Внимание: ведется прием текстов для публикаций в наших журналах! Предлагаем авторам - не членам МСП - использовать право на получение двух экземпляров журнала в подарок.
Семейная реликвия Александра и Павла Баршак, известных деятелей кино
Послесловие автора








Главная    Новости и объявления    Круглый стол    Лента рецензий    Ленты форумов    Обзоры и итоги конкурсов    Cправочник писателей    Наши писатели: информация к размышлению    Избранные блоги    Избранные произведения    Литобъединения и союзы писателей    Литературные салоны, гостинные, студии, кафе    Kонкурсы и премии    Проекты критики    Новости Литературной сети    Журналы    Издательские проекты    Издать книгу    Спасибо за верность порталу!    Они заботятся о портале   
Ольга Беликина в проекте критики "Мнение"
Подарок от Бога
Читаем и критикуем!
Новогодний конкурс
"Самый яркий праздник года-2020"
Информация и новости
Кабачок "12 стульев" представляет
Вход для авторов
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Сделать стартовой
Добавить в избранное
Наши авторы
Проекты Литературной
сети
Регистрация автора
Регистрация проекта
Справочник писателей
Писатели России
Центральный ФО
Москва и область
Рязанская область
Липецкая область
Тамбовская область
Курская область
Калужская область
Воронежская область
Северо-Западный ФО
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Мурманская область
Калининградская область
Республика Карелия
Приволжский ФО
Cаратовская область
Cамарская область
Республика Мордовия
Республика Татарстан
Нижегородская область
Пермский Край
Южный ФО
Ростовская область
Краснодарский край
Волгоградская область
Город Севастополь
Северо-Кавказский ФО
Северная Осетия Алания
Уральский ФО
Cвердловская область
Тюменская область
Челябинская область
Сибирский ФО
Республика Алтай
Республика Хакассия
Красноярский край
Омская область
Новосибирская область
Кемеровская область
Иркутская область
Дальневосточный ФО
Магаданская область
Приморский край
Cахалинская область
Писатели Украины
Писатели Белоруссии
Писатели Казахстана
Писатели Узбекистана
Писатели Германии
Писатели Франции
Писатели Литвы
Писатели Израиля
Писатели США
Новости и объявления
Блиц-конкурсы
Тема недели
С днем рождения!
Книга предложений
Фонд содействия
новым авторам
Обращение к новым авторам
Первые шаги на портале
Лоцман для новых авторов
Литературная мастерская
Ваш вопрос - наш ответ
Рекомендуем новых авторов
Зелёная лампа
Сундучок сказок
Правила портала
Правила участия в конкурсах
Приемная модераторов
Журнал "Фестиваль"
Журнал "Что хочет автор"
Журнал "Автограф"
Журнал "Лауреат"
Клуб мудрецов
Наши Бенефисы
Карта портала
Положение о баллах как условных расчетных единицах
Реклама

логотип оплаты

.
Произведение
Жанр: Фантастика и приключенияАвтор: Игорь Кит
Объем: 145854 [ символов ]
Опасное наследие.
1
 
Ритмичные разноцветные вспышки слепящего света, перемежающиеся диковинными зигзагами мерцающего зелёного луча, рисовали в дымном воздухе клуба странные психоделические картины. Транс рок, пульсирующий почти уже двадцать минут, начал вызывать у Виктора безотчетное чувство беспокойства. Он то и дело едва заметно хмурился, пытаясь подавить легкие приступы тошноты и головокружения. Странно, неужели музыка? Нет, маловероятно, не настолько он чувствительная натура, дело, скорее всего в том, что с самого утра он чувствовал небольшое недомогание, а заунывная тягучая музыка в изрядно задымленном помещении это недомогание усилила. В который раз за вечер он упрекнул себя в том, что поддался на провокацию Андрея и вместо того, чтобы наслаждаться Гиннесом в давно облюбованном баре, он тянет через соломинку сладкую муть и слушает музыку, которая, мягко выражаясь, не слишком ему близка. Андрей же напротив, всем своим видом демонстрируя высшую степень удовлетворения, сидел за столиком, полуприкрыв глаза, и покачивал головой в такт музыке. Перед стойкой ди-джея мерно извивались и дергались несколько человек, похоже, завсегдатаев клуба. Их половую принадлежность, учитывая особенность освещения, было весьма затруднительно определить. Из-за стойки периодически выкатывались клубы подсвеченного артистического дыма, словно в зале и без того дым не плавал слоями. Зато становилось понятно, почему так плохо работает вентиляция, иначе эффекта от дымовой установки значительно поубавилось бы. Наконец на последнем длинном аккорде музыка затихла. Танцующая братия, словно нехотя потянулась к стойке бара и столикам, место ди-джея временно опустело.
- Андрей, что мы здесь делаем, а? – Виктор с тоской оглядел полупустой зал.
- Сидим, отдыхаем, коктейли потягиваем, - Андрей хитро сощурился.
- Я предпочел бы пару бокалов Гиннеса под хорошую закуску, - вздохнул Виктор.
- Ну, Вик, пивом тебя не удивишь, тем более Гиннеса здесь нет. К тому же надо куда-то еще, кроме твоего любимого бара, выбираться для разнообразия.
- Ты решил удивить меня этим? – Виктор громыхнул кубиками льда о стенку фужера, - или психоделической дымовухой?
- Да погоди ты, ещё не вечер, - отмахнулся Андрей, - скоро веселее станет.
- А чего же ты меня сюда так рано притащил?
- Сейчас народ повалит, с местами туго будет.
Как будто в подтверждение его слов, клубный зал начал понемногу заполняться разношерстной толпой, скоро не осталось свободных столиков.
- Извините, можно нам с подругой за ваш столик? – На Виктора смотрела, приветливо улыбаясь, миловидная брюнетка. Её подруга обезоруживающе улыбнулась, приветливо взмахнула рукой и, не дожидаясь ответа, изящно опустилась на стул рядом с Андреем.
- Конечно, - опомнился Виктор, - проходите, пожалуйста, - поднявшись, он пододвинул девушке стул.
За стойкой ди-джея наметилось какое-то оживление, пару раз поднимались и уходили люди, переключалась аппаратура, и несколько минут спустя, место рулевого занял уже другой ведущий. В зале раздались приветственные возгласы, ди-джей в ответ громко пожелал нескучной ночи, и из колонок вырвались зажигательные звуки псевдолатинской музыки. Народ сразу оживился и потянулся ближе к танцполу. Виктор удивился тому, насколько разномастной оказалась публика. Обособленные группы дорого одетой молодёжи с надменными выражениями лиц чередовались со студентами в отвислых джинсах, заскочившими оттянуться, байкерами и девицами легкого поведения. Ди-джей хорошо знал своё дело, зал быстро разогрелся, и скоро стало совсем душно. В дополнение к дыму воздух наполнился смесью запахов пива и пота, а эмоциональная атмосфера в клубе стала гораздо более раскованной, чем прежде. Виктор не заметил, как подруги, расположившиеся за их столиком, затерялись в танцующей толпе.
- Ну что, повеселее немного? – Андрею пришлось, нависнув над столиком, повысить голос. Виктор пожал плечами.
- Ты чего сегодня такой скучный? – Андрей, взяв на себя роль зеркала, состроил кислую мину, - давай оторвёмся, потанцуем.
- Неохота пока, ты давай, я может, позже... – Виктор окинул взглядом набитый танцующим народом зал, - соседки наши где-то уже зажигают.
- Да ладно, тут полный зал соседок, - Андрей подмигнул Виктору, затем лицо его вытянулось в восхищенной гримасе, - вон, смотри какая...
Виктор проследил за взглядом друга. В некотором отдалении от них на границе танцпола у ряда столиков изящно и грациозно танцевала высокая девушка модельной внешности. Создавалось впечатление, что она танцует одна в неком прозрачном куполе, создающем вокруг нее независимое от остального зала пространство. Танцевала она красиво, но как-то скованно, механически, как будто выполняла хорошо знакомую, но давно надоевшую работу.
- Ну что, слабо присоединиться? – Виктор кивнул на танцующую модель.
- Да не то, чтобы слабо, - Андрей почесал в затылке, - сегодня нарываться не слишком охота. Она вон с тем куском мяса, что за столиком рядом.
Тут Виктор обратил внимание на огромных размеров мачо, развалившегося за ближним к танцполу столиком. Тот равнодушно смотрел на девушку, как на элемент подтверждения собственной репутации в глазах окружающей толпы.
- Такие здесь не редкость, сами не танцуют, девиц, как болонок на выгул приводят. Да и подруги их не горят желанием в клубе знакомиться. В общем, не вариант, - Андрей отвернулся от модели.
- Вах! А вот это гораздо интереснее, - Андрей расплылся в улыбке, - студентка, комсомолка... ладно Вик, ты пока дозревай, а я пойду разомнусь.
Не теряя времени даром, Андрей просочился сквозь плотную группу подкрашенных молодых людей в обтягивающих футболках, спиной почувствовав на себе их взгляды. Виктор хмыкнул и принялся детально оглядывать веселящуюся толпу, претерпевающую вторую волну трансформации. Если сначала она более походила на слоеный коктейль, где ингредиенты почти не перемешаны, то теперь стала значительно более однородной и раскрепощенной, к тому же, разогревшись от танцев и алкоголя, начинала частично освобождаться от лишних элементов одежды. Андрей отсутствовал уже достаточно долго и Виктор, предоставленный самому себе, начал скучать. В очередной раз оглядев зал, он заметил танцующих девушек, соседок по столику. Вокруг них крутилось несколько байкеров, но не было похоже, что у подруг появились постоянные партнеры по танцам. Стараясь не наступить кому нибудь на ногу, Виктор протиснулся к танцующим девушкам.
- Привет, - улыбнулась брюнетка, - а брат твой где?
- Какой брат? – Виктор не сразу сообразил, что речь идет об Андрее.
- Так не брат, значит? А вы похожи, хотя что-то у вас в глазах… очень разное.
- Ничего себе! Когда же ты это успела разглядеть? – удивился Виктор, легко вписавшись в танец.
- А я наблюдательная, - девушка рассмеялась.
- Вообще-то, мы почти братья.
- Это как – почти?
- Росли вместе в одном доме с самого детства, много чудили, - Виктор хмыкнул, - у нас даже имена наоборот.
- Наоборот? Интересно...
- Угу, я Виктор Андреевич, а он, соответственно наоборот Андрей Викторович.
- Я – Оксана, - девушка улыбнулась, - а это Юля, - она нашла глазами подругу, и взгляд её сразу стал напряженным.
Обернувшись, Виктор заметил, что Юля сопротивляется подвыпившему парню, обхватившему ее за талию и пытающемуся прижать к себе.
- Браток, ты бы отпустил девочку, видишь же – ей не нравится, - вздохнув, как можно любезнее обратился он к парню.
- Ты бы отвалил... браток, - огрызнулся тот.
- Слушай, я небольшой любитель неприятностей, но девушку настоятельно советую отпустить, - спокойно добавил Виктор.
- Тебе подсказать, куда засунуть твои настоятельные советы? – продолжая держать упирающуюся девушку, парень злобно уставился на Виктора.
- Не сто́ит, догадываюсь, - ответил тот и незаметно для окружающих переместил свой вес на каблук ботинка, под которым странным образом оказался большой палец ноги парня.
- Уй! Гад... с ноги сойди, - взвыл парень, тут же отпустив девушку.
- Вот и чу́дно, вот и молодец, - широко улыбнулся Виктор, убирая каблук с ботинка.
- Ну, всё! Ну, ты попал, козёл, - прохрипел парень выпрямляясь.
- Куда? – невинно поинтересовался Виктор.
- Сейчас узнаешь, - злорадно ухмыльнувшись, парень оглядел обступивших Виктора приятелей, - пошли, козёл.
- Фу, как некультурно, - делано возмутился Виктор, - ну, пошли, коли неймется.
- Никуда вы не пойдете! – выкрикнула Оксана, схватив Виктора за локоть.
- Не ори, красавица, ему не очень больно будет, - расплылся в сальной улыбке один из дружков парня.
- Подержи мобильник, пожалуйста, - улыбнулся Виктор, мягко высвобождая локоть, - я скоро вернусь.
Сунув девушке телефон, Виктор в окружении недружественной компании протиснулся сквозь танцующую толпу к туалетам. Туалет оказался на удивление просторным и практически безлюдным, если не считать брызгающего водой себе в лицо слегка перебравшего гражданина, интеллигентного вида.
- Пошел вон, - сквозь зубы процедил парень.
Интеллигент, дрожащими руками нацепив очки, быстро испарился. Парень, злорадно скалясь, попытался напустить на себя вид свирепого превосходства.
- Как-то вас маловато, - расстроено протянул Виктор, оглядываясь.
Кроме мелко трясущегося от злости парня, сзади по бокам довольно равнодушно стояли ещё двое, ожидая скорее быть зрителями шоу, нежели активными участниками.
- На тебя хватит, - процедил парень и уверенный в неотразимости своего удара, выкинул кулак навстречу лицу Виктора. Тот не двигаясь с места, легко увернулся, парень, промахнувшись, едва устоял на ногах. Отпрянув назад, он медленно достал из заднего кармана джинсов нож бабочку. Клацнуло лезвие.
- У-у-у, а это уже серьёзно, - протянул Виктор, нахмурившись.
В следующую секунду несколько молниеносных движений Виктора почти слились для окружающих в одно неуловимое па. Двое стоявших позади, сползли по стене на заплёванный пол, судорожно ловя открытыми ртами воздух. Парень, перегнувшись пополам, стоял на коленях и, упираясь трясущейся рукой в кафель, как бы разглядывал на полу диковинный рисунок. Носком ботинка Виктор откинул звякнувшую об пол бабочку, затем, чтобы не трогать ручку, оторвал лоскут бумажного полотенца, обернул нож и выбросил его в мусорную корзину. Дверь туалета открылась, шумно ввалившись внутрь, двое байкеров резко остановились, словно наткнулись на невидимую стену.
- Устали ребятки, напрыгались в зале, - сочувственно прокомментировал Виктор, - ничего, сейчас отдохнут немного, будут как новые.
Сокрушенно качнув головой, он двинулся к выходу. Двое байкеров, проворно расступившись, проводили его взглядами. Выйдя в зал, Виктор поискал глазами Оксану с подругой и, не увидев их среди танцующих, двинулся через танцпол к своему столику. В этот момент Виктора сзади кто-то ущипнул чуть ниже спины.
- Привет, красавчик, - обернувшись, он увидел даму неопределённого возраста, под изрядным слоем макияжа определить точнее не представлялось возможным, - оторвемся?
- Спасибо, я уже оторвался, - буркнул Виктор и заспешил к столику.
- Ты чего же бабушку обидел? – съязвил Андрей и тут же рассмеялся своей плоской шутке.
- Отвали, - беззлобно огрызнулся Виктор, - ты наших соседок не видел?
- Не-а, - покачал головой Андрей, - Хм, а это не они сюда охранника волокут?
- Они, - погрустнел Виктор.
- И где же? – остановившись, охранник обернулся к Оксане.
- Всё, командир, - ответил за нее Виктор, - инцидент исчерпан, все осознали и раскаялись.
Охранник, пожав плечами, отошел к стойке бара. Девушки опустились за столик, Оксана протянула Виктору телефон.
- Спасибки, - проворковала Юля.
- Я пропустил что-то интересное? – оживился Андрей.
- Совсем ничего, - отмахнулся Виктор.
Зазвучали первые зажигательные звуки меренге, зал одобрительно взвизгнул. Танцующие начали перестраиваться подвое, толпу словно причесали, движения стали более согласованными, чем прежде. Народ дружно потянулся к танцполу если не поучаствовать, то хотя бы постоять рядом. Действительно при звуках меренге усидеть на месте оказалось совершенно невозможно.
- Пошли, пошли, - Юля уже уводила за собой Андрея, Оксана вопросительно взглянула на Виктора.
- Хм, я не знаю, как его танцуют, - смутился тот.
- Легко и весело, - Оксана улыбнулась, - пойдём, покажу. Ты хорошо двигаешься, проблем не будет.
Повороты, повороты... Оксана прекрасно танцевала, улавливая малейшие движения партнёра. Виктор освоился быстро, тем более что танец хотя и имел определённые правила движения, но всячески располагал к импровизации. Впервые за вечер Виктор почувствовал себя легко и свободно, неприятные ощущения и накопившаяся за неделю усталость растворились в танце, словно кусок рафинада в горячем чае. Он слышал музыку, ощущал вокруг себя горячее дыхание возбуждённой толпы и видел только глаза Оксаны. Глаза зовущие, смеющиеся, ускользающие. Виктор даже не сразу понял, что танец закончился. Они вдвоём вернулись к столику, где Андрей уже заказывал прохладительные напитки.
- А ты, оказывается, прирождённый танцор меренге… ничего не мешало? - хохотнул Андрей.
- Болтун, - отмахнулся Виктор, удовлетворённый, тем не менее, что не выглядел неуклюжим новичком.
В этот момент со стороны входа донесся шум, ещё через секунду выключилась музыка, и в зале зажегся верхний свет. Раздались возмущенные выкрики, женский визг, звон бьющейся посуды. Затем грубый окрик:
- Спокойно! Всем оставаться на местах!
По залу, распределяясь, засновали люди в камуфляже и масках. Они периодически выхватывали кого-нибудь из толпы, обыскивали, раздавали пинки, тычки и перемещались дальше. Двое оперативников бандитского вида, одетых в гражданское, отделившись от толпы, руководили их действиями. Затем всем имеющим с собой документы было предложено проследовать на выход. Виктор с другом и девушками вышли на улицу. Над фонарями фиолетово плыл на удивление душный для конца августа вечер, недалеко от входа в клуб двое милиционеров обыскивали кавказцев, положив их лицом на капот собственной шестёрки.
- Надо же так драйв поломать! – Возмутился Андрей.
- А может в другой клуб? Время ещё детское, - предложила Юля.
- Что-то настроение уже не клубное, - вздохнул Виктор.
Девушки переглянулись, чувствовалось, что им не хочется терять компанию.
- А давайте ко мне, - предложила Юля, - я здесь рядом живу. Родители на даче, музыку крутить никто не помешает.
Теперь переглянулись Виктор с Андреем, затем Виктор посмотрел на Оксану.
- Отличная мысль, - улыбнулся он, - только давайте остановимся у ночного магазина с приличными напитками.
Не успел он договорить, как Андрей уже останавливал вырулившее из-за угла такси.
Через полчаса, прихватив из магазина два полных пакета, они поднимались по лестнице на шестой этаж старого здания сталинской постройки. По известному закону лифт оказался сломан. Добравшись до своей лестничной площадки, Юля обернулась к сопровождающим и прижала к губам палец. Все замолчали и тихо проследовали за ней в квартиру.
- Прямо, как мимо спящей вахтёрши в институтской общаге, - прокомментировал Андрей.
- Почти, - согласилась Оксана, - в соседней квартире один тип живёт, Юльке прохода не даёт совсем.
- Так это дело поправимое, - Андрей повернулся к Юле, - хочешь, мы с Виком зайдём к нему в гости?
- Нет, не надо, - испугалась Юля, - он безвредный. К тому же и так судьбой обиженный.
- Псих, что ли?
- Не то, чтобы, но есть немного... контуженный он, в горячей точке служил. Когда сосед трезвый, совсем нормальным выглядит... цветы даже под дверью оставлял, - Виктору показалось, что Юля слегка порозовела, - Но когда пьяный...
- А пьяный он почти всегда, - продолжила Оксана, - в глазок за Юлькиной дверью следит, если кто приходит, скандалить начинает.
- Ну, ладно, что это мы всё о пятом лишнем? – Андрей решил сменить тему, - а где у нас тут обещанная музыка?
- Пойдём, покажу, - Юля увела Андрея в комнату, а Оксана и Виктор с пакетами завернули на кухню.
Минут пять из комнаты раздавался смех, затем что-то упало, похоже, что рассыпались по полу компакт диски. Ещё через пару минут до кухни донеслись первые звуки композиции в стиле транс.
- Только не это, - скривился, как от зубной боли Виктор, Оксана звонко рассмеялась.
- А какую же музыку любишь ты?
- Джаз, - улыбнулся Виктор, - я старомоден.
- Это скорее говорит о вкусе, - Оксана достала из морозилки лёд, - у Юльки джаза нет, а у меня неплохая коллекция.
- Серьёзно? – удивился Виктор,
- Точнее у моего брата, - поправилась Оксана, отчего-то смутившись, - пошли в комнату?
В комнате царил полумрак, слабый свет исходил от необычного бра с вращающимся плафоном с одной стороны, и большого светящегося дисплея музыкального центра с другой. Полупрозрачный матовый плафон по окружности имел плавно меняющуюся степень затемнения с небольшими прозрачными пятнами в виде различных фигурок. Медленно вращаясь от тепла лампы, он создавал в комнате интересный эффект движения пространства, который здо́рово подходил к звучащей композиции. В большой квадратной комнате почти не было мебели, на одной стене висел огромный плоский телевизор, рядом стояла стойка с дисками, музыкальный центр и высокие узкие колонки, с другой стороны стоял мягкий уголок с креслами и прозрачным столиком, над которыми висели тыловые колонки. В углу, почти незаметный во мраке, бухал сабвуфер.
- Мы вас ненадолго оставим в одиночестве, - Оксана утащила за собой Юлю.
Виктор с наслаждением упал в мягкое кресло, ему показалось, что оно его почти проглотило.
- Ничего местечко, - довольно промурлыкал Андрей, - да и подружки тоже, - добавил он чуть погодя.
- Глубокая мысль, с которой трудно не согласиться, - заключил Виктор.
Девушки тем временем прикатили в комнату накрытый сервировочный столик, что вызвало у ребят заметное оживление. Андрей с глухим хлопком умело свернул пробку с бутылки шампанского.
- За приятное знакомство, - Виктор приподнял бокал с искрящейся «вдовой Клико».
- И слава французским вдовам за столь божественный напиток, - добавил Андрей.
- А их было несколько? – удивилась Юля.
- Угу, мадам Клико, мадам Помери, мадам Камила Редерер, мадам Боллинже, мадам Лоран-Перье, мадам де Нонанкур... – сосредоточенно перечислял Андрей, загибая пальцы.
- И что, все были вдовами?!
- Все! - обречённо констатировал Андрей, Юля погрустнела.
- А мне казалось - такой праздничный напиток...
- Так и есть, - закивал головой Андрей, - в прошлом, хм... в позапрошлом веке на балах танцевали польку «Шампанское», а Штраус даже оперу написал, посвященную этому божественному напитку.
- Кстати о танцах, не пора ли нам сменить пластинку, - предложила Оксана.
- Сейчас поставлю, - Юля присела у стойки с дисками.
Спустя минуту, музыка на миг затихла, а комната заполнилась знакомыми свистом и рёвом огромной дискотеки. Экран телевизора ожил, и вся компания мигом перенеслась в танцевальный зал, словно они и не уходили из клуба. Ди-джей что-то крикнул в микрофон, и со всех сторон понеслась быстрая музыка в стиле Хаус.
- Yes! Вечеринка продолжается, - Андрей выпрыгнул из-за стола, за ним последовали остальные.
Действительно окружающий звук и экран на стене создавали полную иллюзию присутствия. Их компания как бы расположились в уютном закутке, где посетители ограждены с трёх сторон от соседей, но четвёртой стороной обращены к залу. Звучала пляжная солнечная мелодия, и стоило только прикрыть глаза, как воображение рисовало синее безбрежное небо, где-то вдали незаметно сливающееся с тёплым океаном, раскалённый бархатистый песок с дрожащим над ним нагретым воздухом, высокие пальмы, почти не дающие тени и пляжный бар с экзотическими тропическими коктейлями под навесом. Идиллию нарушал нудный дребезжащий звонок, пробивающийся сквозь волны весёлой музыки. Юля раздражённо нажала кнопку на пульте, время остановилось, музыка оборвалась, а танцующая публика на экране застыла в самых нелепых позах. Дверной звонок продолжал дребезжать, теперь уже громче и оттого ещё противнее.
- Да не ходи ты, - Оксана придержала Юлю за руку.
- Всё равно не отвяжется.
- У нас гости? – Андрей удивлённо поднял брови.
- Да уж, гости... пойду, поговорю с ним, - Юля направилась в коридор, - я сейчас, - добавила она уже оттуда.
- Сосед? – спросил Виктор у Оксаны, качнув головой в сторону двери.
- Угу.
- Может всё-таки поговорить с ним?
- Не надо, Юлька сейчас его спать отправит.
Некоторое время из коридора не было слышно ни звука, затем входная дверь видимо приоткрылась и до присутствующих в комнате начали доноситься обрывки спора. Хриплый мужской голос что-то доказывал, требовал, то и дело срываясь на фальцет, женский мягко вразумлял и уговаривал. Через десять минут, когда накал разговора не только не снизился, а наоборот пошел вверх, дверь захлопнулась. Юля красная и расстроенная прошла в комнату и плюхнулась в кресло. В коридоре под градом ударов загромыхала дверь.
- Юлька! Открой, стерва! – глухо донеслось из коридора, - не откроешь, я дверь подорву!
- Спать сосед явно не хочет, - констатировал Андрей, - пошли, Вик, споём колыбельную.
- Не надо! – Юля, вскочив из кресла, вцепилась Андрею в руку.
- Это ещё почему? – удивился тот, - если товарищ по-хорошему не понимает, что беспокоить людей в столь неурочный час – моветон, то наш гражданский долг указать ему на это заблуждение.
- У него оружие есть, - выпалила Юля, - он мне как-то по пьяни хвастался.
- Хм, это совсем нехорошо, что такой тип с оружием по дому бродит, - вставил Виктор, - тем больше оснований с ним побеседовать, к тому же нам не привыкать.
В дверь продолжали колотить, со стороны лестничной площадки в квартиру неслись грязные ругательства. Виктор резко распахнул дверь. В коридор чуть не ввалился грязный, заросший мужичок среднего роста. За следами пьянства на лице и отросшей щетиной невозможно было определить его возраст, тем более что почти всю левую сторону головы занимала желто-белая седая прядь волос. Увидев пристально смотрящих на него молодых людей крепкого сложения, мужичок оскалился и отскочил к своей двери. В глазах его не было и тени страха, прищурившись, они просто заливали всё пространство перед собой ненавистью, злобой, и только лишь в самой их глубине можно было угадать потаенные следы невыносимой, лютой тоски.
- Послушай, приятель... - начал как можно спокойнее, Виктор.
Сосед, очнувшись, моментально скрылся в своей квартире, дважды клацнул замок.
- Ну, вот, – расстроился Андрей, - а так хорошо беседа завязывалась, - эй, Леопольд, выходи, - Андрей надавил кнопку звонка, никакого ответа не последовало.
- Вик, нам объявили бойкот, - Андрей пару раз пнул соседскую дверь, - пошли топить печаль в шампанском.
Вернувшись в комнату, друзья застали девушек в подавленном настроении, экран погас, Оксана, успокаивая, поглаживала Юлю по плечу.
- Ай-ай, девушки, чего такие мрачные? – Андрей звякнул фужерами, - товарищ осознал и ушел баиньки. Требую продолжения банкета.
- На самом деле, думаю, что сегодня он уже не объявится, - тихо сказал Виктор Оксане, - но вообще настоятельно советую завтра же написать заявление участковому. Игры с оружием никого ещё до добра не доводили... если это правда, конечно, что оно у него есть.
- Кстати, в продолжение темы о шампанском, - продолжил Андрей, осторожно разливая его по фужерам, - вы знаете, почему раньше в погреба, где оно доходило до кондиции, разрешалось заходить исключительно в железных масках?
- Нет, и почему же? – Юля оживилась, в её тоне мелькнул былой интерес.
- А потому... – Андрей сделал страшное лицо, - потому, что четыре из пяти бутылок взрывались, не выдержав давления газа, и можно было поранить лицо осколками...
Едва он закончил фразу, как за стеной громыхнуло так, что задрожала комната. Один фужер свалился со столика и разлетелся вдребезги, из стойки вылетела часть компакт дисков и рассыпалась по полу.
- Это не шампанское, - заключил Андрей, так и застыв с бутылкой в руке, из открытого балкона потянуло гарью.
- Сосед! – сдавленно охнула Юля.
Виктор выскочил на балкон. Из проёма соседского балкона, закрытого по бокам пластиковыми панелями и отстоявшего от Юлиного метров на пятнадцать, струился небольшой дымок. Отчётливо запахло порохом.
- Не добраться, - заключил Виктор, увидев, что между балконами на этом этаже нет парапета.
- Давай дверь вышибем, - предложил Андрей, - вдруг там срочная помощь нужна, а девчонки в милицию позвонят пока.
Друзья устремились в коридор, девушки проследовали за ними.
- А вы куда? – Виктор хмуро глянул на Оксану, - оставайтесь и вызовите милицию.
- Милицию вызовет Юля, а я с вами, - Оксана твёрдо взглянула на ребят, - я медсестра.
- Нет! – запротестовала Юля, - и я с вами, я боюсь одна...
- Ладно, - махнул рукой Виктор, - оттуда позвоним, а может быть, соседи уже вызвали.
Вчетвером они вышли на лестничную площадку. Там уже переминалась с ноги на ногу пожилая пара, не решаясь подойти к соседской двери. Старики ужасно обрадовались тому, что теперь на площадке они не одни и наперебой затараторили о том, как страшно испугались, и как у них в квартире попадала вся посуда... Выяснилось, что милицию они уже вызвали, но зайти к соседу боятся. Из щелей соседской двери выбивался дымок. Андрей с удивлением её толкнул, дверь открылась вовнутрь. Войдя в коридор, Виктор дотронулся до замка, язычок выстрелил со щелчком, значит, дверь открыли изнутри. В коридоре что-то тлело, но открытого огня видно не было. Под ногами хрустнули осколки разбитой лампочки. От едкого дыма запершило в горле. В затхлом воздухе витали запахи гари, пороха, бензина и ещё какой-то химии. Виктор с Андреем вошли в комнату. В задымлённом помещении всё казалось перевёрнутым вверх дном. До сих пор в воздухе плавали обуглившиеся обрывки бумаги. В центре тлеющего стола чернела воронка от взрыва адского устройства, над которым колдовал сосед. Сам он лежал головой, вернее тем, что от неё осталось на столе рядом с воронкой, кисть одной руки отсутствовала, все стены вокруг были в бурых подтёках, к косяку двери, прямо напротив вошедших следом девушек, прилип большой кусок желто-белой пряди волос. Оставляя за собой мокрый багровый след, он неожиданно начал медленно сползать вниз. Юля побледнела, как мел и с булькающими звуками резко согнулась пополам.
- Всё, уводи её отсюда, твоя помощь уже не нужна, - Виктор легонько подтолкнул остолбеневшую Оксану к выходу, - мы пока огонь потушим, - добавил он, глядя на тлеющее тряпьё, разбросанное по комнате и догорающие шторы.
- Для кого же он это готовил?.. – только и смогла произнести Оксана.
Шатаясь, девушки выбрались на лестничную площадку, где, вытянув головы, их дожидалась пожилая пара.
- За водой - ты на кухню, я в ванную, - скомандовал Виктор, Андрей согласно кивнул.
Едва они сделали шаг, как квартиру сотряс очередной мощный взрыв. В коридоре загудело пламя, чёрный дым с копотью повалил в комнату. В захлопнувшуюся входную дверь квартиры с криками заколотили снаружи.
- Попали, - процедил Андрей, поняв, что добраться до воды так же, как и выйти из квартиры теперь невозможно.
Коридор вовсю полыхал, огонь уже пожирал дверной проём комнаты. Виктор окинул взглядом помещение – ни воды, хотя сейчас помог бы разве что брандспойт, ни накидки, в которой можно попытаться добраться до выхода.
- Сюда, - Виктор открыл балконную дверь.
На балконе, к разочарованию Виктора не оказалось ни верёвки, ни брезента, Виктор перегнулся через перилла. На соседнем балконе стояла Оксана, даже отсюда в полумраке освещённого из их комнаты балкона было видно, как трясутся её руки.
- Пожарные скоро будут, - выкрикнула она.
- Спроси у Юли – есть ли крепкая верёвка?
Оксана скрылась за балконной дверью. Из горящей квартиры донеслось несколько хлопков, вслед за которыми огонь охватил всю комнату.
- Юный пиротехник, мать его... – выругался Андрей.
На соседнем балконе появилась Оксана, в отчаянии разводя руками, губы её тряслись.
- Ладно, Андрюха, давай попробуем перелезть на другой балкон.
Несмотря на поздний час, внизу под фонарями уже собиралась толпа зевак. Андрей и Виктор осторожно перелезли через поручень и встали на небольшой козырёк балкона.
- Сегодня явно не наш день... – мрачно протянул Виктор, оглядев соседние балконы. Сверху и снизу они оказались застеклены так, что не за что было зацепиться. К тому же там было темно, что, учитывая обстоятельства, означало одно – ставни открыть некому.
- Подержи меня, - Виктор протянул Андрею руку и, присев на одно колено, попытался выбить ногой стекло снизу. Толстое оргстекло издало характерный пластмассовый звук и, слегка прогнувшись внутрь, осталось цело.
- Тьфу, зараза... – сплюнул Виктор, - остаётся одно – дожидаться пожарной лестницы.
- Да, оторвались не по-детски, с огоньком, - попытался пошутить Андрей.
Виктор хмыкнул. С треском вылетело стекло балконной форточки, искры градом посыпались на вмиг занявшееся огнём тряпьё, сваленное под окном.
- Вик! – глаза Андрея расширились, - Под горящим тряпьём четыре канистры!
Одного быстрого взгляда Виктору хватило, чтобы понять – они уже ничего не успеют сделать.
- Значит, прыгаем, - ...время замедлило бег... не сговариваясь, они одновременно посмотрели в черное беззвездное небо, затем обречено глянули вниз, на газон, на деревья, на толпу зевак, в ужасе прикрывших ладонями рты... Друзья словно выбирали, в какую бездну шагнуть...
- Убьёмся, - тихо ответил Андрей.
- Авось не убьёмся... как тогда, в детдоме... помнишь, как мы с крыши на деревья сиганули? Ничего, живы пока, - лицо Виктора дёрнулось в вялой попытке улыбнуться, - Ну, всё! Пошли!
Почти одновременно две фигуры отделились от ограждения дымящего балкона и стремительно понеслись вниз. В следующее мгновение раздался взрыв, сноп пламени вперемешку с густым черным дымом вырвался в просвет над ограждением, лизнул стену над собой и спрятался обратно в проем, превратив балкон в пылающий мартен. Завораживающее зрелище отвлекло внимание зевак, никто и не заметил, как одна из фигур, зацепившись в полете за длинную ветвь высокого дерева, сделала сальто и с холодящим сердце хрустом распласталась на газоне. Другую фигуру заметили в тот момент, когда она, с треском ломая сучья, застряла в нижних ветвях почти у самой земли. Ни один, ни другой человек не подавали признаков жизни. Завывание сирен пожарных расчётов и скорой помощи донеслось практически одновременно и вскоре несколько машин окружили горящее здание.
 
2
 
Проснувшись от холода, первое, что он почувствовал следом – был зверский голод, второе – перебивший его острый запах нечистот и гниющих опилок. Вагон товарняка, в который Виктор с Андреем влезли прошлой ночью, разогнув наспех скрученную проволоку, уже не двигался. Где они находились и сколько ехали, Виктор не знал. Рядом, свернувшись калачиком, посапывал друг. Несмотря на тёплую одежду и зимние ботинки, ночевать в марте в не отапливаемом вагоне оказалось ужасно холодно. «Ребята, наверное, сейчас на завтраке» - с тоской подумал Виктор. Пошарив в закромах куртки, он достал маковый сухарь – всё, что осталось у беглецов из провизии. Аккуратно, чтобы не раскрошить, отломил половину себе, а вторую засунул в Андрюхин карман. Дурацкая затея удрать из детдома, на которую он поддался в основном из чувства дружеской солидарности, нравилась ему всё меньше и меньше. Виктор не слишком сильно верил неизвестно откуда взявшимся слухам о матери Андрея, якобы вернувшейся после длительной отсидки. Но тот клялся, что с са́мого раннего детства помнит большой светлый дом, сливовый сад и добрую, ласковую женщину, качавшую его на скрипучих качелях. Андрей больше месяца строил планы, где и как они станут работать, убеждал, что в жилье родная мать не откажет. Друзьям уже шёл пятнадцатый год, перспектива начать взрослую, самостоятельную жизнь выглядела заманчиво, что и говорить. Немного подумав, Виктор согласился отправиться на поиски светлого дома, сливового сада и доброй женщины...
- Андрюха, вставай! – Виктор толкнул друга локтем, - сюда кто-то идёт.
Тот вскочил на ноги, сонно озираясь по сторонам. Со стороны приоткрытых ворот вагона послышался хруст гальки, шаги приближались.
- Надо выбираться, - прошептал Виктор.
Андрей стоял, затравленно озираясь по сторонам. В углу почти под потолком находилось небольшое вентиляционное окно, затянутое металлической сеткой. Снизу она оказалась надорванной и немного отогнутой в сторону, через образовавшийся просвет вполне можно было попытаться выбраться наружу, если бы только найти лестницу, или ящик. Но в вагоне, кроме опилок совершенно ничего не было.
- Давай на спину, - предложил Андрей, согнувшись под окном, - потом меня вытащишь.
Недолго думая, Виктор влез на подставленную спину, оттянул сетку и выбрался на крышу вагона. Только тут, распластавшись на животе и нагнувшись к окну, он понял, что друга вытащить ему нечем.
- Андрюха, я сейчас обратно влезу, - Виктор схватился за сетку.
Андрей замахал на него руками и прижался спиной к стенке вагона, рядом с откатными воротами. Понимая, что его голову, маячащую в окне, сразу заметят, Виктор вернулся на крышу. Несколько долгих мгновений он напряженно прислушивался к звукам, доносящимся из окна. Клацнула ручка, ворота поехали в сторону.
- Порожняк загаженный, - раздался грубый голос, продолжив мысль витиеватыми матюгами и завершив смачным плевком.
- Пошли, Циклоп, может, в следующих что обломится, - позвал другой голос, удаляясь.
Скрипнули ворота, захрустели галькой затихающие шаги. Виктор облегчённо выдохнул, затем нагнулся к окну. Вагон оказался пуст.
- Андрей, - позвал шепотом Виктор, - Андрюха, ты где? – никакого ответа.
- Эй! Кончай придуриваться, – позвал он громче.
- Чего орёшь? – вылез тот из-под вагона, - они ещё близко.
- Кто они?
- Два бомжа по составу шакалят, - заявил друг со знанием дела.
- Они тебя видели?
- Не-а, - заулыбался Андрюха, - им лезть не захотелось, я из угла всё дерьмо к воротам сдвинул.
- Ну, ты голова! – зашелся смехом Виктор.
- Сползай с крыши, пойдём и мы пошакалим.
Виктор слез с вагона, и ребята отправились на разведку.
Маленький провинциальный городок оказался целиком сосредоточенным вокруг вокзала. По всей вероятности, железная дорога являлась основным источником доходов местных жителей, причём в легальном и криминальном смысле. Город переживал явно не лучшие времена, о чём свидетельствовали не только грязь и запустение, но также заколоченные двери заведений и заброшенные дома с выбитыми стёклами. Побродив около часа по улицам, ребята вернулись к вокзалу. Там велась разгрузка подошедшего за время их отсутствия железнодорожного состава. Несколько бомжеватых на вид мужиков выгружали мешки из очередного вагона. Через окно пристройки к складскому помещению за ними наблюдал апатичный тип в засаленной форме железнодорожника. Вяло помешивая столовой ложкой чай в стакане, он то и дело грязным платком промокал испарину на лысине. Вкупе с этим заметный тремор в руках указывал на то, что тип отчаянно мучается похмельем.
- Пошли, разгрузить поможем, - Виктор двинулся к пристройке.
- Здрасьте, - обратился он к лысому, - нам бы подработать чуток...
Лысый нехотя повернулся и, окинув их мутным взглядом, процедил:
- Валите по домам, нечего здесь ошиваться.
- Дома батя с мамкой вторую неделю бухают, а мы с братом с голодухи пухнем, - прогнусил Андрюха, ткнув Виктора в бок.
Во взгляде лысого скользнул намёк на понимание ситуации.
- Вон к бригадиру идите, - буркнул он, указав на старшего среди грузчиков, и отвернулся от ребят, давая понять, что разговор окончен.
Друзья могли и без подсказки догадаться - кто здесь бригадир. Сам он мешки не таскал. Следя за работой грузчиков, бригадир бросал отдельные замечания, в которых цензурное слово оказывалось лишь случайно. Обматерив очередного работягу, он обернулся к подходящим ребятам.
- Циклоп! – вполголоса ахнул Андрей, глядя в обезображенное лицо бригадира. Отвратительный розовый шрам пресекал по диагонали грязное, заросшее щетиной лицо от середины лба до мочки уха. На месте глаза зиял провал, затянутый плёнкой век, уцелевший глаз злобно уставился на друзей.
- Пошли отсюда, щенки, - процедил, словно сплюнул Циклоп.
- Нам бы поработать... - повторил свою просьбу Виктор.
- Хм... – бригадир демонстративно задумался, оглядывая ребят с головы до ног, вокруг него, побросав мешки, собиралась кучка бомжей.
- А что вы умеете, девочки? – громко спросил он, грузчики сально загоготали, - здесь много горячих парней.
- Мешки умеем грузить, урод! – выкрикнул Андрей, - смех тут же оборвался, повисла зловещая тишина.
- Ты кого уродом назвал, недоносок? – прошипел Циклоп, прищурив единственный глаз. На побелевшем лице его заходили желваки, шрам проступил ещё ярче. Ребята попятились назад. Со всех сторон их уже обступали бомжи. Кто-то из них подтолкнул Андрея к Циклопу.
- Иди-ка сюда, гадёныш, - резко нагнувшись, бригадир сорвал меховую шапку с головы Андрея, - сейчас мы отведём вас в ангар и обучим нехитрому ремеслу.
- Отдай, гад! Моё... – дёрнулся Андрей и тут же отлетел назад, столкнувшись с кувалдообразным кулаком Циклопа. Кровь из рассечённой брови начала заливать его лицо.
- Волчонок вздумал клыки показать, - загоготал бригадир, - сейчас обломаем...
Понимая, что им вдвоём не устоять против толпы бомжей, Виктор бросил отчаянный взгляд в сторону лысого железнодорожника. Тот старательно делал вид, что ничего не замечает. Виктор понял, что надеяться им больше не на кого.
- Погоди, - крикнул он Циклопу, - у меня часы есть... золотые - добавил он, залезая во внутренний карман куртки, - я тебе отдам и мы уйдём. Хорошо?
Виктор достал небольшой свёрток, положил на ладонь и сделал два шага к Циклопу, заметив попутно, что Андрей встал на ноги и следит за другом.
- Ну-ну, давай, что у тебя там? – подбодрил его бригадир.
Любопытство – черта скверная. Бомжи, окружавшие до того ребят сзади, зашли сбоку, чтобы рассмотреть обещанные часы. Виктор, приблизившись к бригадиру, медленно развернул на ладони носовой платок и резко сыпанул находившуюся там соль в единственный глаз Циклопа. Раздался истошный вопль, и пока бомжи соображали, что же произошло, ребята бросились наутёк. Спустя несколько минут, они услышали далеко за собой топот и крики разъярённой толпы.
- По прямой догонят, - задыхаясь, прохрипел Виктор, - давай в тот дом.
На бегу ребята свернули в одну из пустующих четырёхэтажек, видимо так и не дождавшуюся реконструкции. Перепрыгнув через горы битого стекла, кирпича и прочего мусора, друзья заскочили в одну из квартир на третьем этаже. Пока Андрей рукавом вытирал залитый кровью глаз, Виктор с удовлетворением отметил, что межквартирные перегородки, из прессованной соломы со штукатуркой, имеют проломы на протяжении всего этажа. Из-за этого создавалась целая сеть лабиринтов, где можно было бы ненадолго укрыться.
- Вик, а здо́рово ты его, - хмыкнул Андрей, - жалко только картошку без соли придётся трескать.
- Ерунда, соли ещё раздобудем, - отмахнулся Виктор, - была бы картошка... давай-ка подальше отсюда переберёмся.
Едва ребята прошли сквозь несколько проломов, как со стороны лестницы донесся шум ворвавшейся в дом погони. Судя по звукам, бомжи решили рассредоточиться, друзья потихоньку, стараясь не наступать на битое стекло, начали продвигаться к другому выходу. Когда они почти уже добрались до лестничной клетки, в квартиру, где они находились, кто-то вошёл. Судя по шагам, человек был один. Виктор, нагнувшись, подобрал обломок оконной рамы, Андрей вооружился куском арматуры. Шаги приблизились, ребята прижались к стене. Человек минуту постоял в коридоре и вошел в комнату, где скрывались друзья. Их он заметил не сразу. Пройдя несколько шагов, Циклоп остановился в центре комнаты. Виктор жестами показал другу, что нужно делать.
- Ку-ку, дядя, - сказал Андрей, арматуриной ткнув бригадира в плечо.
Циклоп резко развернулся. На Андрея с лютой ненавистью уставился красный воспалённый глаз. Бригадир хищно оскалился. В этот момент Андрей изо всех своих сил толкнул Циклопа в грудь. Попавшись на уловку, тот нелепо взмахнул руками и грохнулся навзничь, перелетев через стоявшего позади на четвереньках Виктора. В один прыжок Андрей оказался на бригадире, кусок арматуры с отвратительным звуком опустился тому на голову. Виктор, скривившись, отвернулся к двери. Друг, как заведённый продолжал наносить удары, на бледном лице его блуждала дикая бессмысленная улыбка. Виктор ужаснулся, спазмом дёрнуло желудок.
- Стой! Ты же его убил! – завопил Виктор, пытаясь выхватить из руки Андрея скользкую арматурину.
На его вопль дружным топотом отозвались бомжи. Виктор отшвырнул кусок липкого железа, схватил за плечо друга и они бросились на лестницу. Преследователи бежали к ним снизу. Проскочив мимо верхнего этажа и запертого чердака, ребята вылезли на крышу. Добраться до следующей лестницы они не успели, со всех сторон окружали, оттесняя их к парапету, вконец озверевшие преследователи. Они не торопились, медленно сужая круг. Ребятам стало ясно, что они, скорее всего, останутся на этой крыше навсегда. В последний момент Виктор глянул вниз, недалеко от стены дома рос большой старый тополь. Шанс был маленький, но он был. Андрей понял без слов.
- Всё, пошли! – скомандовал Виктор, и они прыгнули вниз...
 
***
 
Проснувшись от холода, первое, что он почувствовал следом – был голод, второе – устойчивое ощущение déjà vu. Виктор лежал в кровати, блуждая взглядом в белой пустыне больничного потолка и вспоминая, что он однажды вот так же очнулся со сломанной рукой и рёбрами в палате после прыжка с крыши. Память услужливо возвращала его к тем событиям... Им с Андреем повезло, лысый железнодорожник всё-таки вызвал наряд милиции после того, как разъярённая толпа бомжей, бросив разгрузку вагона, пустилась за ребятами следом. Милицейская машина подоспела вовремя, как раз в тот момент, когда преследователи пытались достать беглецов с дерева. Андрей отделался царапинами и ушибами, Виктору повезло меньше – в бессознательном состоянии его увезла в больницу скорая помощь. Циклопу тоже повезло, он остался жив, хотя и стал ещё более уродлив. На Андрея завели дело, но тут же закрыли с учётом его возраста и сопутствующих обстоятельств. А вот слухи об Андрюхиной матери так и остались всего лишь слухами, ребят вернули в детдом.
Виктор легонько тряхнул головой, отгоняя прочь нахлынувшие воспоминания. От небольшой встряски помутилось в глазах, по шее вниз проскочила искра острой боли. Вдохнув полной грудью, он прислушался к ощущениям – похоже, что рёбра целы. Тупая боль в руке скорее говорила об ушибе, или о последствиях вывиха, чем о переломе. Вот только но́ги... их он не чувствовал совсем, как впрочем и всей нижней половины тела. Подавив приступ паники, Виктор попробовал повернуть голову. С большим трудом ему удалось немного сместить центр обзора. В поле зрения попали: край стены, штанга капельницы, часть какого-то прибора и фрамуга над входом в палату реанимации. Попробовав подозвать медсестру, Виктор убедился в том, что надежды быть услышанным у него слишком мало, из горла вырывался нечленораздельный хрип, словно он вовсе разучился говорить. Через несколько минут девушка в белом халате заглянула в палату сама, а спустя ещё минут пять привела с собой и врача. Некоторое время тот сосредоточенно читал журнал, висевший на спинке кровати Виктора. Затем улыбнулся ему, как старому знакомому, задал пару вопросов о самочувствии, не дожидаясь ответа, дал распоряжения медсестре и покинул палату. Девушка что-то ввела в капельницу, мягкое тепло разлилось по телу Виктора, свет незаметно померк, и больной погрузился в сон.
Следующий месяц Виктор постепенно свыкался со своим новым состоянием. Удушающие приступы тщательно скрываемой паники сменялись полной апатией, а те – неверием в безапелляционность поставленного диагноза, в неотвратимость его последствий. Компрессионно-оскольчатый перелом позвоночника, осложнённый сдавлением спинного мозга с полным нарушением проводимости – это был уже не диагноз, это был приговор. Ещё находясь в бессознательном состоянии, Виктор перенёс несколько операций, но некроз травмированной части спинного мозга предотвратить не удалось. Как только он смог говорить, Виктор спросил об Андрее, но медперсонал ничего о нём не знал. Следователь, посетивший Виктора позже, с прискорбием сообщил ему о трагической гибели друга. После этого, почти физически ощущая пустоту и боль от потери неотъемлемой части себя, Виктор надолго отгородился от внешнего мира.
Дни шли за днями, не принося Виктору ни новостей, ни облегчения. Однажды в конце ноября к Виктору кто-то заглянул в палату, он лежал, по обыкновению глядя в окно, не поворачивая головы.
- Привет! – Виктор удивлённо обернулся на знакомый голос. В дверях палаты, улыбаясь, стояла Оксана.
- Привет! – обрадовался он, - а я уже никого не ждал...
- Извини, - смутилась Оксана, - меня на три месяца посылали работать в клинику в другом городе.
- А, да, - вспомнил Виктор, - ты же медсестра... вот и я с некоторых пор имею прямое отношение к медицине, - с сарказмом добавил он, - я теперь Больной.
- Да, я знаю диагноз, - девушка потупила взгляд.
- Как там Юля? – вежливо поинтересовался Виктор.
- Она сменила квартиру, а потом уехала я, так что как она сейчас - не знаю.
Немного помолчав, Виктор продолжил:
- Я хочу тебя спросить...
- Да?
- Когда нас увозили... Андрей был ещё жив? – Виктор сглотнул ком и отвернулся к окну.
- Нет... Сбежав вниз, я увидела, как тебя аккуратно переносили в реанимобиль, а его положили в пакет и застегнули доверху молнию. Затем пакет забрала скорая... увезла не спеша, без мигалок.
Повисла неловкая пауза. Затем Виктор повернул голову, взгляд его потемнел. Он бросил отрывисто:
- Неизвестно кому из нас повезло больше...
- Не говори так! – запротестовала Оксана, - из любой ситуации можно найти выход.
- Из моей ситуации выхода нет, - отрезал Виктор, снова отвернувшись к окну, - и ты это знаешь.
- Я думаю, что тебе сто́ит поговорить с одним человеком, – сказала Оксана, - возможно он тебя заинтересует.
- С каким человеком?
- С врачом.
- А-а-а, с ними я разговариваю уже три месяца, - протянул Виктор, - они не очень то спешат меня обнадёжить.
- Он не отсюда... – взглянув на часы, Оксана засобиралась, - я попрошу его зайти завтра, хорошо? А сейчас прости, мне надо бежать. Я потом зайду ещё, - она улыбнулась, - Пока!
- Пока... – буркнул Виктор ей вслед.
Как он ни пытался убедить себя в том, что в этой ситуации предложить что-то может разве только шарлатан, тем не менее, Виктор ждал следующего дня с нетерпением влюблённого в преддверии первого свидания. Бессонная ночь сменилась серым пасмурным утром. Ветер, раскачивая во дворе деревья, бросал в оконное стекло пригоршни ледяных брызг. Казалось, что солнце навеки скрылось за мутной пеленой неба и во всём мире царят тоска и уныние. Промаявшись до обеда, Виктор вконец устал от бесплодного ожидания и, едва прикрыв глаза, незаметно уснул. Ему приснился раскалённый морской пляж...
Песок обжигает стопы ног, Виктор делает шаг, другой по горячему пляжу, наслаждаясь тем, что он опять чувствует ноги. Какое же, оказывается потрясающее чувство ощущать боль в ногах, с которыми навсегда распрощался... Вдоволь побродив по брегу моря, Виктор с разбегу бросается в воду и плывёт, плывёт вдаль, до изнеможения, не заботясь ни о чём до тех пор, пока берег ни сливается с горизонтом. И тут Виктор понимает, что снова парализован, ему никак не удержаться наплаву. Отчаянно пытаясь вырваться из почерневшей пучины, он теряет последние силы и вскоре тяжелая, вязкая, как размокшая глина вода, смыкается над его головой. Виктор ощущает, как жидкость проникает в горло, разрывает лёгкие, а он, лишившись последних сил, отчаявшись вырваться на воздух, медленно уходит во мрак бездонной пучины... и вдруг крепкая рука, схватив его за шиворот, выдёргивает наверх, к лодке, из которой, свесившись за борт, его внимательно рассматривает чьё-то незнакомое беспристрастное лицо...
Виктор инстинктивно сделал глубокий вдох и открыл глаза. Его недавний сон причудливо перемешался с явью – на краю кровати сидел незнакомый человек и внимательно его разглядывал. Виктор вздрогнул.
- Извините, бога ради, не хотел вас пугать, - тут же проговорил незнакомец, - но и будить тоже не хотелось. Можете называть меня Сергеем Анатольевичем, думаю, что Оксана предупреждала о моём визите?
- Да-да, конечно, - Виктор прокашлялся, - Оксана предупреждала... вы меня ничуть не напугали, - слукавил он.
- Разумеется, - улыбнулся Сергей Анатольевич.
Некоторое время они обменивались взглядами, затем новый знакомый продолжил:
- Вашу историю болезни я уже читал, пока вы отдыхали. О самочувствии спрашивать не стану, спрошу о другом – вы в полной мере отдаёте себе отчёт в теперешнем состоянии и ваших дальнейших перспективах?
- В полной... – Виктор побледнел.
- Это хорошо, - заулыбался Сергей Анатольевич, вызвав недоумение Виктора.
- Простите, - поспешил он поправиться, - я имел в виду – хорошо, что мне не нужно объяснять всю серьёзность вашего положения.
- Не нужно... – подтвердил Виктор.
- Вы не женаты, как я вижу... – собеседник кивнул на журнал, висящий на спинке кровати.
- Не успел как-то.
- Так-с, так-с, - Сергей Анатольевич удовлетворённо похлопал Виктора по руке, - а скажите мне, Виктор, родственники у вас есть?
- Я детдомовский, - буркнул тот.
- Угу, - ещё больше обрадовался собеседник, - а близкие, ну там друзья, подруга...
- Близких нет... а какое, собственно... – Виктор уже явно злился.
- Всё, всё, - замахал руками Сергей Анатольевич, - больше никаких вопросов, - он улыбнулся, - понимаете ли, то, что я собираюсь вам предложить – не вполне... законно, - сообщил он вполголоса. Виктор удивлённо посмотрел на собеседника.
- Да-да, отсюда и столько вопросов. Мы должны быть уверены, что родственники не начнут широкомасштабные розыски, пока вы будете проходить лечение в закрытой клинике... если вы согласитесь, конечно, - добавил он быстро.
- С чем соглашусь? – недоумённо пожал плечами Виктор.
- Вечно я спешу, - сокрушенно покачал головой собеседник, - ну что ж, постараюсь вкратце... Вы, безусловно, понимаете, что средствами традиционной медицины вылечить вас, увы, невозможно. По крайней мере, восстановить нормальное функционирование повреждённого спинного мозга. Наша клиника проводит определённые исследования в области освоения биотехнологий. Мы работаем над новыми направлениями в диагностике и лечении различных заболеваний. Кстати, участвуем также и в российской части международного проекта «геном человека». Хм, так вот... Вы, возможно, слышали об исследованиях докторов Чарльза и Мартина Ваканти в одной из лабораторий Медицинской школы при Массачусетском университете. Нет? А о стволовых клетках слышали? Ну, суть в том, что стволовые клетки – это такой особый вид клеток, которые как бы ещё не определились в своём развитии. То есть они могут трансформироваться в клетки любого органа. Так вот… Мартин Ваканти решил провести эксперимент на крысах, имеющих травмы спинного мозга с полной потерей проводимости. Для этого в лаборатории были взяты клетки из спинного мозга взрослой крысы, клетки с незавершенной дифференциацией, то есть определившиеся, чем они станут, но ещё недоразвитые. Ими был засеян каркас из растворяющегося биопластика и помещён в инкубатор. Образованная делящимися клетками ткань была пересажена больным крысам в область повреждения. Через некоторое время утраченная проводимость повреждённого участка спинного мозга восстановилась. В результате целого ряда экспериментов крысы обретали подвижность парализованных конечностей. Если говорить о людях, то до некоторого времени считалось, что стволовые клетки присутствуют только в человеческом эмбрионе. Теперь они найдены и в теле взрослого человека, - Виктор слушал, затаив дыхание.
- Так вот, подобные исследования проводятся и у нас. По некоторым данным мы продвинулись дальше зарубежных коллег, но технология ещё не до конца отработана, не проведено достаточного количества исследований на животных. Тем не менее, полученные результаты дают полное основание предполагать успех применения нашей методики на людях. Скажу честно, в наше время всё достаётся тому, кто первым выйдет на рынок с готовой технологией, конкуренты надолго обречены плестись в хвосте. Нам уже сейчас не хватает полноценных исследований на людях. То есть, говоря иначе – мы можем помочь друг другу. Вы обеспечите нам ценнейший исследовательский материал, мы же предоставим шанс, которого сейчас у вас просто нет, а если и появится впоследствии, то, сколько пройдёт до того времени - никому не известно, - Сергей Анатольевич замолчал.
Виктор полусидел в кровати сбитый с толку, оглушенный полученной информацией, ещё не веря, что у него появился пусть призрачный, но ШАНС.
- Я не буду вас торопить, дорогой мой. Вы должны понимать, что гарантий нет никаких, мы можем только надеяться на положительный исход лечения, вернее сказать – эксперимента, но может оказаться иначе. Подумайте хорошенько, всё взвесьте... одно «но» - нашего разговора никогда не было, - Сергей Анатольевич встал с кровати, собираясь уходить.
- Не нужно, - быстро сказал Виктор. Собеседник вопросительно поднял брови.
- Мне не нужно ничего взвешивать, - пояснил Виктор, - у меня только один выход. Я согласен.
- Вот и хорошо, вот и чу́дно, - заулыбался Сергей Анатольевич, - в таком случае завтра вам принесут на подпись необходимые бумаги, а затем мы перевезём вас в нашу клинику. Теперь отдыхайте, молодой человек. Надеюсь, что скоро увидимся.
Виктор не мог больше думать ни о чём, ему казалось, что в голове взорвалась бомба, разметав осколки мыслей по комнате. А он бегает, ловит их сачком, как бабочек в детстве, но мысли разлетаются снова и снова, пока он вконец обессиленный ни оставляет попытки навести в голове порядок. Тогда он бросает сачок, словно весло на стремнине и скользит по волнам образов и ассоциаций до тех пор, покуда течение ни уносит его в царство Морфея.
Утром следующего дня в палату заглянула Оксана.
- Привет! Ты как? – спросила она весело.
- Не знаю, - пожал плечами Виктор, - наверное, хорошо. По крайней мере, у меня чувство, что я неожиданно выиграл в лотерею что-то величиной с мою жизнь.
- Возможно, так и есть, - улыбнулась девушка, - хотя я не стала бы забывать об известной мудрости – надеяться на лучшее, но готовиться к худшему.
- Я не забываю, - сухо ответил Виктор.
- Прости, - Оксана сжала Виктору ладонь, - в последнее время я себе это часто говорю...
- А что это за клиника такая? – спросил Виктор, прерывая неловкую паузу.
- Небольшая клиника при одном серьёзном институте... ты вскоре сам узнаешь всё, что можно будет.
- И ты там работаешь?
- Да, в клинике... с недавних пор.
- Как интересно получается – именно ты работаешь там, где мне могут помочь, - Виктор покачал головой, - удивительно.
- Наверное, это судьба, - улыбнулась Оксана, - если ты в неё веришь, конечно.
- Я готов поверить во что угодно, лишь бы встать на ноги, - усмехнулся Виктор, - ты бумаги принесла?
- Ой, да, конечно. Вот... - она протянула прозрачную папку с документами, - прочитай и подпиши, я пока подожду.
Виктор пробежал бумаги по диагонали, прекрасно понимая, что поставит автограф, даже если в них отпечатан его приговор. Затем быстрым росчерком пера зафиксировал согласие и вернул папку Оксане.
- Быстро, - удивилась она.
- Формальность, - отмахнулся Виктор, - ордер есть, когда переезд?
- Машина внизу, - Оксана достала сотовый телефон и что-то сказала в трубку, - уже оформляют перевод.
Его перевезли в машине скорой помощи с закрашенными белой краской окнами. В итоге Виктор не имел ни малейшего понятия о том, где территориально расположено его новое место обитания. Единственное, что запомнилось – это ухабы, по которым машине пришлось трястись довольно долго. Оксана убежала ещё до переезда, сославшись на неотложное поручение и пообещав встретиться с ним позже. Внутренние помещения небольшой клиники мало походили на привычные палаты городских больниц. Здесь было уютно, комнаты скорее напоминали номера не самого дешёвого отеля. Виктора поместили в комнате, специально оборудованной для человека с ограниченной подвижностью. Удобная кровать с пультом дистанционного управления позволяла быстро лечь, или наоборот, переместиться в моторизованное кресло-каталку. Короткий широкий коридор вёл в ванную комнату и туалет. Там всё оказалось приспособленным для удобного пользования совместно с каталкой. Телевизор под потолком, кондиционер, селектор связи с медсестрой и даже жалюзи в комнате имели кнопки на общем пульте дистанционного управления. Поначалу этот факт вызвал серьёзную озабоченность у Виктора, поскольку запомнить всё сразу оказалось невозможно, и он поначалу боялся, что вместо поворота телевизора включит подъём кровати, или что-то в подобном роде. Открыв жалюзи, Виктор неприятно удивился тонким изящным решёткам на окнах, выходящих в глухой двор клиники. Зачем нужны решетки на окнах комнаты человека с парализованными ногами, да ещё расположенной на четвёртом этаже – этого он понять не мог. Отмахнувшись от неприятных мыслей, он в кресле подъехал к письменному столу с секретером, за дверцей которого с удивлением обнаружил компьютер. Вернее ноутбук с целой кучей установленных игр и тестов.
- Обживаетесь?
Виктор обернулся, в дверях широко улыбался Сергей Анатольевич. На этот раз он был не в белом халате, неизменном атрибуте предыдущей больницы, а в элегантной тройке, придававшей ему щегольской вид.
- Да, потихоньку... вот привыкаю к новым условиям, - Виктор показал на пульт дистанционного управления.
- Ха, когда я находился на вашем месте, то за время реабилитации так и не запомнил назначений всех этих кнопок, - рассмеялся Сергей Анатольевич.
- Вы?! – поразился Виктор, - Вы лежали здесь в качестве пациента?
- Хм, - немного смутился собеседник, - ну да, некоторые из нас по старой исследовательской традиции пробуют кое-что на себе.
- В таком случае, глядя на вас, я отбрасываю последние сомнения, - улыбнулся Виктор.
- Давно пора, - хохотнул Сергей Анатольевич, - сегодня отдыхайте, а завтра с утра и приступим. Сначала сделаем снимки и возьмём образец спинномозговой жидкости, ну а затем уже выработаем окончательную стратегию реабилитации. Кстати, мы не говорим здесь – больной, мы говорим – гость. А вместо «лечения» предпочитаем термин «реабилитация».
- Да, - обернулся он от двери, - не сочтите за труд... на рабочем столе в компьютере есть файл с перечнем специально подобранных психологических тестов, они не отнимут у вас слишком много времени. У меня просьба – проходите, пожалуйста, эти тесты ежедневно. Это поможет нам более точно наблюдать за ходом реабилитации. Договорились? – собеседник сверкнул голливудской улыбкой.
- Безусловно, - ответил Виктор, - тем более что программа развлечений у меня не слишком обширна.
- Вот и чу́дно, отдыхайте, - собеседник вышел закрыв за собой дверь.
Тесты оказались довольно интересными. Они шли по градации от простых, до очень сложных и от совершенно понятных до абсолютно бессмысленных с точки зрения Виктора. Он потратил на них около часа, а затем нашел стрелялку, в которую когда-то играл и от души погонял монстров по лабиринтам. Когда глаза от игры полезли на лоб, Виктор закрыл секретер и забрался в ванную, впервые за последнее время почувствовав себя человеком, способным обходиться без посторонней помощи. Какое же это блаженство – сидеть под тёплыми струями воды и совершенно ни о чём не думать...
Рано утром его разбудила медсестра в светлом костюме, напоминающем по покрою форму стюардессы.
- Доброе утро, меня зовут Оля, - она приветливо помахала ладошкой, - сейчас мы проведём небольшое обследование, а потом будет завтрак.
- Доброе, - ответил Виктор, - а можно наоборот?
- Увы, - девушка пожала плечами, - но это ненадолго.
- Ну, раз ненадолго... – он накинул халат и пересел в кресло.
Ольга не делала попыток ему помочь. Виктор оценил этот жест - ему не давали лишний раз почувствовать себя инвалидом. Девушка уже стояла в коридоре, придерживая дверь открытой. Он выехал из комнаты и покатил вслед за медсестрой. Проезжая по коридорам клиники, Виктор не переставал удивляться тому, насколько мало походило то, что он видел, на больницу в привычном для него понимании. Пол везде был выстлан покрытием, приглушающим звуки шагов. Ему пришлось ехать за Ольгой довольно долго, и на всём протяжении пути он не увидел ни одного окна, похоже, что все они выходили только во внутренний двор сооружения. Из-за закрытых дверей не доносилось ни звука, поэтому определить – есть ли у Виктора соседи, он не мог. Странным ему показалось ещё и то, что вместо медсестёр, обычно скучающих за столиками в больничных коридорах, здесь на каждом отрезке, от поворота, до поворота, сидели неулыбчивые люди, очень мало похожие на медбратьев. Каждый раз, проезжая мимо такого «медбрата», Виктор чувствовал затылком его цепкий взгляд. В одном месте, проезжая мимо очередной двери, Виктор вздрогнул от мощного удара в неё изнутри комнаты. Он вопросительно посмотрел на Ольгу, но та никак не отреагировала ни на звук, ни на обращённый к ней молчаливый вопрос. В конце следующего перехода, они остановились на лифтовой площадке. Медсестра нажала кнопку вызова.
- Скажите, Оля, Оксана сегодня работает? – спросил Виктор больше для того, чтобы прервать затянувшееся молчание.
- Оксана? – удивлённо переспросила девушка, - вы о ком спрашиваете?
Настал черёд удивиться Виктору.
- Как о ком? Оксана, медсестра, как и вы... помогала мне переезжать в эту клинику...
- Простите, - девушка смущённо улыбнулась, - у нас нет медсестёр с таким именем. Может быть, она из другого подразделения? Спросите об этом профессора, вот, кстати, мы уже и приехали, - дверь лифта открылась, и они сразу оказались в огромном зале, разделённом перегородками на множество отсеков. В каждом из них имелось какое-то, отличное от других оборудование. В ближайшем отсеке за монитором сидел Сергей Анатольевич, теперь уже в халате бледно-голубого цвета.
- А вот и наш гость, - повернулся профессор, - Олечка, вы пока можете быть свободны. Загляните к нам, пожалуйста, через полчаса, - девушка кивнула и вернулась в кабину лифта.
- Так-так, подъезжайте, не стесняйтесь, чувствуйте себя, как дома... - балагурил Сергей Анатольевич.
- Э-э-э, можно вопрос? – прервал его Виктор, - скажите, профессор, где Оксана? Она обещала навестить меня в клинике.
- К сожалению, дорогой мой, сейчас она навестить вас не в состоянии, - сокрушенно покачал тот головой, - дело в том, что у нашего института есть ряд филиалов по всей огромной территории нашей страны. Для координации действий, ну и в некотором роде, на стажировку мы командируем туда сотрудников. Такие командировки длятся обычно от месяца до четырёх, так вот Оксана как раз вчера отправилась в один из наших филиалов. Уверяю вас, как только она оттуда вернётся, то обязательно вас навестит, - профессор похлопал Виктора по колену.
- А как далеко и надолго она уехала? – удивлённо спросил Виктор.
- Ну, этого я вам поведать не могу. Сказать по правде – я и сам не знаю, - добавил Сергей Анатольевич вполголоса, - я занимаюсь наукой, а не кадрами...
- Так-с, ну что же, мы немного отвлеклись, - добавил он, поворачиваясь к монитору, - пожалуй, начнём...
 
3
 
«Какие интересные крылья» - подумал Виктор, разглядывая необыкновенную прозрачную конструкцию, словно кружевом, покрытую жилками. Мембраны, усеянные большими и маленькими волосками, в лучах падающего из окна света отливали всеми цветами радуги. Крылья мелко завибрировали, и муха исчезла из поля зрения, предоставив взору огромную рваную трещину в штукатурке потолка. Виктор открыл глаза. Он лежал на кровати и сонно таращился на ползающую по потолку муху, не понимая, как секунду назад она могла с такой детальной чёткостью фигурировать в его сновидениях. Приглядевшись внимательно, Виктор заметил прямо над собой едва заметный волосок трещинки, такой же формы, как он только что видел. От удивления он сел в кровати, согнув ноги в коленях... Стоп! Ноги? НОГИ?! Виктор сильно ущипнул себя за ухо. Он не спал! Не может быть! Виктор откинулся на подушку и осторожно, боясь спугнуть чудо, выпрямил их. Затем медленно пошевелил пальцами, напряг и расслабил мышцы икр, сжал рукой бедро и, окончательно поверив в то, что это не сон, сел на краю кровати, спустив ноги на пол.
- Эй! – крикнул он, забыв про селектор связи, - Эй, кто-нибудь!
Через пару минут дверь открылась и в комнату вошла Ольга в сопровождении одного из «медбратьев». Ошеломлённый своим открытием, Виктор не сразу обратил внимание на напряжённые взгляды гостей и спирали проводков, тянущихся от наушников, пробками воткнутых в уши вошедших.
- Вот... - только и смог сказать он, показывая на свои ноги.
- Реабилитация идёт успешно, - улыбнулась медсестра, - пожалуйста, будьте осторожны, вы некоторое время были практически обездвижены. Если нужна моя помощь, вы всегда можете воспользоваться селектором связи, как и прежде, - Виктор сконфуженно закивал головой.
- И ещё, - Ольга провела рукой по щеке, - вам это идёт, но если не нравится, можете привести себя в порядок в ванной комнате, - она вышла, сопровождаемая молчаливым «медбратом», плотно прикрывшим за собой дверь.
Виктор схватился за подбородок, ощутив под рукой отросшую густую бороду. Оттянув прядь волос, он прикинул, что не брился примерно месяца три – четыре. Виктор ахнул: «Ничего себе некоторое время!..». Накинув на плечи халат, он попробовал встать на ноги. К огромному удивлению, не было особого дискомфорта, или даже головокружения. Он просто чувствовал слабость, как после нескольких дней лежания в кровати с высокой температурой, не более того. Сделав несколько пробных шагов, Виктор уже уверенно прошел в ванную комнату, достал с полки бритву, помазок и... бритва выпала у него из пальцев, звякнув о фарфоровый умывальник – из зеркала на Виктора смотрело чужое, незнакомое лицо. В нём что-то было от «бывшего» Виктора, но настолько мало, что сам он с трудом улавливал лишь намёк на отдалённое сходство. Даже глаза изменились – потемнели и приобрели какой-то странный стальной отблеск, хотя здесь возможно сыграло роль освещение. Плеснув в чужое лицо пригоршню холодной воды, и не увидев особых изменений, он выбежал из ванной комнаты и бросился к входной двери. Замок оказался закрытым снаружи. Со злостью несколько раз саданув ногой в дверь, он включил селектор.
- Слушаю вас, - вежливо, словно он только что не пытался выломать дверь, ответила Ольга.
- Почему заперта дверь? – выкрикнул Виктор, - я, что здесь узник?
- Ну что вы? – спокойно ответила медсестра, - пока в клинике карантин, гости не должны самостоятельно покидать свои комнаты. Кстати, ломать дверь вовсе не обязательно.
- Карантин? – удивился Виктор, немного успокаиваясь, - почему карантин?
- Есть подозрение, что один из гостей прибыл к нам инфицированным. Ничего страшного, все необходимые меры принимаются... кстати, закрытая дверь – одна из них, - Ольга секунду помолчала, - вы хотели сказать что-то ещё?
- Да, я срочно хочу увидеть профессора.
- Боюсь, что это невозможно, в связи со служебной необходимостью Сергей Анатольевич в данный момент находится в длительной командировке. Но я могу пригласить курирующего вас доктора.
- У вас что, сотрудники поочерёдно на Минводы ездят, что ли? – в сердцах бросил Виктор, - приглашайте доктора.
Не успел Виктор окончательно успокоиться, продолжая нервно расхаживать по комнате, как щёлкнул замок и вошел доктор. На вид лет сорока с хвостиком, он являл собой полную противоположность профессору. Худощавый, лысоватый, он держался с военной выправкой. Говорил сухо, только по необходимости, смотрел внимательно, подолгу не отводя взгляда белёсых глаз от лица собеседника, словно пытаясь рассмотреть сквозь его голову что-то находящееся позади неё.
- Калюжный Владимир Алексеевич, - представился доктор, заложив руки за спину, - я рад, что процесс реабилитации вошел в новую фазу и вы уже на ногах.
- Уж я-то как рад, - ответил Виктор, в ответ разглядывая собеседника, - вот только несколько вопросов появилось, в связи с нашей общей радостью...
- Да, я слушаю вас, - доктор сел на стул, закинув ногу на ногу, - буду рад ответить на любой из них.
- Тогда начну с главного, - Виктор направил указательный палец себе в висок, - что это?
- По всей вероятности, ваша голова, - совершенно спокойно ответил Владимир Алексеевич, едва заметно дёрнув уголком рта.
- Так, вы ещё издеваетесь?! – закипел Виктор, - я спрашиваю – с чьего согласия и на каком основании мне была сделана пластическая операция?
- Ничуть не издеваюсь, - ответил доктор, - вам не было сделано никаких пластических операций с целью изменения вашей внешности, уверяю вас.
- Тогда как возможно объяснить такую трансформацию моего лица? – вскричал Виктор.
- Скажите, - доктор на секунду задумался, - у вас есть шрамы? Например, после операции по удалению аппендикса?
- Есть... – ошалело протянул Виктор и вдруг резко оттянул спортивные трико – от былого шрама не осталось и следа. Вывернув левую руку, он оглядел предплечье – ещё одного шрама не было и в помине.
- Что? Что всё это значит?!
- Это значит то, что вы прошли через регенерацию кожного покрова и части тканей лица, утерянных в результате инфицирования неизвестным вирусом, вероятно искусственного происхождения. Как раз сейчас в клинике введён карантин в связи с этим прискорбным событием. К счастью, больше пострадавших нет, правда есть подозрение, что один из гостей является скрытым носителем инфекции, - немного помолчав, он добавил, - Вы действительно подверглись определённому хирургическому вмешательству, но исключительно с целью удаления последствий разрушительных действий вируса. Современные технологии позволяют примерно за двадцать дней вырастить новую кожу из стволовых клеток, полученных из волосяных фолликул.
- Хм, - Виктор с удивлением рассматривал кожу на руках, - а как же такое заражение вообще могло произойти?
- Точного ответа на этот вопрос пока нет... Могу сказать одно – международная конкуренция в области интересов нашего института чрезвычайно высока. Объектом, разумеется, были не вы лично, а репутация клиники.
- И каковы могут быть последствия... для меня? – осторожно поинтересовался Виктор.
- Пока однозначно сказать трудно, необходимы наблюдение и дополнительные обследования, - доктор улыбнулся одними губами, - так что настраивайтесь на длительное сотрудничество. Думаю, что завтра мы уже сможем взять у вас первые анализы, ну а дальше... дальше будет видно. А сейчас, прошу меня извинить, я готов ответить и на остальные ваши вопросы, но позже, сейчас мне нужно делать обход.
Сидя в удобном кресле, о котором совсем ещё недавно он не мог и мечтать, Виктор пытался осмыслить произошедшие с ним события. Несколько месяцев беспамятства, возможно коматозного состояния, после имплантации ткани, выращенной из нервных стволовых клеток, ещё и заражение неизвестным вирусом с такими необычными последствиями – выглядело всё это довольно странно... С другой стороны – он все-таки реализовал свой единственный шанс и обрёл прежнюю подвижность. Имеющейся информации для каких-либо выводов явно недоставало, Виктор решил дождаться Оксаны и профессора, и затем уже выяснить всё окончательно. А пока не мешало бы избавиться от дурацкой бороды.
Несмотря на длительное «отсутствие», телевизор смотреть не хотелось, и Виктор открыл ноутбук. Пробежав по привычке весь ряд тестов, он переключился на компьютерную игру – симулятор гонок на картингах. Проходя уровень за уровнем, Виктор поражался тому, как легко, без столкновений и заносов, он обходит любые препятствия. Каждый последующий уровень был сложнее предыдущего, тем не менее, Виктор быстро набирал очки, делая лишь незначительные ошибки. Наконец игра подошла к концу, он с любопытством ждал, когда появится финальная таблица, для того, чтобы сравнить полученные результаты с предыдущими. Сначала он не понял в чём тут дело – его результат оказался на восемнадцатом месте, причём первые шестнадцать итоговых очков оказались предельно возможными для этой игры и просто следовали друг за другом. Некоторое время Виктор тупо смотрел в монитор, отказываясь понимать, как такое вообще может быть. Он бы понял, окажись эти результаты под другим именем, тогда можно было бы объяснить факт тем, что кто-то играл на его ноутбуке. Но для того, чтобы попасть в итоговую таблицу под его именем, необходимо знать персональный пароль для входа в игру. Получалось одно из двух – либо кто-то, для кого не составляет труда вытащить из системы пароль, сидел за компьютером, в то время как Виктор изображал овощ, либо он сам гонял на картингах, будучи в бессознательном состоянии. И если первое вызывало скорее досаду, то второе... второе вообще всё ставило с ног на голову. Заглянув в таблицы результатов тестов, Виктор не обнаружил там аналогичных записей. Это смутило его ещё больше. Получалось, что остальные результаты были удалены, а итоги гонок по небрежности, или по какой-то другой причине удалёны не были. Вопросы, вопросы... нанизываясь один на другой, они роились в его голове, не давая ни секунды покоя. Нужно было предпринимать какие-то действия. Для начала Виктор внимательно осмотрел комнату. Тому, что он обнаружил камеры скрытого наблюдения, Виктор уже не удивился, в принципе это вполне объяснялось и другой причиной – наблюдение за пациентом, хотя и не требовало сокрытия этого факта. Немного подумав, он удалился в кабинку туалета. Убедившись в отсутствии наблюдения, Виктор снял с ноги тапок и аккуратно оторвал стельку. Ещё с детдомовских времён он использовал этот нехитрый тайник для того, чтобы прятать деньги от старших ребят. Ожидания оправдались, под стелькой он обнаружил сложенный клочок бумаги. Развернув его, Виктор увидел выведенный аккуратным почерком адрес электронной почты без какой-либо подписи. Несколько раз перечитав записку, Виктор от неё избавился. Вместо того чтобы разъясняться, головоломка всё более усложнялась. В голове заезженной пластинкой беспрестанно крутился вопрос: «Чей это адрес, зачем он здесь, в клинике, где даже нет выхода в интернет, и почему Виктор спрятал записку?». Становилось очевидным одно обстоятельство – Виктор не всё время лежал в отключке, вот только почему-то ничего об этом не помнит.
В последующие несколько дней Виктор чувствовал сильное недомогание. Голова отяжелела, любые попытки о чём-то думать вызывали сильнейшую мигрень, начались небольшие провалы в памяти. Несколько раз он ловил себя на том, что смотрит в зеркало в ванной комнате, но совершенно не помнит, как туда вошел. Его пичкали таблетками, делали уколы, постоянно брали анализы, проводили обследование за обследованием... В итоге почти всё его время было занято различными процедурами, а к ночи Виктор проваливался в странный болезненный сон с удивительными яркими сновидениями, которые потом никак не мог вспомнить. Иногда он просыпался посреди ночи, обнаружив себя стоящим у окна, или в другой раз сидящим у выключенного ноутбука. Несмотря на тупое безразличие, охватившее его, Виктор поначалу пытался выяснить, что с ним происходит. В ответ он всегда слышал одно и то же – это последствие перенесённого заболевания, осложнение на нервную систему, ему вредно волноваться и скоро он пойдёт на поправку... Хорошо ещё, что его начали выпускать на прогулки во внутренний двор клиники. С течением времени сон изменился, яркие картины то ли своей, то ли чужой жизни хлынули на поверхность дневного существования, будто прорвав плотину между сном и явью, погрузив его в странный мир, в котором реальность вывернулась наизнанку. Виктору казалось уже, что спит он в то время, когда проводит часы в изнуряющих процедурах, или сидит в кресле у окна, или гуляет во дворике... гуляет во дворике... гуляет во дворике...
Однажды, гуляя во дворике, он почувствовал, что сжимает что-то в руке. Придя в комнату, Виктор раскрыл ладонь, затем развернул небольшой бумажный свёрток. Внутри оказалось десять маленьких капсул и короткая записка: «Пей по капсуле после каждого укола, от остальных лекарств незаметно избавляйся, от этой записки тоже». В голове будто сверкнула молния, Виктор на минуту пришёл в себя, этого оказалось достаточно для того, чтобы выпить первую капсулу и уничтожить записку, затем он провалился в небытиё. В эту ночь он впервые спал без сновидений, а, проснувшись утром, почувствовал, что вязкая пелена, застилавшая его мозг в последнее время, рассеялась. Следуя совету, он делал вид, что глотает таблетки, а после каждого укола выпивал по капсуле. Осознав, наконец, что если он не выйдет из клиники, то, скорее всего, закончит свои дни счастливой сомнамбулой, Виктор начал присматриваться к возможным путям отступления. Клиника очень хорошо охранялась, все окна, которые он видел, выходили во внутренний двор, отделённый от внешнего мира непреступной массивной решёткой. Коридор, по которому его выпускали на прогулку, так же имел лишь один выход, но Виктор понимал, что сотрудники института должны как-то покидать клинику. Значит, другой выход есть, возможно даже, что не один и его нужно найти, пока не закончились капсулы. Дело осложнялось тем, что все помещения и коридоры находились под видеонаблюдением и охраной молчаливых «медбратьев». А Виктор, к тому же, должен по большей части лежать, как и полагается примерной сомнамбуле. Правда этот статус давал и определённые преимущества – можно было, нацепив на лицо идиотскую улыбку, попробовать где-нибудь случайно заблудиться, что Виктор и не преминул сделать при очередном выходе на прогулку.
Он давно приметил, что во дворе, куда его, не сомневаясь в действенности препаратов, отпускают без сопровождения, помимо выхода из знакомого коридора, есть ещё две двери. Из одной периодически выходит какой-нибудь сотрудник, заходит в другую и через некоторое время возвращается обратно. Исходя из этих наблюдений, Виктор сделал вывод, что первая дверь ведёт в служебный коридор, а вторая в какое-то помещение типа подсобки. Причём обычно двери запирались на замок, поэтому попасть вовнутрь можно только с сотрудником, а ими, как правило, оказывались «медбратья». Как по заказу в этот вечер небо заволокло низкими свинцовыми тучами, холодное мартовское небо разродилось зябким дождём, перемешанным с мокрым снегом. Виктор поднял воротник куртки и собрался уже вернуться в комнату, когда его внимание привлекла фигура в окне третьего этажа. По очертаниям силуэт принадлежал мужчине, точнее Виктор рассмотреть не мог, поскольку фигура находилась в неосвещённой комнате. Уже то, что человек стоял в темноте, было довольно странным, но он к тому же ещё и неотрывно следил за Виктором, по крайней мере, ему показалось именно так. В следующую секунду он получил подтверждение своей догадке. Человек, убедившись, что Виктор его видит, сделал два характерных жеста – сначала указал рукой на дверь подсобки, а затем, приложив пятерню к стеклу, скрылся из виду. Виктор принялся с отсутствующим видом прохаживаться по двору, ожидая дальнейшего развития событий. Оно последовало буквально через минуту – неожиданно во всём здании погас свет. Как только выключились фонари и прожектора, двор погрузился в сумерки надвигающегося вечера. Спустя минуту, из первой двери выбежал сотрудник в спецовке с чемоданчиком инструментов в руке и, быстро открыв дверь подсобки, скрылся внутри. Второго приглашения Виктору не потребовалось. В несколько шагов он оказался у входа в подсобку и, быстро оглядевшись, проскользнул внутрь. Там, как он примерно и предполагал, оказался короткий коридор, выводивший в небольшую комнату, где вдоль стен стояли металлические шкафы с различным электрическим и коммуникационным оборудованием. На стойке системы оповещения ёлочной гирляндой перемигивались тревожные лампочки. У раскрытого шкафа с рубильниками склонился электрик с фонариком и что-то быстро откручивал гаечным ключом. Он даже не услышал, что в помещение кто-то вошел. Комната оказалась тупиковой, но на противоположной от входа стене, фиолетовым силуэтом на фоне сгущающихся сумерек проступало окно, выходящее на другую сторону здания, решётки на нём не оказалось... Несмотря на время, проведённое в клиниках, натренированное на службе в десантных войсках тело работало, как часы. Виктор аккуратно усадил на стул обмякшего в его руках электрика. Затем надел на себя его спецовку, взял чемоданчик и открыл окно. В комнату ворвался холодный воздух вперемешку с брызгами дождя. Покачав головой, Виктор вернулся, накинул свою больничную куртку на отключившегося электрика и перелез через подоконник. Оказавшись на улице, он увидел, что попал на парковочную площадку института, где стояло несколько машин скорой помощи, и урчал, прогреваясь, чёрный Хаммер. Около него переминался с ноги на ногу водитель и тупо разглядывал Виктора, появившегося в рабочей спецовке прямо из стены здания. Виктор бодрым шагом подошёл прямо к нему.
- А... – начал, было, водитель, раскрыв рот и не узнавая электрика.
- Покайся! – замогильным голосом предложил ему Виктор, выкатив глаза - Мессия грядёт!
Округлив глаза, водитель в ужасе отшатнулся. Это было последнее, что он услышал, по крайней мере, на ближайшие полчаса. Пристроив его к заднему колесу машины скорой помощи, Виктор достал из чемоданчика шило и быстро проколол баллоны всех машин, кроме Хаммера. Быстро забравшись в кабину вездехода, Виктор вырулил с парковочной площадки как раз в тот момент, когда со стороны входа в здание к нему уже бежали несколько охранников. Оставив их позади, Виктор в зеркало заднего вида увидел вспышки, одновременно с которыми по бронированной машине защёлкали пули. Улыбнувшись такой удаче с Хаммером, он направил машину по единственной дороге, ведущей из клиники, в сторону предполагаемого шоссе. На то, что он едет к шоссе, Виктор надеялся, хотя знать этого наверняка не мог. В подступившей темноте ухабистая дорога петляла посреди леса. Проехав по ней пару километров, Виктор решил остановиться и сориентироваться. Перетряхнув бардачок, он не обнаружил ни одной карты, а системой GPS навигации Хаммер оборудован не был. Тогда Виктор вышел из кабины и прислушался, надеясь услышать далёкий гул автострады. Вместо него он услышал характерный звук приближающегося вертолёта. Виктор прыгнул в машину и рванул с места, надеясь добраться до шоссе прежде, чем ему преградят дорогу. Выключив фары, он нёсся вперёд почти наугад, каким-то чудом различая силуэты деревьев по краям дороги. Некоторое время спустя вертушка зависла прямо над ним и выхватила машину мощным прожектором. Виктор дёрнул вездеход в сторону, уходя из освещённого пятна. Вертолёт немного отстал, пропуская Виктора вперёд, и он тут же понял смысл этого манёвра – по кузову прощёлкала очередь из пулемёта. Если бы не бронированный кузов Хаммера, Виктор давно бы уже превратился в решето, но машина, содрогаясь под градом пуль, упорно неслась вперёд. Почти все стёкла Хаммера покрылись мелкой сетью трещин, дорогу Виктор скорее угадывал, чем видел. После небольшой передышки в стрельбе, вертушка зашла спереди. В последнюю долю секунды Виктор резко увёл вездеход в сторону, а на месте, где тот должен был только что оказаться, взметнулся огненный столб от взрыва ракеты, осколками выбило боковые стёкла, Виктору сильно обожгло предплечье и бок. Геликоптер зашел на второй круг. Понимая, что удача дама коварная, Виктор резко нажал на тормоз и выпрыгнул из ещё не успевшей остановиться машины. Хаммер ткнулся бампером в дерево и затих, Виктор бросился в лес. Если бы не густые ели, вертушка быстро поймала бы его своим прожектором. Немного покружив над лесом, она ушла в сторону института. Виктор перевёл дыхание, нужно было пробираться к шоссе. В принципе, поздняя прогулка по лесу его не слишком страшила, в армии они с Андреем служили в десанте, где проходили курс ориентирования на местности и выживания в экстремальных условиях. Ощупав руку и бок, он понял, что ранен. Немного привыкнув к темноте, Виктор уверенно выбрал направление, словно что-то подсказывало ему, что там за деревьями скоро появится автострада. Чем дольше он шёл, тем лучше видел вокруг себя лес, зрение удивительным образом приспосабливалось к обстановке, как у зверя, охотящегося по ночам. Странно, но он совершенно не чувствовал ни холода, хотя передвигался по снегу в спецовке, без тёплой одежды, ни боли. К его счастью раны быстро перестали кровоточить и он больше не оставлял на снегу кровавых следов. Слух к ещё большему удивлению Виктора обострился тоже, он услышал всю гамму ночных звуков – вой ветра в ветвях, треск сучьев, тихие шорохи ночных обитателей леса. Совсем скоро он различил вдали долгожданный гул автострады и обрадовался тому, что не ошибся в выборе направления. Почти сразу следом со стороны, откуда он двигался, Виктор услышал приближающиеся звуки погони. Короткие фразы людей чередовались с хриплым дыханием идущих по его следу собак. Звуки преследования приближались быстрее, чем он успевал выбраться на шоссе. Виктор увидел небольшой овражек и затаился в ложбине. Единственное, что у него оказалось в кармане куртки – это отвёртка, но при необходимости он прекрасно знал, как сделать её страшным оружием. Звуки погони приближались, собаки, почуяв близкую добычу, вырвались вперёд. Виктор поймал себя на том, что вопреки здравому смыслу совершенно спокоен. Услышав хрип и ворчание собак на расстоянии метров трёх от себя, он резко поднялся на ноги. Две немецкие овчарки, чуть было не наткнувшиеся на него, встали, как вкопанные. Виктор отчётливо видел их глаза. Вместо того чтобы броситься на него, или залаять, собаки, поджав хвосты, присели на задние лапы и заскулили. В их глазах появились испуг и растерянность. Они то приближались к Виктору, то вдруг поворачивали в сторону и по короткому кругу возвращались на то же место, словно совершенно не понимая, что им делать. Виктор сосредоточил всё своё внимание на овчарках. Совершенно неожиданно он удивительно чётко представил себя на их месте, ему вдруг показалось, что он начал мыслить их образами, в нос шибануло диким коктейлем стократно усиленных запахов леса. Усилием воли, Виктор представил, как мчится среди деревьев в противоположную сторону… собаки неожиданно повернули морды и бросились туда, куда им «подсказал» Виктор. Вскоре послышались удивлённые возгласы преследователей, удаляющиеся окрики и он понял, что погоня пошла по ложному следу. Подождав ещё немного, пока преследователи ни оторвались на достаточное расстояние, Виктор выбрался из оврага и двинулся к шоссе. Несмотря на поздний час, машины в сторону города шли по трассе сплошным потоком. Виктор вышел на обочину и поднял руку. Легковые автомобили либо пролетали мимо, либо, притормозив, тут же увеличивали скорость. Вскоре к обочине скрипя тормозами, подъехал рефрижератор.
- Садись, браток, - крикнул водитель в приоткрытое окно правой двери.
- До города подбросишь? – спросил Виктор, забираясь в высокую кабину.
- А куда ж я денусь-то? – усмехнулся шофёр, - но только извини, в город меня не пустят, я по кольцу поеду, - пожилой усатый дальнобойщик внимательно разглядывал попутчика.
- Отлично, - обрадовался тот, - дальше я сам доберусь.
Некоторое время оба ехали молча, затем водитель спросил:
- Под сиденьем аптечка, на ходу справишься, или остановиться, помочь?
- Спасибо, справлюсь... ерунда, в общем, - Виктор нашарил рукой пластиковый чемоданчик.
- Я тебя не спрашиваю, как ты оказался так далеко от города ночью в лесу, без одежды и раненый, но если расскажешь, против не буду... я уже шестые сутки еду без напарника, поговорить не с кем.
- Да как тебе сказать... – протянул Виктор, забинтовывая руку, - странная история...
Водитель молча ждал продолжения. Виктор, придерживая тампон с мазью, заклеивал пластырем бок.
- Погоди, - дальнобойщик хлопнул Виктора по колену, - не из-за тебя ли сыр-бор?
Впереди на шоссе образовалась небольшая пробка, по всей вероятности недавно, поскольку очередь из машин ещё не успела сильно вырасти, и можно было разглядеть два автомобиля ГАИ, развёрнутые поперёк дороги. Шла проверка документов, чуть в отдалении на обочине, практически скрытый темнотой, стоял знакомый вертолёт.
- Угу, - протянул Виктор, - останови машину.
- И куда ты денешься у них на виду? – дальнобойщик на секунду задумался, - быстро назад, - скомандовал он, откидывая штору позади себя.
Виктор влез на лежак за сиденьями и, накинув на себя старенькое одеяло, отвернулся к стенке. Водитель достал из-под своего сиденья флягу, отвернул крышку и обильно побрызгал Виктора. В кабине повис сильный запах спиртного. Дальнобойщик задвинул штору. Немного погодя рефрижератор тяжело остановился, Виктор услышал, как кто-то требует у водителя документы. Тот протянул гаишнику бумаги.
- Открывай холодильник, - скомандовал голос.
- Да ты что, командир, - возмутился водитель, - он же опечатан. Не дай бог, бараньей туши недосчитаются, кто платить будет?
- Пломба на месте, - подтвердил другой голос, - ну что, будем вскрывать?
- Да ладно, - вполголоса ответил первый, - из-за этих возиться... кто ещё в кабине?
- Сменщик, - протянул водитель, - спит.
- Буди давай, - потребовал голос.
- Не, ну серьёзно, командир, – удивился дальнобойщик, - он двенадцать часов за баранкой. Стакан хряпнул и дрыхнет. Везёт человеку, его смена уже закончилась, мы же почти приехали.
- Ничего, дома отоспится, - не отставал гаишник, - ну-ка, дай я сам гляну.
Виктор почувствовал, как кабина слегка накренилась под грузной тушей милиционера, штора отодвинулась, и его рука бесцеремонно крутанула Виктора за плечо. Тот спокойно уставился гаишнику в глаза. После мимолётного удивления, лицо милиционера растянулось в хищной ухмылке, а затем как-то странно дёрнулось и застыло... Виктор увидел себя, лежащего за шторой, а потом произошла странная трансформация – его собственное лицо вытянулось, изменив черты, и сразу постарело лет на двадцать... Гаишник часто заморгал, отпустил плечо и вылез из кабины.
- Девка? – ехидно предположил второй голос.
- Да нет, второй водила... пьяный в хлам, - хрипло ответил гаишник, - езжай, стукнул он по кабине рефрижератора.
Грузовик тронулся и, набирая скорость, пошёл по трассе. Виктор вернулся на сиденье.
- Пронесло, - выдавил он, не зная, что и сказать.
- Послушай, браток, - ответил водитель, чуть помолчав, - я передумал, не надо мне ничего рассказывать... у меня и со зрением что-то... Давай просто помолчим, не так уж долго ехать до города осталось.
В полном молчании и без приключений они добрались до окраины города.
- Спасибо, - с чувством произнёс Виктор, вылезая из кабины, - не забуду твою помощь, если доведется ещё встретиться...
- Типун тебе... – замахал руками водитель, - я уже забыл.
Виктор улыбнулся и захлопнул дверь.
- Эй, браток, - отошедший на пару шагов Виктор обернулся, - нельзя так по городу ходить... держи, - в сторону Виктора полетела куртка, - Бывай! – дверца захлопнулась, рефрижератор тронулся с места.
Виктор надел старенький, но вполне приличный пуховик с капюшоном и по привычке сунул руки в карманы. В одном из них пальцы нащупали бумажку. Вытянув её, он развернул на ладони тысячерублёвую купюру. Случайно, или преднамеренно она там оказалась, Виктор, конечно, не знал, но был тронут этим фактом простой человеческой доброты до самой глубины души.
- Бывай! – взмахнул он рукой вслед удаляющемуся грузовику, - удачи тебе на дорогах!
Обойдя пост ГАИ стороной, Виктор направился в город. На удачу, первый же встреченный прохожий подсказал ему нужное место. Неподалёку находилось полупустое старое общежитие, неизвестно кому принадлежавшее. Истратив в ночном магазине часть денег на лёгкий ужин, Виктор отдал оставшуюся сумму сонной вахтёрше, получив, таким образом, в своё распоряжение комнату на два дня. С учётом того, что произошло на шоссе, этот вариант устраивал его более всего. Разумеется, никаких документов вахтёрша не спрашивала, и Виктор почувствовал себя в относительной безопасности. Закрыв изнутри дверь и подперев её на всякий случай стулом, он только тут почувствовал, насколько сильно устал. Не раздеваясь и не притрагиваясь к еде, Виктор упал на кровать и отключился.
Первое о чём он подумал, открыв глаза – необходимо сменить повязки. Открыв дверцу шкафчика в ванной комнате, Виктор с удовлетворением обнаружил в нём флакон йода, бинт и огромное количество одноразовых шприцов. Кое-что о нравах предыдущих жильцов комнаты стало проясняться, но, несмотря на это, Виктор проникся к ним искренней благодарностью за наследство. Аккуратно сняв спецовку, он размотал старый бинт на предплечье и не поверил своим глазам – на месте осколочной раны красовался плотный розовый шрам. Создавалось впечатление, что рану Виктор получил больше месяца назад, что было, разумеется, полнейшей ерундой. Сорвав ватный тампон, приклеенный лейкопластырем сбоку под рёбрами, Виктор обнаружил аналогичную картину, перевязывать оказалось нечего. Он сел на кровати и крепко задумался... Что-то уж больно странное с ним творилось после пробуждения в клинике. Как ни старался, он не мог вспомнить ничего, что происходило с ним в период мнимого беспамятства. Очевидно, кому-то понадобилось вычеркнуть этот период из его памяти, а, учитывая то, состояние, в котором он оказался следом за пробуждением, средства для достижения этого у них были самые различные. Обнадёживало только то обстоятельство, что в стане врага, а в этом он после ночных приключений больше не сомневался, находится его неожиданный союзник. Хотя, конечно, Виктор мог оказаться разменной пешкой в чужой игре, и сегодняшний союзник с таким же успехом может сдать его завтра в обмен на очередной шаг в достижении своих целей. Удручало полное отсутствие какой-либо информации, за исключением неизвестно чьего электронного адреса. Для начала Виктор решил наведаться в свою квартиру. В конце концов, ему нужны были документы, одежда и деньги. А следующим шагом он запланировал посещение одного медицинского центра. Как-то проходя обследование, Виктор обратил внимание на то, что там ведёт приём психотерапевт, практикующий гипноз. Это давало определённый шанс на то, что хотя бы часть утраченной памяти может вернуться. Виктор не сомневался, что тогда найдёт ответы на многие, мучающие его вопросы.
Подойдя к дому, Виктор не стал спешить входить в квартиру. Отсутствие ключей его не смущало. После того, как он дважды терял их, Виктор соорудил себе тайничок за трубой мусоропровода в таком месте, что если не знать наверняка, то шанс найти его практически отсутствовал. Смущало другое, вся история последних событий говорила о том, что входить в квартиру может оказаться опасным. Виктор решил сначала немного осмотреться. Окна его квартиры выходили на северную сторону здания, поэтому внутрь попадало совсем мало света, и из-за этого Виктор обычно держал даже тюлевые шторы раздвинутыми. Сейчас это оказалось ему на руку, поскольку не давало незваным посетителям, если таковые имеются, беспрепятственно обозревать двор из-за прозрачной шторы, находясь при этом незаметными с улицы. Поднимаясь по лестнице, Виктор внимательно следил за дверным глазком. Ещё одной полезной для него особенностью являлось то, что глазок ничем не закрывался со стороны коридора, и любое перемещение около него изнутри сразу же выдавало себя потемнением глазка снаружи. Подойдя к двери, Виктор ничего подозрительного не заметил, но на всякий случай поднялся ещё на один лестничный пролёт, выйдя из поля обзора глазка. Этажом выше щёлкнул замок, и на лестницу вышла соседка, держа в руках мусорное ведро. Поравнявшись с Виктором, она нарочито подозрительно оглядела его с головы до ног.
- Ждёшь кого? – неприязненно поинтересовалась она.
- Да вот... – Виктор изобразил полную растерянность, - к армейскому другу приехал, а он второй день не открывает, - он указал на свою дверь, - телефон тоже не отвечает. Вот я и решил подождать – может, сам объявится.
- Так это ты к Витьке приехал?! – всплеснула руками соседка, предварительно поставив на пол ведро.
- Ну да... – Виктор расстроено вздохнул, - я ему телеграмму посылал.
- Не повезло тебе, мило́й, - запричитала соседка, - неужто ничего не знаешь?
- Нет... – удивлённо протянул Виктор.
- Ох, батюшки, горе-то какое, - продолжала причитать соседка, - убили дружка твоего.
- Убили?! – Виктор округлил глаза, - как это... убили?
- А вот так и убили. Пропал он, родимый, нету его и нету. А тут как-то ведро выношу, смотрю в окно, две милицейские машины и легковушка такая солидная у подъезда остановились, оттуда народ повылазил, кто в форме, кто так, и в подъезд. Я вот здесь как раз и стояла, а они всей гурьбой в Витькину дверь... ой! – соседка округлила глаза, глядя в окно. Виктор проследил за направлением её взгляда, у подъезда остановились два милицейских уазика и чёрная восьмёрка Ауди с затемнёнными стёклами.
- Это что ж такое делается-то? – ахнула соседка, - неужто опять кого... Может бандит тот, чью фотку Петрович, участковый, тогда всем показывал? – соседка резко повернулась к Виктору, глаза её сузились, - а вот чёй-то как раз на тебя был похож, - схватив ведро и прикрываясь им, как щитом, она попятилась к стене.
Не дожидаясь дальнейшего развития событий, Виктор бросился вверх по лестнице. На крыше у него стояла собственная антенна, и он знал код замка двери, ведущей на чердак. К его счастью никому не пришло в голову изменить комбинацию цифр и он, под завывания соседки выбрался на чердак, а оттуда на крышу дома. Только тут он понял, что деваться-то ему особенно и некуда, голосящую соседку наверняка обнаружили визитёры и все три выхода из дома уже перекрыты. Оставалось одно, Виктор прекрасно понимал, что это чистое безумие, но почему-то внутри был совершенно уверен в успехе... Сердце билось мощно, но ровно, ни малейшего волнения, он глубоко вдохнул и рванулся к дальнему краю крыши. Как только ноги достигли бортика, мощным толчком он послал своё тело вперёд и через долю секунды благополучно опустился на крышу соседнего здания, отстоящего от его дома метров на пятнадцать. Виктор и сам не мог поверить в то, что произошло, но долго раздумывать не стал и юркнул в дверь, ведущую на чердак, в последнюю секунду отметив, что на крыше его дома уже озираются два человека в штатском, один из них, прижав пальцем наушник, что-то передаёт по рации.
 
4
 
Очнувшись оттого, что вислоухая дворняга лизнула его в лицо, Виктор вяло отмахнулся и с трудом открыл глаза. Солнечный свет резанул так, что в ответ в голове по-стахановски заработал отбойный молоток. Дворняга с любопытством разглядывала странного человека, сидя перед ним на бетонной плите, и для лучшего понимания смешно склоняла голову то на один бок, то на другой. Виктор попробовал приподняться на локтях, тело моментально пронзила жгучая боль, как если бы он упал откуда-то с большой высоты, или побывал под колёсами грузовика. Виктор осторожно сел, привалившись спиной к чему-то жёсткому, а затем, стараясь не делать резких движений головой, огляделся. Мало того, что кругом простиралась заброшенная стройплощадка, так ещё и одежда оказалась местами располосованной и испачканной в крови. Виктор аккуратно ощупал себя с головы до ног. Несмотря на боль при малейшем движении, начавшую понемногу притупляться, переломов и открытых ран он не обнаружил. Под разрезами на свитере и рубашке проступали царапины на коже, но не свежие, а зажившие, скорее напоминающие тонкие шрамы. Крови на теле практически не оказалось, из-за чего противный холодок мурашками пробежался по спине – получалось, что кровь на одежде не его. Первая попытка подняться на ноги не удалась, Виктор решил ещё немного посидеть и попытаться вспомнить события, предшествовавшие его появлению на стройплощадке. Поначалу густой болезненный туман полностью застилал его память, затем понемногу отдельные моменты начали проступать сквозь пелену беспамятства. Виктор вспомнил, что был чем-то сильно взволнован, точнее сказать потрясён. Как ни пытался он вспомнить, чем именно, непреодолимая стена, кем-то возведённая в памяти, не пускала его дальше ни на шаг. Но хотя бы уже то, что он вспомнил о каком-то потрясении, произошедшем ДО его пробуждения в клинике, само по себе уже являлось огромным шагом вперёд. Усилием воли Виктор перенёсся на несколько месяцев вперёд. События замедлили вращение в мутном коктейле, шейкером которому в данный момент служила его голова, и стали постепенно обретать контуры. Да, точно – товарный состав на сортировочной станции, Виктор выгружает тяжелые коробки с аппаратурой из контейнера. На сей раз ему повезло – не хватало рабочих, и Виктора подрядили на разгрузку. Правда, друзей он себе среди грузчиков не снискал. После того, как в третий раз во время перекура продолжил монотонно таскать коробки, один из рабочих, отозвав его в сторону, выдвинул предположение, что добром для здоровья это дело никак не закончится. Удивительно, но грузчик, как в воду глядел. В результате попыток от наставлений перейти к процессу физического внушения, здоровье действительно слегка пошатнулось, правда, не у Виктора, а у самого грузчика и ещё четверых добровольных воспитателей. Жаль только в следующий раз Виктору вряд ли удастся там снова подработать, но он и не особенно рассчитывал всю оставшуюся жизнь посвятить этому творческому делу. Заработанных денег хватило на то, чтобы продержаться ещё несколько дней. Первое, что сделал Виктор после того, как в ближайшем стоке сменил спецовку на недорогую, не выделяющую его из толпы одежду – посетил медицинский центр, где однажды увидел объявление о приёме психотерапевта, практикующего гипноз. К его огромному разочарованию, оказалось, что на приём к специалисту необходимо записываться за несколько дней до того. А ждать он не мог. Подкараулив врача в холле между двумя сеансами, Виктор наудачу попросил того уделить ему немного времени. Секунду подумав, доктор сунул Виктору визитку и, предложив позвонить по указанному телефону в тот же день, удалился на очередной приём пациента. С трудом дождавшись условленного часа, Виктор набрал телефонный номер и получил приглашение посетить доктора тем же вечером. Добираться оказалось совсем недалеко, чему Виктор несказанно обрадовался, учитывая, что спокойно разъезжать по городу он вряд ли мог себе позволить. Придя на приём, он в двух словах, стараясь не выкладывать лишней информации, объяснил доктору цель своего визита. Но даже то, что было рассказано, уже вызвало у психотерапевта недоверие к пациенту, тем не менее, доктор согласился провести первый сеанс гипноза. Виктор опустился в мягкое кресло и... здесь его воспоминания просто обрывались. Как ни старался он пробить хотя бы маленькую брешь в бетонной стене забвения, все попытки непременно терпели фиаско. Всё... дальше следовала заброшенная стройплощадка. Обнадёживал лишь тот факт, что Виктор вспомнил адрес гипнотизёра, а значит, оставалась возможность восстановить дальнейшие события. Сжав зубы от боли, он, наконец, встал на ноги и направился к выходу со стройки.
У дома, куда прошлым вечером приходил Виктор, толпился немногочисленный народ. Протиснувшись ближе к подъезду, Виктор увидел машину скорой помощи и два милицейских уазика. Вечные бабушки соседки что-то горячо обсуждали, тут же толпились школьники, болтавшиеся во дворе в ожидании второй смены, и чуть в сторонке кучковались не успевшие пока набраться алкаши. Виктор подошел к одному из них.
- Слышь, браток, что здесь приключилось-то? Зачем скорая с ментами? – Виктор стоял, поёживаясь в грязной куртке, видом ничуть не отличаясь от собеседника.
- Так это... доктора грохнули. Во, какие дела! – алкаш явно обрадовался новому собеседнику. Завидная роль первоисточника жареной информации теоретически предоставляла надежду на возможное обсуждение деталей в более подходящей обстановке во дворике винного магазина.
- Доктора?! – побледнел Виктор, похоже, оправдывались наихудшие его подозрения, - когда?
- А кто ж его знает? Может, ночью, а может ещё вечером. Соседка утром кровь на двери увидала, ну и позвонила в ментовку.
- А точно убили? – на секунду встрепенулась слабая надежда.
- А то! – Хмыкнул алкаш, - живого в двух пакетах не выносят.
- Зачем в двух?! – выкатил глаза Виктор.
- Ну, ты и село, - усмехнулся собеседник, - затем, что его кто-то на части разделал. По пакету судя, башку снесли.
Виктор почувствовал резкую слабость в коленях, сделав пару шагов назад, он опёрся дрожащей рукой о дерево.
- Отходняк, - со знанием дела прокомментировал алкаш, - погодь, сейчас плесну чуток... – прикрывшись курткой, он набулькал чего-то в пластиковый стаканчик и незаметно протянул Виктору, - махни, полегчает.
Не глядя в протянутый стакан, Виктор опрокинул содержимое в рот и закашлялся. Алкаш сочувственно похлопал его по спине.
- У тебя как с бабками?
- С какими? – удивлённо прохрипел Виктор, оглядываясь на бабушек соседок.
- Ну, бабки на пузырь, - пояснил алкаш.
- А, есть немного, - Виктор протянул ему пятьдесят рублей.
- Ты присядь пока, - обрадовался алкаш, указывая на лавочку, - я мигом.
Виктор кивнул головой, алкаш бодро заковылял в сторону магазина. Ситуация полностью выходила из-под контроля, больше здесь оставаться было нельзя и Виктор постарался незаметно покинуть злосчастное место. Складывалась скверная ситуация – идти, по сути, некуда, обратиться тоже не к кому. Оставался ещё неизвестный электронный адрес. По пути в общежитие Виктор завернул в интернет кафе и послал сообщение: «У меня ваш адрес, что дальше?». Буквально через пару минут в почтовом ящике появился ответ: «Виктор, меня срочно возвращают в клинику. К вечеру буду дома. Телефон не оставляю, сам понимаешь... Кинь запрос на этот же мэйл после шести. Оксана». Кое-что начинало проясняться, вдали забрезжил свет надежды на то, что ещё не всё потеряно. А пока нужно было убить день до вечера, Виктор решил принять душ и немного отоспаться.
Уже открывая дверь своей комнаты, он почувствовал, что внутри ожидает неприятный сюрприз. По инерции Виктор всё же сделал шаг внутрь коридора. Чья-то железная рука схватила его за горло и приподняла над полом. Единственное, о чём он подумал, судорожно хватая ртом воздух и пытаясь нащупать точку опоры, – какого же роста этот амбал, тисками сжимающий шею. Ответ на вопрос не заставил себя долго ждать. Виктор знал, куда нужно направить силу локтя и каблука тяжелого ботинка, противник, ахнув, на секунду ослабил железную хватку. Этого оказалось достаточно для того, чтобы, применив навыки, полученные в армии и развитые в спортзале, оказаться на свободе. Только тут Виктор заметил второго визитёра. Видимо тот немного замешкался, готовя шприц, который теперь занёс над плечом Виктора. Сделав быстрый манёвр, он оказался лицом к обоим противникам. Первый действительно поражал габаритами, ему бы Кинг - Конга играть в Голливуде, второй размерами до напарника сильно не дотягивал, что всё-таки внушало определённый оптимизм. Физиономия гариллоподобного перекосилась зверским оскалом, видимо он не привык так запросто отпускать из лап жертву. Оба напарника молча двинулись на Виктора.
- Эй, что за дела? – Возмутился Виктор, выбирая пути отступления, - пришли, натоптали, вместо «здрасьте», за горло хватать, да иголками тыкать... Где вас манерам учили?
Переглянувшись, двое разделились, обходя Виктора с флангов. Виктор выбирал, через кого ему сподручнее пройти. Кинг - Конг, конечно, здоровее, но второй вооружен шприцем с неизвестной гадостью, вдруг кольнуть успеет... Виктор попытался взглядом поймать глаза противников. Те, видимо предупреждённые о способностях Виктора, избегали смотреть ему в лицо, к тому же расходились всё дальше, а расстояние до них не позволяло переключиться на кого-либо одного, чтобы проверить обретённую силу внушения. Оставалось полагаться исключительно на физические возможности. Двое визитёров старались подойти одновременно, когда до Виктора оставалась пара шагов, тот вдруг присел на корточки и, пружиной распрямив ноги, сделал невообразимое сальто. В прыжке с переворотом он оттолкнулся ногами от потолка и разом оказался с другой стороны от преследователей. Их такая резвость удивила, но не сбила с толку. С диким рёвом гариллоподобный бросился в его сторону, словно вратарь за мячом и благодаря огромному росту и длинным рукам успел схватить Виктора за колено. Тот же решив продолжить футбольную тему, свободной ногой мощно сыграл в мяч, использовав для этой цели опрометчиво подставленную голову Кинг - Конга. Каким бы здоровым тот ни был, удар такой силы выдержать оказался не в состоянии, хотя, моментально поняв свою ошибку, с завидной резвостью пытался уйти от удара. Хватка гариллоподобного ослабла, он обмяк и рухнул на пол. В короткой схватке Виктор чуть было не упустил из виду второго визитёра, ещё доля секунды и игла шприца оказалась бы в шее у Виктора. Сделав молниеносный захват и крутанув руку нападающего в противоположную сторону, он почувствовал, как тот резко дернулся, игла вошла противнику в бок, и столбик жидкости уменьшился вдвое. Почти сразу тело нападавшего свело судорогой.
- Извини, приятель, ты сам наткнулся, - Виктор отпустил его руку и отскочил назад. Сначала визитёр упал на колени, а затем медленно завалился на бок. Руки и ноги задёргались в конвульсиях, лицо посерело, изо рта повалила пена. Спустя минуту он затих с остекленевшим взглядом. Виктор понял, что вколоть ему собирались отнюдь не витаминный коктейль. Необходимо было убираться из общаги, надежды на то, что его здесь так быстро не обнаружат, растаяли, как утренний туман. Кинг - Конг дёрнулся и зашевелился, Виктор, схватив вещи, быстро вышел в коридор, закрыв за собой дверь на ключ.
Время до вечера пришлось убивать то в парке, где Виктор знал место, скрытое за деревьями, но предоставляющее хороший обзор местности, то в кино, где он чутко дремал на последнем ряду у выхода из зала. В шесть вечера, зайдя уже в другое интернет кафе, он отправил запрос на почтовый ящик Оксаны. Некоторое время спустя, пришёл ответ: «Я дома. Через час там, где познакомились. Оксана». Виктор, не спеша, стараясь следовать по тёмным улицам, пешком направился к клубу. Видок у него был, конечно, ещё тот... Добравшись почти к сроку, он обогнул здание клуба по периметру, затем постоял в тени соседнего дома, наблюдая за прибывающим народом. Не обнаружив ничего подозрительного, Виктор дождался, когда подойдёт компания охламонов, панковатого вида и проследовал с ними в зал. От ребят он почти не отличался, а потому не обращал на себя лишнего внимания. Несмотря на будний день, народу в клубе собралось порядочно. Тем легче задача затеряться в пестроте зала. Внимательно рассматривая посетителей и следя за входом, Виктор постоянно перемещался с места на место, чтобы не привлекать чужих взглядов. После очередной перебежки, возникло устойчивое ощущение, что кто-то идёт по пятам. Достаточно быстро неопытный преследователь выдал себя демонстративным невниманием к ведомому объекту. Выглядел он завзятым ботаником-переростком в очках и веснушках, несмотря на то, что подростковый возраст давно оставил позади. Виктор смутился и даже испытал что-то похожее на обиду, могли бы и кого поопытнее прислать вместо этого нелепого топтуна. Пока Оксана не появилась в зале, Виктор решил устранить помеху. Через весь зал он направился в туалет, ботаник поспешил следом. Там топтуна ожидал неприятный сюрприз – едва пройдя внутрь, он неожиданно оказался прижатым носом к кафельной стенке, одно стекло в его очках покрылось сеточкой трещин, а кисть руки с барсеткой кто-то завернул за спину до уровня плеча.
- Ты кто такой? – спросил Виктор.
- Ой, больно, - охнул ботаник, - друг я... руку отпусти.
- Что в барсетке, друг? – хмыкнул Виктор.
- Пакет, - ботаник тщетно пытался вывернуться, - от Оксаны.
- Сейчас глянем, - Виктор расстегнул барсетку и, не отпуская ботаника, достал пакет.
Внутри оказались документы, деньги, железнодорожный билет и письмо. Виктор быстро пробежал глазами: «Извини, что не предупредила. Убедилась в слежке, скорее всего, меня вызвали сюда в качестве приманки. С.А. предупреждал об этом, тебе необходимо с ним встретиться. Выехать пока не могу, для тебя безопаснее пока я здесь. Максим, тот, что передал тебе пакет, позаботился и об остальном. Можешь ему доверять, он уже делал кое-что для тебя в клинике. Надеюсь, что скоро увидимся. Оксана».
- Да отпусти же ты! – взвизгнул Максим.
- Прости, друг, - Виктор смущённо отряхнул лацкан его куртки, - сам понимаешь...
- Ладно, понятно, - ботаник снял очки, - вот ведь... только купил, - Виктор виновато развёл руками.
- Денег не много, но на одежду и дорогу хватит, - быстро заговорил Максим, - документы – не подкопаешься, но особенно не светись. Самолётом нельзя, но и поездом не долго, ночь переспишь и там. Как приедешь, выходи на площадь, там будет ждать синий Гольф с номером три семёрки. Ну а дальше тебе объяснят...
- Хорошо, что не три шестёрки, - попытался пошутить Виктор.
- Здо́рово ты тогда придумал, - добавил он чуть погодя, вспомнив о своём побеге из клиники, - а как же свет отключил, вниз не спускаясь?
- Не я, - хитро улыбнулся тот, - компьютерный вирус. Я лишь, как системный администратор по шапке получил, мало не показалось. С тех пор систему управления энергоснабжением отделили от внутренней сети института... Ладно, тебе пора, поезд в восемь вечера, а ещё шмотки сменить надо, - Максим скривился, глядя на одежду Виктора.
- Спасибо! – с чувством сказал тот, - может, ещё увидимся...
- Только не так. И очки за тобой, - улыбнулся Макс.
- Договорились, - Виктор хлопнул его по плечу, - и ещё... зачем тебе это?
- Причин много, но основная – Алекс, он был моим другом, - Максим погрустнел, - пожалуй, что и единственным.
- Алекс?! – удивлённо переспросил Виктор.
- Да, брат Оксаны... работал в клинике. История долгая, совсем нет времени. Удачи тебе!
 
***
Без приключений покинув клуб, Виктор забежал в первый же магазин и переоделся прямо в примерочной. На вокзале сюрпризов не оказалось и за четверть часа до отбытия поезда, он уже сидел в купейном вагоне, глядя на перрон, кишащий толпами провожающих. Когда поезд уже тронулся, в купе ввалился грузный мужчина средних лет, обвешанный мешками и сумками. Следом вкатилась женщина, комплекцией мало уступающая спутнику, с двумя подростками тринадцати – пятнадцати лет. Дама оказалась обладательницей удивительно пронзительного сопрано, её выкрики в сторону детей и мужа разносились по всему вагону. Несмотря на то, что нижняя полка соответствовала билету Виктора, бесцеремонная семейка расположилась с двух сторон за столом, не подумав даже спросить на то разрешения. Выложив на столик обильный скарб, дама выразительно кивнула мужу в сторону Виктора. Тот, почесав затылок, повернулся к нему. Виктор совсем было собрался отказаться от приглашения к столу, но речь оказалась об этом.
- Вы позволите, любезный, перекинуться с вами парой слов? – мужчина кивнул в сторону тамбура, Виктор, пожав плечами, вышел из купе.
- Понимаете ли, какое дело... – мужчина, выйдя следом и закрыв за собой дверь, состроил подобострастно-слащавую гримасу, - в кассе не оказалось четырёх билетов рядом. Вот, видите, этот в другое купе, - он протянул билет Виктору.
- Понятно, поменяться хотите? – Виктор взял протянутый билет и взамен отдал свой, - никаких проблем.
- Ой, спасибо вам, уважили, - мужчина просиял.
- Только вещи заберу, - Виктор открыл дверь в купе, и чуть было не споткнулся о свою сумку, выставленную дамой прямо на порог.
- Славная семейка, - улыбнулся он, - счастливой дороги! - Дама молча закрыла перед его носом дверь.
Компания новых соседей подобралась весёлая, все три оставшихся места занимали строители, возвращавшиеся домой по завершении контракта. Виктора приняли радушно, тут же усадили за стол, а затем весь вечер травили анекдоты и вполне прилично играли на гитаре. К полуночи в дверь постучалась проводница и очень вежливо попросила играть и смеяться потише, а то нервная дама через два купе никак не может уложить детей спать. Строители закивали головами и действительно, отложив гитару, перешли на байки вполголоса. Вскоре все расползлись по полкам и моментально уснули, едва донеся головы до подушек. Ближе к утру вагон огласился истошным сопрано, за которым последовала грубая мужская ругань, звон разбитого стекла и быстрый топот по коридору. Хлопнула дверь тамбура. Виктор спросонья никак не мог попасть ногой в штанину, поэтому выскочил в коридор, когда уже первый акт действа остался позади. У открытой двери его бывшего купе металась проводница, перепуганный грузный мужчина отпаивал водой трясущуюся жену. Из соседних купе повылезали соседи и, протирая глаза, пытались разузнать друг у друга причину переполоха. Когда все немного успокоились, мужчина рассказал, что пока они спали, кто-то бесшумно открыл их купе и, светя фонариком, пытался разглядеть пассажиров. Бандит, а это не мог быть никто другой, был явно чем-то вооружён, и если бы бдительная дама не подняла крик, то лежать бы им теперь всем бездыханными трупами. Бравая дама не ограничилась воплем, схватив со стола графин, она с испугу так запустила им в едва успевшего выскочить супостата, что графин, угодил тому точно в лоб и по касательной выбил стекло в коридоре. Но взыскать ущерб, здесь мужчина призвал всех в свидетели, непременно нужно с бандита. В доказательство счастливый супруг указал на следы крови на окне и полу коридора. Виктор незаметно ретировался в своё купе.
Выйдя из вагона вместе со строителями и стараясь держаться так, чтобы его кто-нибудь постоянно закрывал от встречающих, Виктор внимательно оглядел толпу. Довольно быстро он заметил двух громил, прочёсывающих взглядом прибывших этим поездом. Бровь одного из них была заклеена пластырем. Виктор поискал глазами «боевую семейку», они как раз закончили выгружать из вагона сумки. Придав тону многозначительность, Виктор указал главе семейства на громил и предложил поинтересоваться, призвав на подмогу милицию, почему у одного из них рассечёна бровь. Мужчина сразу доложил о подозрениях супруге и, загрузив носильщика, они с самым решительным видом направились прямо на громил, выискивая взглядом ближайшего милиционера. Те же, узрев процессию, моментально растворились в толпе. Виктор, хмыкнув, осторожно пробрался сквозь зал и вышел на площадь. Не заметив более ничего подозрительного, он двинулся к синему Гольфу с номером в три семёрки и сел на заднее сиденье. Водитель тронулся с места, не произнеся ни слова.
После долгого кружения по городу, как Виктор понял – с целью выявления хвоста, автомобиль остановился у серого высотного здания. При входе красовалось множество разных вывесок, ни одна из которых не имела ни малейшего отношения к медицине. Здание явно сдавалось в аренду, и ни о каком серьёзном заведении в таких условиях не могло быть и речи, разве что здесь располагался небольшой офис. Но это и понятно, появиться в филиале клиники было всё равно, что сунуть палец в мышеловку. Молчаливый водитель, жестом пригласив следовать за собой, прошёл к лифтам. Поднявшись на пятнадцатый этаж, он проводил Виктора до нужного кабинета, карточкой открыл цифровой замок, а сам остался снаружи. Виктор прошёл внутрь. Сразу за дверью располагался холл с кожаным диваном, столиком с журналами и телевизором. Из четырёх дверей, ведущих из холла, открытой оказалась одна, Виктор направился к ней.
- Входите, входите, дорогой мой, - навстречу ему двинулся Сергей Анатольевич, - как же я рад, что вы сюда добрались, - двумя руками он взял Виктора за плечи и, повернув к свету, вгляделся в его лицо, - да, встретив вас на улице, так бы и не узнал...
- Я сам себя не узнаю́, - Виктор покачал головой, - причём не только внешне.
- Да, ну это и понятно, - задумчиво протянул профессор, - идите сюда, располагайтесь, - он подвёл Виктора к креслу.
- Очень надеюсь, что и мне вскоре будет понятно.
- Я тоже надеюсь, - Сергей Анатольевич внимательно разглядывал собеседника, сидя в кресле напротив, - но для того, чтобы сказать что-то определённое, необходимо провести несколько анализов.
- Каких ещё анализов?! – Виктор вскочил с кресла, - я больше не позволю с собой ничего делать!
- Успокойтесь, дорогой мой, - профессор откинулся на спинку кресла, - Вы думаете это моя заслуга? – он оглядел Виктора с головы до ног.
- Не понял, - нахмурился тот.
- Вас у меня забрали... – профессор вздохнул, - после того, как операция по пересадке стволовых клеток в ваш спинной мозг потерпела неудачу.
- Неудачу?! – Виктор округлил глаза.
- Увы, - профессор развёл руками, - мы только в начале пути, я вас предупреждал об этом. Хотя неудачей в полном смысле слова это назвать нельзя – некоторые нервные волокна всё же восстановились, частично вернув чувствительность и ограниченную подвижность ногам.
- А как же тогда я хожу? – спросил сбитый с толку Виктор.
- В том-то всё и дело... – профессор задумался, - у меня есть серьёзные подозрения, но нет окончательных результатов, поэтому я прошу вас пройти обследование.
- Подозрение на что? – насторожился Виктор.
- Видите ли, вас передали Калюжному Владимиру Алексеевичу...
- Да, я общался с ним в клинике.
- А это значит, - продолжил профессор, - что, скорее всего, в вашем организме была произведена генная трансформация.
- Генная трансформация, - эхом отозвался Виктор, - что это такое?
- Не вдаваясь в детали, в двух словах можно сказать, что все свойства и особенности нашего организма строго определены молекулами ДНК, входящими в состав клеток. Сами молекулы делятся на фрагменты, соответствующие единице наследственной информации, то есть гены. В них заложено всё: как мы выглядим, как развиваемся, что мы можем, а что нет... В процессе развития человека его генотип взаимодействует с окружающей средой, в результате чего реализуется фенотип, то есть внешний вид человека. К тому же гены в клетках не только хранят информацию, но и постоянно работают, то есть удваиваются, меняют свое расположение в хромосомах, иначе говоря, рекомбинируют. И хотя обычно эти процессы протекают с удивительной точностью, всё же, иногда происходят сбои, то есть мутации. Все это лежит в основе естественной изменчивости генетического аппарата клеток. С относительно недавних пор быстро развивающаяся генная инженерия позволила вносить изменения в генотип организма, не дожидаясь естественных мутаций. Разумеется, это приводит к изменению тех свойств организма, за которые отвечали гены, подвергнутые трансформации. У меня есть образец вашей ДНК, полученный до начала реабилитации. Осталось взять новый образец и сравнить их, тогда я смогу сказать что-то определённое, - профессор умолк.
- Хорошо, берите образец... - Виктор заглянул ему в глаза, - Сергей Анатольевич, что происходит? Почему за мной охотятся, и зачем вы мне помогаете?
- Видите ли, Виктор, - он поймал себя на мысли, что профессор впервые обратился к нему по имени, - наша структура многоуровневая... Всё началось с того, что в рамках одного серьёзного медицинского учреждения была организована научно-исследовательская группа, целью которой являлось помочь человеку преодолеть ВИЧ. Исследования велись в разных направлениях, одним из которых предполагалось вмешательство в генный аппарат человека. Через некоторое время группа преобразовалось в научно-исследовательский институт, для которого была построена небольшая клиника. Со временем в разных городах у нас появились филиалы. Так во́т... Когда учёные института начали добиваться определённых успехов, у нас появилось новое, закрытое подразделение – в институт пришли военные медики. Как сами направления их работ, так и результаты исследований, разумеется, сразу же оказались под замком. Вскоре получилось так, что какое-либо перспективное направление, в котором сотрудники института добивались серьёзных результатов, передавалось в новое подразделение и засекречивалось. Причём ведущим специалистам либо приходилось переходить туда же, со всеми вытекающими последствиями, либо переключаться на работу в другом направлении. Поэтому, как вы понимаете, особой симпатии между военмедиками и нами не образовалось...
- Выходит, Калюжный из закрытого подразделения?
- Совершенно верно, дорогой мой, совершенно верно... – профессор немного помолчал, - Теперь вы в курсе, почему я не владею полной информацией. Тем более после того, как вас передали Калюжному, я был срочно командирован сюда. А насчёт устроенной охоты на поражение могу предположить только то, что вам оказалась доступна информация, которая ни при каких обстоятельствах не должна покидать стен клиники. Думаю, что этим же объясняются и провалы в памяти. С ней нам предстоит поработать отдельно, очень надеюсь, что вы избежали физического вмешательства в соответствующую область головного мозга, иначе восстановить информацию вряд ли удастся.
- А вы... не боитесь, Сергей Анатольевич? – Виктор внимательно смотрел на профессора.
- Я отбоялся своё, - помрачнел тот, - страх тоже однажды заканчивается..., - профессор поднялся, - пока мы всё подготовим, можете отдохнуть в гостевой комнате, вас проводят.
 
5
 
Боль... Страшная, невозможная, плавящая сознание боль... Боль, от которой никуда не деться, не спрятаться... Боль, выворачивающая мир наизнанку, застилающая полыхающей стеной всё, за своими бесконечными пределами... Боль выделенная, концентрированная, возведённая в абсолют... Ему вводили по трубкам обезболивающее и транквилизаторы, пытаясь сохранить сознание от испепеления. Лекарства почти не действовали. Внутри что-то менялось, трансформировалось, не давая сработать защите. Обугленное сознание не отключалось, но и не умирало. Оно почти недвижно висело где-то возле солнца, корчась в нечеловеческих муках под его смертоносным жаром, и не умирало. Только когда боль неожиданно пошла на убыль, Виктор, ослеплённый и оглушённый её инфернальной мощью, заметил, что помимо неё в мире существует что-то ещё. Он лежал в барокамере, весь утыканный трубками. На оголённых мышцах появилась первая тонкая кожица. За стеклом барокамеры сновали люди в белых халатах. Солнце отпустило его, впервые за последние две недели сознание покинуло измученное тело...
Очнувшись в своей комнате, Виктор решил, что вырвался из цепких лап душераздирающего ночного кошмара. Неожиданная судорога в затёкшей ноге вернула его к действительности. Виктор вспомнил радость и разочарование после операции по вживлению стволовых клеток в повреждённую область спинного мозга. Радость потому что некоторые чувствительность и подвижность вернулись, разочарование оттого что этого оказалось слишком мало для возвращения к полноценной жизни. В качестве средства передвижения оставалось всё то же инвалидное кресло. Осторожные мечты и потаённые надежды рухнули в одночасье, оставив после себя лишь горечь... Горечь человека, поставившего на кон жизнь и проигравшего. Горечь человека, открывшего последнюю дверь в поисках выхода из лабиринта и наткнувшегося на глухую стену. Горечь человека вернувшегося из долгих бесплодных скитаний к обугленным головешкам родного дома. Виктор, как эквилибрист на канате, балансировал на хрупкой грани серого никчёмного бытия, изо всех сил пытаясь не сорваться в пропасть тоски и отчаяния... Неожиданно цепь пустых, однообразных будней прервал визит Калюжного, включив на горизонте выжженной пустыни бессмысленного будущего новый маяк надежды. Калюжный ни от чего не предостерегал, не высказывал сомнений, он просто сказал, что берёт Виктора к себе и гарантирует, что тот встанет на ноги. Схватившись за соломинку, Виктор уже не интересовался сутью проекта, подписав даже не глядя бумаги, он вошёл в экспериментальную группу.
Как он случайно узнал позже, во втором потоке принимали участие восемнадцать человек, семнадцать из которых не прошли этапа регенерации кожного покрова. Этот же случай принёс и другую информацию – в первом потоке выжили двое, один из которых, доброволец, врач вирусолог этой же клиники, вскоре покончил жизнь самоубийством. Виктор не должен был этого знать, как не должен был знать и того, что кандидаты, ставшие лабораторными крысами набирались частично из заключённых, а частично из одиноких людей, подвергшихся предварительному инфицированию вирусом быстротекущей неизлечимой болезни с целью безальтернативного привлечения к засекреченному эксперименту. И те, и другие не имели ни малейшего представления о том, на что себя обрекают, подписывая контракт. Эта информация стала доступна Виктору благодаря появившейся способности к отстранённому зрению, о которой устроители эксперимента ничего не знали. Удивительная способность заключалась в том, что в полубессознательном состоянии на грани сна и бодрствования, он мог, как бы отделяя сознание от тела, перемещать свой взгляд в пределах того помещения, где находился. Таким образом, пока подключив к голове датчики, медики изучали его, сам Виктор вникал в документы, открытые на компьютере Калюжного, находящемся за перегородкой в той же лаборатории. Виктора переполнили гнев, боль, возмущение и отвратительное чувство собственно бессилия. Он рассчитывал, получив максимум информации и окончательно встав на ноги, а ему пока приходилось заново учиться ходить, предать её огласке. Возможно, это помогло бы оградить пока ничего не подозревающих новых жертв от страшной участи их предшественников. Спустя два месяца Виктор окончательно встал на ноги, окреп и... выдал себя неосторожным вопросом о предмете, о котором ничего не должен был знать. Последнее воспоминание – среди ночи четверо «медбратьев» профессионально быстро скрутили ему руки - ноги, затем укол в плечо, и сознание отключилось...
Пустота... Чёрная, всеобъемлющая пустота, пульсируя болью в висках, внезапно озарилась вспышкой света. Нестерпимо яркая точка расширилась, заполнив всё пространство, и свет ослаб, пропуская в сознание контуры окружающих предметов. Виктор откинулся на спинку кресла, психотерапевт начал сеанс гипноза. Постепенно очертания комнаты снова расплылись, уступая место лабораторному оборудованию. Он лежал с закрытыми глазами, от шлема на голове отходили провода датчиков, рядом женщина в бледно голубом халате следила за гистограммами на мониторе компьютера, периодически делая пометки в блокноте. Виктор видел себя со стороны и немного сверху, затем точка обзора сместилась и поплыла под потолком через перегородку. Не замечая вторжения, Калюжный продолжал работать за огромным монитором, открывая окна с документами, составляя таблицы и просматривая фотографии. Точка обзора опустилась ниже, и Виктор увидел монитор, как если бы смотрел из-за плеча Калюжного... Внезапно что-то произошло. Возмущённый вскрик психотерапевта перешёл в булькающий хрип. Звук разбившегося стакана, разогнав гипнотический туман, вывел Виктора из оцепенения. Перед ним стоял незнакомец в облегающем кожаном костюме, какие бывают у байкеров, только без побрякушек и украшений. Стоя вполоборота, незнакомец бросил на пол то, что держал в левой руке - рядом с распластанным телом доктора упала его голова. Правой рукой незнакомец хладнокровно вытер длинный нож, больше похожий на кинжал, о халат доктора и обернулся. Холодный металлический взгляд гипнотизировал, не давая шевельнуться. Виктор почувствовал себя парализованным кроликом перед голодным удавом. Лицо незнакомца исказилось тонкой улыбкой безоговорочного превосходства, он сделал шаг вперёд. Собрав все силы в кулак, Виктор отвёл взгляд. Оцепенение сразу покинуло тело, он молниеносно отскочил в сторону. Этого хватило только на то, чтобы уйти из-под прямого удара, лезвие задело Виктора по касательной, располосовав свитер и слегка поранив кожу. Незнакомец издал вопль досады и спустя долю секунды нанёс второй удар, почти незаметно перемахнув через комнату. Виктор уже не успевал следить за тем, как его собственное тело, действуя практически самостоятельно, уворачивалось от смертоносных выпадов противника. Ещё два удара едва не достигли цели, превратив свитер в лохмотья. Виктор чувствовал, что ничего не может противопоставить незнакомцу, силой и скоростью превосходящему его, ещё пара минут и... Виктор поскользнулся в крови доктора. Это спасло его, незнакомец проскочил над ним, по инерции вылетев в коридор. Молниеносно захлопнув дверь, Виктор выпрыгнул в окно третьего этажа. Ещё отталкиваясь в прыжке от подоконника, он услышал за спиной треск выбитой двери. Не оборачиваясь и не обращая внимания на сильную боль от удара о землю, он бросился бежать. Петляя тёмными дворами, Виктор, наконец, перемахнул через забор и оказался на брошенной стройплощадке. Лёгкие обжигало при каждом вздохе, сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет через горло...
 
- Успокойтесь, дорогой мой, - Сергей Анатольевич салфеткой промокнул Виктору лоб, - вы уже проснулись, всё позади.
- Получилось... – тихо произнёс Виктор, - я всё вспомнил...
- Удивительно! – Сергей Анатольевич покачал головой, - они на это явно не рассчитывали. Ваш мозг восстановил информацию, несмотря на хирургическое вмешательство. Воистину поразительно – каковы же возможности вашего организма?!
Виктор сел в кресло и встряхнул головой, разгоняя остатки гипнотического сна. Всё постепенно вставало на свои места. Выслушав Виктора, профессор кивнул:
- Да, я примерно что-то подобное себе и представлял.
- Скажите, профессор, готовы результаты сравнения ДНК? – Виктор затаил дыхание.
- Готовы, - Сергей Анатольевич нахмурился, - они подтверждают то, что вы и так уже вспомнили... Для того чтобы вы в полной мере понимали, о чём идёт речь, позвольте сначала сделать маленький экскурс в историю. Летом тысяча девятьсот девяностого года, примерно за полгода до начала «Бури в пустыне», группа наших археологов заканчивала работы на раскопках вблизи древнего города Ур на территории современного Ирака. Кстати, Ур, нынешний Телль аль-Мукаййар, был одним из крупнейших шумерских городов в Месопотамии. В двадцатых годах прошлого века английским археологом Леонардом Вулли на этой территории были обнаружены интересные погребения. Рядом с огромным количеством ценностей в гробницах соседствовали многочисленные человеческие останки, вероятно следы жертвоприношений. Поэтому захоронения назвали «царскими», хотя точно так и не установили, кто в них погребён. Так вот, позже, отдельно от прочих останков наши археологи нашли нечто типа саркофага с прекрасно сохранившимися останками человека. Уже сам факт такого захоронения не был типичен для древних шумеров, найденные останки переправили для исследования в Москву. Вскоре началась «Буря в пустыне» и в итоге останки так у нас и задержались, а находка не была предана огласке. Первое же исследование повергло учёных в шок – по строению скелета однозначно получалось, что его обладатель при жизни обзавёлся новой рукой взамен утраченной, причём не протезом и даже не имплантом, а своей собственной, выросшей, как у саламандры, на месте потерянной. Вся эта история известна мне потому, что в наш институт поступил запрос на выделение и исследование ДНК из луковиц волос этого загадочного человека. Задача не простая, ещё никто не выделял ДНК из такого древнего материала, тем не менее, в институте заканчивались работы над новой методикой, позволившей решить поставленную задачу. И тут исследователей ожидал второй сюрприз – различия на уровне ДНК между найденными останками и современным человеком оказались значительно больше, чем аналогичные различия между человеком и шимпанзе. Одинаковым оказалось только количество хромосом. Получалось, что перед нами останки не совсем человека, если не сказать точнее – совсем не человека, несмотря на явное антропологическое сходство. Разумеется, результаты работ, и сама находка оказались моментально засекречены. А спустя некоторое время один подающий надежды молодой учёный, мой ученик, сказал по секрету, что получил приглашение на чрезвычайно интересную работу в закрытое подразделение. Я пытался его отговорить, ведь в жертву приносилось многое – свобода передвижения, публикаций... научного общения, в конце концов, – Сергей Анатольевич задумался.
- Скажите, профессор, - Виктор прервал паузу, - тот врач вирусолог из первого потока...
- Да, - профессор тяжело вздохнул, - это был Алекс, брат Оксаны...
- Но... почему вирусолог?
- Дело в том, дорогой мой, что для генных трансформаций используются специальные модифицированные вирусы. Проникая в клетку, они встраивают заранее определённую последовательность генов в клеточный геном.
- Вы хотите сказать... – Виктор почувствовал, как покрылся испариной.
- Что вы участвовали в эксперименте с применением генного материала из шумерского захоронения, - закончил за него профессор.
Оба помолчали, затем Сергей Анатольевич продолжил:
- А насчёт незнакомца – считайте, что родились в рубашке.
- Кто же он такой, этот кожаный?
- Похоже, что ваш предшественник из первого потока.
- Да, уж... – Виктор нахмурился, - мне до него...
- Это лишь вопрос времени, - профессор похлопал Виктора по плечу, - дело в том, что вы оба находитесь в самом начале процесса развития неизведанных пока возможностей организма, дело это не одного дня и даже месяца, а у него во времени преимущество.
- Судя по жгучему желанию порубать меня в капусту, он наверняка тоже из сотрудников – добровольцев, только силового уклона?
- Этого я не знаю... – Сергей Анатольевич покачал головой, - позвольте, я вам кое-что покажу, - профессор подошел к столу и, достав из папки листок бумаги, протянул Виктору, - это нашли в комнате Алекса после... после его ухода...
«Я не вижу иного выхода. От меня уже ничего не осталось... Простите, учитель, и постарайтесь объяснить Оксане. Алекс.»
- Почему?! – ошеломлённый Виктор вернул записку профессору.
- Понимаете, Виктор... В процессе эксперимента вы получили страшный подарок. Остаётся только догадываться, чем он может обернуться через месяц, два, год... Похоже, что вы ещё не осознали этого. Ведь мир наш создан не вчера и всё в нём находится в относительном равновесии. Проще говоря, на любое действие всегда найдётся равное противодействие, и несмотря ни на какие колебания системы, она остаётся устойчивой, пока в сумме все внешние и внутренние силы уравновешены... Ну вот, для примера – надутый шарик не лопается как из-за сопротивления резиновой оболочки, так и из-за атмосферного давления. Измените свойства резины, или поместите шарик в вакуум и он лопнет. Человек тоже система. Каковы бы ни были его устремления, пока они уравновешены его внутренними качествами и внешними возможностями, ничего из ряда вон выходящего не происходит. Хуже, когда нарушается одно из равновесий, но если нарушены оба, тогда совсем беда... Я не знаю, как и откуда появился человек из шумерской гробницы, но уж точно он не был продуктом нашей системы. Он обладал возможностями, противопоставить которым окружающему миру было почти что нечего. Я говорю «почти» потому, что помимо качества имеет значение ещё и количество. Похоже, что он упустил этот момент из виду, а зря. Судя по останкам, до старости ему было ещё далеко... М-да... На вас взвалили тяжёлую ношу, вывели за пределы внешнего равновесия с окружающим миром. Но, думаю, что этим дело не ограничилось. Генная трансформация, судя по всему, многократно усилила тот крен, что легко нивелировался раньше, выведя, таким образом, психику из равновесия внутреннего... – профессор посмотрел Виктору в глаза, - я думаю, что из троих, прошедших трансформацию, только вы один оказались натурой цельной и устойчивой, способной выдержать это тяжелейшее испытание. Но кто знает, что всех нас ждёт дальше? Я не успел... – Сергей Анатольевич с силой ударил себя по колену, - не мог ничего противопоставить раньше. У нас был образец ДНК Алекса, но после трансформации организм уничтожал любые вирусы, не давая вернуться к прежнему генотипу. Не успел... - профессор вскочил с места и заходил по комнате, - А после смерти Алекса работы в этом направлении приостановили. Вас, я уверен, вообще не собирались выпускать за пределы клиники, посадив на убийственные дозы наркотиков. Хорошо, что существуют разногласия между структурами, есть люди, понимающие опасность подобных экспериментов. Поэтому у меня появилась возможность продолжить работы в этой лаборатории, о которой знает весьма ограниченный круг лиц.
- Вы продолжили работу над вирусом?
- Да. – Сергей Анатольевич резко сел напротив Виктора, - Не только продолжил, но и практически закончил. Мы синтезировали вирус, способный проникнуть в ваши клетки. Но последствия обратной трансформации мало предсказуемы...
- Вы хотите сказать, что я могу вернуться к инвалидному креслу? – похолодел Виктор.
- Да, именно это я и хочу сказать, - вздохнул профессор, - хотя такой исход и не предопределён заранее.
Повисло тягостное молчание.
- Подумайте о том, чем может обернуться для вас и окружающих «атомная бомба», которую вы в себе носите. Сможете ли вы противостоять всему миру и самому себе? Нужен ли вам такой подарок судьбы?.. Здесь нет решёток, - профессор многозначительно поднял брови, - к завтрашнему утру, мы с ассистентом подготовим всё необходимое. По завершении процесса обратной трансформации, я опубликую научный доклад об Иракской находке, так что вы перестанете представлять для наших «друзей» опасность. Пока можете отдыхать, - Сергей Анатольевич поднялся, - кстати, рано утром прилетает Оксана...
Ничего не замечая вокруг, Виктор нервно ходил из угла в угол своей комнаты. Он оказался перед задачей, представлявшейся ему неразрешимой. Из двух зол нужно выбрать меньшее. Меньшее для кого? И какое из них меньше? С одной стороны Виктор понимал, что пока является носителем злосчастного гена, он никогда не будет в безопасности, в первую очередь от себя самого. С другой стороны, чем возвращаться в инвалидное кресло, лучше уж как Алекс... Отгоняя крамольные мыли, Виктор тряхнул головой и прислушался. Из коридора донёсся приглушенный шум. Виктор открыл дверь комнаты. На секунду всё стихло, затем раздался вскрик и грохот падения чего-то тяжёлого. Звук шёл со стороны лаборатории в другом конце коридора. В несколько прыжков Виктор оказался у запертой двери, из-за которой явственно слышался шум борьбы. Ожидать пока дверь откроют изнутри, не приходилось. Бешеная ярость залила глаза и заплескалась багровыми волнами, сужая поле зрения до одной, конкретной цели. Виктор даже не заметил, как вынес дверь лаборатории вместе с остатками укреплённой дверной коробки. Внутри он увидел последствия настоящего разгрома. В холле, у входа в лабораторию лежал молчаливый ассистент профессора с неестественно вывернутой головой. Похоже, что такой страшной ценой он заплатил за попытку преградить кому-то путь. Все остальные двери оказались распахнуты, из-за одной из них донёсся тихий стон, Виктор метнулся туда. У письменного стола, привалившись к стене, сидел бледный, как мел профессор. Одной рукой он сжимал левый бок, из-под пальцев, стекая на пол, медленно просачивалась алая кровь. Другая рука дрогнула и указала на дверь позади Виктора. Тот обернулся, в коридор из холла метнулась чёрная тень.
- Вирус, - тихо произнёс Сергей Анатольевич, - всё, что осталось... остальное он уничтожил, - Виктор попытался помочь профессору, но тот оттолкнул его руку, - не упусти...
В одно мгновение Виктор вылетел из лаборатории. В конце коридора, у лифтов стоял незнакомец в кожаном костюме, рукой, обтянутой тонкой перчаткой, сжимая небольшой металлический чемоданчик. Завидев Виктора, кожаный метнулся к двери и исчез на центральной лестнице. Виктор ринулся к ближайшему выходу. Преодолев в два прыжка несколько пролётов пожарной лестницы, он выскочил в коридор тремя этажами ниже и бросился наперерез незнакомцу. Совершив этот манёвр, Виктор оказался чуть быстрее кожаного, рванув на себя дверь, он услышал, как тот бросился вверх. Ослеплённый неконтролируемой животной яростью, махом пролетев с десяток этажей, Виктор настиг его на крыше здания. Увидев, что бежать более некуда, незнакомец отскочил в сторону и обернулся. Глаза его сосредоточенно сузились, в них не было и намёка на страх. Сгруппировавшись, кожаный двинулся боком, выбирая удобную позицию для атаки. Двое генетических братьев, кружили в древнем боевом танце по крыше, оценивая друг друга взглядом и выбирая момент для схватки. Наконец он настал… Опустив чемоданчик, незнакомец рванулся вперёд. Стороннему наблюдателю разглядеть что-либо было бы почти невозможно, двигаясь на нечеловеческих скоростях, противники сплетались в бешено крутящийся клубок, сметая всё на своём пути, пока кто-нибудь из них ни отлетал в сторону, снеся при этом антенну, или ограждение вентиляции. Спустя полчаса кровавой схватки, в которой Виктор лишился половины зубов, а незнакомец глаза, оба начали понемногу выдыхаться. Едва увернувшись от мощнейшего удара в висок, Виктор воспользовался тем, что противник открылся и нанёс контрудар, от которого тот перелетел через выгнутое во время схватки ограждение и, зацепившись за него, повис над бездной. Виктор перевёл дыхание.
- Похоже, что на крыше всё и закончится, - незнакомец криво ухмыльнулся, - просто рок какой-то...
Виктор насторожился, что-то ему показалось в голосе до боли знакомое.
- А ты, Вик, молодец, - продолжил незнакомец, - ты как был всегда, так и остался сильнее меня.
- Андрей?! – Виктор оцепенел, сбитый с толку, ошарашенный, парализованный...
- Нет, Вик, - Андрей горько усмехнулся, - не я, только то, что осталось после того, как Франкенштейн Калюжный собрал меня из полумёртвых останков. Собрал, как зомби, подчинив своей воле.
- Андрей! – Виктор бросился к ограждению, - Дай руку! Всё ещё можно исправить!
- Нет, - Андрей покачал головой, - поздно... Я пытался, Вик... Пытался вырваться из капкана... Зверь оказался сильнее меня... Ты всегда был мне братом, ты им и остался, прощай! - Отпустив ограждение, ногами он резко оттолкнулся от стены.
- Стой! – Виктор ринулся к нему, но на какую-то долю секунды опоздал.
- Андрюха... - обхватив голову руками, он осел на крышу рядом с выгнутым ограждением...
 
***
 
Оксана сидела рядом на кровати и гладила его по руке. Виктор прищурился. Яркое солнце светило в глаза и, несмотря на всё произошедшее, казалось, что рухнула стена, отделявшая его от остального мира. На душе, придавленной до этого даже не камнем, а бетонной плитой, было теперь удивительно легко и светло.
- Привет, - Оксана улыбнулась.
- Привет, - ответил Виктор, - как профессор?
- Уже хорошо. Лёгкое пробито, но сердце не задето, - Оксана помолчала, - есть и ещё новость, подразделение Калюжного расформировано, а сам он исчез.
- Не удивлюсь, если он, так или иначе, всплывёт через некоторое время.
- В каком это смысле всплывёт? – Оксана подозрительно вскинула бровь.
- А кто его знает... в каком, - Виктор хмыкнул, затем провёл языком по дёснам, - Не поверишь, у меня растут новые зубы.
- Считай это заслуженным подарком. Пока профессор встанет на ноги, тебе уже и не потребуется помощь дантиста, ну а потом...
- Вот так вот... – он покачал головой, - только начинаешь привыкать к чему-то хорошему...
Виктор улыбался, он уже не страшился того, что ему предстоит. Отчего-то появилась и окрепла непоколебимая уверенность в том, что всё будет хорошо...
Copyright: Игорь Кит, 2009
Свидетельство о публикации №108633
ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 02.08.2009 17:31

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить рецензию или проголосовать.

Рецензии
Лара Галль[ 12.10.2006 ]
   прочитала.
   Ты - умница! Это готовый фильм. Но умница не поэтому
   щас напишу немножко подробней и повешу отклик на форуме, где ты оставлял заявку.
 
Игорь Кит[ 12.10.2006 ]
   Спасибо, Лара! Искренне тронут :)
   С теплом.
Полякова Елена (Попутчица)[ 20.10.2006 ]
   Игорь! Это Вещь! Прочитала вся семья, хотя дети мои несколько скептически относятся к моим вечерним бдениям на портале, ну что поделаешь - молодое поколение, у них свои интересы. А вот эту повесть прочитали одним махом :-))) Дала им ссылку на твою страницу. Хочется, чтоб прочитали и "Поездку к озеру", и ангела.... дальше сами разберутся.
   Спасибо за доставленное удовольствие и за увлекательнейшую точку общения с детьми, это тоже приятно :-)))
 
Игорь Кит[ 20.10.2006 ]
   Лена, спасибо! Очень рад, что история понравилась. Особенно приятно насчёт детей :)
Алексей Хазар[ 21.10.2006 ]
   ЗдОрово! Читал не отрываясь. Стиль, язык, сюжет, философия - все на уровне. Поздравляю, Игорь!
 
Игорь Кит[ 21.10.2006 ]
   Спасибо, Алексей! Рад, что зашли в гости :))

Тема недели
Буфет.
Истории за нашим столом
Документы и списки
Устав и Положения
Документы для приема
Органы управления и структура
Форум для членов МСП
Состав МСП
"Новый Современник"
2019 год
Региональные отделения МСП
"Новый Современник"
2019 год
Льготы для членов МСП
"Новый Современник"
2019 год
Реквизиты и способы оплаты по МСП, издательству и порталу
Энциклопедия "Писатели нового века"
Готовится к печати
Избранные
произведения
Книги в серии
"Писатели нового века"
Справочник писателей Зарубежья
Наши писатели:
информация к размышлению
Наталья Деронн
Татьяна Ярцева
Удостоверения авторов
Энциклопедии
В формате бейджа
В формате визитной карточки
Для размещения на авторских страницах
Для вывода на цветную печать
Коллективные члены
МСП "Новый Современник"
Доска Почета
Открытие месяца
Спасибо порталу и его ведущим!
Положение о Сертификатах "Талант"
Созведие литературных талантов.
Квалификационный Рейтинг
Золотой ключ.
Рейтинг деятелей литературы.
Редакционная коллегия
Информация и анонсы
Приемная
Судейская Коллегия
Обзоры и итоги конкурсов
Архивы конкурсов
Архив проектов критики
Издательство "Новый Современник"
Издать книгу
Опубликоваться в журнале
Действующие проекты
Объявления
ЧаВо
Вопросы и ответы
Сертификаты "Талант" серии "Издат"
Английский Клуб
Положение о Клубе
Зал Прозы
Зал Поэзии
Английская дуэль
Альманах прозы Английского клуба
Отправить произведение
Новости и объявления
Проекты Литературной критики
Поэтический турнир
«Хит сезона» имени Татьяны Куниловой
Атрибутика наших проектов