Приглашаем на поэтический конкурс "Хит Сезона".











Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Диалоги, дискуссии, обсуждения    Презентации книг    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу   
Новогодние розыгрыши призов от
Литературного фонда
имени Сергея Есенина
Положение о розыгрышах
Форум розыгрышей

Буфет. Истории
за нашим столом
Два сна как из прошлой жизни для жизни настоящей. Чтобы они значили?
Конкурсы на призы Литературного фонда имени Сергея Есенина
Литературный конкурс "Рассвет"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Знакомьтесь: нашего полку прибыло!
Первые шаги на портале
Правила портала
Размышления
о литературном труде
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
Диалоги, дискуссии, обсуждения
С днем рождения!
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Книга предложений
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Белгородская область
Курская область
Ивановская область
Ярославская область
Калужская область
Воронежская область
Костромская область
Тверская область
Оровская область
Смоленская область
Тульская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Архангельская область
Калининградская область
Республика Карелия
Вологодская область
Псковская область
Новгородская область
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Республика Удмуртия
Нижегородская область
Ульяновская область
Республика Башкирия
Пермский Край
Оренбурская область
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Республика Адыгея
Астраханская область
Город Севастополь
Республика Крым
Донецкая народная республика
Луганская народная республика
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Республика Дагестан
Ставропольский край
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Курганская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Алтайcкий край
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Кемеровская область
Иркутская область
Новосибирская область
Томская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Зарубежья
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Молдавии
Писатели Азербайджана
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Болгарии
Писатели Испании
Писатели Литвы
Писатели Латвии
Писатели Финляндии
Писатели Израиля
Писатели США
Писатели Канады
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Просто о жизниАвтор: Юлия Артэ
Объем: 10750 [ символов ]
Offertorium (Жертвоприношение)
Поднявшийся было в воздух обрывок красной ленточки замирает – на мгновение – и, дернувшись, стремительно падает в длинную блестящую лужу. Словно маленький легкий кораблик, он плывет живым пятнышком, задерживающим взгляд, к самому ее краю. Недолго. Чуть скрипнувшее колесо телеги расплескивает отраженное в воде солнце – и уж нет ничего, кроме растревоженной пузырящейся мути и какой-то, казалось, навсегда ускользнувшей мысли…
 
Судебный процесс закончен, и уже завтра та, о которой невыносимо думать, умрет.
 
Улицы Валенсии украшены флагами и гирляндами цветов, на балконах – яркие пятна ковров. Шумная толпа жарко суетится на центральной площади. Здесь, деловито стуча топорами, строят помост, с особой тщательностью подготавливают «жаровню».
Репетиция завтрашнего праздника в самом разгаре.
Беатрис, прижавшись к прохладному камню, наблюдала за процессией благочестивых прихожан. Неспешно и гордо шествуют мимо осведомители, скрывающие лица под белыми капюшонами. Колышутся длинные балахоны священнослужителей, торжественно и ритмично поднимаются над головами зеленые штандарты инквизиции. Чувствуется ответственность предстоящего мероприятия и вместе с тем пропитавшее сам воздух желание завершающего, всеобщего разрешенного веселья.
Беатрис вдруг показалось, что вокруг – сплошь ожившие маски с кое-как прорисованными лицами. Грязно расплывшиеся красные губы и расставленные наспех разноцветные глаза, с толстыми, прочерченными грубым карандашом, ресницами. Маски без возраста, без настроения. Одинаково-сосредоточенные и чужие. Но нет, вот же – Беатрис узнала одного из участников процессии, улыбчивого молодца, что часто приносит в ее дом свежую рыбу в больших плетеных корзинах. Надо же, сегодня его не узнать: так серьезен и важен…
Завтра здесь, на площади, кульминацией аутодафе – кульминацией праздника, будет ярко гореть человеческая плоть.
– Сеньора желает воды?
– Нет, Тео.
– Пойдемте отсюда, прошу вас, здесь небезопасно, эта толпа…
– Тео, а ведь завтра ее убьют. Знаешь, как? Ей стянут веревкой руки и шею, наденут дурацкую желтую рубаху. Ее волосы, ее прекрасные длинные волосы состригут, потом…
И снова слезы, душащие, ослепляющие.
– Сеньора, я прошу вас, не надо, пойдемте отсюда!
Она покорно побрела прочь сквозь воодушевленную, предвкушавшую толпу. Тео бросился вперед, расталкивая маски – пустые, чужие.
«Hostias et preces tibi, Domine, Hostias et preces…» «Жертвы и мольбы тебе, Господи, жертвы и мольбы…»
 
Когда она появлялась на подмостках корраля*, народ восторженно вопил, вскакивая с деревянных скамеек: «Алисия! Наша Алисия!» Не всегда высокопарный слог мистерий был понятен простой разношерстной публике. Но это было совершенно не важно, когда Алисия – в каждой черточке нежность и тонкость – подходила к самому краю сцены, и в гробовой тишине раздавались слова, полные той особенной выразительности, что колет своей внутренней, изнаночной стороной. Что заставляет в каком-то ошеломляющем возбуждении кричать и плакать, и разбивать ладони, и рвать собственные мятые маски – в некотором смысле, сходить с ума. Алисия была настоящей актрисой. И, конечно, ее необыкновенное умение перевоплощаться – из злобной старухи в соблазнительницу, из хитрой служанки – в королеву – делали ее необыкновенно привлекательной. Беатрис догадывалась, что у этой нищей актрисы поклонников не меньше, чем у нее самой, женщины одной из самых знатных фамилий Валенсии.
– Сеньора, вы хотели меня видеть? – спросила тогда Алисия, кокетливо накручивая на палец тонкую красную ленточку, спускающуюся с черных волос. Этот долгий взгляд, эта дерзкая улыбка, счастье, которое – вызов.
Говорят, талантливые люди знают немного больше, чем все остальные. Не умом, а каким-то особенным чутьем. Ты, казалось, знала все наперед уже тогда, в первый раз переступив порог моего дома. Может, поэтому глаза твои так легко наполнялись слезами, когда в роли бедной донны Анны ты стояла на коленях и простирала руки:
Небо, кто же
За меня отмстит?..
 
А еще говорят, талантливые люди одиноки. Одиноки тем особым ощущением переполненной светом души, при котором лишь очень легкое прикосновение к другому существу может быть безболезненным. На сцене, проживая чужие жизни как свои собственные, ты поднимала голову, устремляясь куда-то очень высоко, гораздо выше натянутого брезента своего корраля, в бесконечную голубую высоту. И любила всех, кто приходил к тебе. Потому, что переполненная светом душа не любить не может. Любила, зная, что они – кто сейчас, открыв рот, затаив дыхание, следит за каждым твоим жестом – не пропустят и твоего последнего представления. Будут ждать, озираясь, притоптывая от нетерпения. С сырыми ветками в руках. Аутодафе или мистерия – смахнув слезу нечистым рукавом, они вернутся к своим незатейливым делам, как будто тебя вовсе не было. В чем же секрет твоего счастья, Алисия, одинокого, хрупкого и такого невозможно притягательного? –
Я не успела спросить тебя об этом. Не успела задать свой самый главный вопрос, измучивший, тысячекратный. Кто же ты, кто?..
Беатрис стояла на коленях в прохладном храме. Епископ произносил слова молитвы нараспев, словно раскачивая каждое слово из стороны в сторону. «Confiteor Deo omnipotent…» («Каюсь перед Богом всемогущим…»), – слышала Беатрис сквозь собственные мысли. – Меа culpa, Меа maxima culpa, это моя вина, что однажды…
Однажды на улице я увидела тебя с молодым пареньком, он держал твою руку, а ты, слегка наклонив голову, улыбалась ему, и твое лицо было так близко от его губ. Почему я краснею, когда вспоминаю это? А когда в танце сползла твоя накидка и обнажила загорелое плечо, у меня перехватило дыхание. Прости за то, что я не могла не видеть, как ты хороша. За то, что ночью, позволяя Тео больше, чем обычно, прижимаясь к его сильному телу, я ищу защиты от своих невозможных желаний, что терзают меня с тех пор, как я узнала тебя. Проходят дни, а мои видения вспыхивают все ярче. Я ищу тебя, Алисия. В каждом встречном открытом лице, в каждой стройной фигуре я вижу тебя, смеющуюся и очаровательную. Я все время говорю с тобой и думаю о тебе так много, слишком, не простительно много…
– Знаешь, Тео, я люблю ее.
– Ее все любят, моя госпожа.
– Но я люблю ее не так, как все… Понимаешь?
Милый, хороший мой Тео, он просто поцеловал мою руку, он не сказал ни слова.
Так кто же ты? И разве же ты не ведьма? Разве не демон завладел моим сердцем? Ведь не угадать, не уловить ту призрачную границу между ощущением чистоты, светлой благости и тем безумным, дьявольски неотвязным желанием к тебе прикоснуться. Мне не удержаться на той границе, Алисия, не устоять. А ведь завтра…
«Confiteor Deo omnipotent…»
 
О том, что Алисию, как нераскаявшуюся ведьму, сожгут, она узнала несколько дней назад.
Недремлющие слуги инквизиции давно примерялись к строптивым, не в меру веселым актерам, разыгрывающим в коррале «весьма подозрительные» сцены. «Ведьма», – злорадно шептали, показывая украдкой на ту, что притягивала внимание всего города. В связи с тем, что Алисия внезапно пропала, представление пришлось отменить. Толпа немного пошумела и затихла, разошлась.
 
Ты видишь, Алисия, как будто тебя и не было…
 
Энергичный инквизитор разыгрывал свою партию, как по нотам:
… – Веруете ли вы в Иисуса Христа, родившегося от пресвятой девы Марии, страдавшего, воскресшего и восшедшего на небеса?
– Верую, святой отец...
– Но если я имею против вас, как думаю, свидетельства, расходящиеся с вашими словами, клятвы не спасут вас от костра. Вы только оскверните совесть и не избавитесь от смерти. Но если вы просто сознаетесь в ваших заблуждениях, то к вам можно будет отнестись со снисхождением…
– Мне не в чем сознаваться, падре. Я – невиновна…
– Вы говорите так, как будто не боитесь страшного суда!
– Я в жизни не сделала ничего плохого, зачем же Богу убивать бедную птичку, услаждающую пением слух?
«Убивают люди, – думал инквизитор, рассматривая Алисию, – например, затем, чтобы птичка не услаждала слух других. Хрупкость ее жизни – вот что искушает, вот что не дает покоя…»
 
«Pater noster, Sanctrticetur nomen Tuum…» «Отче наш, Да святится имя Твоё…». Опустив голову и закрыв глаза, Беатрис ощущала, как ее внутреннюю, глубокую боль будто вытягивали, распрямляли звуки органа. Они, переплетаясь с густым человеческим голосом, словно отбрасывали, закрывали часть ее переживаний, словно лишали самой возможности выбора. Медленно в душе кристаллизовалась некая уверенность и понятность, приносящая облегчение. Все может быть за нас и без нас решено. Нужно только понять, что дело совсем не в женщине, лишившей сна, и даже не в ней самой, Беатрис, испытывающей эти муки. То, что произошло, то, что происходит с нами каждый день – рождается там, высоко, куда взмывают готические стрелы храма, куда несется измученная душа в молитве, куда устремляются глаза, полные слез…
Слова священника монотонным гулким речитативом ложились на оголенную, вскрытую музыкой душу. Сердце будто оборвалось, онемело, и в этот миг Беатрис вдруг совершенно отчетливо поняла, что все уже случилось, что жизнь или смерть в каком-то смысле теперь неважны, что все они – люди, чьи жизни столкнулись сегодня волею судеб – играют второстепенные, незначащие роли в каком-то большом, грандиозном представлении…
А еще поняла Беатрис, что ничего не сделает для спасения Алисии.
«In hac fide vivere et mori statuo». «С этой верой живу и умру». – С верой в бессмертие души, прошедшей испытания хрупкого и непредсказуемого человеческого тела. Верой в бесценность и неслучайность каждого существа, обозначенные жизнью и подчеркнутые смертью. Через любовь отрекающуюся, неутолимую – с верой в единственного Бога нашего.
«Offertorium», – услышала Беатрис и до боли сжала руки…
 
– Но ведь можно же подать апелляцию в Рим? С вашей помощью, сеньора, ее могут освободить, ее обязательно спасут! – недоумевал Тео.
От взгляда Беатрис он невольно вздрогнул. Что-то незнакомое и пугающее было во внезапной улыбке, передернувшей ее потемневшее лицо.
Беатрис подняла глаза к небу. Облако, похожее на огромный бутон белой розы было единственным на ярко-голубом фоне. Какой-то миг – и бутон растекся, сделался неузнаваемым, расплывшиеся его части теперь напоминали лишь скомканный лист бумаги.
– Нет.
Она глубоко вздохнула и тяжело, опираясь на каждое слово, произнесла:
– Нет, Тео. Ведьмы должны гореть. Священный суд никогда не ошибается.
И, отвернувшись, еле слышно добавила:
– Молись за ее душу, как молюсь я. Это – все…
___________________________________________ _______________
 
От автора:
корраль* - прообраз театрального помещения. Двор, чаще всего гостиничный, сверху – брезент от солнца, внизу – деревянные скамейки для зрителей.
 
В тексте использованы слова из католических молитв на латинском языке, с переводом.
Copyright: Юлия Артэ, 2008
Свидетельство о публикации №141887
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 01.03.2008 20:53

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
Ирина Любезнова[ 28.07.2007 ]
   5+! Красиво написано. Зрелый Автор. Придраться не могу.
 
Юлия Артэ[ 28.07.2007 ]
   Спасибо большое!
Надежда Цыплакова[ 28.07.2007 ]
   Рада Вашему новому произведению, Юлия.
   Но несколько вопросов, если позволите.
   "Талантливые люди...Одиноки тем особым ощущением переполненной светом души, при котором лишь очень легкое прикосновение к другому существу может быть безболезненным."
   Если душа талантливого человека переполнена светом, то свет его таланта вырывается к людям, именно стараясь прикоснуться, часто бессознательно, к душам других людей, чтобы найти со-звучие и
   со-знание...
   Значит ли Ваша фраза, что талантливый человек настолько тонок и чувствителен, что даже светом своей души боится дотронуться до души ближнего? Но ведь ближние жаждут света...
   Или это значит, что талантливый человек боится расплескать свет своей души? И это очень болезненно...для него?
   
   " С верой в бессмертие души, прошедшей испытания хрупкого и непредсказуемого человеческого тела"
   "бессмертие души" и "хрупкое тело"(плоть) - находятся в единстве и борьбе противоположностей в человеке. И если брать по Шекспиру, например, то душа - центр плоти и от неё зависят все "телодвижения": мелкая душа - низкая плоть и наоборот... По христианским понятиям душа якобы находится в крови человека, т.е. пронизывает все тело... т.е. зависимость тела от души значительно больше, чем обратная зависимость...на мой взгляд...Зависимость­ же души от тела мала, так как она только временно "арендует" данную оболочку...
   
   "Слова священника монотонным гулким речитативом ложились на оголенную, вскрытую музыкой душу. Сердце будто оборвалось, онемело, и в этот миг Беатрис вдруг совершенно отчетливо поняла, что все уже случилось, что жизнь или смерть в каком-то смысле теперь неважны, что все они – люди, чьи жизни столкнулись сегодня волею судеб – играют второстепенные, незначащие роли в каком-то большом, грандиозном представлении…"
   Все предопределено свыше - написано здесь. И значит, Беатрис не виновата? Несмотря на то, что Алисия была принесена в жертву?
   И толпа, которая преклонялась перед талантом Алисии, а потом радостно приняла её смерть, как очередное представление, тоже не виновата? Значит талант не имеет силы остановить безумие? Для чего и кого тогда этот талант был дан Богом Алисии? Или грешная любовь к ней была сильнее ее таланта и стремление освободиться от греха такой любви сильнее греха смерти? Особенно, если убиваешь вроде бы не ты...
   
   С уважением, Надежда
 
Юлия Артэ[ 29.07.2007 ]
   По поводу талантливых людей. Я не думаю, что "талантливый человек боится расплескать свет своей души", просто потому, что об этом не думает. Он живет в своем собственном мире, и оттого что он слишком полон, оттого, что весь спектр чувств, говоря высокопарно, находится внутри него самого, лишь легкие прикосновения с окружающим, в том числе, с людьми, приносит желаемые положительные эмоции. Ведь что такое близкий человек? Он живет с тобой, он хочет, чтобы ты делился с ним всем, мыслями, эмоциями и т. д. Но людям, о которых мы говорим, поверьте, нужно не столь это, сколь ощущение, что тебя любят, что кто-то рядом, и этого достаточно. Самыми сильными своими переживаниями им нет нужды делиться. Они выбрасывают это в творчество, и когда многие именно "слегка прикасаются", слушая, читая, сопереживая, вот тогда они счастливы. "Созвучие", как вы говорите, я уверена, они не ищут. В смысле поиска. Знаете, как Кафка сказал: "Одиночество - это то, что мы все время ищем и в то же время от чего стремительно убегаем"(приблизител­ьно).­ Творческому человеку необходимо одиночество для того,чтобы лучше слышать себя...
   
   Зависимость души от тела огромна. Тело – это «бытие», т. е. то, чем душа обладает в этой жизни, скажем так. А бытие, как известно, определяет сознание и еще много чего. Этого, в частности, рассказа бы не было, если бы героиня не чувствовала грешную, на ее взгляд, чувственную страсть, к актрисе. Все ее мучения души идут именно от тела. И к тем мыслям, о которых мы сейчас говорим, она пришла именно благодаря эмоциям тела. Да и вообще, я думаю, старик Фрейд был во многом прав. Не все, конечно, так категорично, но очень многие вещи в жизни, что связывают обычно, с проявлениями души, на самом деле имеют слишком «земные» корни…
   
   
   И последнее. Один из смыслов веры, на мой взгляд, состоит именно в том, чтобы понимать, что не все зависит от тебя, что есть что-то, что больше, лучше, сильнее тебя, и потому, ему лучше знать, что, как и почему. Жизнь талантливого человека обладает такой же ценностью, как любая другая. Это вы можете сказать: «Почему именно он, что давал нам свет и т. д. ?» Для Бога все равны. Все грешны уже тем, что волей или неволей, дают толчок к грехам других, быть может. Все смертны. И если сложно решать, как поступить – не поступай никак. За тебя решат и так. Знаете, в каком-то течении буддизма, что ли, есть совет: плыви по течению, оно тебя всегда вынесет к морю…
   Беатрис виновата тем, что основа ее выбора – ее частные, личные мотивы, корыстные, грешные. И потом – с точки зрения церкви, особенно католической, особенно в те времена, сомнения в правильности догматов – уже грех. А если человек думает, что может решить что-то за Бога, изменить то, что решает церковь – это грех ужасный.
   Толпа не виновата никогда. Потому, что толпа – это собрание отдельных людей, из которых каждый должен решать для себя, что и как.
   Талант может остановить безумие одного в отдельности. Но не толпы, подверженной более сильному, всеобъемлющему стимулятору – страху смерти как таковой. Психология толпы – отдельная история, здесь много всякого можно говорить, лучше почитать классиков…
   «Греха смерти» нет. Убивает Бог, а мы лишь можем содействовать этому или попытаться слегка изменить ход событий, и этим, возможно, создать еще большее количество грехов.
   Беатрис попала в ловушку. Но Беатрис – не я. И не знаю, как бы я поступила, честное слово, в том-то и дело, что невозможно решить однозначно…
Надежда Цыплакова[ 29.07.2007 ]
   С Зигмундом Фрейдом согласна: основной инстинкт превалирует в человеке, не смотря ни на что: на интеллект, талант, культуру, достаточность и т.д. Поэтому наличие целибата в католичестве и отшельничества черных монахов в православии считаю одним из главных принципов действительного служения Богу... Несмотря на "Плодитесь и размножайтесь"...
   
    "Талант может остановить безумие одного в отдельности. Но не толпы, подверженной более сильному, всеобъемлющему стимулятору – страху смерти как таковой. Психология толпы – отдельная история, здесь много всякого можно говорить, лучше почитать классиков…
    «Греха смерти» нет. Убивает Бог, а мы лишь можем содействовать этому или попытаться слегка изменить ход событий, и этим, возможно, создать еще большее количество грехов."
   
   А, как Вы считаете, Юлия, вожди и лидеры, ведущие за собой толпу, неталантливы? Значит ли это, что театральный (литературный) талант отличен от таланта вождя по влиянию на психологию толпы? Т.е. это разные таланты... Ведь толпа, подверженная страху смерти, очень послушна... И не только талант лидера смог бы внушить ей необходимое бесстрашие, но и другой, например, литературный талант... Ведь не зря писатели всегда находились под пристальным вниманием идеологов... Спасибо за совет почитать классиков - предпочитаю доходить до всего сама... так надёжнее. :) Дело в том, что я сейчас готовлюсь к написанию одного произведения, где анализируются условия самовыражения коллективов людей в подчиненных условиях... По-Вашему получается, что самовыражения группы (толпы) не может быть...
   А если группа (толпа) достаточно организована и неглупа?
   "Греха смерти нет. Убивает Бог". Поэтому самоубийц хоронят вне кладбищ... Но получается, что это Бог убивает людей руками других людей... Или их делать это заставляет "бытие"?
   Смерть - вообще не грех, а продолжение жизни... в другой... По-Вашему получается, что жизнь (бытие)- это сплошной грех... шаг вправо, шаг влево - опять грех... А "бытие" определяет сознание..."(К.Маркс­)...­ Значит, душа изначально грешна?
   Извиняюсь за несколько странные вопросы... но в Ваших произведениях столько философии... над которой задумываешься...
   Обещаю больше не задумываться!:)
   
   С уважением, Надежда
Юлия Артэ[ 30.07.2007 ]
   По поводу психологии толпы – я очень люблю доктора Юнга, он много взял от Фрейда, хотя и на каком-то этапе коренным образом с ним разошелся. Но есть еще незабвенный Ницше (куда ж без него), есть еще масса психологов, рассматривавших эту тему. А я считаю так. Люди, ведущие толпу, безусловно, талантливы. Но только в одном – в умении психологическом, манипулированию этой толпой. А ведь в этом, согласитесь, достаточно много цинизма – использования людских слабостей и глупостей в своих, корыстных, целях. Стремление к власти – вот что возводится некоторыми психологами (к примеру, Адлера, ученика Фрейда) в ранг одного из самых сильных мотивирующих факторов. Так вот. Литературный талант, раз уж вы их сравниваете, отличается от всего этого тем, что не ставит себе целью завоевание этой толпы как таковой. Массы, так сказать.
   
   Я думаю, самовыражение толпы есть, но в каком-то своем смысле, в сравнении с другой толпой, к примеру.
   
   «Бог убивает руками других людей». Ну, конечно же, Бог не может (или не считает нужным) убивать самому, хотя и это бывает. Ведь в акте чьей-то смерти участвуют иногда многие люди. Человек убивает другого, и все это делается для того, чтобы его потомок, имея несчастное детство, стал великим… художником. Пути господни неисповедимы, эти цепочки нам не рассмотреть. И католическая религия мне нравится своею категоричностью, мне нравится то, что в ней запрещается не только сомневаться, но и рассуждать на эту тему… В этом смысле, мы с вами, Надежда, уже грешим:)
   
   «Шаг влево, шаг вправо». Толстой, как вы знаете, верил, что человек рождается безгрешным. (Я просто относительно недавно закончила филфак) Что до меня, думаю, что человек не может быть безгрешным по определению. По той роли в жизни, на которую нас обрек наш Бог. Мы не можем быть абсолютно светлыми, никто, никогда. Так задумано. Мне больше близок Достоевский со своим полем битвы добра и зла, что есть в душе у каждого. Да, всё грех. Для стимула. Для того, чтобы не расслаблялись. Чтобы не зазнавались, чтобы стремились к лучшему, к безгрешному. Вот так, наверное. Пишите еще, я всегда готова пообщаться, можно в гостевую, чтобы здесь не мусорить:)
Роман Крит[ 09.08.2008 ]
   Никогда индивид не мог справиться с толпой, а толпа никогда не принимала индивида. Ей нужна масса, серая безропотная масса, которой легко и просто управлять. Для этого придумали смертную казнь, чтобы устрашать, алкоголь, чтобы растлевать, лицемерие, чтобы пускать пыль в глаза. А может не придумали. Может, оно родилось само. Чем сильнее человек выделяется из массы, тем большим гонениям он подвергается. И неважно, кто он на самом деле. В любое время его можно выставить ведьмой, преступником, политически неблагонадежным. Высшие божественные силы? Они в каждом из нас.
   Рассказ просто потрясный! Настолько четкое описание, что позволяет ощутить даже дуновение ветерка... Спасибо Вам!:)
 
Юлия Артэ[ 09.08.2008 ]
   Спасибо! Интересно, насколько по-разному этот рассказ воспринимают. Кто-то кроме "грешной, грязной" страсти ничего не увидел, еще ревность (почему-то)... Кто-то про талантливых людей, кто - про психологию толпы, а то и про религиозные "что грех - что не грех"...
   Да, наверно, все вместе.
   А для меня - это рассказ о любви...
   Спасибо еще раз. Удачи!
Аксель[ 15.12.2009 ]
   Мне нечего добавить к тому, что сказано другими относительно содержания этого произведения. Хотел лишь остановиться на частностях: offertorium - место жертвоприношения; sanctrticetur - вы неправильно воспроизвели это слово.
Юлия Артэ[ 15.12.2009 ]
   Акселю:
   Обратите внимание на сноску в конце моей работы: "В тексте использованы слова из католических молитв на латинском языке, с переводом." В другом контексте те слова, которые вы упоминаете, переводятся несколько иначе, следуя словарю. Но как часть заупокойной мессы, "Offertorium&qu­ot;­ переводится именно как "Жертвоприношен­ие".­ И в самом тексте этой молитвы -"Жертвы и мольбы тебе, Господи", оно переводится так же. Именно поэтому я назвала так - по названию части Реквиема, а не просто перевела нужное мне слово... Если надо, могу дать ссылку на сайт католических молитв, но думаю ,вы сами, если захотите, с ним ознакомитесь. Спасибо за коммент. Удачи!

С днем рождения!
Людмила Клёнова
Расскажи мне...
Любовь Кулагина
Не надо раздражать Аллаха
МСП "Ноый Современник" представляет
Валентина Тимонина
Лицезрейте, господа
Как стать автором книги всего за 100 слов
Положение о проекте
Общий форум проекта
Остап Бендер в наши дни
О возобновлении выпуска наших журналов
Об издательской деятельности на портале и особых наградах за возобновление выпуска журналов
Мнение...Критические суждения об одном произведении
Виктор Лидин
Отпустила б ты...
Читаем и обсуждаем.
Презентация книги Михаила Поленок
"Не ради славы…"
Устав, Положения, документы для приема
Билеты МСП
Конкурсы 2022 года
Дипломы Номинатов конкурсов МСП 2022 года
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
Планета Рать
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Организация конкурсов и рейтинги
Литературные объединения
Литературные организации и проекты по регионам России
Литературное объединение
«Стол юмора и сатиры»
Общие помышления о застольях
Первая тема застолья с бравым солдатом Швейком:как Макрон огорчил Зеленского
Комплименты для участников застолий
Cпециальные предложения
от Кабачка "12 стульев"