САМЫЙ ЯРКИЙ ПРАЗДНИК ГОДА - 2019
Положение о конкурсе
Информация и новости
Взрослая проза
Детская проза
Взрослая поэзия
Детская поэзия




Главная    Лента рецензий    Ленты форумов    Круглый стол    Обзоры и итоги конкурсов    Новости дня и объявления    Чаты для общения. Заходи, кто на портале.    Между нами, писателями, говоря...    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Дежурная по порталу
Людмила Роскошная
Конкурс достойных красавиц для нашего красного жениха!
По секрету всему свету! Блиц конкурс.
О выпивке, о боге, о любви. Конкурс имени Игоря Губермана
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Журнал "Что хочет автор"
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Альманах "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Рекомендуем новых авторов
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: РассказАвтор: Наталия Букан
Объем: 19727 [ символов ]
У озера
Вера и её муж, Степан, по счастливому совпадению оба любили лес и потому были безмерно рады, что на этот раз им удалось снять дачу в доме лесника.
– Вот это нам повезло! – ликовала Вера. – Ну, Стёпа, ну, скажи, ведь повезло же?! Ты только посмотри вокруг…
Облюбованный ими дом стоял на возвышенном берегу небольшого озерца, от восхода до заката он грелся на солнце и смотрел резными окнами на спокойную водную гладь. В окружающем смешанном лесу, где – чистом и духмяном, где – разлаписто-дремучем, а где и – болотисто-топком, можно было найти место на любой вкус и настроение. Имелась даже, неизвестно когда и кем посаженная, дубовая роща, такая чистая и ровная, что представлялась уголком ухоженного парка. Тенистый навес из фигурных листьев укрывал здесь от солнца журчащий меж камней прозрачный ручеёк. На уступе валуна, словно специально для этого выточенном, стояла перевёрнутая вверх дном алюминиевая кружка, и не могло быть ничего лучше, чем в жаркий день напиться из неё прохладной родниковой воды!
За рощей, на большой светлой поляне, паслись хозяйские козы, обычно привязанные длинными верёвками к вбитым в землю колышкам. По краям рос низкий земляничник с мелкими суховатыми ягодами, а крупные, душистые да сладкие прятались по всей поляне, в высокой траве. Южную опушку заполоняли заросли необузданного малинника, и однажды из гущи перепутавшихся веток прямо перед Верой вверх взметнулись три голых, тоненьких шейки с жадно раскрытыми клювами, похожими на распахнувшиеся ярко-жёлтые цветки. Вера отпрянула в испуге и, зная, что из-за чужого прикосновения к гнезду птица может навсегда покинуть его, поспешила убраться подальше от нечаянно обнаруженного потаённого местечка. Но трогательные, беззащитные птенцы, нетерпеливо и слепо принимающие любой шорох за появление корма, ещё какое-то время не выходили у неё из головы – слишком хрупким, легко уязвимым было их благополучие…
И совсем уж поразила её своей незащищённостью другая плетушка: в редком, насквозь просматриваемом сосняке она выглядела причудливой шапкой, нахлобученной на низкий, открытый пень. Ютились в ней тоже три неоперившихся, но гораздо более крупных, чем в малиннике, птенца.
Словом, многое было Вере в новинку.
– Знаешь, – говорила она мужу, – у меня сейчас такое предвкушение, точь-в-точь, как бывало в детстве перед началом сказки…
Ей нравилось всё: и просторный бревенчатый дом с высоким крыльцом, и семья лесника Василия, состоявшая из жены Шуры и трёх сыновей. Самому младшему, Кеше, шёл третий год, а его братья, погодки Тима и Коля, были немногим старше и вполне могли сойти за близнецов, если бы не разница в росте. Оба были похожи на Шуру, даже смеялись точно так же – запрокинув голову, от души.
А посмеяться Шура любила, и ей это, надо сказать, очень шло. Она вообще была необыкновенно привлекательна: гладко зачёсанные назад рыжеватые волосы, собранные гребёнкой в аккуратный пучок, открывали красивый лоб, небольшие серёжки с капельками нефрита как нельзя лучше сочетались с зелёными, смешливыми глазами. Сноровистая, опрятная, Шура в отсутствие мужа, отвечавшего за большой лесной участок, хорошо управлялась с хозяйством, хоть помимо коз в нём были ещё овцы и куры. Да и огород, пусть и небольшой, требовал забот. По нему иногда любила походить с лейкой Вера. Истинное удовольствие ей доставляло наблюдать, как сморённая дневной жарой зелень не хуже героев из сказок о живой воде после полива распрямлялась и устремляла в небо каждый листик, каждую свою травинку.
Воду, кроме озёрной, брали ещё и в старом колодце с деревенским «журавлём», оставившим Вере на память выщерблину на переднем зубе: смеясь над чем-то вместе с Шурой, Вера нечаянно выпустила из рук пустое ведро, и оно, тут же взмыв, нанесло надолго запомнившийся удар... Низкий сруб колодца всегда держали под плотной, тяжёлой крышкой – из-за мальчишек, интересовавшихся таинственной и тёмной, холодной глубиной.
Ребята целыми днями возились в сооружённой отцом песочнице, плескались в оцинкованной ванне с нагретой солнцем водой, собирали сухие шишки для самовара… У старших было ещё одно важное дело – приглядывать за непоседливым малышом. Шурино тревожное: «Тима, где Кешка? Коля, Кеша с вами?» – раздавалось с утра до вечера…
Кеша, или, как его часто называл отец, Иннокентий, улыбчивый и со всеми приветливый, не мог не вызывать к себе нежного расположения. Бровки домиком над светло-голубыми глазами с рыжими ресничками делали его лицо всегда немного удивлённым, а густая желтоватая поросль на недавно остриженной головёнке обещала стать со временем похожей на рыжие шевелюры Коли и Тимы.
– Рыжие головы, рыжий песок, рыжие птенцы… – Вера загибала пальцы, любуясь мальчиками, насыпавшими в этот момент зерно цыплятам. Громче других слышался Кешкин зазывный голосок. Понять же, что он говорит, частенько бывало невозможно. И Вера звала на помощь старших братьев каждый раз, когда ощущала неловкость, оттого что не может сразу ответить доверчиво смотревшему на неё маленькому человечку. Коля и Тима с готовностью «переводили» и Кешу никогда не высмеивали.
А вот над самой Верой кое-кто немного подтрунивал из-за появившейся у неё страсти к рыбной ловле… Их озерцо было хоть и небольшое, но довольно глубокое, у самого берега даже высокому Степану было «с головкой», поэтому Василий смастерил удобные деревянные мостки. С их оструганных гладких досок полоскали бельё и купались, но они же, мостки, прибавили беспокойства Шуре.
– Сделай ты, Христа ради, поскорее загородку на входе… Колодец закрываем, а здесь – что? Не ровён ведь час… – не переставала она теребить мужа…
На этом помосте, как на сцене театра одного актёра, и посиживала Вера с удочкой. Она отмахивалась от комаров, отфыркивалась от липких мошек и не спускала глаз с трепетного, непредсказуемого поплавка. Постоянным посетителем этого действа бывал кот Барсик, он пристально смотрел вдаль, якобы не интересуясь уловом, а чуткие разворотливые уши внимательно следили за происходившим на мостках... Вера старательно насаживала на крючок хлебный мякиш, забрасывала, и глупые маленькие карасики однообразной вереницей шли на уловистую приманку.
– Они ещё не нагнали на тебя скуку? Может, будешь совершенствоваться, половишь на дальнем озере щук? На живца-карася? – подзадоривал Степан. И Вера загорелась.
Так, в первый же отпускной день супруги отправились в путь по заброшенной узкоколейке. Горячее июльское солнце чуть-чуть смягчалось высокой зеленью разросшегося по краям кустарника.
– Ой, не придёт ли гроза раньше? Обещали к ночи, но воздух такой уж спёртый… – Вера сорвала листья папоротника и сделала из них опахало.
Спасительную прохладу они надеялись найти в еловом бору, на ближних подступах к озеру. Однако там жара оказалась ещё более изнуряющей. Густой, пряный воздух по самые макушки окутал деревья, сковал их своей неподвижностью. Мох был гладок и не тронут, как новый длинноворсовый ковёр.
– И тропа не натоптанная, – Вера на ходу удивлённо осматривалась.
– Сюда ж машинам не подъехать, а то тут такое творилось бы...
– Знаешь, Стёп, среди этих еловых исполинов я чувствую себя каким-то лилипутом…
Степан в ответ нарочито оценивающе оглядел невысокую фигурку Веры и слегка щёлкнул жену по носу. В кроссовках, бриджах, с забранными под кепку волосами и удочкой через плечо, она с первого взгляда была похожа на мальчишку-подростка, но стоило ей мягким движением поправить выбившиеся пряди вьющихся волос и улыбнуться, тут же мальчишка превращался в милую девушку с очаровательной улыбкой и ямочками на щеках.
И надо было видеть Верино лицо, когда громыхнуло! Нависшая над лесом тень стремительно сгущалась, поверху промчался ветер, вздохнули, закачались ели… Ливень обрушился стеной! Степан схватил жену за руку и, увлекая её за собой, кинулся под густые еловые лапы, но она возмущённо вырвалась:
– Нет! Ни за что! Я лучше в канаву лягу! Как ты не понимаешь – молния любит ели! Отойди от дерева! – кепка свалилась, волосы рассыпались, но, ничего не замечая, она исступлённо толкала и толкала Степана, твердя об опасности, о глупом поведении, пока не вывела его из себя:
– Вера, ты что, с ума сошла?! Делай, что хочешь, а от меня отстань!
– Нет! Это ты сошёл с ума! Настоящий идиотизм – стоять под елью!
Вконец отчаявшись, она присела на корточки, обхватила руками колени и пригнула к ним голову. Вспышки молний проникали сквозь сжатые веки, одновременно раздавался гром, оглушительный, с дробными раскатами, и не успевали они затихнуть, как сверкало вновь. Земля содрогалась, и Вере нестерпимо хотелось вжаться в неё, забраться в глухую-преглухую нору, чтобы только ничего не видеть и не слышать…
Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. Вот уже посветлело, засверкали капли на солнце, заболтали птицы, словно и не было только что пронесшегося светопреставления. Заметно парило. Земля и воздух жадно поглощали долгожданную влагу…
Вера сидела всё в той же позе, с волос стекала вода, футболка прилипла к спине. Степан опустился рядом, обнял её и заглянул в глаза:
– Идём? Озеро близко.
– Стёп, извини меня, но мне было очень страшно, ты ж знаешь, как я боюсь грозы, да ещё в лесу… Но! Ты вёл себя глупейше! Где логика? Смешно бояться промокнуть, когда идёшь купаться и кругом вообще жара!
– Вера, не начинай… – примирительно попросил муж. – Слушай, ты от страха придумала, что молния любит ели? А, трус?
– Ну, дубы она, конечно, любит больше, но их же здесь нет, значит, ели… Вообще-то, вставать лучше под рябину, в неё никогда не ударяет молния.
– Откуда ты это взяла?
– Да я давно знаю… народная премудрость. – Вера пожала плечами.
 
Когда они вышли к озеру, уже сияло чистое небо, лишь далеко-далеко, за лесом на той стороне, громоздились тучи, и их прорезали редкие молнии. Зной сменился ровным, обволакивающим теплом. Как и ожидалось, людей на берегу не было, хозяйничали глазастые стрекозы. Переливаясь всеми цветами радуги, представители стрекозиного рода стремительно и хищно носились над сушей, плавно парили над водой и резко пикировали к её поверхности… А озеро было абсолютно безмятежно.
– Какая красотааа… – глаза Веры, вобравшие всю синеву воды и неба, обратились к Степану, приглашая разделить восторг. – Ты знаешь, как называется это озеро?
– Глухое.
– Василий сказал – Суоярви, но и Глухое – тоже.
– Суоярви я знаю в Карелии.
– Озёр с таким названием, наверное, полно, потому что с финского это – болотистое озеро, но на болотистое оно что-то не очень похоже, во всяком случае, на этой стороне...
Она прошлась неспешно по берегу, и ногам приятно было ступать по влажной, нагретой земле.
– Ловить расхотелось... Зря удочку тащили!
Вера вошла в воду, где молниеносно прочерчивали зигзаги юркие мальки. Постояла, наблюдая, и выпустила к ним из бидона карасей… Потом они искупались и разложили небольшой костерок для просушки одежды.
– Стёпа, давай никуда не поедем, проведём здесь весь отпуск, а? Нууу, если только куда-нибудь совсем-совсем ненадолышко, развеяться.
– Посмотрим… – лениво отозвался Степан, растянувшийся на валявшемся отшлифованном временем стволе.
Вера же устроилась под кружевным лиственным зонтом, на широком низком чурбане, и ей тоже не хотелось ни двигаться, ни говорить. Около неё, в траве, жило скрытой жизнью мелкое лесное население. Букашки, муравьи куда-то спешили, расползались, разлетались и выполняли только им ведомую работу. Полуприкрыв глаза, она сквозь тонкое марево над догоравшим костром рассматривала акварельные брызги ярких палаток на зелёном поясе далёкого противоположного берега... Несмотря на пережитое в лесу, а скорее, благодаря ему, Вера ощущала блаженство умиротворения. Впереди был целый отпуск, полный беззаботности и свободы…
Солнце ушло за кроны и подсвечивало края волнистого облака, когда они двинулись домой. Тут и там валялись обломанные ветки; где раньше было сухо, теперь текли ручьи. На узкоколейке Вера разулась и пустилась босиком по отмытым, почти просохшим шпалам. Шли налегке: взятая с собой провизия была съедена, улов не состоялся, а удочку Степан припрятал в бору – с тем, чтобы не позднее послезавтрашнего дня вернуться к помилованным на этот раз щукам.
– Что-то мне тревожно… Как это нас угораздило забыть телефоны? Твоя мама, наверное, уже беспокоится.
– Не уверен, что на озере они могли бы нам пригодиться.
– Говорю же, беспокоятся, – у родника на них радостным вихрем налетел хозяйский пёс Кузьма, а за ним показалась свекровь. Она тяжело ступала, и не по погоде её плечи были укрыты шалью. Чем ближе они подходили, тем отчётливее Вера понимала – случилось что-то плохое.
– Что?! – вырвалось у неё, как только они поравнялись.
– Кеша… Кеша упал с мостков… в воду…
– Он жив?!
– Не знаю, – устало ответила Ольга Петровна, – его увезли на скорой.
Степан, обняв мать за плечи, мягко развернул её в сторону дома…
 
От Ольги Петровны они узнали, что Коля и Тима, бегая после грозы по лужам, вдруг хватились брата. Василий сразу бросился к озеру и там обнаружил Кешу – на дне, у мостков. До прихода скорой помощи сам, как умел, откачивал сына…
Ребят Вера нашла в комнате, за занавеской, на большой родительской кровати. Они сидели среди ситцевых подушек, прижавшись друг к дружке, напуганные и зарёванные. При её появлении Коля начал опять всхлипывать, тихонько причитая, а Тимка расплакался горько, во весь голос:
– Мы… мы… не успели… мы… – их горе было так велико, что Вера обняла обоих, крепко прижала к себе рыжие головы, стала уговаривать и помимо своей воли обещать, что папа и мама скоро приедут и привезут Кешу… Она и сама этим утешалась и начинала верить…
Василий вернулся один. Из машины он выбирался медленно, ни на кого не глядя. Затем, собравшись, подошёл к ожидавшим. Его лицо, с такими же, как у Кеши, глазами, стало будто меньше и темнее, под кожей ходили желваки, и весь он, всегда крепкий и живой, ссутулился и постарел.
– Состояние… – голос Василия дрогнул и, отвернув голову в сторону, он добавил: – Насчёт надежды… так врачи говорят, надежда есть всегда…
Ночью Вера проснулась внезапно, как от толчка. В комнате было жарко. За стенкой плакал кто-то из мальчиков и монотонно звучал бубнящий, успокаивающий голос отца. Она потихоньку, чтобы не разбудить мужа, сползла с кровати, босиком прошла к окну, открыла раму и жадно вдохнула освежающую озёрную прохладу. Не видела ни блеска воды, ни черноты близкого леса, ни беззвучно полыхавших над ним далёких зарниц. Она думала о Кешке, о том, как порою даже самая малая оплошность, случайность может привести к непоправимому… Её глаза искали притаившиеся в темноте мостки. Могли ли они рассказать, как всё было? Поскользнулся ли Кеша на мокрых, гладких досках? Улёгся ли на живот и потянулся к отражению в воде?.. «Господи, не дай ему погибнуть, не дай же ему погибнуть, сохрани его живым и здоровым…» – молила и молила Вера… Она представляла, как Кешка смеётся, забавно лопочет, как хмурит рыжие бровки, когда старается что-то понять... только не могла представить, что его может не быть...
Небо прикрыло солнце тусклой, серой пеленой. Пасмурно и тягостно было в доме. Обязанности по хозяйству, лежавшие раньше на одной Шуре, разделили на всех. Василий взял отпуск, и притихшие мальчишки, куда бы он ни направлялся, бродили за ним по пятам. Из дубовой рощи, кроме собранных веток, они принесли ещё и весть о том, что в дуб, стоявший на отшибе, попала молния. И, хоть это не имело последствий, выглядело зловеще...
Общее настроение передавалось и животным. А, может быть, Вере это просто казалось. Быть может, то, что вдруг притих неисправимый петух-задира, и то, что овцы шли сами в загон, на самом деле объяснялось всего лишь сонливо-пасмурной погодой? Но всё же не было никакого объяснения тому, что Кузьма не облаял лося, пришедшего к дому во вторую ночь после несчастья. Обнаружилось это только по помёту, оставленному около гамака.
– Хорошая примета, – уверенно заявила Ольга Петровна, и всем хотелось верить, что лось – к добру…
Звонков из больницы ждали с надеждой и страхом одновременно. Вести от Шуры были неутешительны. Двое суток прошли без перемен...
На третий день она позвонила утром, когда на столе уже стояли тарелки с омлетом. Домочадцы, замерев, неотрывно смотрели на Василия, безмолвно слушавшего жену… Говорить он не смог, горло перехватило судорогой, губы скривились, он мотнул головой и быстро пошёл к двери. Общее оцепенение через несколько минут было прервано взревевшим мотором и оглушительным рёвом мальчишек…
Весь отпуск Вера и Степан провели в доме лесника. Они сроднились с Василием и его семьёй, разделив их неутешное горе. Рыбу Вера больше не ловила. Порою, отрешившись от всего сиюминутного, она в одиночестве приходила на мостки и подолгу всматривалась в просвеченную солнцем глубину.
Copyright (с): Наталия Букан. Свидетельство о публикации №279552
Дата публикации: 20.02.2018 17:16
Предыдущее: Греет солнцеСледующее: Дуб

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
Владимир Сухов[ 24.04.2012 ]
   Наташа, я просто в каком-то упоении проглотил твой рассказ. Жизненно, живо, красиво... и ещё сотня всяких, самых лучших, эпитетов. Ты просто молодец! Спасибо.
 
Наталия Букан[ 25.04.2012 ]
   Володь, привет! Рада, что зашёл и прочитал, ну, а уж то, что было и интересно - порадовало очень:)) Спасибо большое! С дружеским приветом, Наташа:)
Морозова Татьяна[ 18.08.2013 ]
   Мне тоже рассказ очень понравился, действительно читается на одном дыхании!
 
Наталия Букан[ 19.08.2013 ]
   Танюша, спасибо! Мне, конечно же приятно, что рассказ понравился и был интересен:) Н.
Наталия Букан[ 07.02.2017 ]
   Из Обзора произведений ВКР-13, 1 этап
   Людмила Рогочая. 12.09.2016
   
    В.М. - Не рассказ, а сгусток положительной энергии… умилялся я, прочитав половину. И не верилось, что в таком прелестнейшем месте может что-то произойти плохое. История с жуткой грозой встревожила, что что-то тут всё-таки не так - в этой идиллии. Так всегда бывает, когда к слишком хорошему начинаешь чувствовать некое подсознательное недоверие. Так и случилось: трагедия произошла. Вся красота ушла на второй план.
    Л.П. - Очень яркое описание природы. Восторженное отношение к живущим в этом окружении природы людям – просты и понятны. Понятны их заботы о сохранении своего мира. Внедрение в повествование происшествия с ребёнком вносит диссонанс в любование природой. Сюжет выстроен грамотно, хочется дочитать до конца с надеждой на лучшее.
    Л.Р. - Язык очень хороший, стиль отличный. Читала и наслаждалась. Чего-то чуть-чуть не хватило в развязке.
Евгения Валиева[ 26.02.2017 ]
   С начала сюжета постоянно что-то нагнетало тревожность, несмотря на
   спокойное, радостное повествование. Красота природы, гармония,
   жизнелюбие и - трагедия, словно часть этой жизни. Был ребенок - нет
   ребенка, а жизнь продолжается... Грустно-то как.
   Очень хорошо написано. Немного удивило появление свекрови - не было о
   ней речи, и вдруг.
 
Наталия Букан[ 26.02.2017 ]
   Женя, спасибо!
   Да, такой вот трагический случай был на самом деле. А насчёт свекрови добавила упоминание на две строчки выше, из которого, по-моему, станет понятно, что она отдыхает здесь же).
   С благодарностью, Н.)

Тема недели
Буфет.
Истории за нашим столом
Доска Почета
Открытие месяца
Спасибо порталу и его ведущим!
Проекту "Чаша талантов" требуется руководитель!
Дежурство по порталу как оплачиваемая работа
Приглашаем на работу: наши вакансии
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"
Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Альманах прозы Английского клуба
Отправить произведение
Новости и объявления
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой
Атрибутика наших проектов