Вниманию членов МСП и авторов, желающих вступить в наш Союз писателей. Началось размещение произведений во второй этап Литературного конкурса на премию МСП «Новый Современник» «Чаша Таланта - 2017». Читайте Положение о проекте в разделе конкурса в центре портала.
САМЫЙ ЯРКИЙ ПРАЗДНИК ГОДА - 2018
Новогодний конкурс
Положение
Иноформация и новости
Номинации конкурса


Главная    Лента рецензий    Ленты форумов    Круглый стол    Обзоры и итоги конкурсов    Новости дня и объявления    Чаты для общения. Заходи, кто на портале.    Между нами, писателями, говоря...    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Бенефис
Раисы Лобацкой
Моя жизнь в
очертаниях 500 слов
Об истоках творчества
Великолепная Эльвира!
4-я страница обложки
журнала "Великолепная десятка-2"
Как разместить материалы о себе на обложках наших изданий


Что хочет автор
Электронная газета
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Рекомендуем новых авторов
Альманах "Автограф"
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: РассказАвтор: Олег Бунтарев
Объем: 10409 [ символов ]
Санитарка
Часть первая
 
Анонс этой истории, которая еще не была написана, но вот-вот должна
была появиться, я рассказал в интервью для журнала «Арт-габарит».
Честно говоря, тогда это был только костяк, только основа этого
рассказа. Несколько разговоров со старушкой, вид котенка у ее ног.
Вроде бы обыденная картина. Из разрозненных воспоминаний, из
личных наблюдений получилось то, что я и представляю вашему
вниманию.
 
Мне всего лишь 13. Но я не могу сидеть дома, когда под Сталинградом
идут бои, когда постоянно бомбят нашу нефтебазу и зарево пожарищ
видно на много километров. Я не могу сидеть дома. Я должна что-то
делать, как-то бороться, чем-то помочь. Вот еще один госпиталь
появился в Камышине. Пойду ухаживать за ранеными. Возьмут, не
откажут. Я ведь сильная, не по годам рослая. Нас с сестрой всегда
считали одноклассницами, хотя она старше меня на пять лет.
 
Хмурый серьезный врач, начальник госпиталя, сидит за столом и что-то
пишет. Вид суровый, напряженный. Только подойдя к столу, я поняла,
что он заполняет похоронки. Еще на подходе к госпиталю я заметила
несколько десятков тел, завернутых в простыни. «Это, наверное, на
них», - мелькает у меня в голове. Сейчас он оформит все бумаги, и
умерших увезут на братские могилы. Не на отдельные, где каждый
может поговорить со своим родственником, а на братские, где на всех –
одна общая плита со списком фамилий. Жутко от этого становится.
 
Вот я стою напротив него. Он заполняет формуляры, бланки,
похоронки. Лицо серьезное, хмурое. А я стою и молчу, жду, когда он
обратит на меня внимание. В это время он отрывает взгляд от бумаг и
пристально смотрит на меня:
 
- Тебе чего?
 
- Дяденька военврач! Можно я здесь у вас буду? Хоть санитаркой, хоть
нянечкой.
 
- А сколько тебе лет? – хмуро спрашивает он.
 
- Шестнадцать, - ни на секунду не задумываясь, отвечаю я.
 
- Сейчас придет старшая медсестра и скажет, что тебе делать, - и он
снова уткнулся в бумаги, как будто меня и не существовало рядом.
 
Дверь за моей спиной скрипнула, и, обернувшись, я увидела на пороге
молодую красивую женщину в белом халате. «Наверное, это она и
есть», - подумала я. Она подошла к начальнику госпиталя, и он
протянул ей бумаги, которые только что заполнял.
 
- А, да, - вспомнив про меня и взглянув в мою сторону, он сказал, - вот
новая нянечка, прими, оформи и расскажи, что делать.
 
Не месяц и не два прошло с тех пор, как я появилась в этом госпитале. Я
всегда краснела и убегала, когда красноармейцы пытались говорить
мне комплименты. Меня очень смущало, что они относились ко мне как к
взрослой и иногда отвешивали такие шуточки… Но я старалась не
обращать на них внимания, хотя не всегда это получалось. Если они
хотели поговорить и у меня было время, я всегда выслушивала все, что
они хотели сказать. Те, которые уже поправлялись и возвращались на
фронт, оставляли мне адреса и номера полевой почты, с огромной
просьбой, чтобы я им обязательно написала.
 
Однажды нам в госпиталь привезли сильно искалеченного летчика. Его
сбили под Сталинградом. Если бы я знала тогда, что такое мумия, я бы
его так и описала. Он был абсолютно весь перебинтован, и
единственное, что можно было увидеть из-под бинтов, - это его ярко-
голубые глаза, кончик розового носа и пересохшие опухшие губы.
Какие грустные были его глаза! Но, взглянув в них, я видела его
целиком – красивым, молодым, здоровым парнем. Каждую свободную
минуту меня тянуло к нему. Я подходила, садилась на краешек его
кровати, гладила по забинтованным рукам и разговаривала, хотя он не
отвечал. Скоро это уже не было моей тайной. Все заметили мою
благосклонность к раненому летчику и старались отойти, чтобы не
мешать, когда я с ним разговаривала.
 
Как-то, придя на дежурство, я почувствовала… даже не почувствовала,
а резануло что-то внутри. Все как-то странно на меня смотрели. Койка
летчика была пуста…
 
- Товарищ военврач! Во сколько, когда его похоронили? Почему мне
ничего не сказали?
 
- Дочка, он скончался сегодня под утро. Его похоронили вместе со
всеми.
 
Я выбежала из ординаторской. Потом по крутой лестнице на улицу. И
забившись в самый дальний угол за деревьями, где меня никто не видел,
зарыдала от жуткой потери этих ясных голубых глаз, смотрящих на
меня с перебинтованного лица.
 
Закончилась война. Прошли годы. Девушка выросла, где только она не
работала, куда только не бросала ее жизнь. А на братских могилах, как
только начиналась весна, рядом с плитой, на которой было высечено
имя летчика, всегда появлялись свежие цветы.
 
Идут годы. Уже нет страны, за которую сражался тот летчик. И от тех
братских могил остался только монумент, застроенный со всех сторон
домами.
 
- Домами на костях, - с болью сказала мне бабушка. Бабушка, та
бабушка, которая во время войны была военной медсестричкой,
работающей в камышинском госпитале. Она не видела того человека,
которого любила всю жизнь. Все, что ей запомнилось, - это ярко-
голубые глаза, которые заворожили ее. До этой встречи она никогда не
верила в Бога, но после смерти летчика ей так захотелось, чтобы он
оказался в раю. Сначала пришло желание, а потом и вера. Она ставила
свечки, она молилась. Когда становилось совсем трудно, когда мизерной
пенсии не хватало даже на еду, она по выходным приходила к
Никольскому собору, где такие же верующие, как она, помогали ей, чем
могли... На собранные деньги она покупала себе что-нибудь поесть,
подкармливала бездомных котов. А если получалось, приносила цветы
на братские могилы…
 
Часть вторая
 
- Ой-ой! Чмок-чмок! Куда вы меня забираете? Мама, мама! Мяур! Мяур!..
 
Ой, что это? Пчхи. Пчхи. Пыль какая-то едкая и запахи незнакомые. А
где же мама? Мяур! Мяур!.. Мама, где же ты? Я еще не наелся. Мои
глазки не привыкли видеть, но вдруг что-то темное, огромное заслонило
свет. Я как будто стал невесомым. Меня подбросило вверх. Потом
кувыркнуло и прижало к чему-то теплому. Да, когда меня кувыркнуло, я
от страха закрыл глаза. А когда открыл их рядом с этим чем-то теплым…
Ой, какие они огромные! И какие ярко-синие, как небо! У мамы глаза
зеленые были и не такие большие…
 
- Что, глупыш? Выбросили?
 
Глупыш – это я? Мне даже захотелось ударить того, кто это сказал. Но
почувствовал, как меня нежно чешут за ушком, и это желание отпало.
Голод не проходил, и поэтому я жалобно сказал «мя», как будто меня
кто-то стиснул.
 
- Что же мне с тобой делать? – сказал голос со вздохом. Голос был хоть
и немного скрипучий, но ласковый.
 
- Мурр, - отозвался я.
 
- Ах, маленький мяурка! Ну что мне с тобой делать? Оставить здесь?
Погибнешь. Ну, пойдем, куда деваться.
 
Старушка прижала котенка к груди и пошла к ближайшему магазину.
 
- Мне бы маленькую баночку сметаны «Любимый город», ту, что за 16
рублей.
 
- За 16? – продавщица удивилась.
 
- За сколько есть, - ответила старушка.
 
Продавщица недовольно подала сметану. Старушка рассчиталась и,
выйдя на улицу, попыталась накормить котенка. Он совсем не умел есть.
Бабулька не растерялась. Намазывая палец в сметане, она совала его
ему в рот. И котенок начинал слизывать сметану.
 
- Ешь, дурашка, ешь, - хрипло ворковала старушка.
 
- Что это вы здесь устроили? Подкармливаете котов, – заверещала
продавщица, вышедшая из дверей магазина. – Только этой заразы нам
не хватало, - продолжала она.
 
- Все-все, ухожу, не ругайтесь.
 
Одной рукой прижимая к себе котенка, а в другой руке держа баночку
со сметаной, старушка тяжелым шагом удалилась прочь.
 
Старый обветшалый дом. Покосившаяся изгородь. Зато ухоженный
палисадник с ярко-алыми цветами и несколько яблонь.
 
- Куда это меня принесли? Я еще не наелся. А тут еще пятеро
сбежались, здоровые такие. Мне от них явно ничего не достанется. Еще
и наподдать могут.
 
Цепляюсь в платок доброй женщины так, чтобы не оторваться.
Страшно мне! А она ласково сажает меня на порожек и ставит передо
мной огромную банку со сметаной. Это для меня огромная, а для тех,
кто стоит поодаль и зыркает на меня, она показалась маленькой. Но
бабуся никого не подпускает. Если осилю, все достанется мне.
 
Прошло несколько месяцев. Я уже самостоятельно ловлю крыс, мышей.
Иногда приношу их бабусе на подушку, чтобы отчитаться о работе. Не
зря кормлюсь. Не то, что эти обленившиеся старожилы. И по утрам на
работу с ней хожу к Никольскому собору. Она там сидит, нам на еду
зарабатывает. И я рядышком. И ей не скучно, и на двоих, может быть,
больше дадут. Так вместе и работаем…
 
Сначала прохладно стало по вечерам. А сейчас уже и днем лужи
покрыты коркой льда. Бабуся приболела. Ее ясные до этого глаза стали
мутными. Двигается с трудом. И мы уже начинаем голодать.
Избаловались, мышей не едим. Нам бы что-нибудь вкусненькое…
 
- Ох, детишки вы мои. Сейчас, сейчас, только встану. Здесь до
Никольского рукой подать. Обязательно что-нибудь вам принесу.
 
Я как всегда рядом буду, чтобы защитить. Вроде бы и близко. Я бы раз –
и уже там, а так долго идем. Она садится у ворот собора. Кладет перед
собой картонку, а я прижимаюсь к ее ногам, чтобы согреть. Старые
войлочные сапоги уже давно изношены и дырявы, а на улице так
холодно.
 
- Бабусь! Бабуся! Ну что молчишь? – заглядываю в ее глаза. Они синие,
как небо, мутнеют и сереют. – Бабусь, а как же мы? А как же я?
 
Но она молчит. Взгляд ее устремлен в небо цвета ее глаз. Наверное, их
глаза встретились. Вот только больше никто не будет приносить живые
цветы к плите с именем летчика…
 
Цветы приносят. Общие для всех. Дома на костях стоят. И новые строить
собираются. Бездомных котов и кошек прибавилось. Кому они нужны
после смерти их хозяйки. А на ее могилу под номером никто не придет.
К девочке, женщине, старушке. Кто ее будет помнить, кроме кучки
бездомных котов, которых она кормила. Она в своей жизни любила
всего одного человека с ярко-голубыми глазами. И поддерживала немых
страдальцев, ходящих на четырех лапах и скрашивающих ее жизнь.
 
Номер, неухоженная могила. А на ней сверху лежит большой пушистый
кот. У него даже имени не было. Он нашел ее. Посетители кладбища
знают его, подкармливают. Голод не тетка, и он ест, не покидая своего
поста на могиле девочки-санитарки. Может быть, когда и его не станет,
он окажется в семье голубоглазого летчика и молоденькой санитарки.
Преданный им обоим кот.
Copyright (с): Олег Бунтарев. Свидетельство о публикации №317332
Дата публикации: 15.01.2014 23:39
Предыдущее: Привет, Друг!Следующее: Вожаку двуногой стаи этого города от представителя четырехлапых и хвостатых Черного кота.

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
Волкова Елена Нордовна[ 25.12.2013 ]
   До слез честное слово, до слез... Больно это читать. Знать об этом больно. За себя стыдно, за страну обидно...
 
Олег Бунтарев[ 25.12.2013 ]
   Спасибо! Почитайте рассказы "Котенок",­ "Три дня неизвестной войны", "Спасибо за сына", "Папа подари собаку"
Волкова Елена Нордовна[ 25.12.2013 ]
   Сейчас, как раз есть время. Читаю.
Марина Постникова[ 25.12.2013 ]
   Цепляет и за глаз, и за сердце.
Александр Сороковик[ 15.01.2014 ]
   Вот так оно и есть. Ненужные никому санитарки, всю жизнь делавшие
   добро и верные, преданные звери, умеющие любить... Да, коты могут быть
   преданными друзьями не хуже собак! Спасибо!
   (да, исправьте в последнем абзаце опечатку: знают)
 
Олег Бунтарев[ 15.01.2014 ]
   Спасибо, и за отзыв, и за опечатку! Исправил.
Смирнова Анастасия Сергеевна[ 07.04.2014 ]
   Спасибо Вам за этот рассказ! До слёз...
Александр Сороковик[ 27.04.2016 ]
   Совершенно потрясающий финальный аккорд: " Может быть, когда и его не станет,
   он окажется в семье голубоглазого летчика и молоденькой санитарки.
   Преданный им обоим кот."
   Словно и впрямь существовала такая семья, которая долго и счастливо жила на мирной земле...
 
Олег Бунтарев[ 27.04.2016 ]
   Такая семья могла бы существовать. Если бы не война...
Александр Сороковик[ 27.04.2016 ]
   Вот и я о том же. Если бы не война...

Раиса Лобацкая
"Дамский преферанс"
ГЛАВА ИЗ РОМАНА
Диплом номинанта
премии "Чаша таланта"
Номинанты премии МСП "Новый Современник"
"Чаша таланта"
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Приглашаются волонтеры!
Направления
деятельности
Реквизиты и способы оплаты по МСП и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Атрибутика наших проектов

Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой