Дмитрий Шашкин и проект "Мнение. Критические суждения об одном произведении" приглашают авторов принять участие в обсуждении произведения Дмитрия Шашкина "В России рая нет без ада". Читайте на Круглом столе портале и заходите на форум проекта!
Кабачок "12 стульев" и журнал с одноименным названием приглашают










Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные блоги    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Проекты Литературной
сети
Регистрация автора
Регистрация проекта
Справочник писателей
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Курская область
Калужская область
Воронежская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Калининградская область
Республика Карелия
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Нижегородская область
Пермский Край
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Город Севастополь
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Новосибирская область
Кемеровская область
Иркутская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Казахстана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Литвы
Писатели Израиля
Писатели США
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
С днем рождения!
Книга предложений
Фонд содействия
новым авторам
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Литературная мастерская
Ваш вопрос - наш ответ
Рекомендуем новых авторов
Зелёная лампа
Сундучок сказок
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Приемная модераторов
Журнал "Фестиваль"
Журнал "Что хочет автор"
Журнал "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Карта портала
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Просто о жизниАвтор: Михаил Лезинский
Объем: 12653 [ символов ]
НАТАНЫЧ - рассказ поэта Валерия Саулова - Рубинштейна о поэте ВЛАДИМИРЕ ОРЛОВЕ
Валерий Саулов
( 1941 - 2003 )
 
Когда Володя Орлов, - известный крымский поэт , именем которого названа одна из симферопольских библиотек !- скончался , я бросил клич , написать современников , тех , кто соприкасался с ним по жизни , написать о нём воспоминания , - я собирался их издать за счёт какого-нибудь фонда . Но написали свои воспоминалки лишь несколько человек , хотя у Володи друзей и просто знакомых , очень даже много .
Но Валера Саулов выполнил мою просьбу и сейчас этот рассказ в единственной экземпляре находится у меня . И больше ни у кого его нет...Но так как сборника так и не получилось ,( возможно , когда-нибудь и получится ! ) рассказ меня жжёт ... Я , наверное , сделаю публикацию его на нескольких порталах...
Мих. Лезинский
+++
 
Валерий Саулов
 
НАТАНЫЧ
 
Владимир Орлов был старше меня одиннадцатью годами -то есть был человеком другого поколения. Разница в возрасте сказывалась, однако, разве в том, что он далеко опережал меня в своем житейском и профессиональном опыте. В личных отношениях она была совершенно незаметна. Но так у него, кажется, было со многими.
В симферопольском литературном объединении, куда я пришел вскоре после того, как его покинул Орлов ( « Вырос и ушел », - объясняли мне), только и было разговоров, что о нем.
- У Орлова выходит новая книга...
- Орлов написал пьесу для кукольного театра...
- Орлов выступал со стихами...
Сложилось что-то вроде легенды об Орлове, который как-то быстро и легко продвигается в литературе. Когда я, познакомившись с ним, сказал ему об этом, он удивился:
- Легко?
Он был "круглым" самоучкой - в образовании, в творчестве, в жизни.
Двухкомнатная квартира Орловых, куда они переехали в конце 60-х, была почти пуста. В других квартирах этого писательского дома (построенного из крупных каменных блоков, отчего я и предложил дать ему название "Дом из Блоков", - писатели хохотали), было тоже небогато. Но у Орловых безбытная обстановка задержалась надолго. В гостиной - толстый серый ковер на полу да радиола "Латвия" на стуле у стены. В смежной комнате-пенале, поперек нее, ближе к окну - добротный письменный стол с "ундервудом". На единственном стуле восседал хозяин, за его спиной виднелась тахта. Гостю предлагался пуф.
- Стихи принес? Читай!
Большие спокойные глаза на полном круглом лице, саркастически сложенные губы. Слушает, берет лист из рук, сам читает вслух стихи об ураганах с женскими именами.
Неистребим обычай странный, Известный миру издавна...
- Второй строки нет. Поработай еще.
Пытаюсь изменить строку с ходу - все не то. Нужен другой смысловой ход. Какой?
- Ты хочешь, чтобы я за тебя работал? Ищи сам.
Приношу новый вариант.
Неистребим обычай странный Матриархального клейма...
- Нонна! - кричит Орлов жене. - Послушай! Хорошие стихи!
И после паузы:
- Ты отделываешь строку!
Орлов вовсе не занимался моим литобразованием. Но он "ввязыался" в каждую вещь. Это был его способ реагирования на действительность. И при этом - какая точность оценок, безупречность вкуса, постоянство позиции! Однажды, вспомнив мои стихи десятилетней давности, он неожиданно для меня сказал о них в точности то, что говорил когда-то и даже цитату привел ту же, что тогда! Поэтому каждая встреча с Орловым была событием и запоминалась надолго. После таких встреч изменялся масштаб самооценки, начинался как бы новый отсчет в понимании многого. А главное - хорошо и продуктивно работалось.
Орловский интерес к творческому началу в людях был бесконечен и во многом определял его отношение к окружающим. Молоденькая поэтесса, к тому же хорошенькая, - а Орлов был к этому небезразличен - напрочь лишилась его расположения, когда он убедился, что она полагается на свое скромное дарование и обаяние, а над стихом не работает. Это было как приговор - он просто уклонялся о разговора о ней. Его внимание переключилось на совсем молоденького тогда, почти подростка, Григория Остера. Орлов, восхищался его неожиданно ранней речевой свободой, владением техникой стиха, образной насыщенностью и художественной за¬вершенностью его стихотворений. И при этом, что при первом знакомстве начинающий автор вызвал его раздражение юношеской заносчивостью и самомнением. Стихи же его Орлов хвалил и удовольствием читал на память знакомым: "Иду по берегу дороги..." И со значением поглядывал на меня - а ты, мол, так можешь? Чужая творческая удача всегда радовала его. Впоследствии Остер стал известным детским писателем. В те годы на литературном горизонте часто возникали новые лица. Так, появился некий последователь поэта Андрея Вознесенского, слава которого уже достигла зенита, а вот своей "школы" все не было. Последователь был обласкан и поддержан Вознесенским самым серьезным образом: помощью в издательских делах, совместными выступлениями и т. д. Вознесенец исполнял при мэтре роль сопровождающего лица. Его книги стали регулярно - каждые два-три года - выходить в местном издательстве. Но даже на факт издания его сборника в Москве Орлов особо не отреагировал. А вот о самой книге твердо сказал:
- Все, что он пишет, по-прежнему очень плохо.
Оценка, данная Орловым, оказалась пожизненно верна. Впрочем, она не помешала окололитературной карьере вознесенца, вплоть до недолгой эмиграции на Запад в годы "перестройки", после которой он, вернувшись, выбился в некое литначальство - что только подтвердило орловскую оценку.
И в творчестве, и просто в жизни у Орлова были принципы, которым он не изменял. Он не прощал другим нарушения того, что считал нормой. Помню, как взорвался Володя, услышав от знакомых о ком-то, ловко уклонявшемся от призыва в армию. Сам он отслужил полный срок.
Я долго не мог устроиться на работу. Узнав об этом - разговор происходил на улице, возле редакции молодежной газеты - Володя потащил меня в редакцию. Представил, отрекомендовал. И с чисто орловской прямотой - редактору:
- Но учти - какая у него фамилия...
- За это я должен платить ему больше?
- Ты будешь платить ему зарплату плюс авторские, сколько
заработает.
Я успешно прошел испытательный срок, газета опубликовала все мои материалы до единой строчки, но на работу так и не взяли. Однако это уже другой рассказ.
Орлов придумал мне псевдоним.
- Который год твоя книга лежит в издательстве? Пятнадцатый? Будет лежать еще столько же. Надо менять фамилию,
Рубинштейн! Как тебя по-отчеству? Саулович? Будешь Саулов.
Под этим именем и стали выходить мои книги. Орлов был первым, кому я подарил свою первую книгу "Городские куранты". В посвящении написал, что без него куранты бы не заиграли. По крайней мере, это была бы другая мелодия.
- Ты написал хорошую книгу. Даже очень хорошую.
Вскоре Володя попросил еще один экземпляр - хотел показать кому-то в Москве. Я провожал его на вокзале. Помню его сосредоточенное, неожиданно жесткое лицо.
Это были трудные для него времена. Еще недавно он издавался в центральных и республиканских издательствах, его стихи для детей давно вошли в лучшие антологии. Выросло целое поколение, знавшее орловские строки наизусть. Но тут обратили внимание на то, что у него все благополучно только с именем и фамилией (прадед Орлова, юный солдат-кантонист, получил фамилию командира своего полка). А отчество подкачало: Натанович. Его вдруг надолго перестали издавать даже в родном Крыму, в Симферополе. Из моих "Городских курантов" издательство изъяло посвящение к стихотворению, подаренному Орлову. Он был взбешен. Он читал всем эти стихи, объясняя:
- Это посвящено мне! Но посвящение выбросили! Старший умел и любил с нею разговаривать.
- Сначала немного поиграл с залом...
Однажды мы встретились в Сотере, под Алуштой, где Орлов устроился на лето работать в пионерский лагерь. Он допечатывал стенгазету на пишущей машинке. О делах спросил, не поднимая от работы коротко остриженной седеющей головы.
Надо было зарабатывать на жизнь. У Орловых было уже двое детей. Я случайно угодил в аккурат на родины младшей. Володю я отыскал в магазине рядом с его домом. Он и писатель Борис Серман покупали водку для торжества. У Орлова не было ни гроша, платил Серман. Он жил в том же доме и был старше Орлова лет на двадцать. Сближала их не в последнюю очередь личная надежность, порядочность. В квартире Орловых было попрежнему пусто; поэтому накрыли прямо на полу, на знаменитом сером ковре, который в другое время служил полем общения: так как сидеть было не на чем, хозяева и гости разговаривали влежку, переползая от одного собеседника к другому. На нем и расстелили простыню, расставили тарелки и стаканы. Нонну , только что привезенную из роддома с новорожденной, усадили на почетное место, она всем улыбалась сквозь слезы.
Впоследствии я видел Володину квартиру другой - обжитой, неплохо обставленной. Щегольски сверкали застекленные полки с книгами. Орлов сказал небрежно:
- Как у всех...
А когда он переехал в трехкомнатную квартиру, у него появился, наконец, большой рабочий кабинет со шкафом во всю стену, столом-"стадионом", креслом для гостей - настоящая писательская мастерская.
Однажды я пришел к нему зимой, промерзнув до синевы на необычайно сильном ветру .
- Растирай руки! На кухню, садись ближе к газу! Нонна, будем обедать. Ему нужно отогреться.
Обед памятен еще и тем, что, уходя, я прихватил перчатки Нонны вместо своих. На следующий день возвращаю:
- Прошу прощения - очень похожи. Ошибку заметил только
по запаху от рук - духи.
- Твои руки пахнут руками моей жены? А ну, сравним перчатки! Да... похожи...
Как-то навестил его в больнице. Он был после операции -туловище туго охватывал бандаж. О болезни говорить отказался наотрез. Вместо этого - о медсестре, которая будто бы задержалась у него ночью.
- Она мне объясняет, что мне ничего такого нельзя - мол,
разойдутся швы, сдохнешь.
И, морщась от боли: - А для меня это стимул, понимаешь? ...Мы идем с ним через центр Симферополя, мимо "Детского мира". Володя рассказывает о своем старом знакомом.
- Женщин любил. И женщины его любили. Что ты думаешь
-отказали ноги!
Кто мог угадать, что именно это случится с ним, жизнелюбом? При последней встрече, дома, сказал:
- Я теперь невыездной. Ничего, если я при тебе сделаю
процедуру?
И, приспустив брюки, стал массировать ноги каким-то прибором.
А работать продолжал. Не отказывался от встреч с чита¬телями, если за ним присылали машину. Выходили новые книги. Его охотно публиковали и за рубежом, особенно в Израиле. А в прессе называли "Натаныч" - теперь это было хорошим тоном.
О том, что Владимира Орлова не стало, в Крыму и в Израиле узнали практически одновременно. Тех, кого объединяла удача знакомства с ним, теперь объединило общее ощущение какой-то неестественной тишины. Это и стало знаком его ухода. И все вдруг увидели, как велик был "круг Орлова", образованный его личным магнетизмом, высоким интеллектуальным и творческим напряжением.
К Орлову никто не относился равнодушно. Его или любили, или избегали, пространство вокруг него как бы искрило разрядами. Некоторые считали его "тяжелым". А он просто не отступал от своих трудно добытых истин. Отсюда его бескомп¬ромиссность и жесткость. Но также - нежность, понимание, участие. Всердцах сказал о знакомой писательнице, опубликовавшей резкий отзыв о коллеге-земляке:
- Что она в самом деле себе позволяет! Ну нельзя же так...
И вдруг добавил:
- А ведь она его любит.
Он быстро переходил от благодушия к раздраженности. Что делать - его внутренняя "магма" располагалась близко к поверхности. Может быть, поэтому за стихами для детей последовали сборники с юмористическими и сатирическими стихами. Он постоянно находился в состоянии работы. Если собрать все им написанное, получится, наверное, целая книжная полка. Известность пришла к нему рано и уже не оставляла его. Кое-что, я уверен, еще ждет настоящей оценки - например, переводы. Он мечтал издать книгу "взрослых" стихов. Но самым значительным и интересным из всего орловского для меня всегда был сам Орлов.
Наш общий знакомый писатель Валерий Митрохин, друживший с Орловым, как-то заметил:
- Ты похож на Орлова. После разговоров с ним или с тобой
хочется писать.
Это самый дорогой комплимент мне за всю жизнь. Многое в Орлове дорогого стоило!
Он знал, как надо выделать строку,
Чтоб от нее пошла строка другая,
Но больше не притронется к стиху,
Продленностью молчания пугая.
 
Он чувствовал магический кристалл
В простой породе. Мог вспылить от фальши.
А то, что сам словами поверстал,
В мир перешло. И вот ни шагу дальше.
 
Престол труда, легенда для друзей,
Живой реванш достоинства и чести,
Дразнитель псов кусачих и гусей,
Веселый дух - теперь не с нами вместе.
 
Упрямый самоучка, старший мой
Собрат по крови, по судьбе и поту,
Он заработал право на покой,
Как человек, закончивший работу.
 
Фев. 2000 - апр. 2001 гг.
Copyright: Михаил Лезинский,
Свидетельство о публикации №137151
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ:

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
Валерий Митрохин (WWM)[ 21.05.2007 ]
   Еще раз прочел с удовольствием... и сожалением, что нет его больше....
   Этот материал я уже читал в Интернете год назад.Спасибо. Не болей.Пока.Обнимаю.
 
Михаил Лезинский[ 21.05.2007 ]
   Наверное , Валерий , я его опубликовал у Маи Рощиной ?..
   
   8 сентября в 18-30 в Ашдоде, в Бейт-оле Эйтан (ул. Какаль 90 א, район Юд) состоится литературный вечер, посвящённый семидесятипятилетию со дня рождения крымского поэта
   ВЛАДИМИРА ОРЛОВА.
   Он был лауреатом 16-й страницы «Литературной газеты», под некоторыми его ранними стихами был готов подписаться Самуил Маршак. По его стихам и сценариям поставлено множество мультипликационных фильмов. Многие поэты бывших союзных республик стали известны благодаря его переводам на русский язык.
    На вечере прозвучат его стихи, воспоминания друзей, сына. В небольшом телефильме вы увидите поэта в домашней обстановке, услышите голос Владимира Орлова.
    ВХОД СВОБОДНЫЙ для всех, кто любит настоящие стихи.

Буфет.
Истории за нашим столом
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
2019 год
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
2019 год
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
2019 год
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Энциклопедия "Писатели нового века"
Готовится к печати
Положение о проекте
Избранные
произведения
Книги в серии
"Писатели нового века"
Справочник писателей Зарубежья
Наши писатели:
информация к размышлению
Наталья Деронн
Татьяна Ярцева
Удостоверения авторов
Энциклопедии
В формате бейджа
В формате визитной карточки
Для размещения на авторских страницах
Для вывода на цветную печать
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Доска Почета
Открытие месяца
Спасибо порталу и его ведущим!
Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Альманах прозы Английского клуба
Отправить произведение
Новости и объявления
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой
Атрибутика наших проектов