Вниманию членов МСП и авторов, желающих вступить в наш Союз писателей. Началось размещение произведений во второй этап Литературного конкурса на премию МСП «Новый Современник» «Чаша Таланта - 2017». Читайте Положение о проекте в разделе конкурса в центре портала.
САМЫЙ ЯРКИЙ ПРАЗДНИК ГОДА - 2018
Новогодний конкурс
Положение
Иноформация и новости
Номинации конкурса


Главная    Лента рецензий    Ленты форумов    Круглый стол    Обзоры и итоги конкурсов    Новости дня и объявления    Чаты для общения. Заходи, кто на портале.    Между нами, писателями, говоря...    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Бенефис
Раисы Лобацкой
Моя жизнь в
очертаниях 500 слов
Об истоках творчества
Великолепная Эльвира!
4-я страница обложки
журнала "Великолепная десятка-2"
Как разместить материалы о себе на обложках наших изданий


Что хочет автор
Электронная газета
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Рекомендуем новых авторов
Альманах "Автограф"
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Просто о жизниАвтор: Олег Бунтарев
Объем: 11231 [ символов ]
Нить
Нить
 
Он прятался за нагромождением мешков, арматуры и колесных шин. Вот
он враг – впереди, еще немного - и можно будет бросить бутылку с
зажигательной смесью. Он ненавидел, он жаждал убить, растоптать
этих ненавистных ему людей в служебной униформе и касках,
вооруженных щитами и резиновыми дубинками.
 
Первая брошенная им бутылка не долетела. Какая досада! «Надо еще
подождать, пусть ближе подойдут», - думал он.
 
- Эй, Грицко, ты что там, примерз? Бросай следующую! – это кричал
ему сотник.
- Рано еще, не докидываю, пусть ближе подойдут, – отвечал Грицко, не
оборачиваясь. Там такие же, как и он, молодые парни готовили и
подавали сидящим на баррикадах «коктейли Молотова».
 
Наступающий «Беркут» отступил и укрылся за металлическим забором с
высоким бетонным постаментом.
 
- Геть, ребята, геть! Не давайте им расслабиться! Кидайте, кто -
брусчатку, кто - зажигалки. И не волыньте, ща мы им покажем красного
петуха! – это снова кричал сотник. И под прикрытием падающих на
«Беркут» камней Грицко метнул свою бутыль со смесью бензина и
растительного масла.
 
Он видел, как она взвилась вверх, маленький язычок пламени на фитиле
загорелся ярче, и бутылка, разбившись о колонну, выплеснула
содержимое на милиционеров. Как живые факелы, они бросились
врассыпную, отпихивая своих товарищей, пытавшихся им помочь, а
потом падали на землю и бились в предсмертных конвульсиях. Это
зрелище и одобрительный гул толпы позади заставляли Грицко
гордиться собой и чувствовать себя героем.
 
- Вот усе бы так, и мы бы этого… - сотника прервал вызов по рации. –
Да, слухаю. В гостиницу? Так там сидят наши. Связаться не можете? Ща
пошлю гарна хлопца, он им передаст приказ. – Повернувшись к Грицко,
он сказал: - Бежи до гостиницы, там наши. Скажи, что приказ поступил.
И обратно. Понял?
- Слава Украине!
- Героям слава! – сотник уже шел наставлять других бойцов.
 
Возле гостиницы «Украина» Грицко остановили люди в масках.
- Куда прешь?
- Сотник приказал начинать. Я от баррикад.
- Ясно, иди, возвращайся. Скажи, что начали.
 
Он бежал по Институтской, когда увидел отступающих бойцов своей
сотни. Навстречу им шли беркутовцы с автоматами и желтыми
повязками на рукавах. Прикрываясь щитами, защитники Майдана
пытались перейти в контрнаступление. Но в этот момент то тут, то там
начали свистеть пули, и бойцы падали на мостовую, хватались руками
за раны, ползли в укрытие, пытаясь спастись от неминуемой смерти.
 
Сначала Грицко кинуло на землю, и он даже не понял, что тоже ранен.
Кровь струилась из ноги, а потом пришла и боль. Кто-то пытался его
прикрыть бесполезным щитом и оттащить в сторону. Но тоже упал
рядом и схватился за шею, из которой, пульсируя, хлестала кровь.
Оттолкнувшись от умирающего товарища, Грицко заполз за
спасительное бетонное укрытие. Но пуля, пущенная в спину, завершила
его жизненный путь.
- В спину...- это была последняя мысль умирающего Грицко.
 
***
 
- Да что же они делают, – Михайло, закрываясь щитом от летящих
камней, помог бойцу спрятаться в «черепахе» (римский способ защиты
от летящих в бойцов камней).
То и дело атакующие подбегали к передним рядам «Беркута» и,
оттягивая щиты на себя, брызгали газом в образовавшиеся щели.
Следом за ними шли с палками и битами, а иногда на щиты падали
бутылки с зажигательной смесью. Потушить смесь бензина и масла было
сложно, многие беркутовцы получали серьезные ожоги, и их
отправляли в тыл. Хотя, какой тыл? Весь город в огне и дыме. Многие
правительственные учреждения уже в руках восставших. Телефоны не
работают, президент, говорят, сбежал. Но есть приказ «Стоять», и они,
верные долгу и присяге, стояли против обезумевшей толпы. Их
забрасывали камнями, били битами и арматурой, жгли бутылками с
зажигательной смесью, а они стояли.
- Приказ: оружия не применять. Стоять, ребята, стоять, обещали
изменить приказ. Сюда едут войска внутренних войск.
- Да у нас уже половина обгоревших. Куда стоять? Разрешите
применить оружие? – это кто-то из уже обожженных. Михайло знал
его. Жили рядом, только в разных ротах служили. Сейчас его не узнать,
ему бы в больницу, а он здесь в бинтах и полон уверенности, что это
временное поражение.
- Слыхали? Президент разрешил применить оружие. Сейчас подойдут
наши с оружием, а нам надо отступить, – Никола улыбнулся улыбкой
победителя. – Мы эту шваль за полчаса разгоним и…
Он не договорил, предательская пуля снайпера, пущенная с одной из
высоток, оборвала его. Он так и упал с улыбкой на лице. Веря, что
скоро все это закончится.
 
- Геть! Вперед! – приказ командира прозвучал странно. С чем вперед,
на кого вперед?
Стоящие позади Михайло беркутовцы расступились, и в проход вышли
вооруженные и хорошо экипированные бойцы. Форма та же, как и у
них, вот только странные яркие желтые повязки на рукавах смутили
Михайло.
 
Вновь прибывшие прошли мимо и, стреляя в воздух, устремились к
прячущимся за баррикадами боевикам. По ту сторону завалов возникла
паника, перешедшая в беспорядочное отступление и даже бегство.
Следом двинулся взвод Михайло, тесня щитами замешкавшихся или
просто растерявшихся повстанцев.
 
За звуками выстрелов идущих впереди, взрывами шумовых гранат и
петард, криками людей с той и другой стороны, скрылись предательские
выстрелы снайперов. Михайло видел, как падают, убитые или раненные
с обеих сторон. Фонтанчики пуль, вгрызавшихся в асфальт перед его
ногами, он сначала даже не заметил. Но, когда проследил их
траекторию, понял, что стреляют из-за спины. Поняв это, он кинулся за
спасительный бетонный выступ и упал на истекающего кровью парня.
Несколько пуль ударили и с этой стороны. «Перекрестный огонь», -
подумал он и почувствовал жгучую боль в спине.
 
Потом все смешалось. Вой сирен, крики, выстрелы. А когда очнулся, то
не поверил, что это может происходить с ним на его родной и любимой
Украине. Это была больница, только для одних она была спасением, а
для других…
 
- Це кто? Я спрашиваю! Беркутовец? – голос был гнусавым и противным.
– Геть его отседа. Своих лечить надо. А это кто? Ааа… Я же его знаю.
Жив, хлопче? За его головой ответите.
 
Михайло с трудом приоткрыл глаза. Он лежал в длинном коридоре
городской больницы, рядом на таких же каталках или просто на полу
лежали еще истекающие кровью беркутовцы и защитники Майдана.
Все в одной куче, а вот отношение…. Он понял, что оно не будет
равным для всех.
 
***
 
Он то терял сознание, то приходил в себя. Время как будто
остановилось. Единственным изменением было то, что он уже лежал на
полу. Рядом, обмотанный грязными тряпками, лежал человек. А может и
не обмотанный, узнать не возможно: обгорелое лицо, руки …
 
Снова провалы в памяти, а потом - как прояснение. Он лежит на полу,
санитарка или медсестра кормит с ложечки кого-то над его головой.
Михайло, застонав, приподнялся. Пули, попавшие в бронник, сломали
ему ребра; боль, сильная боль, заставила его тут же лечь обратно, но
всего мгновения ему хватило, чтобы узнать лежащего над его головой,
на кровати. Он увидел, как санитарка кормит из ложечки … Да, он не
мог ошибиться - Грицко. Того самого, которого он постоянно
вытаскивал из разных передряг.
- Опять влип, – подумал Михайло, но сил окликнуть Грицко уже не было.
Боль в груди заставила его откинуться на валик из тряпок под головой.
- Сестра, сестра! Дай что-нибудь обезболивающее… – Михайло
протянул к санитарке руку , но та брезгливо отшатнулась. –
Пожалуйста. – повторил Михайло.
 
С соседней кровати, находящейся - как показалось - в небесах,
раздался знакомый голос. – Дядя Михайло, ты?
- Я, а ты кто?
-Так сосед твой, меня ваши вчера подстрелили. – голос был знаком, но
Михайло не мог вспомнить, кто это.
- Ты кто?
- Дядько, не признал? Сосед твой Грицко. – голос говорившего звучал
почти бодро.
- Грицко? – Михайло не верил своим ушам. – Мы же вчера… -
 
Снова свет с потолка. Коридор почти пуст, Из раненых остался только
Михайло, лежащий на полу, да Грицко на удобной реанимационной
кровати.
 
-Дядько, а тебе повезло. Я успел за тебя сказати. Иначе, как и
остальных…. – говоривший замолчал.
 
- Что как остальных?
- В безвозвратные. – Собеседник помолчал и добавил. – Беги, дядько.
Беги, если сможешь. Твою жинку уже нашли и тебя не пощадят.
Говорят, в России вас примут. А вот мне бежать некуда. Дурень я,
дурень. Кому поверил… - говоривший еще долго проклинал и себя и тех
кто его … - Матку жалко. Что я ей скажу?
 
Михайло с трудом встал. Заглянул в лицо своему собеседнику. Узнал.
 
- Эх, дурачина, и чего тебя туда понесло?
 
-Тикай, дядьку, тикай. – лицо Грицко побледнело, и глаза заволокло
поволокой. Невидящий взгляд устремился в потолок коридора, он
несколько раз дернулся и застыл.
 
- Эко тебя… – Михайло озабоченно посмотрел на соседа. Рука
умирающего была вся в следах от иньекций. – Наркоман. И сколько их
здесь, таких?
Тихо, чтобы никто не слышал, он вышел по коридору на лестницу и
спустился вниз. Больницу не охраняли. Прячась по темным подворотням,
пугаясь каждого шороха, Михайло выбрался из города и стал
пробираться на юг. Туда, куда не дошла волна безумия и фашизма,
захлестнувшая его Родину. Только там он найдет убежище и …
 
- Готов. Еще один «Беркут». Ничего, мы еще с их семьями потом
поиграем. – здоровенный детина с бейсбольной битой улыбнулся и,
обтерев кровь об одежду убитого, посмотрел вдаль. – Там Крым, нам
туда. – сказал он, оборачиваясь к своим спутникам.
 
***
 
-Керри, и ты хочешь сказать, что все идет по нашему плану? – Обама
гневно сверкнул глазами. – Ты говоришь, что русские испугаются
санкций? Ты утверждаешь, что они слабы, как и прежде?
-Господин президент, но ведь никто и предположить не мог, что Путин
окажется таким твердым орешком. – Керри уткнулся взглядом в пол.
- Не мог предположить? Да вы знаете, чем мне это грозит? Да не только
мне, всей Америке? Вы кретин! Делайте что-нибудь. – президент был в
бешенстве.
- Ну… Ну разве что Европа поможет…- попытался смягчить удар Керри.
- Европа? Да они все зависят от России, и их газа и нефти. Вы
понимаете? Это конец. Все наши усилия, все деньги, все коту под
хвост!. – Обама начал теребить галстук, но вовремя остановился, Ему
это что-то напомнило.
- Вы не переживайте… - снова начал Керри, но тут раздался
телефонный звонок, который прервал его на полуслове.
- Алло… Госпожа Меркель? Рад Вас слышать. – Обама привстал с кресла.
– Нет, конечно, нет. Мы не дадим им спуска и Вас поддержим.
- Себя бы поддержать. – буркнул Керри. – Скоро весь мир прозреет, и
что будем делать?
 
В это время Обама, ничего не слушая, продолжал говорить по
телефону. – А вы прибалтов и Польшу подключите. Что? Не хотят
фашизма? Ну, тогда мы им санкции сделаем. Тогда сами фашистами
станут. Да что Вы говорите? Они в Россию захотят? – нервно бросая
трубку, Обама повернулся к Керри. – И это Ваш план по переделу мира?
Да Вы понимаете, что это конец? НАШ КОНЕЦ.
 
Десять лет спустя. Мир снова обрел гармонию. Двуполярный,
сдерживающий друг друга и переставший врать. Вот только надолго
ли?
Copyright (с): Олег Бунтарев. Свидетельство о публикации №324747
Дата публикации: 16.03.2014 11:14
Предыдущее: Я не терплю когда мне лгутСледующее: Прозрачные часы

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
Александр Сороковик[ 16.03.2014 ]
   Дай, Боже, силы и крепость России, не дать фашизму пройти!
 
Олег Бунтарев[ 16.03.2014 ]
   Фашизм не пройдет. И вес восток Украины поднимается.

Раиса Лобацкая
"Дамский преферанс"
ГЛАВА ИЗ РОМАНА
Диплом номинанта
премии "Чаша таланта"
Номинанты премии МСП "Новый Современник"
"Чаша таланта"
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Приглашаются волонтеры!
Направления
деятельности
Реквизиты и способы оплаты по МСП и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Атрибутика наших проектов

Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой