Рецензия на книгу или стихи: зачем нужна? Приглашаем к участию в проекте "Критика вызывали?", который открывает дежурная по порталу Регина Канаева.











Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Дежурный по порталу
Регина Канаева
Критика вызывали?

Буфет. Истории
за нашим столом
О ЛЮБВИ - С УЛЫБКОЙ.Флешмоб.
Рассказ
Иван Габов
Люди творческой профессии
Философская и религиозная лирика
Таисия Григорьева
Выплескиваю чувства на бумагу...
Конкурсы на призы Литературного фонда имени Сергея Есенина
Литературный конкурс "Рассвет"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: РассказАвтор: Арье Бацаль
Объем: 19878 [ символов ]
Час Фазана
Мне снится железнодорожный вокзал. Стою в длинной очереди за билетами. Но вот подходит поезд. Пассажиры торопятся на посадку. А я и ещё несколько человек, так и не добравшихся до билетной кассы, с досадой смотрим через окно на поезд, увозящий счастливых обладателей билетов. Просыпаюсь и остро переживаю неудачу.
Через несколько дней снова сон. Я в сельской местности, в толпе коллег, которым не удалось уехать автобусом. Но вот подъезжает грузовик, чтобы забрать оставшихся. Он быстро заполняется людьми и отходит. А я в числе немногих остаюсь на мокрой, грязной дороге. Мы не успели залезть в кузов грузовика. Просыпаюсь, ощущая себя хроническим неудачником.
Ещё несколько подобных снов, в которых изобретательно варьируется ситуация, но неизменен результат. Что же всё это значит? И вдруг неожиданное открытие. Среди счастливчиков, севших на уходящий поезд, я видел своего друга Натана, который… недавно умер!! А в числе уехавших в грузовике был Ури, мой товарищ студенческих лет. Во власти тревожной догадки, нахожу телефон Игала, бывшего однокурсника.
- Привет Игал, это я, Зеев. Как дела?
- Спасибо, - отвечает старый друг. – Пока ничего. Я на пенсии. Ты как?
- То же самое. А что-нибудь слышно про Ури? Как он поживает?
- Ури?! – удивляется Игал. – В начале прошлой недели похоронили. Саркома мозга.
В начале прошлой недели? Когда в моём сне он так энергично залезал в кузов грузовика?! Выходит, все мои неудачи во сне - лишь сигналы, что пока смерть мне не угрожает?! И я начинаю размышлять. Отец умер в возрасте девяноста семи лет. Если я унаследовал его долголетие, у меня впереди лет тридцать. Это же целая вторая жизнь! Результаты ежегодных медицинских тестов подтверждали такой прогноз. Ни одного отклонения от нормы. Так что же я собой представляю на пороге второй жизни? Мне шестьдесят шесть лет, жена умерла три года тому назад, а замужняя дочь живёт в другом городе. И у меня приличная пенсия.
Современные стереотипы жизни человека примерно соответствовали следующей схеме: получить образование, найти хорошую работу, обзавестись семьёй, сделать карьеру, вырастить детей и уйти на покой. Формула "уйти на покой" распространялась и на ещё непризнанную вторую жизнь, которая в недалёкой предыстории была редкостью. Но во второй половине двадцатого века в развитых странах средняя продолжительность жизни превысила восемьдесят лет. Средняя! Значит, у многих послепенсионный период составляет 25-40 лет. И эти годы люди проводят в режиме доживания, в полном соответствии с ещё господствующей парадигмой прошлого.
Но тогда, как следует прожить эту вторую жизнь? Начать всё сначала - найти работу, обзавестись новой семьёй? Но я колебался. Для того ли жизнь даётся второй раз, чтобы повторять прежний сценарий? Да и был ли он хорош? Не уверен. Я не прекращал думать об этом, ложась спать.
Мне снился большой парк, в котором и деревья, и скамейки, и даже сам воздух были синими. Я прошёлся по аллее и присел на скамейку. Вокруг ни души. Как вдруг на скамейке рядом со мной возникла дама. Она была в длинном тёмном платье, лицо слегка прикрыто вуалью.
- Вы не должны бояться меня, - её голос успокаивал. - Я Одиночество. Люди приходят в этот парк ко мне, чтобы заглянуть в свою душу.
- Я н-не б-боюсь, - отделаться от страха было не так-то просто. - А почему этот парк синий?
- Это цвет одиночества. Вы слышали фразу: "Каждый охотник желает знать, где сидят фазаны"?
- Слышал. Мы её заучивали в школе, чтобы запомнить цветовые компоненты спектра белого света: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий, фиолетовый.
- Да. Но эти семь цветов символизируют всю человеческую жизнь. Она начинается с красного, знаменующего любовь ваших родителей и ваше рождение. Потом следует оранжевое детство, желторотое отрочество, зелёная юность, голубое счастье зрелости и синее одиночество старости.
- А почему вы ничего не сказали о фиолетовом?
Дама помедлила.
- В фиолетовом сегменте, в последний час перед смертью, подводятся итоги жизни, - объяснила она. - Это и есть Час Фазана, когда человек испытывает высшее счастье от осознания хорошо прожитой жизни, или горькое разочарование, если она не удалась.
- Как же нужно жить, чтобы в Час Фазана испытывать высшее счастье?
- Не знаю, - призналась дама. - Но, в принципе, у человека есть две основных цели – воспроизводство поколения и раскрытие духовной составляющей своей личности, то есть, самовыражение.
- Так, может, вторая жизнь и даётся для самовыражения?
- Что?! – слова «вторая жизнь» вначале вызвали у неё недоумение. – Ну да. Если вы вырастили детей, но не раскрыли потенциал своей личности, это можно сделать в оставшееся время.
- Но вы же знаете, в чём я могу найти своё самовыражение?
- Вы должны найти его сами, - улыбнулась дама. – А я, Зеев, в любом случае, желаю вам улыбаться в Час Фазана.
 
Этот сон предопределил направление моих поисков. Я вспомнил давнишний разговор с учительницей, неизменно ставившей мне высшие оценки за школьные сочинения.
- Кем ты, Зеев, собираешься стать? – поинтересовалась она.
- Инженером-машиностроителем.
- А писателем не хочешь?
- Я не думал об этом.
Зато теперь этим только и были заняты мои мысли. Помню, прочтя роман "Ночь нежна" Френсиса Фитцджеральда, я с завистью подумал, что так написать не смог бы. Как будто я вообще мог что-то написать. А, может быть…. И я сел за компьютер.
Через неделю мой первый рассказ был готов. В нём известный израильский леворадикальный политик выступал, как главнокомандующий Красной Армии во время Сталинградской битвы, и на этом посту он трогательно заботился о благополучии немецких солдат. То была сатира на беспримерные особенности арабо-израильских войн, в ходе которых израильтяне поставляли своему врагу продовольствие, медикаменты, воду и электроэнергию, лечили в своих больницах его раненых. Это произведение я послал в любимую газету и, увидев его уже в её ближайшем номере, сразу же написал второй рассказ. С ним произошло то же самое.
Когда число рассказов приблизилось к десяти, я издал их отдельной книгой. Потом написал роман о Второй мировой войне. В нём война трактовалась, как взрыв человеческой ненависти, вызревавший в течение тысячелетий развития общественной психологии христианской цивилизации. Такой подход позволял многое объяснить. И мои идеи встречали у людей интерес и понимание. За четыре года, работая по четырнадцать часов в сутки без выходных и праздников, я опубликовал три книги и был принят в Союз израильских писателей. Четвёртым был сборник стихов.
 
Как-то вечером, в мою дверь позвонили. У порога стояла девушка лет двадцати восьми.
- Извините, - произнесла она не без смущения, - я ищу работа. Уборка, стирка, ухаживать больные, купить продукты и лекарства. Я Наташа, репатриант из России.
Мне захотелось ей помочь. И мы договорились, что каждый четверг она будет делать у меня уборку. Два с половиной часа Наташа прибирала квартиру, затем получала деньги и уходила. Так прошли три недели, и началась четвёртая. В четверг она, как обычно, работала в гостиной, а я сидел за компьютером в своём кабинете. Потом я заглянул в гостиную и увидел её у журнального столика. Она, стоя, читала книгу моих стихов.
- Вы уже так хорошо владеете языком? – вежливо поинтересовался я.
В ответ она закрыла книгу и, не оборачиваясь, продекламировала на чистейшем иврите:
В таинственном чертоге откровений
Царица Истина на троне знания
Читала манускрипт сомнений
Предвечного издания.
- Вам нравятся мои стихи? – растеряно пробормотал я.
- Очень, - она обернулась ко мне. - Ваша Истина – царица, и она опирается на знание, проверенное предвечным сомнением. Идеальный образ власти, очищенной от лжи.
Её иврит, лишённый даже намёка на русский акцент, и способность формулировать относительно сложные мысли говорили о многом.
- Вы коренная израильтянка с университетским образованием, - заключил я, уже полностью овладев собой. – Как же вас зовут?
- Ависага.
- А как вы стали уборщицей Наташей?
- Простите эту мою невинную уловку. Мне хотелось как-то приблизиться к вам.
- Но зачем?!
- Я читала все ваши книги. Они восхитительны. А презентация ваших стихов в Иерусалиме стала последней каплей.
- Какой каплей?
- С вами, Зеев, я могу стать настоящей библейской Ависагой. В этом и состоит моё предназначение. Я хочу посвятить вам свою жизнь.
- Ох, Ависага! – мне с трудом удавалось скрывать смущение. - Я старше вас лет на сорок. Вы молоды и красивы. Ваша жизнь только начинается. Зачем же приносить себя в жертву?
И тут я осознал, что панически боюсь её согласия с моими аргументами.
- Я не могу навязывать вам свою любовь, - она приблизилась на несколько шагов. – Но дайте мне хотя бы две недели. Неужели у меня даже шанса не будет?
- Ну, хорошо, - я не совсем понимал, что она имеет в виду.
- Извините, Зеев, но где я буду жить эти две недели?
- А вы хотите в моём доме?! Тогда… вон та комната свободна. В гостиной, в верхнем ящике буфета, ключи от квартиры.
Ависага переехала ко мне, взяв с собой лишь самую необходимую одежду и туалетные принадлежности. Теперь утром меня ждал готовый завтрак, а вечером ужин. После завтрака она уходила на работу, оставляя едва уловимый аромат духов и непреходящее впечатление от виноватой улыбки, пробивающейся сквозь озабоченность лица. Так, незаметно, и прошли две недели.
На следующий день я встал пораньше, чтобы успеть на писательскую конференцию в Тель-Авиве. Выпил кофе и поспешил на автобус. Дверь её комнаты была закрыта. Если Ависага останется, я сделаю вид, что ничего не произошло. И тогда...
Вернувшись домой, я обнаружил в почтовом ящике ключи от квартиры и записку:
"Уважаемый Зеев! Вы были очень добры, дав мне шанс. Но, увы, жизнь зависит не только от наших желаний. Хотя, моя душа по-прежнему незримыми нитями связана с вашей. Ависага"
Записка была написана на бланке издательства «Орбита», в котором она работала. В квартире ещё ощущался аромат её духов. Я сел за компьютер, но не смог сочинить даже двух строк.
Неужели я влюбился? Мне всегда казалось, что любовь - всего лишь условность, в рамках которой принято создавать шедевры искусства. А если бы мне сейчас предложили выбор – гениальность, или счастье любви? Я бы выбрал второе! Неужели?!
Я отправился в Тель-Авив, чтобы увидеть её. Издательство «Орбита» размещалось в офисном здании на улице Алленби. Было время обеденного перерыва. Чтобы переждать его, я зашёл в ближний скверик. Там было много людей. Но на одной скамейке, где сидели два молодых человека, имелось свободное место. Я опустился рядом с ними и достал газету. Молодые люди оживлённо беседовали.
- Всё-таки странно, Ешуа, - удивился один из них, - что ты, дипломированный психолог, находишь работу в издательстве «Орбита», да ещё с такой зарплатой.
- Что же здесь странного? – пожал плечами Ешуа, - наш директор, Матан, привлекает психологов для маркетинга. Вот недавно он дал мне в разработку одного популярного писателя. Я прочёл его книги, изучил биографию и разработал методику его маркетинговой обработки.
- Какой обработки?
- Я, Давид, нашёл его слабое место. Он одинок, жена умерла, взрослая дочь живёт отдельно. Такой человек не может не нуждаться в содержательной женщине.
- Ты подослал к нему даму?
- Точно. Её задача влюбить в себя клиента и сделать его нашим заказчиком.
- Видимо, красивая и умная? – предположил Давид.
- Симпатичная. Но что касается ума... Она даже не читала его книг. Я дал ей готовый сценарий и придумал другое имя - Ависага. По аналогии с героиней Библии, которая своим телом согревала старого царя Давида. У пожилого писателя это должно вызывать ассоциации.
- А где ты её нашёл?
- Она была секретаршей и любовницей Матана. Потом он переключился на другую, а её перевёл в мой отдел. Ну, я не против. Грешно отказываться от такой красотки…
- О, да, - улыбнулся Давид, - я тебя знаю. Но как же твоя семья?
- Одно другому не мешает. Я не стану менять мать своих детей на какую-то потаскуху.
Обеденный перерыв закончился. Скверик быстро опустел. И теперь мне казалось, что я люблю Ависагу ещё больше, чем раньше. Она – настоящее сокровище, красивая, умная, с тонким вкусом, с доброй и благородной душой. Жемчужина, втоптанная в грязь.
Я направился в издательство "Орбита». Оно располагалось на третьем этаже. А вот и дверь с табличкой "Исполнительный директор Матан Пинскер". И в это время меня окликнули. То была Ависага. Её улыбка казалась очень искренней.
- Зеев, я рада вам. Несмотря ни на что, мы же остаёмся друзьями? Правда?
- Разумеется, - пробормотал я.
Через минуту она уже представляла меня директору. Этот энергичный мужчина лет тридцати пяти, элегантно одетый и улыбающийся, очевидно, и был блестящим героем современной первой жизни, в которой обитала и Ависага.
- Очень приятно, Зеев, видеть вас в нашем издательстве, - Матан пожимал мне руку. - Я в восторге от ваших романов. Присаживайтесь. А вы, Натали, свободны.
Он при мне назвал Ависагу её настоящим именем, поскольку, очевидно, не вникал в детали психологических разработок своего подчинённого Ешуа. Она вышла из кабинета.
- Зеев, мы давно мечтаем сотрудничать с вами, – директор достал из папки несколько листов и протянул их мне. - Это проект договора о нашем долгосрочном сотрудничестве.
- Спасибо. Мы с моим адвокатом рассмотрим проект, - я встал. - К сожалению, у меня очень мало времени.
Мы попрощались, и я покинул директорский кабинет. За дверью меня ждала Ависага.
- Куда вы сейчас, Зеев?
- На автобусную станцию. Вы не хотите меня немного проводить?
- Я с удовольствием, - обрадовалась она.
Вскоре мы шли по улице Алленби.
- Если вы будете сотрудничать с «Орбитой», - заметила она, - мы сможем иногда видеться.
Этой фразой Ависага, по сути, блестяще завершала свою служебную миссию. Она влюбила меня в себя, привела в кабинет директора и вот сейчас побуждала подписать договор, якобы с тем, чтобы мы могли чаще встречаться. И тут мой взгляд наткнулся на витрину книжного магазина. В ней стояли мои произведения. Я предложил ей зайти туда и купил три своих книги.
- Можно подарить вам свои романы? - я протянул ей упаковку с книгами.
- Благодарю.
- Если вы их прочтёте и захотите позвонить мне, я буду рад.
- А вы уверены, что я их не читала? – она опустила глаза.
- Да. Мне всё о вас известно.
- И то, почему директор не назвал меня Ависагой?
- И это тоже.
- Зеев, вы меня презираете? Я слабая женщина, которая запуталась и измазалась в грязи.
- Нет, Ависага, я люблю вас. К вашей прекрасной душе не пристаёт никакая грязь. Вы из тех женщин, за которых умирают на дуэлях.
- Что вы, Зеев, - на её глазах показались слёзы.
Мы молча дошли до автобусной остановки. Любые слова казались лишними. Подошёл мой автобус. И, прежде чем войти в него, я дотронулся губами до её щеки.
Я решил, что больше никакой инициативы проявлять не буду. Прошла неделя и началась вторая. Наступила пятница, и я загадал, если до конца дня ничего не случится, мне придётся перевернуть эту страницу своей жизни, как будто ничего такого и не было.
Звонок раздался только в девять вечера. За дверью стояла Ависага. Я оцепенел.
- Добрый вечер, Зеев. Вы меня не прогоните?
- Я люблю тебя, - моё оцепенение сменилось взрывом энергии, я начал целовать Ависагу, а потом подхватил на руки и внёс в гостиную. – Выходи за меня замуж.
- Я согласна, но только при условии, что буду Ависагой.
- Как это понимать?
- Я хочу помогать тебе, быть твоей домработницей и наложницей. Я возьму на себя все заботы, которые могут отвлечь тебя от творчества.
- Но близко ли тебе такое служение?
- Это же, Зеев, природная женская роль. Я с юности мечтала посвятить свою жизнь любимому человеку.
 
Прошло двадцать пять лет. Они пронеслись, как сладкий сон, который тщетно пытаешься удержать в предутренней дремоте. Через год после нашей женитьбы Ависага родила мальчика. Роды были долгими и тяжёлыми. Утром я прибежал в роддом с охапкой хризантем. Она, обессиленная, лежала на кровати, а я целовал её руку и по моим щекам катились слёзы.
- Ты даже не интересуешься, кого я родила? – разочарованно произнесла она.
Это был единственный случай, когда она меня в чём-то укоряла.
 
За прошедшие четверть века у меня почти каждый год выходила одна книга, и их уже было свыше двадцати. Конечно, этим я был обязан Ависаге. Она освободила меня от бытовых забот, стала моим корректором и редактором, вела дела с иллюстраторами, переводчиками и издателями. Года через четыре мои книги начали приносить ощутимый доход, и мы купили в Ашкелоне, на берегу Средиземного моря, виллу с садом.
 
Когда мне исполнилось девяносто пять, я решил заняться садоводством. Обрезал кроны оливковых и апельсиновых деревьев, у границы участка посадил виноград. Основные идеи, выношенные в течение жизни, уже были высказаны. В застеклённом шкафу стояли ряды моих книг, изданных на нескольких европейских языках. И всё-таки, среди них не было самой сокровенной. Я сел за компьютер и написал заголовок «Час Фазана». Что это будет, повесть или роман, пока было неясно. И, продолжая заниматься садом, в перерывах я вспоминал прожитую жизнь и писал «Час Фазана».
Прошло ещё четыре года. Мой сад плодоносил, а я научился делать вино и оливковое масло не хуже своих библейских предков. В этом было что-то мистическое, как прикосновение к вечности.
 
И вот мне снится знакомый сон. Я у билетной кассы вокзала.
- Возьмите ваш билет, - говорит улыбающаяся кассирша.
Я взял билет, расплатился и… проснулся. Над толкованием сна долго думать не приходилось. Оно было вполне однозначным. В этот момент в кабинет заглянула Ависага.
- Зеев, ты будешь завтракать?
- Разумеется.
Мы завтракали за маленьким столиком на кухне.
- Я никак не могу закончить повесть «Час Фазана», - осторожно начал я. - Она о нас с тобой. Я хочу, чтобы её закончила ты.
- Я?! – удивилась Ависага. – Ну, хорошо, завтра посмотрю.
Я вернулся к компьютеру и в продолжение повести «Час Фазана» написал: «Прощай, любимая! Я мог бы долго говорить о своих чувствах, но их можно выразить всего одним словом: Люблю!».
 
ЭПИЛОГ
Просьба Зеева закончить повесть «Час Фазана» вспомнилась мне только через три дня после его похорон. Я читала её, заливаясь слезами. Но лучше рассказать всё по порядку.
В тот день, вечером, я занесла в кабинет мужа почту. Он лежал на диване.
- Зеев, тебе нездоровится? Может вызвать врача?
- Не нужно. Сердце, правда, покалывает, но после почти ста лет безупречной работы оно вправе немного покапризничать.
На следующее утро я заглянула в кабинет Зеева, чтобы пригласить его к завтраку. Он лежал на своём диване с закрытыми глазами и улыбался. Это была такая завораживающая улыбка, что от неё трудно было оторвать взгляд. Я не решилась будить его и зашла через полчаса. Его вид испугал меня. Пульс не прощупывался, и я вызвала скорую помощь. Врач констатировал смерть.
Только теперь, после чтения повести, мне стало ясно, что в свой Час Фазана Зеев улыбался, и я видела эту поразительную улыбку. То был час полного триумфа его личности, счастливо завершившей свой замечательный земной путь.
Copyright: Арье Бацаль, 2014
Свидетельство о публикации №336137
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 10.12.2014 14:14

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
История праздника Дня святого Валентина
Гражданская лирика
Людмила Руколь
Дым отечества
Ирина Горбань
в телепрограмме
"Поэзия Донбаса
Наши Новогодние конкурсы
в 4-х томах
Устав, Положения, документы для приема
Билеты МСП
Конкурсы 2022 года
Дипломы Номинатов конкурсов МСП 2022 года
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России
Литературное объединение
«Стол юмора и сатиры»
Общие помышления о застольях
Первая тема застолья с бравым солдатом Швейком:как Макрон огорчил Зеленского
Комплименты для участников застолий
Cпециальные предложения
от Кабачка "12 стульев"
Общий раздел Кабачка "12 стульев"