галль[ 30.07.2005 ]
   Ильюша. Вы неподкупны. :)Самого изощренного писательского соблазна умеет избегать. Ведь пишешь сам и можешь наделить героя всем тем, чем его обделила жизнь. А Вы, словно патологоанатом производите вскрытие любви на живых, и говорите им всю правду. А она такая бОльная эта правда. Но...целительная. И Ваш взгляд и стиль повествования сторонний, но теплый, живой, с той долей участия, которая не есть вмешательство, не есть суждение.
   Драгоценная сбалансированность. За которой стоит так много, что сбивается дыхание...
 
Лара Галль[ 01.08.2005 ]
   Здесь ничего мне не ответил Ильюша Майзельс...Молчит, как Будда...
Илья Майзельс[ 01.08.2005 ]
   Лара, если серьезно, то в этом рассказе столько глубин, столько нюансов и т.п. И главное - столько обобщений! Первоначальный вариант его - под названием "Адюльтер" был написано столько женщин назад... Ой что это я все ишу не то - я имел ввиду, столько лет назад! Но только с годами в нем стали появляться эти глубины и нюансы... Жалко, нет у нас возможностей как-то иллюстрировать произведения, ато можно было бы поместить здесь иллюстрацию очень хорошего художника к этому рассказу, который была опубликована в одной книге...
    Спасибо за внимание в моим рассказам!
Лара Галль[ 02.08.2005 ]
   Ах, Ильюша, Вы просто интересничаете! Столько женщин назад- это отличная шкала. Вы просто хотите сказать, что уже стольких осчастливили, а сколько еще впереди у незнакомок прекрасных мгновений! И кто после этого коварный?! Ах, не говорите, знаю без Вас!
Солнечная женщина[ 19.10.2005 ]
   "адюльтер – счастье на поводке" - БЛЕСТЯЩЕ!
   Жизненная история.
   Спасибо!
   С искренней симпатией,
Михаил Близнец[ 27.10.2005 ]
   Прошло тридцать лет и три года. Пришла старушка к гинекологу, а потом постыдилась, и одумалась. Болячки-то заживают только тогда, когда их не теребят. И покостыляла старушка на почту к телеграфу, походатайствовать, стало быть, чтобы ей телефон отключили, да заодно и почтовый ящик спилили за ненадобностью.
Natali[ 01.11.2005 ]
   Илья, это снова я.
   Еще больше захватывает.
   Чем дальше, тем интереснее, а главное жизненнно
Ronifox[ 03.06.2006 ]
   Случайно забрела, и не жалею. Приду еще - читать другие рассказы. Спасибо.
 
Илья Майзельс[ 03.06.2006 ]
   Всегда рад...
Ирина Фаер[ 23.03.2008 ]
   "Наши семьи в беспомощных лодках несет по быстрой воде. Ты не видишь? – вот-вот их начнет крутить. А от скольких семейных лодок тут плывут лишь одни обломки... " - ОТРЕЗВЛЯЕТ! и, главное, как вовремя...
Нора Светличная[ 02.04.2008 ]
   Прочитала с интересом. Всё показано последовательно и убедительно.
    Сергею повезло со старушкой. А вот что касается Случайностей...
    Хорошую мысль вы затронули. Есть о чём призадуматься. И ещё как!
    Спасибо.
Нора Светличная[ 02.04.2008 ]
   Прочитала с интересом. Всё показано последовательно и убедительно.
    Сергею повезло со старушкой. А вот что касается Случайностей...
    Хорошую мысль вы затронули. Есть о чём призадуматься. И ещё как!
    Спасибо.

 1   2 

Конкурсы на премии
МСП "Новый Современник"
   
Буфет. Истории
за нашим столом
Поговорим о русском языке
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
2020 год
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
2019 год
Справочник литературных организаций
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
2020 год
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Патриоты портала
Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Альманах прозы Английского клуба
Отправить произведение
Новости и объявления
Проекты Литературной критики
Атрибутика наших проектов