Буфет. Истории
за нашим столом
Конкретное
воплощение задумки


Главная    Лента рецензий    Ленты форумов    Круглый стол    Обзоры и итоги конкурсов    Новости дня и объявления    Чаты для общения. Заходи, кто на портале.    Между нами, писателями, говоря...    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Бенефис Людмилы Шилиной
Моя жизнь
Мое творчество
Мое дело
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Регистрация автора
Наши авторы
Новые авторы недели
Журнал "Что хочет автор"
Объявления и анонсы
Новости дня
Дневник портала
Приемная дежурных
Блицы
Приемная модераторов
С днем рождения!
Книга предложений
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Вопросы и ответы
Фонд содействия
новым авторам
Альманах "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Рекомендуем новых авторов
Отдел спецпроектов и внешних связей
Диалоги, дискуссии, обсуждения
Правдивые истории
Клуб мудрецов
"Рюкзачок".Детские авторы - сюда!
Читальный зал
Литературный календарь
Литературная
мастерская
Зелёная лампа
КЛУБ-ФОРУМ "У КАМИНА"
Наши Бенефисы
Детский фольклор-клуб "Рассказать вам интерес"
Карта портала
Наши юные
дарования
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Просто о жизниАвтор: Дмитрий Чарков
Объем: 19659 [ символов ]
Изучая credental'ии
ИЗУЧАЯ КРЕДЕНТАЛИИ
 
Я тебе, конечно, верю,
Разве могут быть сомненья?
Я и сам все это видел –
Это наш с тобой секрет!
 
Игорь Кохановский
 
Я ещё раз перелистал лежавшие передо мной на столе резюме
претендентов на должность коммерческого директора. Этот человек
призван был стать для Афеногена дополнительной правой рукой и
опорой в продажах – моими глазами, ушами и зубами среди акул
динамичного рынка. За последние несколько лет я пришёл к выводу, что
в этой жизни, помимо дураков, координации взаимодействия и дорог,
появились ещё две проблемы – сделать выбор и принять верное
решение. И то, и другое несло в себе магическое определение
дальнейшего развития событий.
- Карпов, Стерхова, Коломейчук… - пробормотал я, разбирая анкеты.
На каждой стояла галочка Татьяны, менеджера по персоналу, с
рекомендациями. Тут же была пометка: cred, что означало «есть
рекомендательное письмо» от английского credentials – нововведение
нашего зарубежного партнера Макфаккена Скотта. На прошлой
неделе я уже со всеми кандидатами встречался и составил для себя
мнение по каждому, и все трое представлялись вполне адекватными с
точки зрения целей и задач, с индивидуальными наборами достоинств и
недостатков. Вот если бы всех троих объединить в одного!
Периодически все мы, смертные, сталкиваемся с проблемой
окончательного определения финалиста, и я всегда предпочитал
полагаться на интуицию, отметая все доводы логики и аналитических
умозаключений, и, нужно сказать, редко ошибался.
Но сегодня моя интуиция прикорнула где-то на задворках подсознания.
Как, впрочем, и вчера, и во вторник. Известный способ Менделеева и
ряда других гениев – изобретение решения в состоянии легкой
дремоты, провалился с храпом. Я намеренно вводил себя в состояние
полусна, держа чайную ложечку наперевес в пальцах, кимарил по-
тихой за столом перед компьютером, и, по замыслу, когда должен был
совсем отключиться, ложечка за секунду до этого мгновения
выскальзывает из пальцев на ламинат, и от звука её падения приходит
полный бодрячок и вместе с ним – яркое прозрение. Но то ли я
переусердствовал с самогипнозом, то ли метод на мне не срабатывал де
юре – да факто же мои очки на столе оказывались ровно за секунду до
того, как подбородок соприкасался со столешницей, а проклятая
ложечка оставалась упрямо стиснутой в крепко сжатом к тому времени
кулаке. В другой же раз Ольга заглянула в мой кабинет раньше, чем
даже очки соприкоснулись со столешницей, не говоря о ложечке,
которую я заменил на столовую, и подбородке, который благоразумно
подпёр предварительно локтем – заглянула с просьбой не храпеть, «а
то клиенты недоумевают». А решения так и не было.
Татьяна рекомендует Карпова – в меру циничен, обаятелен, прагматик
и с жестким системным подходом. Стерхова более опытна, но не совсем
вписывается в психологическую концепцию внутренних отношений
сложившегося коллектива – она представляется излишне сдержанной, с
тонкой и категоричной складкой губ и немигающим взглядом.
Коломейчук – креативный и жизнерадостный, демократичный и
лояльный.
- Где ж мне одного взять, чтоб всех их вместе объединял, - ещё раз
покачал я головой над бумагами.
Наконец, я снял телефонную трубку и, сверяясь с записями одного из
резюме, набрал указанный там номер.
- Компания «Пересвет», здравствуйте, чем могу вам помочь?
- Добрый день. С кем могу я поговорить о Владимире Коломейчуке?
- Он здесь больше не работает, - ответил девичий голос, как мне
показалось, со вздохом.
- Я об этом знаю. Я директор одного из крупнейших дистрибьюторов в
нашем городе. Дело в том, что Владимир Александрович обратился в
нашу компанию с предложением своих профессиональных услуг, и я был
бы рад получить от кого-либо из «Пересвета» рекомендации в
отношении его. Насколько это реально?
Мне показалось, будто что-то хрустнуло на другом конце провода.
Потом с ехидцей ответили:
- Да, собственно, вполне реально… Что вы хотите знать?
- Для начала – с кем я говорю?
Она слегка замешкалась:
- Я… э-э… Валентина Семёнова, начальник отдела по работе с
персоналом.
- Замечательно, Валентина, я бы даже сказал – как раз в точку. Судя по
представленной им информации, Владимир Коломейчук работал у вас в
период...
Через несколько минут я положил трубку с ощущением некоторого
морального дискомфорта – словно в уши вдули так, что и отоларинголог
отдыхает: я услышал о первом кандидате то, что не совсем вязалось со
сложившимся моим собственным впечатлением после общения с
молодым человеком. Начальник службы персонала «Пересвета»
согласилась с тем, что Владимир – неплохой продажник и организатор,
но как личность – «эгоист и самый настоящий лузер и… и никакой, в
общем». В качестве рекомендателей в его резюме фигурировал другой
контакт, но я обычно не утруждал себя звонками по предоставленным
кандидатами телефонам – смысл? Всё положительное мы и так пишем в
своих анкетах: когда я в «Зелёный свет» устраивался, то чуть было по
инерции не приписал «баллотировался в Президенты Российской
Федерации» - когда сочинительская муза посещает, только и успевай
за ней редактировать.
Тут я вспомнил о недавнем разговоре в офисе и быстро напечатал на
компьютере, в окне сообщений внутренних электронных
коммуникаций: «Татьяна, вы, помнится, упоминали, что в «Пересвете»
работает ваш бывший препод из универа?»
Через несколько мгновений пришёл ответ: «Да – Валентина
Николаевна. Я связывалась на прошлой неделе с ней по одному из
кандидатов, получила положительный ответ».
Я про себя усмехнулся и послал сообщение: «Судя по голосу, ей не
больше 20 лет, симпатичная ‘стерва’?»
Пришедший в ответ смайлик с примечанием много прояснил: «На
прошлой неделе ей ещё было не 50, но за 45 точно. И да, очень
симпатичная не-стерва». Я снова набрал тот же номер «Пересвета» и
услышал то же приветствие. Изменив голос, прохаркал в трубку:
- Здрасьте, это Валя?
- Нет, это Дарья. А Вали у нас нет.
- Ошибся, извините.
И положил трубку. Голос тот же, но имя другое. Всё понятно:
«креденталии» Владимира больше не в чести у молодых сотрудниц
«Пересвета». С чего бы это… но гадать не хотелось.
Я обратился к резюме Стерховой.
Конец квартала ознаменовался грандиозным скандалом – из заявленных
в прогнозе бизнес-плана 1000 коробов для реализации реально
продались не более 400. Когда Генеральный запросил анализ причин,
то выяснилось, что прогноз продаж не учитывал маркетинговых
рекомендаций, в итоге затраты оказались фактически равными доходу
от реализации. Все знали, включая Владислава, зама Генерального в
фирме, где работала Стерхова, что это не было её виной. Напротив,
она сразу запрашивала расчетные данные – из чего такие планы по их
району, кто рассчитывал объемы поставок, откуда у логистов такая
уверенность в продаваемости 1000 коробов в квартал? В
действительности, это Владислав не перепроверил расчеты плановиков
и выставил в план ей объёмы, втрое превышающие реально допустимые
по фактическим условиям, предварительно утвердив их у своего шефа.
Когда логистическая машина запустилась, было уже поздно что-то
исправлять – фуры с товаром были отправлены, и Стерховой пришлось
арендовать дополнительные складские площади, потому что прогноз
продаж, спущенный ей сверху для выполнения, оказался ошибочным:
товар не разошёлся, собственные площади на складе не освободились.
Владислав, по-видимому, до конца надеялся, что она сможет раскидать
коробки по розничным сетям, чтобы высвободить место, но магазины и
супермаркеты отказывались их принимать без рекламной поддержки, а
весь промо-бюджет этого квартала ушёл в другой регион. Ни копейки
на продвижение для Стерховой. Влад знал, что подставил её по всем
направлениям, но не мог признать это перед шефом – тогда бы его
собственная карьера тут же и закончилась. Пришлось пожертвовать
доблестной Светланой Ивановной, и шефу была представлена вполне
приемлемая версия: неспособность Стерховой организовать продажи в
плановых объемах привела к стагнации запасов и, как следствие,
серьёзным убыткам. Она была не тот человек, чтобы идти напролом по
офисным коридорам и искать истину, поэтому всё сошло… Влад
отделался замечанием, она – «по собственному желанию», без
рекомендательного письма.
Конечно, всё это мне стало известно намного позже. Когда я
разговаривал с Владиславом, то чувствовал его отрешенность – или ему
массаж делали в это время, и он только мычал в трубку, или тоже
экспериментировал с ложечкой, и я ему помешал.
- Владислав Валерьевич, я, может быть, не во время? Или вы не помните
Стерхову?
- А-а… извините, нет, отчего же, я помню её прекрасно. Э-э… дело в
том, что… как бы это поделикатнее сказать… она очень хороший
организатор, порядочный человек. Может, где-то жестко ставит свои
требования, но подчиненные и коллеги её уважают, безусловно, за
компетентность и деловой подход. У нас с ней не было проблем.
- Ясно. Отчего же она покинула вас – вы не заинтересованы в таких
сотрудниках?
Владислав замялся:
- Да, видите ли… - было очевидно, что он не был уверен, какую
причину своего увольнения озвучила сама Светлана новому
работодателю. – Некоторые… итоговые результаты её работы не
совсем нас, так сказать, устраивали.
«Некоторые итоговые результаты» - это очень сильно сказано, и такой
грамотный руководитель, как Афеноген, конечно, заметил тавтологию.
Но спросить напрямую о том, что говорила о причинах своего
увольнения сама Стерхова, мой собеседник всё-таки не решился.
После некоторого молчания я попробовал уточнить:
- То есть вы не готовы дать ей положительную рекомендацию?
Он молчал.
Этот тип из «Саванны» меня озадачил – нерешительный,
противоречивый, косноязычный Владислав совершенно не производил
впечатления коммерческого директора довольно-таки крупной
компании. «Может, ещё один обиженный?», - усмехнулся я про себя.
Между тем в трубке услышал:
- Рекомендацию? Знаете, я лично с ней прекрасно ладил. Она
профессионал, ей не нужно повторять ничего дважды – задача
поставлена, исполняется.
- А результат? Вы говорили…
- Да, вышел некий казус со стагнацией, по итогам прошлого квартала.
Вышло так, что это была её вина… большие убытки, вы понимаете.
- Нет, честно говоря, не совсем понимаю. Она занималась у вас
планированием? По моим данным, в «Саванне» маркетинг совершенно
четко распилен, извините за каламбур, на планирование, рекламу и
продажи. И Стерхова со своим подразделением занималась
реализацией маркетинговых планов, то есть продажами. Она их
хронически не выполняла?
- Ну, я бы не был столь категоричен… в этот раз у неё было весьма
низкое выполнение плановых показателей, в результате чего
образовался значительный избыток товара на складах компании.
Я выдержал паузу – ровно столько, сколько было необходимо, потом
заметил:
- Владислав Валерьевич, мы же с вами знаем, что план продаж может
быть завален по совершенно конкретным причинам, не так ли? Если
нарушена цепь взаимодействия внутри компании, то к продажникам
приходит, как правило, уже искаженный вариант…
- В общем… вы меня извините, но, мне кажется, я не вправе обсуждать с
вами такие вопросы – это уже из области политики компании и
относится к компетенции службы экономической безопасности. Могу
ещё раз повторить, что у меня лично проблем по работе со Светланой
Ивановной не было, а вы уже сами смотрите – брать вам её на работу
или нет. Я ей желаю удачи. Всего доброго!
В трубке пошли гудки. Я откинулся на спинку кресла и задумчиво
завертел карандаш между пальцами. Теперь выходило, что формально
у меня нет устных положительных отзывов с прежних мест работы на
двоих из трёх претендентов на вакантную должность. Представленные
бумажные рекомендации я не брал в расчет – такие налепить можно
сколь угодно. С точки зрения языка Эйнштейна совсем не важно, от
кого и по каким причинам получен негатив – от коллег ли иль
руководителей, или подчиненных. Я был уверен, что, проделав ещё
один раунд телемаркетинга на уже ином уровне «компетентных
респондентов», получу больше дополнительной информации, но опять
же очень субъективной, на грани сплетен. Каждый из нас где-то когда-
то с кем-то взаимодействует и оставляет позади себя шлейф
впечатлений и эмоций, и было бы удивительно, если бы этот аромат
оказался исключительно от Живанши или, наоборот, исключительно от
бака №2, что стоит у крайнего подъезда того дома.
Третий. Карпов.
Я проверил надежность запертой двери, отодвинул кресло подальше от
стола и поближе к пальме за спиной и взял ложечку. Через некоторое
время увидел, как живого, прямо перед собой – Карпова.
Вот он стоит посреди светлой приёмной, несколько насмешливо глядя в
широкие карие глаза Помощницы руководителя. Она сидит, слегка
откинувшись в своём секретарском кресле, и небрежно накручивает на
тонкий длинный пальчик с огромным черным ногтем локон прямых
белокурых волос.
- Ты определенно уверена, что командир меня не примет? –
спрашивает он.
- Вадик, ну вы же обо всём уже договорились. Он подписал соглашение
сторон, ты по этому соглашению получаешь достаточно денег, чтобы 3
месяца загорать на Кипре, пока твоё резюме вертится на кадровых
сайтах – зачем сейчас тебе эта встреча? Только испортишь всё.
Он молчит, потом с улыбкой произносит:
- Ты не задумывалась, почему в этой компании все руководители –
преимущественно женщины до 30 и так называемые… мужчины…
инфантильной структуры? Даже самый главный «безопасник» во
взгляде прячет тихую грусть?
- Да ну тебя! Он женат и у него двое детей, – она поворачивается к
компьютеру.
- Нет, Вика, ты не поняла – я не имею ввиду сексуальную ориентацию. Я
про то, что человек подсознательно окружает себя людьми, среди
которых он – авторитет и «гром и молния». Он за счет вас поднимает
свою самооценку. Вокруг должны быть одни бездари и растяпы,
которые согласно кивают на совещаниях: «Да, сан-сэй, мы бестолочи,
совершенно справедливо, сан-сэй – полные бестолочи!»
Он так комично промямлил последнюю фразу, что Вика широко
улыбается, продолжая тарабанить по клавиатуре и глядеть в монитор.
Она произносит:
- Зато тебе нужно было вылезть! Мало платили, что ли? Где ты сейчас
такую зарплату найдёшь?
- Да не в деньгах дело, Викуль. Всех не заработать всё равно. Мне за
державу обидно.
- Ну, значит, из тебя ещё юношеский максимализм не вышел. Человек
уже двенадцать лет этот бизнес ведёт, а ты – без году неделя, учить
его взялся, Вадик – жесть!
- Да не учить – я реальные вещи предлагал по оптимизации процесса.
Ведь у меня был корпоративный сектор, Вика, это фактически VIP:
здесь нельзя такой же тяпкой, что и в мелком опте…
Мягкий зуммер входящего сигнала прерывает его тираду. Вика
отвечает на телефонный вызов, задаёт уточняющие вопросы и ставит
звонок в режим ожидания, сокрушаясь:
- Ну почему практически все звонящие сходу начинают преодолевать
секретарский барьер? Как будто все с одних курсов по теле-
коммуникациям, как под копирку…
- Ну… твой барьер… преодолеть… - Карпов многозначительно смотрит
на её высокую грудь, - весьма и весьма…
(Я усмехаюсь. Ложечка подрагивает между пальцами.)
- Не надо шалить, лапа. Звонок, кстати, про тебя – желают получить
рекомендацию, а у босса занято – не могу ему звонок перевести, - и она
откровенно задерживает взгляд на его переносице, затем щебечет в
трубку, и я слышу её голос в режиме эхо: - Секундочку, линия пока не
свободна.
Вадим многозначительно смотрит на ширму позади Виктории, где
располагается мини-барчик для обслуживания кабинета директора. Там
же на тумбочке – ещё один телефонный аппарат для оперативного
доступа секретаря, о котором Вадим, конечно, знает.
- И что мне за это будет? – невинно интересуется Вика.
Карпов в немом почтении изображает огромный букет. Вика ворчит,
переводя звонок за ширму:
- Ваши букеты потом мистическим образом превращаются в «Марс» или,
если повезёт, то в «Баунти».
Вадим в два прыжка оказывается за ширмой, посылая ей по ходу
воздушный поцелуй. Вика слышит, как он, откашлявшись, отвечает на
звонок несколько изменённым голосом, с некоторым придыханием:
- Да, слушаю вас. Очень приятно, Афеноген Ильич… Рад, что Карпов
выбрал другой рынок – на этом я бы ему его уход от меня не простил
бы, ей-Богу..!
- Ну, артист! – усмехается Вика, изучая документ на своём мониторе.
(Ложечка падает.)
Нет, это ручка скатилась со стола и упала, а я держал возле отвисшего
уха трубку. Ложечка была в стакане. Наваждение. Приснилось? Надо
завязывать с ложечкой.
Я легко встал из-за стола и засеменил по своему кабинету, разминая
пальцы. Судя по всему, Татьяна была права в отношении Карпова. Да и
мне самому импонировала легкость и скрытый напор в манере общения
Вадима. Там, где менеджер по кадрам уловила цинизм, я был склонен
видеть холодный прагматизм и стремление к результату. По трупам
Карпов не пойдёт, но рулить направлением будет достаточно
безапелляционно. В сочетании с личной харизмой и определенной
демократичностью, свойственной этому поколению – у него должно
получиться, а уж общий язык с ним найти не составит труда.
- Ну что, принимаем решение? – спросил я себя, раздвигая жалюзи на
окне напротив стола для совещаний.
Также было бы идеальным оставить и Стерхову с Коломейчуком, вдруг
подумалось мне. «На всякий случай». Но предложить им поработать
супервайзерами «в полях» с неясной личной профессиональной
перспективой… наверно, это было бы слишком, но, с другой стороны, за
спрос денег не берут. «Поручу Татьяне, пусть завтра с ними
поговорит», - решил я. Как быть с мотивацией – разберемся по ходу,
если от них будет позитив.
Проблема представлялась решенной.
Вечером, на футбольном матче, куда я время от времени наведывался
за компанию с приятелями, разговорившись с Петькой Градовым,
программистом из областного УВД, случайно выяснил, что «Саванну»,
где давно работал сисадмином знакомый Петьки Васька Хрыщёв,
последние два года регулярно «ставила на Enter Светлана Ивановна; и
что Влад, Linux гонимый, её круто подставил с бизнес-планом и
отгрузками, так что той пришлось нажать на Delete. А поскольку мадам
она гордая, то функцию Insert сочла ниже своего достоинства и просто
написала заявление «по собственному», даже без вызова F1». А в
«Ковчеге» директором уже лет десять с лишним такой самодур в
окружении молчаливых преданных барышень, что грамотные
специалисты там редкость, и если он дал хорошую рекомендацию кому-
то – совсем не факт, что так оно и есть на самом деле; но «сам батька
пашет дай Бог каждому – за всех, практически, как Exel, оттого и роста
у фирмы особого нет, потому что работать вширь никому не даёт, ну да
это его личные проблемы”. Зато Вовка Коломейчук из «Пересвета» - вот
это ещё тот фикус: так мозги запорошит, что мама не горюй, быль от
небыли не отличишь. С клиентами это проходит гладко и для всеобщей
пользы, а вот девчонки с выписки периодически нервничают - раз в два
месяца обычно, не чаще и не реже.
Идя после матча домой, я подумал вдруг, что ведь, наверно, и про меня
у кого-то есть полный набор инфы – проверенной и не очень, а я об
этом ни сном, ни духом: жесть, полный линукс!
Придя в пятницу пораньше на работу, я вновь разложил перед собой
все три резюме, детали которых уже знал на память, и, налив себе
горячий кофе, прищурился над фотографиями 3х4 в правом верхнем
углу анкет:
- Ну что, апостолы, продолжим? Где тут ваши верительные
креденталии... Тройка, семёрка, туз… тройка, семёрка, дама.
К обеду нужно было принять окончательное решение.
Copyright (с): Дмитрий Чарков. Свидетельство о публикации №277313
Дата публикации: 16.04.2012 05:09
Предыдущее: БогадельняСледующее: Мой первый, блин

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.
Пресс-релиз
Блиц-конкурс

Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Региональные
отделения
Форум для членов МСП
Положение о Сертификатах "Талант"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Атрибутика наших проектов

Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой